22 глава
Школьная библиотека стала нашим убежищем. Или моей клеткой. Пара дней – крошечная песчинка в реке времени, но за эти дни математика стала обретать форму. Ши Ын, как ни странно оказался талантливым наставником. Его объяснения были логичными, структурированными, лишенными ненужных деталей. Он умел разложить сложную теорему на простые составляющие.
Но его строгость граничила с безжалостностью. Он не давал мне поблажек, не позволял расслабиться ни на секунду. Каждое моё колебание, каждое неверное решение вызывало у него лёгкое раздражение, которое он тщательно пытался скрыть.
Сегодня, как и в предыдущие дни после окончания уроков мы снова оказались в этом храме молчания. Вокруг нас шуршали страницы, шептались редкие ученики. Всю эту какофонию заглушало лишь сосредоточенное молчание Ши Ына.
Я нервно постукивала ручкой по столешнице. Мои знания в математике возможно и улучшались, но уверенности мне это не добавляло. Ши Ын словно ждал от меня невозможного. Каждый раз, когда я справлялась с заданием, то он подбрасывал мне задачу сложнее, как будто проверяя мои пределы.
Внезапно он закрыл конспект и поднял на меня глаза. Его взгляд был изучающим, пронизывающим насквозь. Я невольно втянула голову в плечи.
- "держи." сказал он, протягивая мне свою тетрадь.
Я удивленно посмотрела на него, промолчав.
- "мои конспекты." ответил он с легким отстранением в голосе. - "там все основные теоремы и формулы. Может, тебе так будет легче запоминать."
Я взяла тетрадь. Она была исписана аккуратным, чётким почерком. Каждая формула была выделена цветом, каждое доказательство – тщательно структурировано. Это был не просто конспект, а произведение искусства.
Приняв тетрадь я почувствовала странное смешение эмоций. Благодарность, смущение и... какое-то необъяснимое тепло. Это был акт доверия, пусть и небольшой, но акт. Он отдавал мне частичку себя, делился со мной своим знанием. И это заставляло моё сердце предательски дрогнуть.
- "спасибо." прошептала я, опуская глаза. Я не могла смотреть на него, боялась, что он увидит в моих глазах то, что я так отчаянно пыталась скрыть.
Он пожал плечами, словно этот жест ничего не значил.
- "надеюсь, это поможет. А то ты слишком долго думаешь над каждой задачей. Нужно ускориться."
Строгость вернулась. Волшебство момента рассеялось, как дым. Я вздохнула и открыла тетрадь. И снова погрузилась в мир цифр и формул. Мир, в котором Ши Ын был моим проводником и мучителем одновременно. Хотя мучителем должна быть я.
Я знала, что должна сосредоточиться на учёбе, должна оправдать его доверие. Но мои мысли продолжали возвращаться к его жесту, к его конспекту. К этому маленькому акту доброты, который растопил лёд в моём сердце.
И я не могла позволить себе полюбить его.. Или скорее я не могла позволить себе признаться себе в том, что уже полюбила?
Буквы выстроились в идеально ровные ряды, как солдаты на параде. Он выделял ключевые моменты цветными маркерами, создавая визуальную иерархию, позволяющую легко ориентироваться в сложных математических джунглях. Это был не просто конспект – это была карта, путеводитель по миру формул и теорем.
Я начала осматривать строки, вчитываясь в каждое слово, в каждую формулу. Попытка сосредоточиться на математике терпит крах. Меня больше привлекал его образ, проступающий сквозь эти строчки. Я представляла, как он кропотливо выводил каждую букву, обдумывая каждый шаг, стремясь к совершенству.
Всё это время Ши Ын смотрел на меня. Я чувствовала его взгляд, сверлящий меня изнутри, ощущала его присутствие рядом. Что у него в голове? О чём он сейчас думает? Это терзало меня, мучило, лишало покоя.
И тут, внезапно, он начинает разговор. Слова вылетели из его уст:
- "это может показаться грубым, но у тебя был парень?"
Я замираю. Ручка выпадает из рук и с тихим стуком катится по столешнице. Я перестаю читать. Дыхание перехватывает. Для чего он задал этот вопрос? Почему сейчас?
Мозг мгновенно рисует картины прошлого. Я помню смех, объятия, прогулки под луной. Я помню, как верила в вечную любовь. Я помню, как была наивной и глупой.
Я вспоминаю свои длинные, густые волосы, которые я так любила. Они струились по плечам, как шёлк и придавали мне уверенность. А потом ножницы, короткая стрижка, новая я.
Я помню, как рассталась с прошлым парнем. Он был таким "идеальным", таким популярным. Я встречалась с ним, когда у меня были длинные густые волосы, он обожал их. Но после того, как я их отстригла, то он расстался со мной. Сказал, что я стала слишком страшной, что я больше не привлекаю его.
Боль пронзает иглой. И после этого я пообещала себе: больше никаких спонтанных чувств, никакой слепой веры, никакой уязвимости. Я пообещала себе, что не буду так быстро влюбляться, пока не изучу человека до мельчайших деталей, пока не буду уверена в его надежности. Но вот Ши Ын... он словно лакмусовая бумажка, показывает все мои слабости, заставляет меня сомневаться в собственных принципах.
Собрав всю свою волю в кулак, я берусь смелости и отвечаю. Голос слегка дрожит, но звучит достаточно уверенно. Я продолжаю смотреть в тетрадь, избегая его взгляда.
- "был."
Ши Ын молчит несколько секунд, обдумывая свой следующий вопрос.
- "из-за чего расстались?" наконец произносит он.
Я сглатываю комок, застрявший в горле. Не хочу рассказывать ему всё. Не хочу, чтобы он видел мою уязвимость. Не могу делиться с ним своей болью.
- "когда я отрезала волосы, он бросил меня. Конец."
Конец. Обрываю разговор на самой болезненной точке. Не хочу вдаваться в подробности, не хочу анализировать, не хочу чувствовать эту жгучую крапиву стыда и боли.
Не хочу, чтобы снова было так больно, так грустно. Хватит с меня. Я выплакала все слезы, я пережила всю боль. Я не позволю этому повториться.
Ши Ын на это ничего не ответил. Он просто опустил глаза. Тишина снова окутала нас, но теперь она была другой — напряженной, неловкой, полной невысказанных вопросов.
Я снова уставилась в конспект, пытаясь скрыть дрожь в руках, в голосе, во всем теле. Но знала, что он всё видит, всё чувствует.
Ши Ын молчал, но я физически ощущала его взгляд, прикованный ко мне. Он пережёвывал мои слова, пытался проникнуть в мои мысли, прочитать в моем лице то, что я так старательно скрывала. Казалось, что он способен видеть сквозь меня, видеть мою боль, мои страхи, мои слабости.
Внезапно снова этот резкий, как удар хлыста, вопрос:
- "ты была с ним счастлива?"
Я замираю. Снова останавливаюсь читать, потому что все буквы, все символы сливаются в одно размытое пятно. Снова эта боль, эта тяжесть в груди, это предательское воспоминание о том, как всё начиналось.
Почему он всегда задает вопросы и не отвечает ни на один из моих ответов? Может, так даже и лучше. Может, ему просто интересно и не желает делиться своими мыслями со мной.
Он смотрел на меня, ждал ответа. Я же смотрела в тетрадь и ничего говорить не собиралась. Он не получал никакого ответа на свои вопросы.
Он не дождавшись ответа, будто бы решил сам всё за меня:
- "если молчишь, значит нет? не была счастлива?"
Слова задели меня, как гвоздём по стеклу. Я не смогла сдержаться.
- "всё не так..." выпалила я, перебивая его. Голос дрожал, выдавая мое волнение.
- "по началу всё шло хорошо, даже очень." продолжаю я, стараясь говорить ровно, спокойно, как будто пересказываю чужую историю. Но каждое слово дается с трудом, каждое воспоминание – как нож в сердце. - "но под конец он будто бы стал холоден ко мне, будто бы у него пропали ко мне чувства.. и просто искал причину расстаться."
Я говорила с болью. Прошлые отношения мне дались тяжело, очень тяжело. Я потеряла себя, потеряла веру в любовь, потеряла веру в людей.
Ши Ын, кажется, понимал как мне тяжело говорить об этом. Я уловила лёгкое сочувствие в его глазах, но она тут же исчезла, сменившись привычной отстраненностью.
- "он из нашей школы?" – внезапно спросил он, проигнорировав все мои страдания. Его голос был ровным, бесстрастным.
Я на мгновение опешила, но тут же собралась с мыслями.
Он сглотнул:
- "как его зовут?" продавил он, стараясь казаться равнодушным.
Внутри меня всё кипело от гнева и обиды. Почему он так бесцеремонно вторгается в мою личную жизнь? Почему он так настойчиво расспрашивает о том, что причиняет мне боль?
Я, наконец, посмотрела ему в глаза. В его взгляде не было насмешки, не было осуждения. Не было ничего, кроме холодного, расчетливого интереса.
- "это не важно. Что на тебя нашло?" сказала я, стараясь говорить как можно тверже и увереннее. - "он давно уже перевёлся." добавила я, давая понять, что не хочу продолжать этот разговор.
Я дала понять, что не хочу разговаривать на эту тему, что мне больно и неприятно. Я дала понять, что он перешёл черту.
После этих слов я снова отвернулась, погрузившись в изучение формул в тетради Ши Ына. Но в голове моей бушевала настоящая буря. Я чувствовала себя опустошенной, измученной.
Я судорожно вчитывалась в формулы, надеясь, что хоть что-то отложится в моей голове. Но все мои мысли сейчас были о Ши Ыне, о его неожиданных вопросах, о той боли, которую он разбередил во мне. Математика казалась чем-то далеким и неважным.
Я чувствовала себя загнанной в угол, пойманной в ловушку его холодного, проницательного взгляда. Мне хотелось просто убежать отсюда, спрятаться, забыть обо всем. Но я знала, что это невозможно.
Внезапно раздался его голос:
- "если закончила, то по этой формуле реши пример."
Ши Ын начал быстро и четко писать что-то на листке бумаги. Сначала это были просто цифры, потом знаки, потом скобки. Но очень быстро это всё превратилось в невероятно длинное уравнение, занимающее почти половину листа.
Я невольно приоткрыла рот от изумления и ужаса. Пример был действительно огромный, запутанный и сложный. Казалось, что для его решения потребуется не один час и не одна исписанная страница.
- "и как я это решу?" вырвалось у меня скорее как стон, чем как вопрос. - "ты слишком жесток."
В ответ Ши Ын проигнорировал меня. Он закончил писать пример и оторвал листок от блокнота.
- "проверим твои навыки." сказал он, протягивая мне ручку. - "начинай."
Его тон был бесстрастным, лишённым каких-либо эмоций. Словно он предлагал мне не решить сложный пример, а просто передвинуть шахматную фигуру.
Я с грустным лицом взяла его ручку. Ручка пахла им - немного древесным ароматом и какой-то химией. Держа её в руках, я чувствую к нему большую близость. Мне ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Я понимала, что это его способ отвлечь меня от неприятных воспоминаний, его способ заставить меня сосредоточиться на чём-то другом.
Я принялась за решение примера, стараясь не думать ни о чем другом, кроме цифр и формул. Но это было нелегко. Голова была забита воспоминаниями, эмоциями, страхами. Я то и дело ошибалась, путала знаки, забывала формулы. Ши Ын молча наблюдал за мной, это меня ещё больше нервировало.
Каждая ошибка отдавалась во мне уколом стыда и разочарования. Я чувствовала себя глупой, беспомощной, никчемной. Мне хотелось просто бросить всё и убежать, но я знала, что не могу этого сделать. Я должна доказать ему, что я не так уж безнадежна, что я способна на большее.
Я углубилась в решение примера, пытаясь забыть о всех своих проблемах и сосредоточиться на математике. И постепенно, шаг за шагом, мне начало казаться, что я действительно что-то понимаю, что я могу справиться с этой сложной задачей.
А Ши Ын продолжал молчать и смотреть. И в его взгляде читалось и удивление, и одобрение, и даже какое-то странное, непонятное мне восхищение.
а у меня в голове кипел настоящий хаос. Цифры плясали перед глазами, скобки множились, знаки то и дело менялись местами. Я знала, что где-то здесь есть решение, что ключ к разгадке лежит прямо у меня перед носом, но я никак не могла его найти. Мозг отказывался работать, разум отказывался подчиняться.
Я чувствовала себя загнанной в тупик, будто застряла в лабиринте, из которого нет выхода. Отчаяние медленно подкрадывалось ко мне, заставляя руки дрожать, а сердце бешено колотиться. Я начинала злиться на себя, на Ши Ына, на эту чертову математику.
И тут вдруг я почувствовала его. Тепло, исходящее от его тела. Легкий аромат, исходящий от его волос. Он наклонился ко мне ближе, так близко, что я могла ощущать его дыхание на своей щеке.
Мир вокруг меня словно перестал существовать. Остались только мы двое, этот пример и его присутствие, которое заставляло мое сердце выпрыгивать из груди. Я чувствовала, как к щекам приливает кровь, как дыхание перехватывает от волнения.
Я изо всех сил старалась сосредоточиться на примере, но его близость сбивала меня с толку.
Он смотрел в мою тетрадь, как изучает мои вычисления, как анализирует мои ошибки.
- "попробуй раскрыть сначала скобки." прошептал он тихо, почти неслышно. - "пример легче станет."
Его голос звучал так близко, так интимно, что у меня мурашки побежали по коже. Я почувствовала, как по телу разливается тепло, как внутри меня всё сжимается от волнения.
И тут он отстранился. Словно очнулся от наваждения, словно понял, что зашел слишком далеко.
Я невольно поймала его взгляд. В его глазах мелькнуло что-то похожее на смущение, но тут же исчезло, сменившись привычным бесстрастным выражением.
Я опустила глаза на тетрадь, стараясь не думать о том, что только что произошло. Но его слова эхом отдавались в моей голове. "попробуй раскрыть сначала скобки..."
Я вздохнула и послушно кивнула. Интуитивно я знала, что он прав. Я просто слишком устала и взволнована, чтобы увидеть очевидное решение.
И действительно, как только я начала раскрывать скобки пример стал казаться намного проще. Сложные вычисления превращались в лёгкие уравнения, запутанные формулы – в простые правила.
Я потихоньку начала решать пример. В голове воцарилась ясность, руки перестали дрожать, а уверенность в себе начала медленно возвращаться.
И это всё благодаря ему. Благодаря его мудрому совету, благодаря его поддержке, благодаря его незримому присутствию, которое давало мне силы и уверенность в себе.
После того, как пример казавшийся в начале непосильной задачей был покорен, волна облегчения захлестнула меня с головой. Я гордилась собой, хотя и понимала, что без его подсказки не справилась бы. И эта небольшая победа заставляла меня чувствовать себя увереннее.
Я отодвинула тетрадь от себя и, стараясь казаться как можно более невозмутимой, произнесла:
- "я закончила, проверяй." слова дались мне легче, чем я думала. В голосе звучала твердость и немного наигранная уверенность. Мне хотелось произвести на него впечатление и показать, что я не такая уж и беспомощная, как ему могло показаться.
Ши Ын, как всегда, не спешил с ответом. Он медленно, не отрываясь, изучал мои вычисления. В его взгляде не было ни намека на эмоции, и это меня немного нервировало. Я не могла понять, что он думает, доволен он моим решением или нет.
Тишина казалась невыносимой, она давила на меня, словно огромная тяжесть. Я чувствовала, как напряжение нарастает с каждой секундой. Мне хотелось что-нибудь сказать, чтобы прервать это молчание, но я боялась нарушить его концентрацию.
Наконец, Ши Ын поднял голову и посмотрел на меня. В его глазах мелькнуло что-то похожее на удивление.
- "ты справилась. Решение верное. Почти без ошибок."
Я не могла поверить своим ушам. Неужели я действительно смогла его удивить? Неужели я действительно доказала, что чего-то стою?
- "я знала, что справлюсь." ответила я, стараясь скрыть радость, которая переполняла меня изнутри. - "просто мне нужна была небольшая подсказка."
- "небольшая?" удивился Ши Ын, но в его удивлении не было колкости, а скорее ирония.
- "ну... да." немного смутилась я. - "немного больше, чем небольшая подсказка."
Он ничего не ответил, лишь слегка приподнял уголки губ в слабой улыбке. И эта мимолетная улыбка зажгла во мне какой-то новый, незнакомый мне огонь.
- "хорошо." сказал Ши Ын, откладывая тетрадь в сторону. - "тогда теперь твоя очередь."
Я нахмурила брови:
- "моя очередь? что ты имеешь в виду?"
- "теперь ты задашь мне пример." пояснил он. - "посмотрим, как хорошо ты усвоила материал."
Волна паники захлестнула меня с головой. Я? Задавать пример Ши Ыну? Да он же щелчком пальцев решит любую задачу, которую я ему предложу!
- "я не смогу!" воскликнула я. - "я ничего не знаю."
- "не говори глупостей." возразил он. - "ты только что решила сложный пример. Ты знаешь достаточно, чтобы задать мне задачу."
Я закусила губу, раздумывая. Он действительно прав. Я решила пример, а значит, что-то всё-таки знаю. Но я всё равно боялась опозориться.
- "ладно." сдалась я. - "но не смейся надо мной, если пример будет слишком простым."
- "я не смеюсь над другими." ответил Ши Ын. - "я просто проверяю знания."
И с этими словами он протянул мне ручку и чистый лист бумаги. Моё сердце снова забилось быстрее, но на этот раз это был не страх, а предвкушение.
Ручка в моей руке дрожала. Лист в клетку казался мне огромным, пустым полем предстоящей битвы. Я, Чи Ён, против математики. Смешно.
Нет, я должна собраться! Ши Ын не должен видеть мою неуверенность. Я должна заставить его хотя бы чуть-чуть задуматься. Да, это моя цель!
В голове начали роиться мысли, складываться в подобие примера. Я решила не мудрить и написать что-то похожее на то, что мы решали на прошлых занятиях. Пусть он подумает, что я просто запомнила шаблон, а не разобралась в сути. Такая тактика!
Я принялась писать, тщательно вырисовывая каждый знак, стараясь придать всему уравнению максимально запутанный вид. Коэффициенты росли, степени взлетали в небеса, скобки множились и плодились.
В итоге вместо изящного математического этюда получилось неуклюжее, громоздкое чудовище. Пожалуй, это больше походило на уравнение, чем на пример.
Закончив, я откинулась на спинку стула, стараясь принять небрежный вид.
- "решай. Я уверена, что ты не справишься." процедила я, стараясь придать своему голосу уверенности.
- "даже поспорить готова?" ответил Ши Ын, в его голосе чувствовалась насмешка.
Я вздрогнула. Спорить с ним... это значит точно проиграть.
- "не готова..." пробормотала я, отводя взгляд в сторону. Снова этот противный румянец, преследующий меня при каждом взаимодействии с ним. Я не могла позволить ему увидеть мою растерянность.
Ши Ын, не говоря ни слова, схватил ручку и впился взглядом в мою «головоломку» Я с трудом сдерживала дыхание, наблюдала за ним. Он хмурил брови. На мгновение мне показалось, что я всё-таки смогла его озадачить. Но потом его рука уверенно заскользила по бумаге, выписывая цифры и знаки с поразительной скоростью.
Время тянулось медленно. Я неотрывно следила за Ши Ыном, надеясь увидеть хоть малейший признак замешательства. Но он оставался сосредоточенным, собранным и.. каким-то даже элегантным в своей математической задумчивости.
Наконец, он отложил ручку и молча протянул мне листок. "проверяй." как будто говорили его глаза.
С замиранием сердца я взяла листок и принялась за проверку. Строка за строкой, действие за действием. Мои глаза судорожно бегали по цифрам, выискивая ошибку. И чем дальше я продвигалась, тем отчетливее понимала — всё правильно. Идеально. Безупречно.
- "всё правильно, вроде бы." пробормотала я, тоскливо признавая своё поражение.
- "что за «вроде бы»?" Ши Ын съязвил с явным сарказмом. - "ты что, собираешься еще пару часов тут копаться?"
Ехидный тон Ши Ына, как всегда, вывел меня из себя.
- "я и так устала, а ещё ты меня здесь испытываешь! да я уже скоро засну просто от количества цифр на одном квадратном сантиметре." выпалила я, откидываясь на спинку стула.
Почему он всегда такой умный? К тому же, в эти напряженные дни наших занятий я совсем выкинула из головы тот факт, что мне вообще-то нужно разрабатывать гениальный план по убийству Ши Ына. А это нужно сделать, чтобы получить обещанные деньги. Что со мной не так?! Как так вышло, что я забыла о своей основной миссии? Увлеклась попытками его перехитрить что-ли? Или это что-то другое..?Невероятно! Необходимо срочно исправить эту ситуацию!
⭐️⭐️⭐️
Спойлер к 23 главе — неожиданная встреча