Грозовая птица

Полдень солнечного мая. Вот-вот наступит очередное лето, и на этот раз Эванжелина даже не представляла, как проведет эти три месяца. Работая в театре, Эва научилась жить по строгому расписанию, а предстоящие события старалась планировать заранее, чтобы быть готовой к ним. Так она всегда знала, что ждет ее завтра, через неделю или даже через месяц. Однако в жизни планы иногда дают сбой, и зачастую происходит то, чего мы совершенно не ждали, не могли предугадать. Жизнь не очень любит точные расписания, поэтому иногда она так и преподносит неожиданные подарки, прямо как мистер Персиваль. Терри всегда был любителем внезапно появиться, поэтому не упустил возможности застать врасплох Эванжелину, выходящую из театра. За прошедшую неделю ее пьеса была показана еще раз, а новые идеи для спектаклей пока оставались окутаны тайной. С момента произнесенной речи Эванжелины на сцене об отце, ее не переставал мучить вопрос о том, как рассказать людям о «Шелковом королевстве». К слову, не только ее волновала шелковая компания мистера Бейкера, оставшаяся без короны... Неожиданное заявление, которое вот-вот должно было коснуться Эвы и ее семьи приближалось с каждой минутой, как и Терри, поджидающий Эванжелину за углом театра. Сегодняшний день был полон как новых открытий, так и неизбежных неожиданностей для девушки с цилиндром на голове. Они так и подстерегали ее за углом... 

—  Только не говори, что ожидала меня здесь увидеть, — выскочил Терри, напугав Эванжелину, которая попыталась скрыть свое удивление, и потому заговорила не сразу.

— Для тебя это было вполне себе ожидаемо, — переведя дух, ответила Эва. — Что ты здесь делаешь?  — добавила она.

— Тебя решил встретить, — сделав шаг, с улыбкой ответил Терри.

— Я в порядке, Терри, — произнесла Эванжелина, переводя на него взгляд. — Мне немного легче. Правда, не перестает мучить вопрос о том, что я могла бы сделать в память об отце...

— Я всегда буду готов помочь тебе, — выждав небольшую паузу, напомнил Терри.

Эванжелина вздохнула. Вместе они продолжали идти какое-то время молча, поскольку Эва утопала в своих мыслях и не торопилась заговорить вновь.

— История шелковой компании твоего отца может быть рассказана в картинках, фотографиях, — неожиданно произнес Терри, остановив поток мыслей Эванжелины.

— О чем ты говоришь? — озадаченно поинтересовалась она, убирая прядь волос за ухо.

— Мы можем взять аппарат для фотографий, сделать несколько снимков и после проявить их на пленке, а затем напечатать, или... —  предлагал Терри.

— История в картинках, — улыбнулась Эванжелина, которой идея Терри с каждой секундой начинала нравиться все больше и больше.

— Я видел, как подобное создавали в Европе. Это весьма интересно, и я подумал, что, — не успел закончить он, как Эва улыбнулась вновь, взяв Терри за руку.

— Что это замечательная идея! — загорелась она. — Но прежде, думаю, мне нужно будет навестить шелковую компанию, в которой работал папа, — понижая интонацию, добавила Эва. — А вот фотоаппарат...

— Прежде мы навестим твою сестру и пообедаем у Бареттов, — решительно возразил Терри, остановив приближающийся экипаж.

Эванжелина кивнула, одарив Терри одобрительным взглядом. Как только омнибус остановился, они сели в карету и направились к поместью Бареттов, по окрестностям которого нередко прогуливалась Диана. Иногда она гуляла вместе с мамой, но чаще предпочитала в одиночку бродить по небольшому садику, погрузившись в собственные мысли. Диана часто думала об отце, и вместе с Эванжелиной разделяла счастливые воспоминания детства, которые были связаны с ним. Юджин пока и думать не мог о предстоящей свадьбе, как и миссис Бейкер, с которой он часто беседовал вечерами. Терри любил навещать Бареттов, поэтому фортепиано в этом поместье никогда не молчало, как и не молчал мистер Персиваль, который всегда поддерживал любые темы для разговоров. И пока Эва и Терри направлялись к поместью, у меня есть немного времени, чтобы рассказать вам о Тернерах, которые задержались в Лондоне на пару недель, по просьбе мисс Адамс. Стелла любила столицу Великобритании, как и английские картинные галереи. Окончив свое обучение в художественной академии, Эллен стала самой настоящей душой искусства, если не его сердцем. Некогда тринадцатилетняя девочка превратилась в очаровательную леди, которая с удовольствием присоединилась к мисс Адамс, составив ей компанию на одной из прогулок по Лондону. Олли хорошо знал свою сестру, а потому предпочел провести свое время иначе, нежели несколько часов любоваться картинами.

На этой секунде мне стоит отметить, что некогда случившийся конфликт в Бибури, разумеется, повлек за собой определенные последствия. Общение Олли и Эммы прекратилось, не считая его рождественских открыток. Стелла еще не раз вспомнила об Эмме Флеминг, полагая, что ее с Оливером даже могли связывать романтические отношения. Дабы развеять ее сомнения, Олли поделился со Стеллой историей мисс Флеминг, однако приступ ревности ему был приятен, врать не стану. «Почтовый конфликт» долгие годы не позволял Оливеру и Эмме встретиться вновь, однако сегодняшний день явно сулил перемены, которые стали результативными в одном из решений Эммы. Не переживайте, сейчас я говорю не о тех последствиях, о которых вам стоит беспокоиться. Вы скоро сами в этом убедитесь, как и мисс Флеминг, которая даже не предполагала в эту минуту, что вот-вот пересечется со старым другом. Пока дама сердца Олли вместе с Эллен рассматривала картины величайших художников, Оливер отлучился в Ковент-Гарден. Он хотел навестить Эванжелину, и даже стать свидетелем репетиции ее пьесы. Но, как вы уже догадались, встретился он совсем не с Эвой, а с мисс Флеминг, прямо в центральном коридоре театра. Пересекаясь взглядами, они прошли мимо друг друга, однако не прошло и десяти секунд, как Эмма решила заговорить с Оливером.

— Неужели даже не поздороваетесь, Оливер? — повернулась она, подняв взгляд из-под своей шляпы.

— Простите, Эмма, я, — запинался он, явно не ожидая того, что мисс Флеминг решит начать разговор. — Я ищу Эванжелину, — вспомнив о цели своего визита, произнес Оливер. — Вы, случайно, не пересекались с ней сегодня?

— С мисс Бейкер я виделась утром. Но мне известно, что полчаса назад она покинула театр, — сделав шаг, ответила Эмма.

— Значит, я немного опоздал, — сказал Оливер, напоследок поблагодарив мисс Флеминг и продолжив шагать вдоль по коридору.

— Я не сержусь и не держу обиду на вас, Оливер, — пока он совсем не скрылся из виду, громко произнесла Эмма, тем самым заставив Олли вернуться.

— Наверное, мне стоило навестить вас... — повернувшись, сказал он. — Ведь рождественские открытки не так хороши, как живое общение, — подходя к мисс Флеминг, добавил Оливер.

— Однако вы все же не забывали их отправлять, — вспомнила Эмма, на лице которой выступила улыбка. — Вам не стоило навещать меня, Оливер. Не думаю, что мисс Адамс сочла бы это хорошим знаком.

— Теперь Стелла обо всем знает, — тихо ответил Оливер, осторожно подняв взгляд. — Я рассказал ей о вашем прошлом, — признался он, надеясь, что мисс Флеминг сможет принять эту новость без желания наградить Олли парой колких шипов.

— Как и мисс Бейкер, — отведя взгляд, ответила Эмма.

— Вы рассказали Эванжелине? — удивился Оливер, поскольку Эва не поделилась этим с другом.

Эмма кивнула в ответ, опустив подробности. Дабы развеять неловкое молчание, Олли предложил мисс Флеминг прогуляться у театра, на что она ответила положительно. Спустившись вниз, вскоре они уже медленно шагали по улице и время от времени молчали. Эмма не была любительницей вести подолгу беседы, поскольку говорить ей приходилось крайне редко. Ну а Олли явно боялся спросить чего лишнего. К счастью, вскоре мисс Флеминг заговорила вновь, избегая темы своего прошлого и Эванжелины Бейкер. Найдя правильные слова, она решила расспросить Оливера об его планах на ближайшее будущее. В ответ он начал размышлять о том, что, вероятно, вскоре вернется во Францию вместе с сестрой и Стеллой.

— А что насчет вас, мисс Флеминг? — поинтересовался он. — Осмелюсь предположить, что лето вы не собираетесь провести в родном замке в Шотландии? — добавил Оливер, вмиг пожалев об озвученном вопросе.

— Возможно, мне стоит последовать вашему примеру и отправиться Париж. Или, например, остановиться где-нибудь в Европе, — ответила Эмма, не забыв и о Шотландии: — Я не хочу возвращаться в Вельморен, — решительно произнесла она.

— От прошлого невозможно убежать, Эмма, — с опаской в голосе произнес Оливер.

— Думаю, что мисс Бейкер полностью бы разделила ваши мысли, — вспомнив об Эванжелине, ответила мисс Флеминг. — В Шотландии когда-то жила другая Эмма, и это была совсем не я нынешняя. С каждым годом я начинаю осознавать, насколько далек становится этот дворец от меня. Как и его жители... — медленно говорила Эмма, на секунду поддавшись воспоминаниям.

— Чем больше вы отдаляетесь, тем тяжелее вам будет с жить с этим, пока дверь прошлого остаются открытыми, — после недолгой паузы произнес Оливер.

— И что же вы предлагаете?

— Вернуться в Вельморен, поставить точку в этой истории, — произнес Оливер. — Посмотреть страху в глаза, чтобы раз и навсегда оставить прошлое позади. Я не знаю ваших родных, Эмма, но я знаю вас. С ваших слов они были далеко не самыми любящими родителями, оставили вас без всякой надежды и поддержки...

— К чему вы клоните, Оливер? — остановив его, произнесла Эмма.

— Кое-кто мне сказал, что каждый человек заслуживает прощения, — вспоминая подругу из Бибури, ответил Олли.

— Я не смогу их простить, никогда, — не поднимая взгляда, отрезала Эмма. — Габриэль смогла бы, но я совсем не такая, какой была она. Во мне нет столько доброты, сколько было в ее сердце.

— Я так не думаю, Эмма. И не пытайтесь меня переубедить, — улыбнувшись, твердо ответил Оливер.

В завершении недолгой прогулки мисс Флеминг пожелала другу приятного времяпровождения летом, а также выразила надежду на будущий союз Оливера и Стеллы. Расстались они на приятной ноте, и Олли больше не заводил разговора о Вельморене, тем самым позволив мисс Флеминг ненадолго отпустить мысли о дворце и принять верное решение. К окончанию их беседы Эванжелина и Терри наконец прибыли к поместью Бареттов, у дверей которого их встретила будущая миссис Диана Баретт. Поприветствовав и обняв сестру, Эва вошла в дом, сразу поймав добрый взгляд матери. Терри последовал следом за Эвой, и был сразу приглашен к обеденному столу, вокруг которого суетилась пара слуг. За обедом Эванжелина была немногословна, но все же не упустила возможности сообщить семьям о том, что пока не планирует работать над сценариями для новых пьес, поскольку хочет сосредоточиться на более важном деле. Она не спешила делиться идеей, которую предложил Терри, но была уверена в том, что приложит все усилия для того, чтобы привести это намерение в исполнение. После обеда Терри отправился за фортепиано, а Диана, ненадолго оставив Юджина, устроилась в библиотеке. Последовав за сестрой, Эва застала ее среди книг, однако Диана совсем не выглядела так, будто была и впрямь увлечена чтением.

— Я рада, что ты навестила нас, — произнесла старшая сестра, в голосе которой нельзя было не заметить нотки тоски и печали.

— Мне тоже его не хватает... — сев рядом и положив голову на плечо сестре, тихо произнесла Эва.

Не поднимая взгляда, Диана кивнула в ответ, обнимая подушку.

— Я думала над тем, что могла бы сделать для него. И, кажется, знаю, чем займусь в ближайшее время. Я не просто расскажу историю «Шелкового королевства», я покажу ее, Ди, — смотря в глаза сестре, говорила Эванжелина. — Мой мистер Персиваль предложил мне сегодня одну замечательную идею, нужен только аппарат, что создает фотографии.

— Не знаю, что ты задумала, но уверена в том, что папе это бы точно понравилось, — слегка улыбнувшись, тихо ответила старшая сестра.

— Тебя он бы точно считал самой прекрасной невестой на свете, и ничуть бы не ошибся, — с уверенностью произнесла Эва, а после обняла Диану. Недолгое молчание сестер неожиданно прервал Терри, вошедший в библиотеку. С первых секунд его появления, Эва начала засыпать мистера Персиваля вопросами о фотоаппарате, в основном о том, где можно было бы его взять.

— Нужно подумать, — задумался Терри, облокотившись на спинку дивана.

— Боюсь, что в данной ситуации я буду совсем бесполезна, — убирая книгу, произнесла Диана.

— Ди, ты никогда не бываешь бесполезной! — возразила Эва, но едва она успела договорить, как голову Терри посетила очередная идея.

— Я знаю! — неожиданно выпалил он. — Мне нужно немного времени, — немного погодя добавил Терри, прокручивая мысли в голове.

— Что ты задумал? — сидя на диване, запрокинула голову Эва. — Терри! — с ноткой возмущения в голосе добавила она, не получив ответа.

— Я скоро вернусь, — заверил ее Терри, поспешив покинуть библиотеку.

— Мистер Персиваль, только пообещай мне, что не станешь ничего красть! — поднявшись с дивана, произнесла Эванжелина.

— Не стану, поскольку уже украл то, без чего вряд ли бы обошелся, — улыбнувшись, ответил Терри.

— Осмелюсь предположить, что речь идет о тюльпанах? — не смогла промолчать Диана.

— О сердце твоей сестры, будущая миссис Баретт, — поймав улыбку Эванжелины, сказал он, и после удалился из комнаты.

— Если ты не выйдешь замуж за Терри, клянусь, я опущу должные манеры и не хватит всех подушек на этом свете, чтобы выразить мой гнев, — подавляя выступающую улыбку, произнесла Диана.

Эва рассмеялась в ответ, убедив старшую сестру в том, что подушки ей не пригодятся. Спустя несколько минут сестры покинули библиотеку, вернувшись в общество Бареттов и миссис Бейкер. Диана о чем-то беседовала с Юджином, пока Эванжелина делилась с мамой идеей Терри, касающейся компании мистера Бейкера. Внимательно выслушав дочь, миссис Бейкер лишь кивнула ей в ответ. Она улыбнулась, тем самым одобряя слова Эвы, намерения которой были более, чем серьезны. Оставалось только дождаться Терри, который удалился невесть куда, но Эванжелина ни на секунду не сомневалась в его находчивости. Ожидая мистера Персиваля, Эва окунулась в рождественские рассказы, найденные ею в библиотеке, а миссис Баретт попросила Диану исполнить для нее что-нибудь на фортепиано. Ее мелодия помогла ненадолго отвлечься от забот и размышлений, позволяя успокоиться мыслям, что неустанно мучили голову. Они часто терзали и мисс Флеминг, которая никогда не стала бы говорить об этом. Пока Эванжелина ждала Терри, Эмма искала предлоги, под которыми могла бы скрыться, чтобы не возвращаться в Вельморен. Или, быть может, ей стоило прислушаться к мнению Оливера? Его слова никак не покидали голову мисс Флеминг. Эмма всячески пыталась отогнать мысли о поездке в Шотландию. Однако чем больше она старалась об этом забыть, тем больше помнила о том, чего не хотела вспоминать. И, разумеется, выход был только один — посмотреть в глаза тому, от чего изо всех сил хочется отвернуться. С этой минуты я ненадолго оставлю мисс Флеминг, поскольку к дверям поместья Бареттов приближался Терри, вернувшийся с хорошими новостями. Встретившись с Эванжелиной, он сразу сказал ей о том, что о фотоаппарате переживать больше не стоит. Не став расспрашивать Терри о деталях, Эва не оставила своего желания сегодня навестить компанию отца. Баретты, как и миссис Бейкер, немного оживились благодаря мелодии Дианы, а потому Эванжелина и Терри решили покинуть поместье под предлогом того, что хотели бы прогуляться по Лондону. Оставив свой цилиндр, Эва вышла следом за Терри. Немного пройдя пешком, вскоре они взяли экипаж.

— Переживаешь? — прервав молчание в омнибусе, произнес Терри.

— Немного, — вздохнув, тихо ответила Эва. — Такое чувство, как будто ты едешь навестить старый дом, в котором теперь совсем пусто. Только воспоминания могут согреть его стены, но они не способны заполнить этой пустоты.

— Ты все делаешь правильно, — коснувшись ее руки, тихо ответил Терри.

Как только экипаж остановился напротив большого кирпичного здания, Эва выглянула в окно, мысленно поздоровавшись с «Шелковым королевством». На секунду она впала в недолгий ступор, пока Терри не вернул ее в реальность, открыв дверцу омнибуса. Красный облицовочный кирпич, коричневая крыша, широкие двери, которые открывали джентльмены, заходя внутрь. Эва еще раз оглядела здание, прежде чем шагнула вперед. Терри воздержался от комментариев, ожидая Эванжелину, которая молча подошла к зданию, коснувшись дверной ручки. Зайдя внутрь, по коже девушки пробежали мурашки. Глазами она начала исследовать первый этаж, да так увлеклась, что даже на миг потеряла из виду Терри. На втором этаже располагался кабинет мистера Бейкера, о чем Терри удалось узнать из разговора с джентльменом, работающим здесь. Следом за Терри, Эва отправилась к лестнице. Второй этаж украшал ковровый коридор и пара картин, которые висели напротив кабинета Мэтью Бейкера.

— Ты уверена? — решил удостовериться Терри, прежде чем Эванжелина открыла дверь кабинета.

Подняв взгляд, она кивнула в ответ. Открыв дверь, Эва оказалась в кабинете отца, который был буквально переполнен незнакомыми ей людьми. Они сидели за большим столом, перебирая бумаги и о чем-то беседуя, прежде чем мисс Бейкер прервала их своим неожиданным присутствием.

— Добрый день, — поздоровалась она, прервав молчание.

Подняв взгляд, джентльмены начали активно перешептываться между собой.

— Кто пустил сюда женщину? — удивляясь, произнес один из них.

— Это Эванжелина Бейкер, ее отец работал здесь, — вступил в разговор Терри, стоящий рядом с Эвой.

— Мисс Бейкер... — вздохнув, произнес усатый джентльмен. — Мои соболезнования, ваш отец был прекрасным человеком. Он построил хорошую компанию, — поправив очки на носу, добавил он.

— И я сделаю все возможное, чтобы об этом помнили. Я хочу рассказать об истории этого места. Эта компания очень много значила для моего отца.

— В таком случае, вам нужно будет поторопиться, — отложив бумаги, ответил мужчина.

— О чем вы говорите? — дабы внести ясность, спросил Терри.

— Некий мистер Джонсон собирается купить эту компанию в целях развития собственного дела. Не буду врать, он не первый раз пытался ее приобрести, но ваш отец был непоколебим. Но теперь...

— Теперь ничего не изменилось! — не в силах сдержаться, произнесла Эванжелина. — Он не посмеет купить компанию, которую мой отец строил на протяжении многих лет, это дело всей его жизни. Она принадлежит Бейкерам! И я ни за что не позволю отдать ее в руки незнакомцу.

— При всем уважении, мисс Бейкер, права на эту компанию... — вступил в разговор еще один джентельмен, выйдя из-за стола.

— Даже не пытайтесь сказать мне о том, что у меня их нет, потому что я женщина, — остановив его, произнесла Эва. — Компания отца никогда не попадет в чужие руки, — отрезала Эванжелина, прежде чем покинула кабинет.

***

— Кажется, и нам с вами пора покинуть «Уильям Моррис», Генри, — произнесла женщина, надевая свои очки.

Я кивнул ей в ответ, молча расплатившись за обед. Поблагодарив официанта, я последовал за рассказчицей. Открыв дверь, она вышла на улицу, где дожидалась меня у входа в «Уильям Моррис». Покинув кафе, я не стал медлить с вопросом, который не мог перестать мучить мою голову.

— Какой была судьба шелковой компании вашего отца?

— Совершенно непредвиденной, — ответила она, тем самым заинтриговав меня еще больше. — Еще одна неожиданность, Генри...

— Даже не осмелюсь предположить, — прищурившись от выглянувшего из-за облаков солнца, ответил я. — Куда мы идем?

— Боитесь, что заведу вас в совершенно незнакомое место? — хитро улыбнулась женщина, повернув голову и поправив свои очки.

— Вовсе нет. Я доверяю вам свою жизнь, — с уверенностью в голосе сказал я.

— При том зная меня всего лишь два дня? — улыбнулась рассказчица.

— Мне кажется, что я знаю вас гораздо дольше... — повернув голову, медленно произнес я.