Глава 52
Глава 52. Когда-то на выпускном. Часть 2.
***Стас
– Ты… – начал было Артём, но Стас перебил его.
– С Варей что-то совсем не то. Она творит лютую дичь.
– И это первое, что ты скажешь после шести месяцев полного отсутствия? Я уже думал, что ты реально переродился.
– Я бы сказал что угодно другое, но не сейчас, когда пьяная Варя бьёт всё, что ей под руку попадётся! – приблизившись, злостно зашептал Стас. Он заметил, как бармен начинает приближаться, а потому продолжил с новым темпом. – Ты и сам видишь её поведение. За ней нужно уследить.
– Слушай. Думаешь, мне Евы мало? Сейчас я должен идти на охрану подвала и не впускать жалкую причину твоей смерти, а не за девочками следить.
– Я знаю, поэтому хочу просто дать тебе указания, чтобы ты как можно скорее освободи…
– Чего тебе налить, Артём? – перебил того Женя.
Стас продолжал смотреть на Артёма, будучи повёрнутым к бармену спиной. Он невольно замолк, но тут же продолжил, чтобы отвести подозрения:
– Чтобы как можно скорее освободился.
– Стакан виски по-быстрому, – махнул Жене Артём и тот удалился. – Ну так давай. Мне и самому влом этим заниматься. Если процесс ускориться, я буду только рад.
– Просто игнорируйте его. Это его быстрее разозлит, и вы не станете тратить время на бессмысленные разговоры. Он же невменяемый, если он хочет войти – он войдёт. Только если вы сразу не впечатаете его голову в асфальт.
– Прикольно, конечно. Я-то думал, что ты дашь совет, как избежать драки.
– Такого у меня нет, – пожал плечами Стас.
– Ну да, – вздохнул Артём, кивая в благодарность Жене и выпивая залпом стакан с виски. – Следи за нашей сумасшедшей, а я пошёл.
Дав Стасу указание, Артём испарился в толе, в то время как Советский посильнее натянул на голову капюшон и также направился к людям на поиски Вари. Никто не сможет увидеть его лица и признать в нем Стаса Советского, если только случайный человек не окажется стоять перед ним в плотную. Все танцевали, смеялись и пили. Кто-то целовался, кто-то снимал видео или фотографировался большой компанией, встав кучнее и уткнув в случайного человека поблизости селфи-палкой. «Я бы тоже фотографировал», – подумал он. Только он задумался о том, сколько чудесных кадров вышло бы в таком месте, на фоне людского счастья, как сразу отбросил эти мысли, вспомнив о Варе.
Он продолжил протискиваться через толпу, получать пинки в отместку, которые мог лишь увидеть, но не почувствовать, ловить недовольные взгляды и уворачиваться от людей, потерявший контроль от алкогольного опьянения. Многие люди прямо-таки и наровились напороться на Стаса и упасть вместе с ним на пол, придавив парня всем своим весом. Такого случая он бы предпочёл избежать. Увы, на сей раз Стасу это не удалось.
Какой-то парень споткнулся об ограждение и упал прямо на Стаса. Он был до того пьян, что вряд ли бы смог распознать его, даже если бы знал, что было мало вероятно. Стас силой толкнул с себя парня и поднялся на ноги, осознавая где находится. Это ж надо было заблудиться в толпе так, чтобы напороться на целую Банду, которая с недоумением уставилась на двух парней, выбившихся из толпы. Ян глазел на обоих с отвисшей челюстью, крепко сжимая в руках телефон.
– Вам тот парень не кажется подозрительным? – шепнул тому, кто сидел ближе, Ян.
– В капюшоне? Белобрысый?
– Кто это вообще? Со спины похож на Лопухова из десятого, но сегодня пришли только выпускники. Эй, парень! – крикнул бандит Стасу.
Плохо дело. За остальных бандитов Стас не ручался, но вот Ян точно знал как выглядел парень из семьи на «С», которого погубил его старший брат и ребята из Старой Банды.
Исчезнуть сейчас? Просто убежать? Но ведь за ним погонятся.
Всё же последний вариант был больше всего склонен к его победе. Более не задумываясь, Стас оттолкнул от себя пьяного парня, всё ещё стремящегося снова навалиться на него, и дал дёру. Теперь Стас мог ориентироваться в местности, а потому хотя бы примерно понял куда направляться, чтобы отыскать Варю. Парень, который от вопросом Банды сразу принялся бежать, не мог не вызвать подозрений. Очевидно, что один из бандитов, которого окликнули как Лёша, рванул следом за ним. Тем не менее тот сильно отставал, так как сообразил всё слишком поздно, к тому моменту, когда Стас уже успел прорваться к толпе и растолкать локтями десяток выпускников. Все с новой злостью стали ругать Стаса, кидать ему угрозы или просто недовольно стонать, проливая на себя бокалы с вином. Ничего подобное не волновало его сейчас, когда за ним снова гоняется бандит. Он лишь отгонял от глаз флешбеки, в из-под ног сырую землю, пока не понял, что всё это не просто его воспоминания, а воспоминания души. С каждым разом умирать было всё больнее, и Стас сильнее всего в этот момент хотел избежать очередного падения. Он уже сбился со счета, и всё, что мог сказать, это то, что если умрёт снова, то больше не сможет закричать. Давно не мог. Его страдания достигли того пика, при котором он просто не может издавать звуки, способные заглушить те чувству.
«Пожалуйста, только не сейчас, умоляю. Мне просто нужно найти Варю. Найти Варю и исчезнуть. Нет, сначала исчезнуть, потом найти Варю. Но для этого отыскать место, в котором его исчезновение никто не увидит».
Стас метался из стороны в сторону, поглощенный паникой. Позади слышались крики Лёши и ещё одного бандита, как помнил Стас, одноклассника Вари – Арсения. Теперь за ним гнались двое. Средь толпы его не видели, но вот спросить недоумевающих выпускников о его направление не составило бы труда, а потому те всё не отставали. Неизвестно сколько кругов вокруг одного места сделали эти трое, но Стасу всё же удалось скрыться в туалете и остаться не замеченным. Благо, уборная была пуста, и Стас со спокойной душой позволил себе испариться.
Немного побыв в туалете, он сумел привести чувства в порядок и убедиться в том, что не падает. Только вот после того, как он восстановил здравый нрав, Стас задался одним простым вопросом. Где же всё-таки Варя? Оббежав почти весь подвал и распугав всех выпускников, он больше не мог позволить себе снова объявиться им на глаза. Но и увидеть Варю ему тоже не удалось. Нет плюсов, одни минусы. Задача отыскать Варю явно грозила провалиться, тем не менее где-то же она должна была быть. Снова в туалете? Туда она убежала чуть ли не каждые пять минут. И не для того, чтобы справить нужду, а чтобы поддерживать образ простой девицы. Это была не Варя, это был спектакль, устроенный ею непонятно для кого. Для неё самой? Воспоминания окотили Стаса холодной водой. Он не мог поверить в то, о чем только что догадался. Её поведение, манера речи, вид и всё прочее…
Стас испуганно подорвался с места, не успев толком сообразить причину своего порывы. Он покинул мужскую уборную и зашёл в женскую, предварительно прикрыв глаза. Ну а что, девушки в общественных туалетах часто поправляют лифчики и расправляют юбки. Войдя, Стас, как ожидалось, обнаружил там Варю. Оперевшись руками об раковину и уставившись на своё отражение как на врага, она непрерывно наблюдала за чем-то, что ли происходило с ней, то ли за ней. Её зрачки расширились до неузнаваемости и бегали на её же лицу туда сюда.
Стас уже успел подумать, что кто-то подсунул ей подвальную гадость, но тут же вспомнил свои мысли о её поведении. Вспомнил, как она точно также первые недели после исчезновения Стаса подрывалась по ночам с кровати и начинала судорожно ощупывать себя с ног до головы. Иногда становилась перед зеркалом и смотрела на себя до того момента, пока её снова не клонило в сон. С каждым днём всё чаще, но всё менее эмоционально. Если первое время она, напуганная до смерти, без колебаний подымалась на ноги и глухо спрашивала себя: «я всё ещё есть?», то постепенно всё больше к этому привыкала. Сначала всё заканчивались тем, что Варя слегка приподнималась и, даже не включая света, просто смотрела на свои пальцы, наблюдая за тем, как свет луны или фар за окном проходит через них, падая на одеяло своеобразной решёткой. Потом просто нервно дёргалась и унималась лишь на том, что открывала глаза, пока и вовсе не стала продолжать сон на лёгком содрогании. Она будто свыкалась, с каждым днём всё больше принимала то, что ей не суждено существовать. Сто рано или поздно ей придёт конец, её больше не будет. А потому постепенно, дала того не осознавая, стара терять себя.
Варя во мгновение оторвалась от своего отопления и умыла лицо прохладной водой, пока, подняв к зеркалу лицо, снова не увидела на себе улыбку. Для Стаса она была пугающей, чем-то напоминающее его. Через мгновение она покинула уборную, и Стас последовал да ней, намереваясь защитить девушку от глупостей, которые она может вытворить в таком отсутствующем состоянии.
На каблуках она передвигалась совсем плохо, делала медленные и не уверенные шаги, пока ноги не привыкли и не ступали по полу в ритм музыки. Она снова вошла в толпу и первым же делом потянулась к ближайшем столику с выпивкой. Влив бокал белого вина в горло, она закашлялась и выронила его на пол, с дребезгом разбив очередное стекло. У некоторых столиков уже успели прибрать следы присутствия Вари, но она, будто намеренно, продолжала бить их до изнеможения. Стас знал, что опьянить Варю было крайне сложно даже таким количеством вина, которое она уже успела выпить за всё время празднования. Она пила бокал за бокалом, не обдумывая собственные действия. Стас не знал, к чему это ведёт, но то, что ни к чему хорошему – было известно наверняка. Вечеринка в есть последнего выпускного грозила быть испорченной выходами Вари. Разумеется, не будь её, какой-нибудь другой пьяница, перебрав с алкоголем, обязательно занял бы её место и устроил бы в подвале настоящий хаос. Но сейчас, пока первой на очереди устроить беспорядок стояла лишь она, преград перед ней не стояло. Оставался лишь напуганный Стас, который мог лишь намёками постараться направить её на верный путь.
Выпив ещё бокал, Варя снова промахнулась мимо стола, и стекло разбилось об пол. Из-за музыки и шума этого никто там и не заметил, однако на этом Варя не останавливалась. Как же неудачно перед её взором возникла Тоня Имбирова, до этого способная остаться незамеченной подонками, скрывшись где-то в коридорах или туалетах школы. Но сейчас, зажатая со всех сторон, она судорожно искала путь отступления, пока Варя уверенно шагала ей навстречу. Тоне уже можно было только и делать удачи, пока она чуть ли не атлас об стену, стараясь пройти хотя бы сквозь неё. Обе были прикованы толпой к стене, одна наступала, другая тряслась в поисках спасения. В конце концов, когда Тоня оказалась в углу, Варя с лёгкостью поставила руку у её головы, закрыв все ходы отступления. Тоня успела лишь громко втянуть воздух через зубы.
– Привет, Тонь. Как поживаешь ты твоё бессовестное сердечко? – добродушно поинтересовалась она, сверкая улыбкой. – Кровь хоть по венам циркулирует? Надеюсь, что скоро прекратит.
– Эй! – крикнул одноклассник Вари. Большой парень, выглядящий устрашающе, но в реале жертва доставаний Артём, потерпевшая множество проигрышей в драках, на которые сам же и нарвался. – Крыса, пошла прочь! – раза злился он, глядя на напуганную до смерти Тоню. В ответ Ажур лишь ещё шире улыбнулась, выше подняв голову. Высокомерным тоном она произнесла:
– Хочешь стать козлом отпущения? Давай, Семён, покажи силушку богатырскую. – Она приблизилась к парню и ткнула пальцев в свою щеку.
– Давай! Ударь, – пригласила она, на что парень лишь недовольно сморщился и сделал шаг назад.
– Я девушек не бью.
Варя ещё какое-то время пощурилась, недоверчиво глядя на одноклассника, пока наконец удрученно не пожала плечами и не признала:
– Жаль. – Она уже начала разворачиваться, как в повороте влетела носом туфли в пространство между ног парня. Тоня у стены уже вся облилась потом, глядя на картину. Лишь по одному её вздрогу было понятно, что девушка находится на грани истерики. Она совсем не походила на ту уверенную в себе Тоню, которая под года назад выдала Варе всю правду и заставила её отчаяться.
Дамы рядом взвизгнули, подумав, что началась драка, но тут же стали шептаться, увидев, как Варя возвышается над согнувшимся пополам Семёном. Другие парни уже прибежал на помощь. Оглядели остановку, вдоволь насмотрелись на напуганную Тоню и стонущего на коленях Семёна и мигом переведи взгляд на всё такую же довольную Варю. Она проигнорировала их и легко развернулась лицом к Тоне.
– Если думала, что и дальше сможешь от меня убегать, помни: я не выкину из головы то, что ты сотворила с моим братом. Я хорошо запомнила каким он был первые месяцы этого учебного года. – Во мгновение она переменилась в лице. Улыбка её спала, Варя стала выглядеть серьёзней. Под кучей взглядов она низким тоном продолжила. – Я не знала Аню, не общалась с ней. В то время как ты, её лучшая подружка на побегушках, не смогла вернуть её обиженную на весь мир душу в реальность. Знаешь кто убил её? Кто погубил Аню. Это были не я. Ты не спасла её. Ты убила Блоневскую! – последние слова она вымолвила, тыкая указательным пальцем в её грудь. – И то, что ты делала с мной, моим братом и друзьями – исключительно твоя вина.
Тоня была уже готова печататься в стену и стать её частью. Она немного встала на носочки, глядя на палец Вари, будто потолок был единственным местом, в котором она могла бы быть в безопасности. Капелька пота стекла с её носа и едва не упала на кожу Вари но она вовремя убрала руку, продолжая пристально смотреть на Тоню. Наблюдающий да сценой так и неё двинулись с места. Они просто шептались, в ожидании продолжения. И они его получили.
– Снимай очки, – строго велела Варя.
– Чт…
– Снимай , если не хочешь получить вместо них горстку осколок.
Тоня немного поколебалась, но уже через секунду очки оказались в её руках. Со сложенными душками они легко умещались в двух ладонях и скрывались от внешних невзгод. Не успели люди в округе ничего сообразить, как Тоня получила звонкую пощёчину. Такую, что девушка в углу чуть не врезалась лбом в другую стену. То ли от боли, то ли от обиды она выронила очки и прикрыла ладонями лицо, опустились на пол по стене.
Начались крики и ругательства. Гул переходил из одного угла по всему подвалу, пока все, кто обомлел от происходящего, шептались, говоря о драке, которой не было и подавно. Благо, сделав своё дело, Варя вовремя успела сбегать, оставив шокированных выпускников успокаивать Тоню. По дороге к барной стойке Варя напоролась на двух бандитов, которые коротко спросили:
– Что там случилось? Тот парень в капюшоне что-то сделал?
– Что? – не поняла Варя, и парни, переглянувшись, убежали, махнув на неё рукой.
Сквозь чужие плечи Стас заметил Еву, так же, как и ранее, сидящую за барной стойкой. Видимо, Варя тоже заметила её, раз тут же ускорила шаг. Некоторые, до кого уже успел дойти шепот и случившемся, смотрели на Варю с презрением, но та либо не замечала их, либо мастерски игнорировала, с лёгкой улыбкой направляясь к подруге. Оказавшись позади Евы, она резко положила ладони на её плечи и выплюнула звонкое «бу!»
Ева вздрогнула от неожиданности, но тут же засияла, увидев позади подругу. Она жестом велела той присесть вместе с ней, и Варя повиновалась.
– Где Артём? Это он говорил в микрофон? – спросила Варя.
– А! Он сказал, что появились дела. Им с Максимом дали поручение. Какое – понятия не имею. Вот ведь придурок, решил поиграть в детектива с секретной миссией? Я ведь всё равно потом всё узнаю!
Наблюдая за жестами Евы, Варя мило улыбалась, подперев подбородок внутренней стороной ладони. Она даже прыснула со смеху, но вскоре повернулась к бару и окликнула Женю, занятого протиранием стакана. Видимо, зашуганный Евиной болтовнёй, парень уже и не знал куда себя деть, вот и тёр все бокалы до блеска, думая о том, какие же девушки бывают пугающие.
– Ром! – довольно выкрикнула бармену Варя, чуть привстав, и обратно опустилась на стул.
– Я не Ром! Я Жень! – отчаянно заголосил он, топнув ногой, но продолжил избегать взглядов девушек. Тут он понял, что Варя имела ввиду напиток, и едва ли не покраснел со стыда. Он мигом крикнул: – Понял!
Обе подруги стали безудержно хихикать. Ева чуть ли не всем весом навалилась на Варю, оставляя середину своего тела витать в воздухе между своим стулом и стулом подруги. Она даже со смеху пошлёпала ту по бедру, чуть ли не падая и оставаясь на месте благодаря какой-то неведомой Спасу магии.
Через время Женя всё же поставил перед ней стакан с алкогольным напитком и мигом ушёл прочь. Только вот, помимо малой порции напитка, неподалёку с девушками бармен бросил целую бутылку рома. Низкая и широкая, наполненная коричневой жидкостью уже на две трети. Варя без задних мыслей схватила её, игнорируя вопрос Евы, и стала разглядывать с ярым интересом. Покрутил в руках, всё с такой же улыбкой на губах, отвинтила крышку и понесла горлышко к носу, чтобы понюхать.
– Ты чего? – не поняла Ева, пьяно качнувшись на своём стуле. – Тебе же вот, налили.
– Говорят, что крепкое из горла пить не стоит, – кокетливым тоном пропела она.
Ева лишь ответно заулыбалась, глядя на Варю широко раскрытыми глазами.
– Хочешь попробовать?
– Что там, пить из рюмки. А вот если залпом… – И Варя запрокинула голову, вливая в себя алкоголь. Так небрежно она это делала, что струйки жидкости полилась с обоих уголков её рта. Скатились с подбородка на шею, а оттуда на ключицы, пока не оказались под платьем.
Ева рядом только довольно охнула и заголосила:
– Дай мне! Дай мне!
Морщась, Варя сделала последний глоток и резким движения выровнялась. Так быстро она это сделала, что стеклянная бутылка с треском ударилась об край стола. Стекло раскололось в руках Вари в тоже мгновение, и содержимое оказалось на её прелестном платье. Мелкие осколки остались на её руках и она крепко сжала кулаки, будто намеренно впивая их себе в руку. Три широко раскрыты пары глаз глазели на разбитую бутылку дорогого алкоголя. Варя едва успела открыть рот от удивления и недовольно съёжиться от сырости, как Женя с возмущением подбежал к девушкам. Под напуганный и, в тоже время, задорный смех Евы, Варя подорвались с места. Растерянная, но довольная собой, она пустилась на утёк, изо всех сил обходя людей, стараясь ещё больше не настроить их против себя.
Почти все уже узнали о произошедшем с Варей и Тоней. Вся школа была осведомлён об аварии, но подробностей и о их личных тёрках никто не знал. Школьникам оставалось лишь строить слепые догадки, а потому сейчас, когда Варя громко и при всех упомянула Блоневскую, сплетни так и грозились упасть на головы Вари и Имбировой огромной кучей грязи. Но их, охваченных своим личным горем, это ни капли не волновало. Даже Тоня, зашуганная одноклассниками из-за буллинга во время ситуации с Аней, ставила мнение окружающих на ступень ниже её собственных переживаний. Девушка всё ещё не справилась с горем, и это было видно невооружённым глазом. А что уж говорить о Варе? Все, разумеется, замечали переменчивость её поведения и манеры общения, что в школе, что здесь и сейчас, когда уровень её рьяности превосходил все предыдущие случаи внезапной эмоциональности девушки. Что-то изменилось, все это знали. Но понять что именно ни у кого из них не было и шанса. Слишком уж всё запутано, слишком далеко от их понимания.
Варя оказалась около огромного плазменного телевизора. Не того, на котором осенью раскрыли заработок Евы. Новый, в раны больше, на уровне высоты человека, а не под высоким потолком. Это был караоке. По обе стороны колонки и микрофоны. Кто-то из выпускников уже настраивали его, чтобы испытать себя в деле. Варя лишь немного отдалилась от всей той суеты в самой толпе и позволила себе упасть на корочки у стены, чтобы отдышаться. Она посмотрела на свои руки, всё ещё храня на лице улыбку от адреналина. В темноте подвала разглядеть ранения было сложно. Но когда движущихся по всему помещению свет изредка падал на её ладони зелёным, синим или жёлтым цветом, удавалось разглядеть пятна крови и блеск осколков. На её правой руке остался сильно заметный шрам от кухонного ножа, на долю вошедшего в её руку. В тот день шокированный Дима так и не выдал ни слова, а потому все объяснения остались за Варей. Она и сама толком не знала что ответить. Ну как можно объяснить причину множества ножей в комнате Димы, один из которых смог поранить саму Варю? Очевидно, ничего не оставалось, кроме как выкручиваться всеми глупыми и не глупыми способами.
– А что в комнате Димы, запястья которого изуродованы ожогами и хрен знает чем ещё, могли забыть ножи?
Дядя и отец задали встречный вопрос:
– Чем?
Разумеется, Варя знала, что не все царапины на руках Димы были получены в смертельном бою с личными котами, которых он то и дело не забывал доставать своей тягой у ласке. Но знали ли родители, которые мало интересуются жизнью детей?
– Уделяйте ему больше времени и ножи перестанут магическим образом пропадать из кухни и впиваться мне в руки! – изобразила злость на родителей Варя, в то время как на самом же деле она была направлена то ли на Аню, то ли на себя саму. Мать тогда лишь тяжело вздохнула, схватившись за сердце и отвернувшись от сына.
После этого Варя ещё долго говорила со стенкой о том, как же ей стыдно за слова и за причинённый матери стресс. Спустя несколько дней после того случая плюсы в её деянии, конечно, стали отчётливо видны, Диме стали уделять больше времени. Но вот изменилось ли что-то в голове у Димы? Определённо. Иначе бы он не стал задавать Варе такой подозрительный и даже дерзкий вопрос:
– Ты тоже чувствовала его?
Варя тогда так обомлела, что замерла на месте на минуты так две.
– Кого? – насторожилась она.
– Никого. Я пошутил, – мгновенно отмахнулся он и ушёл восвояси, оставив сестру в полной растерянности.
Сейчас Варя продолжала разглядывать ладони в цветном свете, пока не вытянула ноги, приближая их концы у толпе, и не потёрла их друг о друга, с сомнительным эффектом избавляясь от стекла в коже. Прищурившись, она глянула на ребят, которые уже настроили караоке и включили микрофоны.