Любовь ломает дерзких

Две недели спустя.

Москва.

Уже всем стало известно о том, что Саша жив. Но пока проведать ходили только я и Никита. Саша не встает, ест и пьет только с чьей-то помощью, разговаривать тяжело, только три-пять слов, и то с сильной отдышкой и кашлем.

Всей компанией мы собрались в небольшом кафе недалеко от дома родителей Никиты, ведь малыш остался у них. Все хотели обсудить: «Что делать дальше?».

Правда, мне это не очень нравилось. Саша — мой парень, и когда его выпишут ответственность я возьму на себя, и помощь мне не нужна.

— Врач сказал еще два месяца и потом уже могут выписывать, но вот куда? Вопрос, — хмыкнул Никита, разливая в стаканы парням  некрепкого алкоголя.

— Ко мне, — уверенно проговорила я. — У меня неплохая квартира, и Влад полностью платит за нее и проблем с хозяйкой нет.

— Нет, — твердо сказал Никита. — Это не обсуждается, Ника. Ему нужен уход, ты не понимаешь? Первые три месяца после выписки он не сможет сам есть, переодеваться, ходить в душ. В больнице его уже держать не могут, потому что это бесполезно и забрать его нужно будет в любом случае.

Я собралась возмутиться, желая высказать все свое недовольство , что они лезут туда что их не касается. По край не менее мне так казалось. Ведь Саша — моя забота.

— Никита прав, — кивнул Илья. — Пусть хотя бы пол года Саша поживет у нас. Восстановится. Я со всем чем надо помогу, ведь ты не сможешь это сделать. Ты не поднимешь его даже.

Я сверкнула глазами к Илье, внимательно слушая его. Несколько секунд переваривала сказанное, пытаясь подобрать правильные слова.

По сути он был прав, ведь нужного ухода я Саше не обеспечу. Но меня будет выворачивать изнутри от мысли, что я не буду рядом каждый день.

— К себе не сможем, Ника. У нас ребенок дома, — произнесла Мирослава, поглаживая меня по спине. — Рина беременна, сейчас другие заботы.

— Это не ваша ответственность. Все мы понимаем из-за кого он в коме и это всё моя ноша, а не ваша. Вы ничего никому не должны.

— Прекрати, — вздохнул Руслан. — Не заставляй всех злиться.

— Я и не собиралась, — фыркнула я, складывая руки на груди. — Я все сказала. И даже не пытайтесь переубедить меня, ясно?

Моё лицо выражало лишь твердое решение. Это все моя ответственность. Ненавидела, когда кто-то решал проблемы, которые натворила я.

— Ника, хватит, — сказала Арина. — Мы делаем это из-за любви и заботы к тебе. Ты ведь будешь страдать. Приходи хоть каждый день, мы ведь дома будем!

— Да, Ника. У ребят хорошие намерения только чтоб помочь тебе, — поддержала её Рина.

Я вскипела, вставая из-за стола, и швыряя пару купюр на стол.

— Это моя доля за стол, — рявкнула я. — Сама без вас всех разберусь, понятно? Прекратите все пытаться помочь мне! Я сама! Я справлюсь сама! Вы итак сделали слишком много! Я не сделала ни капельки!

В душе бушевал ураган, заставляя меня переходить на крик, сжимать кулаки, а на лбу появилась испарина. Я тяжело дышала, а пальцы сжатые в кулак била мелкая дрожь.

— Потому что у тебя не было возможности! Дура! — взорвался Никита, резко вставая. За ним подорвалась Мира, хватая мужа за руку. — Мы делаем это потому что у нас есть возможности! У Ильи и Арины есть большая квартира, в которой есть комната для Саши! Илья работает из дома, что позволит ему обеспечить уход! Мы все из кожи вон лезем, чтоб тебе помочь, а ты упертая дура, которая считает, что все сможет! Но нет, Ника, никто не справится без чьей либо помощи! Не будь эгоисткой!

Мне обидно так, что внутри всё сжимается и ноет. В груди тяжесть, как будто там лежит что-то огромное и давит. Я снова и снова прокручиваю всё в голове и не понимаю, почему это произошло, почему так задело. От этой мысли становится ещё больнее.

А потом подступают слёзы. Они сами текут, даже если я пытаюсь держаться. В горле стоит ком, голос предательски дрожит. Я чувствую себя переполненной — во мне слишком много всего сразу. Боль давит, злость жжёт, а слёзы становятся единственным выходом этому урагану внутри.

— Я могу сама, — повторила я. — Он чуть не умер из-за меня. У вас всех свои жизни. У каждого из вас семья, вскоре будут дети. Вы не должны страдать.

— Ты тоже не должна, — уже спокойнее проговорил Никита, подходя ближе и обтирая слезы в уголках моих глаз. — Как бы ты не кричала сейчас, но это не обсуждается. Мы ставим тебе перед фактом, Ника. Саша будет жить какое-то время у Ильи и Арины, ведь ты не справишься. Мы не хотим чтоб страдала ты, страдал Саша. Ясно?

— Нет, — твердо сказала я. — Не ясно.

Я дернулась, хватая рубашку со спинки стула и быстрым шагом направилась к выходу, молясь, чтоб никто не побежал за мной.

***

— Идиотка, — прошипел Никита, потянувшись за своим стакан, дабы утолить жажду. — Глупая идиотка.

— Ника! — крикнула Мира и ринулась к выходу, желая догнать подругу и утешить.

— Не беги, Мира, — Илья схватил её за запястье.

— Ей надо остыть, все будет хорошо, — уверенно проговорила Арина. — Все мы на нервах и лучший вариант поехать по домам и успокоиться.

— И оставить Нику одну? Предатели! — крикнула Мирослава. — Так нельзя!

Все прекрасно понимали переживания Миры, но отпускать на эмоциях недавно родившую девушку — плохая идея.

— Мир, успокойся, — проговорила Рина, вставая со стула, придерживая уже выпирающий животик. — Не забывай, что у тебя дома сын и тебе нужно к нему.

— А Ника?! — словно попугай повторяла Мирослава, пытаясь вырваться из хватки Ильи, тот опустил её, но за руку взял Никита. — Отпустите!

— Мы съездим к ней с парнями, хорошо? — предложил Руслан, и Никита закивал. — А вы девочки езжайте отдохните.

— И извинитесь, — с давлением произнесла Мира, смотря на Никиту, ожидая лишь положительного ответа.

— Да, — кивнул Никита.

***

Я вошла в свою квартиру, запираясь изнутри сначала на нижнюю щеколду, а затем на верхнюю.

Войдя в ванную комнату, я закинула одежду в корзину для грязного белья, и зашла в душевую кабинку.

Стоя под прохладным душем я смывала с себя не только пот и грязь, но и события сегодняшнего дня, желая поскорее лечь спать, даже несмотря на то, что время едва доходит до восьми вечера.

Я надела тонкие спальные шорты и майку, а мокрый волос собрала в косу, решая посушить утром.

Сидя за чашкой кофе на кровати, я обдумывала все слова сказанные Никитой. Я прикусила губу, понимая, что он был прав, а я кричала словно истеричка. Стало не по себе и захотелось извиниться, сказать, что я согласна и пусть будет так, как решил он.

По-моему мне нужно к врачу. Сначала я в слезах кричу, доказываю обратное, а потом извиняюсь. Лицемерка.

Я уже было засыпала, но вскочила от звонка в домофон. Я решила, что скорее всего это доставка магазина одежды и я просто не увидела сообщение о том, что курьер приедет сегодня.

— Кто это? — поинтересовалась я, поднося трубку домофона к уху.

— Мы, Ника! — раздался басистый голос Руслана. — Откроешь? Мы ненадолго!

Ничего не ответив я нажала кнопку открытия подъездной двери, из трубки послышалось пиликание, а затем тишина. Я прокрутила щеколды и направилась в комнату.

Я переоделась в трико и темного цвета футболку. Выйдя в коридор, парни как раз открыли входную дверь.

— Привет, — помахал Илья, а за ним виднелись Никита и Руслан.

— Уютно у тебя тут, — хмыкнул Руслан, рассматривая прихожую, ведь в моей квартире ему побыть не удавалось.

— Проходите, — сказала я. — Тапочки?

Парни отказались и последовали за мной на кухню, я щелкнула чайник и рассыпала в кружки кофе.

— Я хотел извиниться, — начал Никита, помешивая ложкой в стакане. — Я был через чур груб, и слишком сильно давил на тебя. Просто... я переживаю, понимаешь?

— Мы все бывает... перегибаем палку, но Сашка наш друг и мы все хотим ему лучшее, — продолжил Руслан.

— Мы с Ариной не против, чтоб ты чаще приходила к нам, если тебе так будет легче, — кивнул Илья.

Я слушала их, а когда они замолчали я сделала тяжелый вдох. Немного подумав, я хмыкнула носом и обернулась к ним.

— Вы меня тоже извините, — слабо улыбнулась я. — Я согласна со всем, что вы сказали, и про Сашу я тоже согласна.

Парни улыбнулись мне в ответ. На душе стало теплее. Спокойнее. Никаких криков, ссор, истерик.