Любовь ломает дерзких

Месяц спустя.

Москва.

Месяц. Месяц молчания. Месяц недопониманий.

Мы с Мирой так и не поговорили нормально, ведь я злилась. Злилась, что она врала про Ярослава. Я была уверенна в её вранье.

Каждую ночь меня терзали ужасные мысли. И, наверное, единственной отдушиной был — Саша. Поддержка, которую он давал мне нельзя было сравнить ни с чем.

Он внес у мою голову светлые мысли, но не давил на разговоре с Мирославой. Мы с подругой ругались, а за тем ругались и наши возлюбленные. Мы с Сашей за этот месяц стали очень далеки от компании друзей.

Начало зимы. Москва уже усыпана снегом, но ни мне, ни Саше не помешало выехать загород, чтоб я выполнила то самое обещание.

Подъезжая на мотоцикле, я увидела стоящего Сашу, который улыбаясь потирал ладони от холода.

Спрыгнула с мотоцикла, и оставила шлем на сиденье. Я кинулась Саше в объятья, утыкаясь носом в его шею и вдыхая родной аромат. Простояв так минуты две, каждый из нас сделал шаг в сторону, устремляя свои взгляды друг на друга.

— Привет, — наконец-то произнесла я. — Я скучала.

— Я тоже, Принцесса, — отвечает Саша. — Ну, что, учитель? Начнем? — смеется он, кивая на мотоцикл.

Я кивнула, мы вместе подошли к мотоциклу и Саша довольно ловко на него уселся, а я помогла ему с шлемом.

В начале все было очень даже хорошо. Я объясняла, показывала, но сильно переживала, боясь, что если Саша рискнет проехаться, то что нибудь точно случится. Тревога не покидала меня.

— Я понял, — кивнул Саша. — Проеду?

— Может не сегодня, — занервничала я. — Просто...

— Ника, не переживай, — улыбнулся он, держа шлем в руках и уже собираясь его надеть. — Ты отлично все объяснила и я отлично проедусь, солнце.

Я поджала губы, слабо кивнув. Увидела широкую улыбку у любимого, и на душе стало чуть легче. Отойдя в сторону, я тяжело вздохнула, ожидая увидеть то как Саша проедет несколько метров.

Он разогнался сразу, набирая огромную скорость. Снег отлетал в сторону, создавая невероятную картину.

***

Зрение молодого парня затуманилось. Адреналин в крови скакал, он не понимал, что творит. Руки, ноги, все тело онемело из-за непривычной обстановки, из-за скорости.

— Сбавь скорость! Умоляю! Саша! — крикнула Вероника, громко всхлипнув. — Саша!!!

Он не слышал. Уши заложило, сознание терялось. Саша хотел показать своей любимой, что он такой крутой, смог проехаться так быстро. Но он проехался слишком быстро. Набрал слишком большую скорость для новичка.

— СТОЛБ!!! — крик молодой девчонки слышали все и наконец-то услышал и Саша, но уже слишком поздно.

Мотоцикл рванул вперед — и глухой «БААХ» оборвал всё. Воздух наполнился хрустом и звуком падающего железа.

Часть тела Саши лежала передавленной под мотоциклом, ломая кости, сдавливая кожу и заставляя девушку кричать, срывая голос.

Вероника потянула парня за руку, но настолько она была слаба, что не смогла даже поднять его ладонь. Резко отпустив руку, разбитая часть мотоцикла до мяса режет ладонь девушки.

***

Мое сердце пропустило удар. Я упала на колени перед Сашей, лежавшим на снегу, с передавленной рукой между мотоциклом и столбом.

Я забывала как дышать. В слезах смотрела на Сашу, не зная что делать. Это моя вина. Я виновата. Я.

Меня рвало на куски, я пыталась что-то предпринять. Я не могла его потерять. Не могла. Меня не будет существовать без него.

Я начинала задыхаться, жадно глотать воздух. Я кричала, срывала себе голос, прикрывала рот окровавленными руками. Вцепившись пальцами в волосы я оттянула их, отрицательно качая головой.

— Саша, мальчик мой... — шептала я.

Глаза мои закрывались, а тело было готово вот-вот рухнуть на землю от потери сознания. Кровь смешалась вместе со слезами.

Но я не чувствовала физической боли. Только моральную.

Я достала свой телефон из куртки, дрожащими руками пытаясь вспомнить хоть чей то номер телефона. Номер телефона того, кому могу довериться.

Скорая? Нет, нет, нет. Мы несовершеннолетние дети, которые в темень ездят на мотоцикле.

Влад? Нет! Он будет злится, будет переживать. И Лика будет нервничать. Им обоим не нужен стресс, не нужны проблемы! Я итак одна целая огромная проблема.

Пальцы сами напечатали номер телефона. Спустя несколько гудков из трубки раздался сонный голос.

— Да? — произнесла Мирослава. — Вероника? Что такое?

— Мира... — всхлипываю я, сама того не замечая перехожу на шепот.

— Ника, ты плачешь? — проговаривает она, а её голос тут же становится настороженным. — Где ты?

Хватило пару слов и через семь минут, которые я буквально считала в слух, подъехала черная машина из которой в одной пижаме выбежала Мирослава, а за ней Станислав Сергеевич.

— Ника, девочка моя! Вставай, пожалуйста! Вставай! — крикнула Мира, подбегая ко мне и потянув за руку. Она ахнула увидев кровь

— Саша... — всхлипываю я, — мой Саша...

За отцом Миры выбегают взрослые мужчины, которые легко отодвигают мотоцикл и взяв Сашу на руки, уносят в сторону машины, где уже подъехали медики.

Я не помнила, что было потом. В голове мутно всплывали моменты, когда мне зашивали руку. Как кричал Влад, плакала Анжелика.

***

Наталья стояла у туалетного столика, поправляя отличную укладку. На телефоне, лежавшем на столике мелькал сериал, на который женщина иногда поглядывала.

Раздалась мелодия звонка, удивлено подняв бровь, женщина поднесла телефон к уху. Выпрямилась и насторожилась.

— Да? — проговорила она.

— Вы Чернова Наталья Сергеевна? — спросил мужчина, слегка хриплым голос.

После краткого «да», он продолжил.

— Чернов Александр ваш сын, верно? — вновь задал вопрос мужчина.

— Да... — отвечает Наталья, сглатывая и проворачивая в голове кучу мыслей. — С ним что-то случилось?

— Ваш сын впал в кому, — хладнокровно проговаривает мужчина. — Приезжайте в пятую больницу.

После этих слов, мужчина отключил звонок. Женщина стояла неподвижно, смотря в стену. Руки слегка задрожали. Сын, к которому она совсем недавно начала проявлять материнские чувства... впал в кому. Наталья отпустила руку с телефон, и он с грохотом падает.

— Мам? — в дверном проеме появилась Катя, пришедшая на шум. Взволнованно подошла ближе, видя состояние матери. — Тебе кто-то звонил?

Девочка подняла телефон с пола, протягивая его Наталья, но та даже не взглянула на дочь.

— Мама! — Катя повысила голос.

— Саша в коме, — прошептала Наталья, прикрывая рот руками.

На лице Кати отразился шок, паника. Она разрыдалась, вспоминая старшего брата, которому она принесла уйму боли. Много страданий и слез. И теперь этот молодой парень... может не выжить.

***

Четыре месяца спустя.

Утро. Почти четыре месяца с того дня. Четыре месяца как мой любимый в коме. Из-за меня. Из-за моей ошибки.

Стало ли лучше? Нет. Совсем не стало. И наверно, никогда не станет.

В тот день Ярослав пытался поддержать меня, но я кричала, плакала. Лишь бы этот мерзкий человек, угрожающий моей подруге, не трогал меня. Не утешал. Мне не нужна жалость. Я сильная. Я буду сильной.

Новый год я этом году я не праздновала. На школьную дискотеку не пошла. А в ночь с тридцать первого на первое я была дома. Убедила Влада и Лику, что я просто хочу побыть одна. Они переживали, возмущались, но выдохнули и уехали в Подмосковье к родителям Лики.

В ту ночь я загадала, чтоб Саша очнулся. Очнулся и простил меня за мою ошибку.