Глава 51
Глава 51. Когда-то на выпускном. Часть 1.
***Артём
Даже во тьме духота опьяняла сознание, пока по спине текли холодные струи пота. Земля под ногами временами будто прогибалась, когда Ева в очередной раз вешалась на него, схватившись за предплечье. Артём устало вздыхал, позволяя ей делать это. Только подумать, она трезвая как стёклышко, но уже словно в предвкушении и ведёт себя слишком уж заигрывающе. Ей помогли, в этом нет сомнений, однако избавить от желания открыто одеваться, неугомонно болтать обо всём на свете и прилипать к Артёму в абсолютно любой момент, было нельзя. Это и делало Еву собой, в конце концов, она не вся создана из гнили, как думала сама. Артём всегда видел в ней нечто совершенное, со всеми её недостатками и особенностями. Он бы не хотел, чтобы Ева перестала быть Евой. Чтобы прекратила быть зависимой от денег и покупок, чтобы перестала наряжаться по моде и говорить непристойными фразочками. Вместе со всем этим в Еве всё ещё остались все её достоинства. Их нельзя было произнести вслух, сформулировать в мыслях или записать в тетради. Они были, он это знал. И все, кто был хорошо знаком с Евой – тоже. Если человек не был знаком с ней, то никогда и не будет оповещён о её плюсах. Только если сам захочет понять Еву и узнать поближе, он сможет увидеть всю прелесть её плюсов и минусов одновременно.
Средь фонарей стало видно очертания старого мясного магазина. Запах сырости и свинины давно выветрился, оставив вместо себя аромат алкоголя и дорого парфюма, который доносится до Подонков даже с расстояния в десять метров. Ева неугомонно говорила о чем-то, причём так несвязно, будто сама знала, что её давно не слушают. М-да, её болтавоя могла легко уморить, ей об этом часто говорили, а потому Ева, вероятно, и вовсе смирилась с тем, что может говорить сама с собой, не беспокоясь о том, слышат её или нет.
Войдя в помещение, Артём открыл дверь подвала и спустился по лестнице вниз, всё больше узнавая песни из плейлиста Клопчатого. Играла она совсем тихо, но это только пока. Вскоре, когда школьники станут подтягиваться, колонки заставлять весь мир себя услышать. А сейчас Ян и остальные бандиты только настраивал все приборы, от холодильников для алкоголя и кондиционеров, унимающих жару, до целого караоке, на который ему пришлось сильно потратиться. И всё ради выпускного.
– Я принёс с собой вот это чучело. Она пообещала, что не дует мешать, – крикнул Артём, спустившись. Ян тут же заметил парня и с широченной улыбкой воскликнул, клацая на кнопки ноутбука за одним из столов.
– О! Тёма! Ничего страшного. Ты, кстати, не те фейерверки купил, слыхал? – без злости, а скорее с задором крикнул он с другого конца подвала. – Из-за тебя пришлось заказ переоформлять.
Артём тихо выругался, отпуская Еву на самотёк, и крикнул уже собрался крикнуть, но Лёха его перебил:
– Нашёл кому покупки доверять. Нам, между прочим, ещё и стаканы для виски треснутые пришли.
– Не гони! Это ты из фургона их разгружал, вот и разбил! – возмутился Сергей, помогая Жене за барной стойкой. Ким шёпотом обсуждал что-то с Клопчатым, который всё не открывался от экрана компьютера, пока Арсений, подтягиваясь, не подошел к Артёму.
– С виду не скажешь, но Ян сегодня на нервах. Постарайся не злить его.
– Так переживает за выпускной? Ну и неженка.
– Нифига. К ним старшенький погостить приехал.
Глаза Артёма тат же округлились. Он с изумлением чуть наклонился, чтобы взглянуть на скрытого за парнем напротив Яна.
– Опять Марк что ли? Да что ему надо?
– Думаешь, ему не интересно, кому Ян передаст Банду, если сам выпускается?
Артём поднял одну бровь с интересом. Видимо он, будучи любителем пропускать пятничные собрания, многое упустил.
– И кому он собрался её передать?
– На самом деле – никому. Он сказал это лишь потому, что ранее объяснил брату своё наследие в виде Банды тем, что не хочет, чтобы однажды наступал её конец. В то время как на самом деле лишь желал почувствовать своё превосходство над обидчиком. Понять, что больше не собачка на привязи, а его последователь. – Арсений поднял брови и выпустил нижнюю губу, пожимая плечами, чем дал понять, что всё было крайне очевидно.
– Ясно, – кивнул Артём. – Он придёт сюда?
– Молимся, что нет. Если Марк всё испортит... – Арсений удрученно вздохнул, указывая на Артёма пальцем. – Настрой колонки, скоро все придут. – И удалился.
Артём обернулся на Еву, что уже расположилась за барной стойкой и выпрашивала у бармена Жени что-то выпить. Он лишь смущённо молчал, протирая бокалы и стараясь даже не смотреть на девушку позади.
– Ева, фу! – сказал он, приблизившись.
– Пока гостей нет, ему нельзя разливать! Иди сюда.
На удивление, Ева недовольно прищурилась.
– Ещё скажи мне апорт! Я твоя девушка или собачка?!
Парни вокруг удивлённо вздохнули. Кто-то засмеялся, кто-то тихонько захлопал в ладоши. Даже Ян оторвался от ноутбука и с нахальной улыбкой посмотрел на застывшего Артёма. Разумеется, все видели тесные отношения между двумя Подонками, но никто не осмеливался и предположить, что поведение Евы по отношению к парню уже не привычная для неё шутка. Может Артём и Ева понимали, что между ними происходит что-то большее, но вслух никогда не обговаривали. А потому подобное заявление со стороны девушки показалось Артёму слишком уверенным.
– Да уж скорее собачка, – наконец сказал Артём. – Ты без меня уже что-то решила?
– Как это – без тебя? – она поддалась вправо, цепляясь за его воротник. – Собачкой я тоже не по своей воле стала!
– Ой, всё, изыди, – парировал Артём, отрывая от себя её впившиеся в футболку ногти.
– Арсений, не расстраивайся! – крикнул Ким, со стороны уборной. Тот лишь фыркнул что-то непонятное, глядя на довольную собой Нозырскую. Она бросила волосы за спину и продолжила улыбчиво смотреть на Артёма.
Прошло пол часа подготовок и гости уже стали подходить ещё до назначенного времени. Пришли как одноклассники Яна, Арсения и Подонков, так и два класса из параллели с некоторыми ребятами, которые заканчивали девятый. Одними из первых оказались как раз таки последние, которым до этого шанс побывать в Подвале Клопчатого не выдавался. Лишь некоторым, кто был в тёмных отношениях с кем-то из бандитов, удавалось побывать там более одного раза. Ян старается не впускать в подвал ребят, младше его самого, с каждым годом всё повышая рейтинг пропуска и разочаровывая тех, кто горел мечтой оказаться в этом легендарном месте, в их кругах называемом элитой. Лишь сами Бандиты и те, кто имели туда свободный допуск не считали Клопчатый подвал за что-то особенное. Обычный клуб-бар, совершенствующийся под влиянием младшего сына добродетелей с каждым годом.
Вскоре гости начали заполнять подвал активнее, а потому на стражу снова поставили двух бандитов. На этот раз Сергея и Кима. Музыка играла на всю, закуски были подготовлены заранее в шикарном виде. Выпивка, бильярд, караоке. Выпускники были поражены вечеринкой в сравнении с Хэллоуином и остальными последующими серьёзными празднованиями. Как только все собрались, Ян встал на сцену с новообретённым микрофоном и объявил о начале. Парни громко захлопали, засвистели, девушки завизжали и запрыгали на высоких каблуках, вешаясь на своих джентльменов, или же, если были одно, друг на друга. Все разом подняли полные бокалы, глядя на Клопчатого, зажигающего цветной свет и закричали ещё больше, выпивая содержимое. Замигали цветные огоньки, заиграла новая музыка без слов, задающая скорый ритм. Основной свет то загорелся, то потухал, создавая мигание, ещё большее наводящее торжество смешанное с тревогой.
Уши Артёма стало закладывать, отчего он испугался, что вот-вот вообще перестанет что либо соврать. Он снял слуховой аппарат. Такой шум он мог слышать и без него, но в разы тише, от чего сердце его тут же успокоилось. Если с ним кто-то заговорит, стараясь заглушить музыку и крики остальных, он снова его наденет и постарается вытерпеть это короткое мгновение страданий. Артём подумал, какого сейчас бедной Ажур и тут же вспомнил, что так и не увидел её за всё время вечеринки.
Он постараюсь протиснуться сквозь толпу и приблизиться к барной стойке, чтобы поспрашивать Еву и знакомых. Там народу было намного меньше, так как около барной стойки стояла специальная перегородка, чтобы предотвратить разрушение хрупких предметов, которых там было хоть отбавляй. Если бы кто-то вдруг за неё свалился, задавленный толпой, то наверняка бы разбил пару бутылок дорогой выпивки за зря. Меры предосторожности, само собой, тоже присутствовали.
Артём присел на свободный стул, как раз соседствующий с пьяной Евой. Она тут же заметила его и с радостью в глазах запрыгнула ему на шею.
– Артём! Мне больше не наливают! Всего три бокала – и всё! Это ужас какой-то!
В мыслях снова всплыли воспоминания о её плохих отношениях с алкоголем.
– Ева, ты видела Ажур?
– Что-что? Варию? Да, вот же она. – Ева отцепилась от парня и, прокрутившись на стуле указала на... Шейлова. Такой же кудрявый, длинноволосый, смуглый, а, самое главное, такой же пустословный.
– Да, Ева, ты попала в яблочко. Но мне нужна не жалкая пародия на неё, а сама Ажур.
На слове "жалкая" и так удивлённый Шейлов нахмурился ещё сильнее, но ничего не сказал.
– А это не Вария? – прищурилась она, опять глядя на парня позади. Денис Шейлов лишь помахал ей рукой, играя пальцами, позволяя Еве понять, что смотрит вовсе не на свою подругу.
– А... и правда.
В ответ Артём лишь закатил глаза. Поблизости её явно не было. Он оглянулся ещё пару раз, убеждаясь в этом, и достал из кармана джинсов телефон. Только он хотел написать Ажур смс, как кто-то врезался в его спину.
– Правила безопа...! – хотел уже рассерженно заорать он, как вспомнил об их отсутствии, и тут же поправился, оборачиваясь на человека. – Меры предосторожности.
Перед его лицом представила напуганная Имбирова. Перед глазами Артёма тут же пронеслись воспоминания об аварии. Хоть он и видел её всё это время в школе, будучи его одноклассником, однако последующие месяцы она бегала от подонков, как от хищных зверей. А потому видеть её вот так в близи совсем не удавалось.
Тоня лишь склонила перед ним голову в качестве извинения и молча отбежала куда подальше, расталкивая руками толпу. Люди действительно начали приближаться к барной стойке, отчего не удерживались на ногах и спотыкались об ограждение, нарушая покой пьющих. Артём и Женя, вышедший из-за барной стойки, начали всех отгонять. И не только посторонних, затерявшихся с танцпола, но и тех, кто уже выпил достаточно крепкого, в том числе и Еву. Артёму пришлось подхватить шаткую девушку за локоть и покинуть Женю, оставив всеобщий беспорядок на него.
Артём мигом повёл девушку в уборную, понимая, что ей вот-вот станет плохо. По пути он то и дело ворчал и корил её. Ева ведь знает, что не дружит с алкоголем, так ещё и села куда поближе к нему. Будучи неуправляемой Еве даже удавалось быть серьёзной и поддерживать разговор, касаемо её оплошности. Пару раз она так разозлилась, что стала руками и локтями бить людей в округе, открывая для себя проход. Она не давала Артёму держать себя, даже будучи слабой в опьянении. Постоянно говорила что-то гадкое и жаловалась на то, что её скоро вырвет. Артём до её слов только ускорял шаг, пока они наконец не оказались в уборной. Он с ноги открыл дверь и впустил Еву внутрь, оставшись снаружи. Одним лишь боковым зрением ему удалось заприметить в женском туалете образ девушки с пышными кудрявыми волосами. Стоило ей обернуться за Артёма, как дверь тат же захлопнулась, скрыв там обоих девушек. Вероятно, это и была Ажур, однако почему же до этого её не удалось найти? Где она была всё это время? Только пришла.
В общем, долго гадать не пришлось. Спустя минут пять босая Ева вышла из уборной, в одной руке держа туфли, и хватаясь за плечо Ажур – другой. (Не потому, что не держалась на ногах даже без обуви, а просто, по дружески). Теперь, глядя на подругу, Артём догадался почему не смог узнать её, пока не заметил со спины. Ажур с макияжем? Ажур в облегающем платье? Разве такое вообще было возможно? Вероятно, Артём мысленно пускал из виду девушек, на которых красовалась юбка. Ведь если на Хэллоуине надеть платье её заставила Ева, то на выпускной в Клопчатом подвале она была вольна прийти так, как пожелает. Тем не менее Ажур одела не просто скромное платье, клинок было на ней осенью, а ореховое, короткое, без рукавов, с вырезом на юбке. Артём чуть отошёл назад, ближе к толпе, при виде такой картины, сравнивая двух девушек из далека. Даже в таком наряде Ажур не могла походить на типичную Евой, топик который сравнивали с толщей из простых ниток. Однако видеть на девушке бардовую помаду, тёмные тени вокруг глаз и каблуки было крайне непривычно.
Ажур вдруг легко улыбнулась и помахала Артёму, чуть подавшись вперёд.
– Кто вы, женщина? – не сдержал усмешку Артём. – И что вы забыли здесь? Тоже выпускница?
– Прискорбно, но так и есть. Мне до безумия тяжело прощаться с таким прекрасным местом, как школа. Я готова лить слёзы прямо здесь и сейчас, уткнувшись носом в ваши... кроссовки? Что это, Артём? Даже сегодня не соблюдаешь дресс-код, кошмар.
– А сама-то? – поднял одну бровь Артём и изумился. – Просто вау. На свете нет человека, который будет так же счастлив выпускному, как ты. Ты точно в своём уме? Столько слов за один вдох? По-моему, нам подсунули фальшивку ещё похлеще Шейлова, – обратился он к Еве, на что та лишь засмеялась, продолжая хвататься за плечо подруги.
– Я никогда не вернусь в школу. Что может быть радостней? – развела руками Ажур. – Одноклассники разъезжаются, Банда распадается, я никого из них больше не увижу. Их никому не всратое общество разрушается прямо на моих глазах. Zut, где тут бар? Мне нужно сполоснуть горло.
Артём ещё раз мысленно схватился за голову от удивления и широко улыбнулся, говоря:
– Я сомневаюсь, что был знаком с тобой всю жизнь. Нам точно подсунули подделку. Настоящая Ажур умеет ликовать лишь мысленно, а так улыбаться... Неужели Стас всё же появлялся и давал тебе бесплатные уроки?
В ответ Ажур неожиданно закрыла лицо руками и тихо захихикала. Улыбка Артёма моментально померкла. Это уже было слишком.
– Ажур, то есть... Вария. Ты не заболела? – Он приблизился и посмотрел в глаза такой же удалённой Евы, пока Ажур продолжила смеяться себе в руку. Он положил ладонь на плечо подруги и потряс её, намереваясь заставить её прийти в себя.
– Ты уже выпила?
Она наконец убрала руки от лица и улыбчиво признала:
– Я жива здорова. А вот моё желудок – нет. Он требует чего-то крепкого. Где барная стойка? Из-за толпы людей я не ориентируюсь в пространстве.
Артём большим пальцем указал в сторону бара и последний раз проводил подругу взглядом, позволив себе удариться с ней кулачками. Сделал он это неохотно, так как всё ещё пребывал в недоумении. Он наблюдал за тем, как фигура Ажур с медленно утопает в толпе. Музыка всё не стихала, а Еве ничего не говорила, так же молча следя как неуклюже пробирающейся через людей девушка, а потому снова решил снять слуховой аппарат, заглушая окружающие звуки.
Через несколько минут, минуя крошечные столики для закусок и бокалов вина, они с Евой вышли на танцпол. Люди там так и давили со всех сторон, но находиться так было вполне терпимо. Ева кружилась в танцы, иногда подходя к Артёму и, то пиная, то гладя по спине, то целуя в щеку, всё больше заставляя его поддаться ритму и всеобщей активности. Волей не волей он всё же стал делать неуверенный движения руками, а Ева, увидела это, повисла у него на шее и покружилась вместе с ним. Они зашли до столика с закусками и постояли возле него, пока Ева набивала рот разными видами сыра и винограда. Отдав Артёму свои туфли, она снимала со шпажек половинки клубники и топила их в фонтане с шоколадом, так же съедая и запивая бокалом вина. Наконец, наевшись, она взяла последнюю клубнику и приблизилась к Артёму. Повиснув на его шее, она улыбнулась во все зубы и потянула руку с клубникой к его рту. Артём только плотнее сжал губы, считая это унизительным. Может, в фильмах или книгах про романтику есть с рук любимой считалось милым, то в жизни это выглядело бы крайне глупо. Однако противостоять Еве в таких делах было крайне сложно. Она уже начала возмущаться. Артём тут же надел слуховой аппарат, чтобы расслышать её.
– Ну-ну! Артём! Всю романтику мне портишь! Упрямец!
– Ты страдаешь ерундой, – вскинул брови он.
– Ну раз так!... – Она закинула клубнику в свой рот. – Перейду к главному.
– Ой, ну да, конечно, – закатил глаза он, поняв, что она собралась сделать, прежде, чем она поцеловала его в губы. Так быстро и невзначай. Никак ей привычной пошлости, она не трогала его везде где можно, не тёрлась об него бёдрами, просто чмокнула и тут же отдалилась. Артём уже подумал про свой запах изо рта, но вовремя заметил её неуверенность. Он сказал:
– Что, даже своего парня нельзя?
Ева в момент засияла. Посмотрела на него так, как не смотрела ранее, но приближаться снова не намеревалась. Тогда Артём положил ладонь на её потный затылок и немного приблизился, пока не начал ощущать её разгоряченное дыхание. Снова поцеловав Еву, он слегка коснулся её губ языком, увлажнив их. Ева снова повисла на нем и позволила углубить поцелуй. Даже со слуховым аппаратом мир вдруг опустел, а музыка превратилась. Всё, что он слышал, это тонкое дыхание, движение языка и их рук. Шуршание волос в руках Артёма и запах сладких духов Евы. Его окружали не люди, а пустота, средь которой была лишь она, Ева. Такая, хрупкая и бледная. Изумительная на вид и бархатная душой. Тёплая и сладкая, как шоколад в её рту. Как доброе слова на её языке и вкус клубники на губах. Артём позабыл обо всём во мгновение, пока ощущал её прикосновения. Пока чей-то громкий голос не выбил его и Еву из колеи.
– Своров! – закричал Лёша, и Артём со смущение отпрянул от девушки, потирая стальной стороной ладони рот. О чем он думал, пока целовал её посреди такой толпы? – Ян вызывает. Всех. Иди к бильярдному столу.
Лёша в полуобороте махнул ему рукой, призывая идти за ним. Артём перевёл взгляд на Еву, игнорируя парня. Уйти он себе подводил только, когда девушка сама отвлеклась на закуски. Теперь она накинулись на шашлык, а Артём с чистой душой последовал за бандитом, минуя столики и танцпол.
Пространство около бильярдного стола уже очистили от людей, поставив металлические перегородки. Вокруг зелёного стола стояло два стула, на одном из которых сидел Ян, а на другой в следующие мгновение опустился его заместитель – Арсений. Оба выглядели серьёзнее некуда, смотря на собравшихся по друга сторону стола бандитов. Пришли все, кроме Жени, который продолжал свою работу за барной стойкой. Через время Арсений кашлянул в кулак, и Артём едва не усмехнулся, вспоминая, что этот же серьёзный парень когда-то наивно подкатывал к Еве, был приклеен скотчем к стене и получал от учителей, когда те слышали его пошлые речи за спиной.
– Ян? Начнём? – всё же перевёл взгляд на главу Арсений.
Клопчатый лишь продолжил смотреть куда-то в одну точку за бандитами напротив. Он поджал губы и, моргнув, в тот час пришёл в себя, освобождая остальных от напряжения.
– Итак, господа. Наше торжество намерены прервать.
– Кто? – начал Ким, и Сергей дал ему мощный подзатыльник.
Все едва удрученно не вздохнули, когда Ян представил всем смс на своём телефоне.
– Бывший глава Старой Банды намерен навестить брата, – уточнил Арсений. – А зная этого тирана, можно быть уверенными, что ничего хорошего его приход не сулит.
– То есть, даже сейчас, спустя три года после его выпуска он ведёт себя всё так же по-идиотски? Даже подонок перевоспитался, а у него, между прочим, был тяжёлый случай, – удивился Лёша.
– Он никогда не вёл себя по-идиотски, – фыркнул Арсений. – То, что Артём считается представителем Старой Банды – ложь, какую ещё поискать. Клоунство и реальная жестокость несравнимы.
– Я тут, ало! – не сдержался напомнить о себе Артём. Его проигнорировали.
– Наша задача не впускать его, правильно? – подал голос Сергей. – Но простой охраны будет не достаточно.
– Забаррикадироваться? – предложил Артём.
– Забетонироваться, – усмехнулся Лёша.
– Нет-нет-нет, – запротестовал Ян, махая рука и недовольно жмурясь. – Мы создадим много шума. Я обещал, что сегодняшний день будет лучшим.
– Куда ещё громче-то? – в пол голоса возмутился Артём, чьи руки так и чесались снять аппарат.
– Мы поступим проще. Просто поставим на охрану тех, кто действительно будет способен не дать ему войти, – продолжил Ян.
– Техника Советского? – предложил Ким, сложив руки на груди.
– Парень из семьи на "С"! – Лёша восхищённо обернулся на парня. – Предлагаешь задавить количеством? Всей толпой?
– Ни в коем случае! – опять взволнованно замахал руками Клопчатый. – Говорю же, нельзя никому говорить. Они до смерти его перепугаются. До меня самого слухи доходили, которые, к слову, похлеще реальности. Говорят, что он собственными руками Совестского с обрыва скинул. Так что ничего подобного мы устраивать не станем. Так только спугнём гостей.
Ян выдохнул и схватился за бокал вина, который выпил залпом. Сам он выглядел плотным и растерянным, будто собирался столкнуться с ним лицом к лицу в жестокой схватке.
– Так, вспоминайте. Самая потная драка одиннадцатиклассников за всё время, – не глядя на бандитов, махнул рукой Ян. – И имею ввиду ребят из нашего класса или из параллели. Кого можно поставить на охрану, гарантируя их победу над двадцатилетним парнем в случае чего серьёзного?
Наступила гробовая тишина, если не считать музыки и криков из толпы. Бандиты не произнесли ни звука, пока Артём не понял тому причину. Все разом уставились на Артёма. Ну да, кто же влипал в драки чаще всех остальных? Кто ещё мог стать охранником, если не главный подонок, держащий половину школы в страхе. Ему оставалось лишь закатить глаза и спросить:
– С кем?
– С тем, чьё место ты занял, – сказал Арсений так, будто это было очевидно.
– Руденко?! Вы считаете, что это была самая серьёзная драка за всё время? – вылупил глаза Артём.
– Чел, все драки устраивал ты. Не думай, что учишься в бойцовский школе, – вздохнул Лёша. – А на твою драку с Максом смотрела чуть ли не вся смена.
– Ну давай, кого ты можешь предложить сильнее и ловчее Макса? – спросил Сергей. – Ты здесь самый опытный. Выбирай.
Артём на секунду задумался. А действительно, кого он мог посчитать самым сильным противником? Хоть ему и было всегда плевать на победу, всё же вкуса проигрыша в таких делах он пока не знал. А самой сильно дракой, не считая трюка Макса со слуховым аппаратом, была именно с Руденко. Это действительно доказывало, что большинство школьников в рукопашном бою были настоящими сопляками.
– Ладно, я понял. Руденко, так Руденко. Где нам его найти? Он вообще здесь?
– Видел его сегодня. М-да, придётся поискать, – вздохнул уже Ян, как Артём тут же приблизится к нему и вырвал из рук Клопчатого микрофон.
Включив его, Артём кашлянул в него пару раз под изумлённые лица бандитов и устало проговорил на весь Клопчатый подвал:
– Максим Руденко, сволочь ты эдакая, подойди к выходу из подвала на разговор. Тебе есть поручение. – Артём уронил микрофон на пол, позабыв выключить, от чего по помещению раздался оглушительный визг. Игнорируя возмущения бандитов, Своров начал пролазить через толпу. Ориентироваться в пространстве было действительно сложно, однако кое-как он всё же смог определись путь до барной стойки.
Наконец, найдя свободное место у бара, он опустится стул, чтобы попросить у Жени стакан чего-то крепкого на последок. Для храбрости, так сказать. Ему предстояло столкнуться с самим Марком Клопчатым, тираном того поколения, в которое случилась трагедия с Мишей и парнем из семьи на "С".
– Налей мне, – крикнул Жене тот. Молодой бармен не расслышал. Потянувшись вправо, Артём ткнул локтем парня в капюшоне поодаль, который также сидел без выпивки. – Эй, крикни бармену.
Парень в капюшоне повернулся на него, и челюсть Артёма тут же отвисла. Спустя пол года отсутствия сейчас на него смотрел Стас Советский.