43 Виктория
Слова Гронского звучат в голове снова и снова: «Если кто-то и напишет правду обо мне, хочу, чтобы это была ты». Зачем он так сказал?
До защиты диплома осталось совсем мало времени, а у меня текста — кот наплакал. В очередной раз проматываю файл до титульной страницы и всматриваюсь в тему своей работы, будто мне это поможет.
- Влияние социальных сетей на журналистику, - читаю вслух, чтобы хоть немного заглушить посторонние мысли.
Кажется, тема идеальна, и в любой другой ситуации я бы без лишних колебаний настрочила десять листов за пару часов. Но сейчас каждый символ даётся с трудом, слова застревают где-то глубоко внутри, отказываясь выходить наружу. Взгляд скользит по экрану, но, вместо того чтобы сосредоточиться на дипломе, я снова думаю о Марке. О тех днях до презентации. Нам ведь на самом деле было хорошо. Или это только моё воображение?
Пальцы зависают над клавиатурой, глаза закрываются. В очередной раз возвращаюсь в то утро на пляже. Прошло уже несколько дней, а я всё ещё не могу смириться с тем, что снова сыграла не по правилам. Должна была перед ним объясниться, извиниться, а в итоге выставила себя пострадавшей.
Почему он смог признать свои ошибки, а я — нет? Говорила только о том, как мне больно. Неужели для меня так важно доказать, что я потерпевшая, что не должна оправдываться? Как глупо. Зато он сказал всё, что хотел, был таким искренним.
А эта его просьба... не даёт мне теперь покоя. Какую правду он хочет, чтобы я написала? Ту, которая может разрушить между нами всё окончательно? Или...
Протягиваю руку к чашке с чаем, делаю глоток, и, несмотря на то что он давно остыл, ощущаю тепло. Ассоциация этого напитка с Марком засела так глубоко, что уголки губ поднимаются вверх сами по себе. Курсор мигает на экране, словно подталкивая к действию. И прежде чем я успеваю всё обдумать, создаю новый текстовый документ и набираю заголовок: «История Даркнесса или пособие, как победить пятого всадника апокалипсиса».
В этот раз пальцы порывисто движутся по клавишам, будто они наконец нашли своё предназначение. Слова выходят из меня с невероятной лёгкостью. Кажется, я даже не думаю, что именно пишу, просто позволяю чувствам и мыслям найти своё отражение в тексте. Я не собираюсь рассказывать о детстве Марка или о его родителях, тем более не хочу упоминать о его первой несчастной любви. Если посчитает нужным, пусть сам поведает об этом в каком-нибудь интервью. Я же пишу о другом. О нас. О своём обмане, о его жестокой мести. О моём страхе и боли, которые не дали рассказать правду вовремя. О его гневе, который разрушил всё на своём пути, оставив пустоту и сожаление. Пишу о том, как легко нам было потерять друг друга из-за недоверия, из-за нежелания честно поговорить, без масок и игр.
Абзацы складываются в нечто цельное, живое. Это не просто статья. Это крик души, попытка понять саму себя и то, что произошло между нами. Я знаю, что этот текст не тянет на то, чтобы быть напечатанным в известном журнале. Он слишком личный, слишком откровенный. Но он нужен мне... нужен нам.
Заканчиваю свою исповедь спустя несколько часов. Чувствую странное облегчение, как будто вытащила из себя что-то тяжёлое и позволила ему уплыть. Сохранив файл, закрываю ноутбук и откидываюсь на спинку стула. В комнате становится тихо. Теперь я знаю, что скажу Марку, если он снова появится в моей жизни. Надеюсь, судьба нас сведёт. Надеюсь, наша история ещё не завершена.
✦ ✦ ✦
В ближайший выходной, когда я уже начала оправляться от чувства опустошенности и когда дипломная работа сдвинулась с мёртвой точки, открылась входная дверь, и в квартиру ворвались звуки смеха.
Мари и Сабина, как всегда, не стесняясь, незамедлительно оккупировали гостиную, бросая свои вещи на диван и наполняя пространство энергией, которой мне так не хватало.
- Ого, вот это хоромы, - не сдерживая эмоций, Мари сразу приступает к самоэкскурсии. – Aquarium в самом деле полностью оплачивает аренду? – заглядывает она в просторную ванную.
- Конечно, сами же заставили переехать меня в «безопасный» жилой комплекс, - жестом показываю кавычки. – Теперь на себе узнала, что такое «золотая клетка». Рада, что наконец-то вас разрешили пригласить.
Сабина, не дождавшись, пока я закончу, внезапно встает с места и заключает в объятия.
- Мы по тебе соскучились, - тихо говорит она. – Почему так долго не отвечала на звонки? Мы переживали.
- Ага, - перебивает её Мари, - думали, тебя в рабство продали.
- Простите, - виновато смотрю то на одну, то на вторую девушку, - просто... мне было сложно, - признаюсь честно.
Мари тут же подходит и обнимает меня с другой стороны, так что теперь я буквально оказываюсь на границе добра и зла. Не помню, чтобы они когда-нибудь действовали так мило, да ещё и сообща. Ощущая их тепло и заботу, позволяю завладеть моим лицом счастливой улыбке.
- Не зачем извиняться, - сильнее прижимается к нам Сабина. – Ты имеешь право на личное пространство.
- Но ответить хотя бы на один звонок от подруг просто обязана была, - добавляет противоположенная ей девушка.
Спустя ещё триллиард таких нашептываний с двух сторон, из которых непонятно, то ли меня поддерживают, то ли ругают, я всё же выбираюсь на свободу и, вскрыв бутылку красного полусухого, меняю локацию на кухонный стол.
Мари принимается воодушевлённо рассказывать о том, как нашла человека, который написал ей диплом за деньги. Сказать честно, я даже не удивлена. Её всегда привлекали быстрые пути, и такое решение кажется вполне логичным продолжением её подхода к жизни.
- Я поняла, что просто не успею всё сделать вовремя, - с ухмылкой поглаживает она бокал. – Все эти тезисы, раскрытия тем... для чего мне это, если можно просто заплатить?
Сабина же, улыбаясь, переводит разговор на себя. С чувством гордости она делится подробностями своей работы:
- У меня материала, собранного на презентации, хватило с лихвой, - будто между делом разливает она очередную порцию вина. – Я почти всё написала. Осталось только пару мелочей исправить.
Мари, подперев голову рукой, бросает на свою вечную соперницу хитрый взгляд:
- Ну да, конечно, ты же у нас мисс Идеальность, - протягивает она. – Всё всегда делаешь вовремя, материала у тебя «с лихвой», на презентацию от университета попадаешь. Может, нам всем стоит на тебя равняться?
Та, в свою очередь, закатывает глаза, но улыбка не сходит. Мы обе отлично знаем, что Мари ни за что не упустит шанса поддеть подругу.
- Извини, что у меня не было «гениальной» идеи просто заплатить кому-то за то, что должна сделать сама, - парирует Саб с мягкой иронией, затыкая бутылку деревянной пробкой.
- Это не гениальная идея, а практичная, - театрально пожимает плечами её оппонентка, будто это в корне всё меняет. – Ты как всегда, не умеешь ценить простые решения. Вместо этого предпочитаешь себя мучить.
- По крайней мере, я знаю, что это моя работа, - с прежней теплотой отвечает подруга. – В отличие от некоторых, которые идут на поводу своей лени.
- Лень — это двигатель прогресса, детка, - поднимает бокал Мари с невозмутимым видом. – Если бы все были такими трудоголиками, как ты, мы бы до сих пор жили в пещерах.
Я же молча посмеиваюсь, пока Сабина, едва сдерживая улыбку, делает вид, что обижена.
- Ну, конечно! И колесо, небось, тоже изобрели, чтобы ленивцы вроде тебя могли кататься, а не ходить пешком? – грациозно протягивает она бокал и касается им бокала соперницы.
- Разумеется, - не моргнув глазом, отвечает та. – Просто представь: древний человек, такой же умный, как я, сидит в своей пещере и думает: «А зачем идти ногами так далеко, если можно просто... поехать?» Вот и вся история прогресса.
Сабина снова закатывает глаза, но её улыбка говорит о том, что ей нравятся эти перекидывания «любезностями».
Наблюдая за подругами, невольно ощущаю, что жизнь продолжается в своём обычном темпе.
- Кстати, - вдруг обращается ко мне Саб. – Как у тебя с дипломом? Получилось найти вдохновение?
Сначала задумываюсь, но решаю не вдаваться в подробности:
- Да, кажется, потихоньку двигаюсь.
- Это круто, - кивает она, искренне обрадовавшись. – Ты умница, справишься.
Мари, тем временем, придвигается поближе и, игриво прищурившись, спрашивает:
- А ещё кроме диплома что-нибудь новое в твоей жизни? Мужчины, драмы, фанаты, вдохновляющие сюжеты?
- Нет, у меня жизнь, как у монахини. Всё только вокруг учёбы.
- Скучно, но у меня такое ощущение, что ты недоговариваешь, - подмигивает она. – Ладно, не буду давить. Но имей в виду, я всё равно узнаю, если случится нечто интересное.
Улыбка так и не сходит, но где-то внутри ощущаю, как эта фраза отзывается. Может быть, стоит рассказать им? О том, что я написала статью о Марке и пока не решилась её опубликовать. Но вместо того, чтобы поддаться этому порыву, меняю тему разговора.
- Слушай, - обращаюсь к Мари. – Расскажи-ка лучше, что у тебя нового в личной жизни. Раз ты освободила время, которое могло занять написание диплома, уверена, что потратила его на кого-то особенного.
Подруга тут же выпрямляет спину, готовясь поведать о своих похождениях.
- Ну что ж, раз уж ты так настаиваешь, - протягивает она, делая вид, что её упрашивали об этом несколько часов. – Я официально кое с кем встречаюсь. И он просто космос! Высокий, с завораживающими глазами, кудряшками и голосом, от которого мурашки.
- Як что ли? – догадываюсь я, но вместо неё отвечает Сабина:
- Он самый.
- Ого, ты таки решилась, - не поддельно удивляюсь я. Хотя на последней вечеринке и сама между ними заметила яркие искры.
- Решилась? – хмыкает Мари. – Ты так говоришь, будто я сама за ним бегала. А это вообще-то он меня буквально преследовал последние несколько месяцев.
Не могу удержаться от смеха, представляя, как Як с его безграничной любовью только к себе следует за девушкой, словно преданный щенок.
Тем не менее, подруга принимает такое выражение лица, словно её только что официально объявили победителем конкурса на самое успешное романтическое завоевание. Она делает эффектную паузу, позволяя мне переварить новость.
- Он просто не смог устоять, - бросает она с видом непобедимой королевы, крутя в руке бокал.
Сабина, которая старалась промолчать, всё же, склонив голову, выдает:
- Лично я не верю ни единому слову.
- Это ещё почему? – бросает на неё удивлённый взгляд Мари, будто не ожидала такого удара.
- Потому что я вас двоих видела. И если это он тебя «преследовал», то почему всё время выглядел так, будто сам не понимает, куда его занесло?
Я же не сдерживаю смешка, а Мари только возмущённо фыркает, хлопая ладонью по столу.
- Вот как! Думаешь, я его заставила? – Откидывается она на спинку стула. – Ну-ну, продолжай думать, что хочешь, но когда он придёт меня провожать сегодня вечером, вы обе будете завидовать.
- Конечно, - продолжает испытывать нервную систему подруги Сабина. – Я уже завидую. Такому мастерству драматургии.
Спор между этими противоположностями разгорается прямо на моих глазах. Их перепалки всегда были чем-то вроде традиции, которая неизменно напоминает о том, как сильно они отличаются и при этом каким-то чудом остаются вместе. Но в этот раз, наблюдая за их лёгкой пикировкой, чувствую, как внутри разливается тёплая волна ностальгии.
- Слушайте, - останавливаю словесный поединок, скрещивая руки на груди, - как вы вообще без меня друг друга ещё не поубивали?
Они обе замолкают, одновременно поворачивая головы в мою сторону. Сабина прищуривается с лукавой улыбкой, а Мари театрально закатывает глаза, будто моя реплика её лично оскорбила.
- Да мы, между прочим, мирно живём, - возмущается Мари, делая вид, что всерьёз обижена. – Это ты тут дразнишь нас своими сомнениями!
- Да-да, «мирно», - подхватывает вторая подруга. – Не прошло и десяти минут, как ты начала подкалывать меня из-за диплома.
- Это не «подкалывать», а дружески поддерживать, - парирует первая с самым невинным выражением лица.
Я же прикрываю глаза ладонью, и, пока они снова не погрузились в перепалку, добавляю:
- Ну да, как я могла забыть. Вы же просто образец взаимопонимания.
✦ ✦ ✦
Спустя несколько дней после визита подруг и почти неделю после написания статьи о Марке... о нас, я начала ощущать её тяжесть. Она словно задышала в моём ноутбуке, в ожидании, когда я решусь что-то с ней сделать. А я... просто слоняюсь по квартире, как привидение.
На столе стоит очередная кружка с нетронутым чаем, рядом лежит листок со списком крупных издательств и их ценами за мою писанину. Взгляд блуждает по комнате, застревает то на окне, то на часах, то на рамках с фотографиями на полке.
Раз за разом я возвращаюсь к одной и той же мысли: отправить текст? И если да, то куда? Гронской ведь ничего конкретного не сказал. А вдруг он бросил ту фразу просто на эмоциях и на самом деле не хочет, чтобы я о нем писала.
«Но это ведь не совсем о нём», - говорит внутренний голос.
В комнате становится душно, хотя окна распахнуты настежь, и лёгкий ветерок шевелит занавески. Меня всё раздражает: этот нетронутый чай, этот список издательств, эти часы, которые тикают, издеваясь надо мной.
Перемещаюсь из одного угла комнаты в другой, словно изолированный пациент в клинике. Так хочется отвлечься, выйти в общество, почувствовать себя снова живой. Но вместо этого я буквально заперта здесь, где даже воздух кажется фильтрованным.
Жизнь «дистанционно» сводит с ума. Учёба — онлайн. Общение — онлайн. Покупки — онлайн. Даже стримы, которыми я пыталась отвлечься, уже не приносят радости. Весь этот виртуальный мир кажется холодным и неосязаемым.
В Aquarium решили, что огородить меня от всего — лучшее решение для сохранения безопасности. Сказали, что это на время, что нужно сначала понять, как ко мне относится публика, и подождать, пока «защитники» Даркнесса утихнут.
Леонид Логинов ещё хотел, чтобы я и диплом защищала онлайн, но у него не получилось договориться с деканатом, что безусловно радует. Не думала, что когда-нибудь у меня будет такое сильное желание прийти в универ, увидеться с одногруппниками.
Вот же ирония: именно в этот момент я оказалась в заточении.
- Ладно, это не будет длиться вечно, - успокаиваю себя, а взгляд, словно меня заворожили, устремляется к ноутбуку.
Снова сажусь за стол и долго смотрю на экран. Чувствую себя так, будто стою на краю пропасти с закрытыми глазами и не знаю, с какой именно стороны спасение. Вероятность шагнуть не туда так велика. Но если вовсе ничего не сделать с этим текстом, он так и останется мёртвым грузом внутри меня, который со временем врастёт в почву и не даст сдвинуться с места.
Внутренний голос снова тревожит: «Ты уже сделала первый шаг, написала это. Почему бы не сделать второй?»
Набираю в браузере название первого издательства из списка. Делаю глубокий вдох, тем временем пальцы сами скользят по клавиатуре.
«Добрый день. Меня зовут Виктория Ясенская. Я хочу предложить вам статью для публикации...»
Пока пишу сообщение, в голове звучат предупреждения, что это слишком личное, что это может ударить больнее, чем я представляю. Но что, если именно это нам и нужно?
Прикрепляю файл к письму, медлю... ещё секунду и...