Глава 53
Кристофер паркуется на территории института, а я нервно смотрю в окно, надеясь, что на улице никого нет. Мне не нужны лишние сплетни, хотя они не так страшны, как реакция Аннет. Она будет сломлена, если узнает.
Я выхожу из машины и быстрым шагом направляюсь к институту, стараясь как можно скорее отдалиться от машины. Плечи напряжены, веки опущены. Я почти миновала парковку, но кто-то тянет меня за руку.
— Куда это мы так торопимся? — цокает Аннет, выгибая одну бровь. — Что ты забыла на парковке? У тебя ведь нет машины.
Я испуганно таращусь на неё, будто меня окатили водой, и облизываю губы, смывая следы вчерашнего.
— Грейс, ты забыла у меня в машине куртку, — доносится сзади знакомый голос. На мои плечи ложится тёплая куртка.
Аннет бросает кислый взгляд мне за спину. Понятно, кому принадлежит этот рокочущий тон — Кэтлин. Как всегда, спасает мне жизнь. Подозрений больше нет: Девис перестаёт меня терзать. Но Моррисон, похоже, не собирается глотать яд блондинки. Она становится рядом со мной, я замечаю это боковым зрением, и с вызовом смотрит на Аннет. Они словно вытесняют друг друга, создавая вокруг напряжённую атмосферу.
— Аннет, иди, я догоню тебя, — прошу я.
Подруга нехотя уходит, а я поворачиваюсь к Кэтлин.
— Всё ещё дружишь с ней? — морщится она, и я жестом подтверждаю. — Твоё дело, — остыло отвечает.
— Ты вовремя пришла. Спасибо, — благодарю я с лёгкой улыбкой. — Кстати, куртка мне действительно нужна была. Все мои вещи у тебя. Как ты догадалась?
— Кристофер утром позвонил, сказал, чтобы я прихватила.
Мои глаза распахиваются — шире рыбьих.
— Да, у меня была примерно такая же реакция. Между вами проскальзывает связь. Что у вас происходит? — допытывается она.
— Самой бы знать, — отвечаю вполсилы, отводя рассеянный взгляд.
Нет, правда, не могу дать чёткий ответ. Всё запутано и несерьёзно.
— Эй, ты чего? — Кэтлин наклоняет голову, чтобы рассмотреть моё выражение.
— Кристофер рассказал мне про Эмили.
— Рассказал, значит? — переспрашивает она, глубоко задумавшись. Её зрачки сливаются с пустотой. — Иди к Девис. Увидимся позже.
Она заканчивает, невесомо обнимая меня. Я тускло обнимаю её в ответ, не успевая сообразить, что происходит, и Фениса уходит в сторону парковки. Её походка почти каторжная, завитые локоны развеваются от быстроты.
В институте я поднимаюсь на нужный этаж. Возле окна стоит Аннет, удручённо глядя на двор. Я подхожу к ней, уже предчувствуя очередной дисбаланс.
— Прости, нужно было поговорить, — оправдываюсь я.
— И давно ты у неё живёшь? — перебивает она, неприветливо встречая меня.
— Откуда ты...? — запинаюсь, а сердце вздрагивает.
Аннет закатывает глаза и разворачивается ко мне всем телом.
— Ты давно уже не ходишь своей дорогой и вечно крутишься рядом с ней. Плюс у неё появились твои вещи, — загибает пальцы, перечисляя.
Логично. Лучше уж признаться в переезде к Кэтлин... хотя умолчу, что живу ещё и у Дьявола.
— С недавних пор, — сдаюсь я, глядя на неё с извинением. Аннет кивает. Она жаждет честности. — Послушай, я всё так же дружу с тобой, просто... мне нужно было переехать на некоторое время.
— Почему ты мне об этом не сказала? — обиженно надувается подруга.
Вопрос на миллион... Я понимаю, что о таком вообще нельзя рассказывать, поэтому спешно придумываю отговорку:
— Я знала, что ты живёшь не одна и не хотела доставлять лишние неудобства. Особенно после развода твоих родителей. Прости. Не думала, что для тебя это так важно.
Аннет перестаёт сердиться, её поза смягчается.
— В этом ты права. У меня дурдом в семье.
— Лучше расскажи, что вчера случилось? Ты снова напилась!
— Поверь, у меня был повод, — со злостью цедит она. Придётся слушать. — Всё было идеально, понимаешь? Казалось, будто мы чувствовали друг друга, сходились во взглядах, в диалогах. Я даже на коленях у него сидела! — мечтательно рассказывает, и у меня внутри что-то вспыхивает. Терпкое, адское пламя. — Алкоголь вливался в нас как вода! Дым усилил эффект. Потом мы дошли до поцелуев... Много поцелуев...
Я нетерпеливо перевожу взгляд в окно. Набираю в лёгкие воздух, подавляя агрессию. Держись, Грейс.
После моей ночи с Кристофером её истории звучат иначе. Я больше не могу. Не могу утихомирить дрожь, тьму в крови, не могу слушать их интимные подробности. Это нарастает. Жгучая ревность искрит в груди, перемешиваясь с голосом Аннет. Не выдерживаю! Меня лихорадит от мысли, что я делю Дьявола с кем-то ещё. Я знаю его гораздо лучше, чем она. И это странно. Мне хочется быть на первом месте в его жизни. Прошло всего пару недель, а я уже стала одержимой.
— Значит, всё прошло прекрасно? — выдавливаю из себя милый голос.
Аннет скучающе машет рукой.
— Куда уж там? Дело шло к сексу, я на это надеялась. Была уверена, что после этого мы точно станем ближе.
Я не удерживаюсь и хмыкаю, но подруга, похоже, этого не замечает.
— Ему не вовремя позвонили, и он бестактно ушёл, — раздражённо ворчит она, заскрипев зубами. — Что может быть важнее секса со мной!?
Например, спасение моей жизни — проносится в голове, но я старательно отбрасываю эту мысль.
Аннет эгоистично вздыхает, её плечи подрагивают. Она достаёт зеркальце и красит губы блеском. Я безмятежно наблюдаю, понимая, в какой момент он ушёл: гонки, трасса, внезапное исчезновение Майкла. Тогда Кэтлин пришлось позвонить Дьяволу. Иначе могли быть жертвы.
Это неправильно — обманывать Аннет. Я ведь говорила, что ненавижу Кристофера, что не нахожу в нём ничего привлекательного. Но это неправда. Теперь я не замечаю никого, кроме него. Доверяю этому бездушному подонку. Он... он спас мне жизнь. Не раз. Он не распускал слухи, не шантажировал. Чёрт возьми, даже не напоминает о той просьбе. Его поступки влияют на мои чувства. Всё плохое будто стирается, и душа тянется к нему.
Новая проблема: я чувствую себя лишней в этом «треугольнике». Мне срочно нужно оставить детские мечты и смотреть на вещи трезво. Я не та девушка, за которой будет ухлёстывать Дьявол. Рано или поздно он устанет. Он это знает. Вчерашней ночью я была всего лишь заменой Аннет. Он не смог переспать с ней из-за меня. Поэтому... я повелась как дурочка.
— Так, Грейс, ты снова меня пугаешь. Ты вся бледная, — Аннет обеспокоенно хватает меня за руку.
— Нет... Я в порядке, — хриплю, прочищая горло и качая головой. — Жаль, что у вас с Кристофером всё вышло боком, — искренне добавляю я, чуть улыбаясь.
Как бы ни было досадно, отступить в этой борьбе будет лучшим решением. Красота Аннет выиграет в любой номинации. У неё нет этих устаревших моральных принципов, и это играет ей на руку. Крис не сможет ранить её так, как может ранить меня.
— Персик, ты за это не переживай! — смеётся она. — Ты бы лучше за здоровьем следила. Высыпаешься хоть?
Подруга смотрит на меня с настоящей заботой и решимостью, а я снова открываю рот, не зная, что сказать. Из-за последних событий я едва сплю по несколько часов в день. Но об этом лучше умолчать.
— Ага... это всего лишь слабость из-за погоды, — вру я, глядя в окно, где вот-вот грянет дождь. — Пойдём, нам пора на лекцию.
Кристофер Форест
Я облокачиваюсь о капот своей машины, пальцами сжимая телефон. Должна прийти информация от Шона, но глухо. Кровь в жилах закипает. Серые тучи в небе давят на сосуды, и моя неконтролируемая ярость выходит из-под контроля. Ладонью я разминаю шею, ощущая покалывание и боль в висках. Начинает бесить эта чёртова неизвестность. Прыгаю с бубном, блядь, уже неделю, и всё впустую. Смит сама не от мира сего, так её ещё и преследуют такие же. В моей жизни ещё не было такой херни. Чтобы я не знал, что происходит в этом городе? Да я всё дотла сожгу, пока не добуду то, что мне нужно.
Я острый взгляд на Аннет и Кэтлин, а рядом с ними — невинно маячащая Грейс. На фоне этих стерв она кажется настоящей сахарной девочкой — с белыми крылышками и нимбом. Однако ночью она показала своё истинное лицо.
Возбуждение накрывает меня, и я гоню прочь мысли о том, чтобы трахнуть её снова — будь то в машине или в институте.
Достаю сигарету, внимательно наблюдая за ними. Грейс неловко: её зелёные глазки мечутся в поисках помощи. Хочет прикусить губу, но сдерживается. Ей больно? Вчера я зашёл слишком далеко и оставил пару ссадин. Мои зрачки темнеют, когда я вспоминаю её вкус.
Горький дым перебивает воспоминание о её сладости и немного отрезвляет. Я выдыхаю никотин в сторону и снова изучаю поведение двух «подружек». Никаких криков от блондинки? Похоже, Девис ни о чём не догадывается. А ты хорошая лгунья, Куколка.
Я стряхиваю пепел и делаю ещё одну затяжку. Мне-то что? Абсолютно плевать на их детские игры, кто с кем переспал и прочие мелочные дрязги. Моя голова забита кровью, убийствами, собственными целями и материальным состоянием. Всё остальное не имеет никакого значения.
Аннет в ту ночь делала всё, чтобы я взял её прямо в туалете: завлекала развязными жестами, поведением, открытым декольте. Платье она выбрала правильное — на её заднице было несколько пар глаз, и мои в том числе. Она бы добилась своего, если бы не... Кукла, за которой нужно приглядывать.
Я концентрируюсь на Грейс, которая придерживает куртку, прячась от осеннего ветра. Дурочка. Совсем не думает о последствиях.
С другой стороны, я не получил Аннет, но ухватился за кое-что куда более искушающее. Смит неукротимо боролась и отнекивалась от нашей первой ночи, избегала похоти и собственных желаний. А вчера этот ангелочек пал вновь. Мысль о том, что я добился недосягаемого, льстит мне куда больше. Грейс вдвойне заплатила за мой испорченный отдых. Звучит грубо?
В груди пульсирует почти так же, как если бы сердце сдавили щипцами.
Блядь.
Не важно.
Выдыхаю дым, но лёгкие сжимаются. Растираю веки, пытаясь унять бушующие эмоции. Мой внутренний демон тянется к этой маленькой добыче. Мне нравится играть с Грейс, нравится, как она сопротивляется, но в итоге сдаётся. В этом есть что-то мазохистское и извращённое.
В глазах застывает картина нашего секса. Ей чертовски идёт этот возбуждённый взгляд, сочетание смелости и покорности. Проклятье... С каким голодом её руки тянулись ко мне, как отчаянно она вонзала ногти в мою кожу, выгибалась, пытаясь не казаться распутной. Чушь. Она — дочь ночи, в её крови дикость и риск. Засосы на моём теле — доказательства.
Я бью кулаком по капоту, издаю грудной звук, провожу ладонью по волосам и лицу.
Блядь. Мне не стоит представлять это заново. Утром я тщетно сметал из памяти её изгибы, стоны, дрожь. В сердце режет что-то новое, противоречивое, рушащее мою сталь и чёткие планы. Но внутренний зверь мгновенно просыпается, не позволяя этому затмить логику. Холод и безразличие возвращаются, усмиряя меня. Как ментол с сигаретой — покрывают грудную клетку тонкой коркой.
Однако мысли всё равно текут. На кой чёрт я повёл Куклу на тот пляж? Зачем ей было знать об Эмили? Форест, ты оступаешься. Включи долбанные мозги. Чем меньше обо мне знают, тем лучше.
Кэтлин обнимает Грейс и направляется в мою сторону. Я мрачно дёргаю скулами, разглядывая злой вид пантеры. Каждый из нас на пределе — это ощущается за километр. Будет весело.
— Кристофер, ты не можешь играть с ней и вертеть, как тебе вздумается! Она не очередная марионетка в твоих похабных руках, — возмущается Кэтлин, скрещивая руки на груди.
От неё веет взрывом и гарью, словно черноволосая в уме раскромсала мои конечности и склеила их обратно. И это, надо сказать, очень мило. Даже похвально — так передать бойцовский вызов.
— Не понимаю, о чём ты, — безразлично отвечаю я, глядя куда-то в сторону.
— Ты рассказал ей об Эмили!
Я облизываю губы и направляю на неё точёный взгляд.
— Ты сам говорил, что Смит не должна привязываться к нам. Я знаю об Эмили, о тебе и твоём отношении к... любовной сущности, — продолжает предъявлять она. — Думаешь, я не догадываюсь, что между вами?
Я морщу физиономию и затягиваюсь дымом. Любовная тема вызывает лишь омерзение.
— Фениса, закроем разговор, — предупреждающе отрезаю я.
Меня раздражает собственная открытость. Грейс пересекает красные линии — умело и быстро. Я предпочитаю отсечь произошедшее и не сворачивать на путь неизбежного.
Моррисон с напором допытывается, словно ротвейлер с пеной у рта. Я ослабляю мышцы: на мой гонор она не ведётся. Особенно в личных вопросах.
— Ты спал с ней, Кристофер, — шипит она.
Я затягиваюсь никотином. Её знание ничего не пробуждает во мне.
— А должен был сначала посовещаться с тобой? — парирую я, переходя на повышенные тона и проводя кончиком языка по губам.
— Значит, всё-таки спал, — окончательно вздыхает она, удостоверившись в своих догадках, и с огорчением опускается рядом. Хитрая дьяволица. — Крис, ты не можешь играть с её чувствами.
— Почему нет? — от скуки поддерживаю разговор.
Я не привык обсуждать свою личную или сексуальную жизнь и не собираюсь начинать. Кэтлин зря пытается вбить мне в голову очередную мораль: своё решение о любви я принял давным-давно. Как и по поводу Смит. В моей смертоносной жизни любые двери заперты, и врываться туда не советую — будет больно.
— Твою мать, Форест, она моя подруга! Я не позволю тебе пользоваться ею! — вопит Моррисон, тыча пальцем мне в плечо.
— Не кричи, — спокойно бросаю я, оглядываясь на подругу. Она хмурит брови. — Я не собирался ею пользоваться. Грейс зашла в комнату и увидела фотографии. Сам не понимаю, на кой хрен рассказал ей об Эмили. Кукла нашла какое-то сходство с ней, хотя они чертовски разные, — я выкидываю окурок. — Грейс закатила истерику, а у меня не было желания слушать её бред и психи.
— Господи... И это закончилось тем, что вы переспали. Ну, конечно, — невесело хмыкает Кэтлин.
Я молча смотрю в сторону здания, а потом чувствую её ладонь на своей спине — тёплую, нежную, привычную. Фениса всегда так делает, когда хочет меня успокоить. Это помогает. Именно поэтому я не отстраняюсь.
Кэтлин знает. Понимает, что стоит за моей свирепостью и замкнутостью. Знает, почему я сижу здесь, а не перекрываю Смит кислород своей дерзостью. Она догадывается.
Секс не должен был нас сблизить. Ни меня с Грейс, ни её со мной. Но я чувствую — грядёт чертовщина. Чувствую это так же отчётливо, как и Кукла. Мы движемся в мутный, липкий омут, пахнущий купидонским бредом и бедой.
Грейс всё утро твердила, что наша близость — минутная слабость. И, сука, я готов был свернуть с дороги, посадить её к себе на колени и доказать обратное. И я бы доказал ей обратное. Она бы сломалась. Она лжёт. Себе. И мне. Прямо в лицо. Пылающая искра между нами на рассвете... её ни с чем не спутаешь.
Грейс ещё держится, отнекивается, но я знаю — ангелок сдаст позиции. Вопрос времени. Она потонет. Но я должен быть на шаг впереди. Должен охладить её сердце. Показать, на что способен. Показать жестокость. Для меня это — щёлкнуть пальцами. Легко.
Но не в этот раз.
Есть проблема: я заинтересован в том, чтобы Грейс утонула во мне. Целиком. Без остатка. И это меня настораживает.
Есть ещё кое-что. То, что не даёт покоя.
Если всё закончится так, как может закончиться... зеленоглазая будет рыдать в адском пекле. По моей вине. По моей инициативе. Куколка обожжётся — и взбунтуется. Она такая. Я знаю её темперамент. Знаю, чья кровь в ней течёт.
Она превратится в падшего ангела. И тогда у меня не останется выбора.
— Будь уверена, Кэтлин... если она пойдёт против нас, — гнетуще поворачиваюсь к ней, — у неё будет одна дорога. В ад.
Грейс Смит
Аннет всю пару с кем-то переписывается, а я старательно записываю конспект. Мэйсона нет, что ставит меня в тупик. Помню своё обещание Кэтлин: нужно поговорить с ним... снова. Окончательно поставить точку, чтобы больше не избегать его и не возвращаться к прошлому. Я стала другой, значит, и прошлое должно быть завершено.
Дьявол определённо сыграл в этом свою роль. Он дал понять: Мэйсон нравился мне не больше, чем друг. Иначе я бы не переспала с Кристофером, не так бурно реагировала бы на его присутствие, не злилась бы на Аннет. С Мэйсоном был обычный флирт, и этот порыв со временем угас. Значит, виноватых нет? Не стоило торопиться и срываться на него.
— Идёшь в столовую? — Аннет слегка толкает меня локтем.
— Да, идём, — бормочу я, вставая.
Как только поворачиваюсь, сталкиваюсь лицом к лицу с Мэйсоном. Я замираю, как статуя, и тут же краснею, словно помидор. Неловко. Парень спокойно отходит в сторону, вежливо пропуская меня. Сердце стучит гулко, оставляя неприятное чувство вины. Аннет выходит следом и усмехается, становясь на ступеньку ниже нас.
— Мэйсон, ты сегодня без своей подружки? Что, не сошлись характерами? — дерзит Аннет.
Я вонзаю в неё неодобрительный взгляд.
— Оставь нас, Девис, — рявкает он, сжав веки.
— Зови, если понадобится спрятать труп, — шепчет мне подруга и спускается вниз.
Я бы рассмеялась, но сейчас не до того. Ладони вспотели. Что ему сказать? Я вела себя, как дурочка.
Мэйсон окидывает взглядом кабинет, убеждается, что все ушли, и жестом указывает на стол. Я рада, что он берёт инициативу на себя — так хоть мысли проясняются.
— Нет, давай уладим конфликт так, и я пойду, — отказываюсь я.
— Понимаю, ты злишься. И имеешь на это полное право. В тот момент, когда я был с тобой, у меня никого не было, честно, — вдруг оправдывается он. — Мы с тобой расстались, остались друзьями, и только после этого я её встретил. А любовь не поддаётся времени и логике.
Мэйсон говорит о своей девушке, но меня это уже не задевает. По нему видно: ему действительно жаль, он честен. Теперь я и сама этого хочу — быть только приятелями.
— Можешь не продолжать, — останавливаю его я, приподняв углы губ. — Нам и правда будет лучше, если мы оставим всё как есть. Я давно поняла: наши пути не пересекаются. Только нервы друг другу потрепали.
— Я о том же думал всю оставшуюся неделю. Утешает, что ты меня понимаешь, — улыбается он, будто камень с души свалился.
— Насчёт Аннет... — потираю висок. — Прости. Она переживает за меня, — почти пищу от неловкости.
— Я знаю Девис давно, поэтому её броское поведение меня не впечатляет, — он кружит глазами. — Значит, звать её не придётся? — шутит он, и я хихикаю.
— Нет, всё нормально.
Друг тянет меня к себе, чтобы обнять. Я смеюсь, но всё же протягиваю руки в ответ. Со стороны это выглядит мило, но для нас — немного нелепо. Мэйсон заключает меня в крепкие объятия. Его ладонь легко скользит по моей спине, успокаивая остатки напряжения.
В этот момент открывается дверь кабинета. Я встречаю цепкий взгляд Дьявола. Он смотрит прямо на нас, а я — на него... и Кэтлин рядом. Мои губы приоткрываются. Всё вокруг словно меркнет. Дикая потребность отпрыгнуть от Мэйсона захватывает меня целиком — будто организм орёт: «Отпускай, иначе будет худо!»
Я аккуратно отстраняюсь, дарю другу последнюю улыбку и спускаюсь вниз. Прохожу мимо Криса, на секунду сравниваясь с ним. Его скулы заострённые, кулаки сжаты. Пульс срывается с места, подгоняя меня идти быстрее.
Интересно, о чём он подумал? Мы ведь обнялись по-дружески... Хотя, судя по его лицу, Форест увидел совсем другое. Либо у меня паранойя. Наверное, да. Он сам говорил, что ему нет дела до Мэйсона.
— Смотрю, ты одна справилась с трупом! — весело выкрикивает Девис, как только я захожу в столовую.
Половина студентов оборачивается на нас. Господи, лишь бы она больше ничего не ляпнула! Со вздохом я опускаюсь напротив неё, прикладывая ладонь к груди, чтобы восстановить дыхание.
— Придётся тебя огорчить... Я его пощадила.
— Да ладно, Смит! Ты его простила? — она качает головой, откусывает огурец и чуть не давится от возмущения.
— Мы друзья, и на этом крест, — смеюсь я. — И перестань доставать его девушку. Я серьёзно.
Аннет ехидно щурится.
— Да кому она нужна, Господи? — откусывает ещё кусочек. — Главное, чтобы мой персик не трогала, и я буду вполне довольна.
Я подмигиваю ей.
— Ты на следующую пару идёшь? — смотрю на часы.
— Ещё бы! Видела Кристофера в коридоре, обязательно нужно пойти! — восклицает она, жуя огурец как кролик.
— Ну конечно, только ради него туда и стоит идти...