Глава 33
Есть плюсы в том, чтобы оставаться одной. Могу спокойно бурчать себе под нос, какой Кристофер придурок, и никто не услышит. Чудно.
Я иду на кухню, шурша домашними тапочками. Нарезаю фрукты дольками, кладу в тарелку, беру вилку и сажусь на диван. Подавляю нервозность, но как только перестаю отвлекаться, эмоции вспыхивают. Бесит, что я направилась в дом Фореста в надежде хоть немного помочь, но оказалась там лишней. Пришла и ушла. Отлично, Смит, так держать. Никто тебя не полюбил, устроила скандал — и теперь сидишь, поедая кислые киви.
Не хочу плестись по пути смерти, но и забыть их не могу. Мысли путаются, мнения расходятся, поэтому я включаю телевизор и жую банан.
— ... в клубе произошла драка, а также стрельба.
Новости разошлись по телевидению. Я слежу за текстом и кадрами из клуба, где люди кричат и толпой выбегают. Размыто и непонятно, приходится приблизиться к экрану. Вижу Моррисон, она закрывает собой людей. Бойко и быстро, без капли сомнения. Я им не подхожу. Для такой жизни нужна смелость. Я ведь не такая...
— ... мужчины целились в Кристофера Фореста, но промахнулись. Охрана успела обезвредить нападавших. К счастью, никто не пострадал, полиция приехала вовремя...
Я перестаю слушать, продолжая кушать. Никто не пострадал, как же... Ничего нового не услышала, только кадры просмотрела, концовка вообще фальшивая. Похоже, все улики уничтожают. Либо Форест приказал, либо у них слишком мало информации.
Я отключаю технику, затем мою тарелку и поднимаюсь к себе в комнату. Не включая свет, плюхаюсь на кровать и засыпаю.
***
Я посреди темной улицы, без единого фонаря. Ноги продрогли, будто потонула в ледяном снегу. Округ в сером тумане, я разглядываю квартал в надежде увидеть хоть что-то. Воют собаки, ветер бушует. Меня дёргают за руку и направляют вперёд. Босиком я стараюсь успевать за человеком, глотая сладкий воздух.
— Отпусти меня! — истерично вскрикиваю я.
В эту же секунду меня толкают к стене, и я больно ударяюсь затылком. Плотно закрываю глаза, а открыв их, вздрагиваю.
— Дьявол, — шепчу, как параноик.
Надо мной нависает Кристофер. Радужки — чёрные, как подземная тьма, зрачков не видно. Но страха нет — я рада его присутствию, а сладость во рту окутывает дыхательные пути. Смотрю на него жалобно и невинно, хотя внутри разгорается пожар. Пульс оглушает меня, как и пухлые, изогнутые губы парня.
Его рука доминантно ложится мне на чувствительную шею, и я глубоко вздыхаю, поджимая ноги из-за ноющей боли внизу живота.
— Действительно этого хочешь? — хрипло спрашивает он, подойдя ближе.
Моя грудь касается его, и разум отступает на второй план, уступая место инстинктам. Удары сердца, близость, трение — всё это затягивает вязким удовольствием. Сейчас Кристофер для меня — всё. Его голос манипулирует моим телом, касаясь каждого нерва и каждой капли крови, а горячее дыхание на моих щеках бросает вызов.
— Останься, — прошу я.
Мягкие губы накрывают мои, скользя вверх и вниз. Я цепляюсь за его широкие плечи, издавая протяжный стон. Живот сводит от приятной муки, и я прижимаю ладони к его затылку. Его язык настойчиво проникает внутрь, обвивая мой, вызывая волнение и жажду.
Меня заманивает его извращённость. Я пылаю, желаю снять с себя одежду и слиться с ним. Тело к телу. Кожа к коже. Мокрые следы и укусы. Нельзя было поддаваться, ни в коем случае. Но плевать, я до смерти хочу этого — вновь оказаться под его контролем и ощутить свою нужность.
Никого, кроме нас. Улица пуста, мороз не помеха. Туман скрывает нас от мира. Никто не видит, как Кристофер сжимает мою грудь, как его губы оставляют яркие засосы, а я царапаю его шею и ладонью проникаю под одежду. Ритм моих стонов смешивается с его низким голосом, наполняя мою опустошённость. Я тону в этом, погружаюсь так глубоко, что теряю рассудок.
— Грейс, ты предала меня, — иной голос бьёт по мозгу, и я отталкиваю Дьявола.
Передо мной Мэйсон. Я в замешательстве, прижимаюсь к пыльной стене, пытаясь удостовериться, что это действительно он. Лёгкие горят, во рту кислота. Ничего не понимаю. Я не могла ошибиться. Откуда он здесь?
Его взгляд — осуждающий, полный ненависти. Я чувствую себя запачканной, испорченной, словно девушка лёгкого поведения. Боже, нет. Я не хотела этого.
Я отхожу, не выдерживая давления Блэка, и бегу, куда глаза ведут. Ноги заплетаются, пижама неприятно прилипает к телу. Поднимаю взгляд к фиолетовому небу. Это дождь? Его ведь не было. Паника усиливается, когда я перестаю видеть дорогу. Шёлковый мрак проглатывает, я делаю шаг и падаю в бездну.
— Нет! — истошно вскрикиваю. Тяжело дышу, оглядываясь по сторонам. Минут пять, и я понимаю, что... — Это всего лишь сон.
Я потираю лицо ладонями. Душно и тревожно. Беру телефон — проверяю время. Хорошо, что не проспала. Поднимаюсь и, чувствуя слабость в теле, направляюсь в ванную.
Вот что бывает, когда связываешься с Дьяволом. Это был самый ужасный сон, который я когда-либо видела. Но его настойчивые прикосновения, то, как он прижимал меня к стене и ласкал... Мне это нравилось.
Иначе почему внутри так горит, почему я ловлю себя на том, что стараюсь вспомнить каждую деталь?
Руки дрожат, пока я моюсь. Наливаю гель, включаю воду. Мышцы сводит судорогой, желание рвётся наружу. Это всего лишь сон. Там всегда ложь...
Кусаю ноготь указательного пальца. Но ощущения были настолько яркими, что я была готова в них раствориться.
— Мозг решил поиздеваться надо мной, — делаю изнуренный вывод я.
Одеваюсь и спускаюсь вниз. Трезвость наступает, и это куда лучше.
— Ты кричала, милая? — спрашивает мама, оборачиваясь на мои шаги.
— Кошмар приснился, — изображаю улыбку я, но щеки пылают от лжи.
Ага, там такой кошмар...
— Замерзла что ли? — Мама достает вафли и поливает их шоколадом.
— Вроде нет, а что?
— Обычно кошмары снятся, когда мерзнешь по ночам.
Эбби подаёт завтрак, ненадолго касаясь моего плеча свободной ладонью. Жест, который успокаивает. Я принимаюсь за еду, и от сладкого становится легче — глаза закрываются в наслаждении. Это лучшее, что может быть в жизни!
Я беру растопленный шоколад и щедро поливаю сверху. Мама смеётся, наблюдая за этим.
— Грейс, слишком много сладкого вредит здоровью. — качает головой она, но я, как всегда, её не слушаю.
— Ничего не могу с собой поделать! — откликаюсь с набитым ртом, вытираю руки и бегу надевать каблуки. — Я ушла!
Выхожу из дома с полным облегчением. Сладкое для меня — идеальное успокоительное. Слышала, из-за него организм вырабатывает гормон счастья — эндорфин. На меня это отлично действует. Возможно, самовнушение, но не суть. Лучше так затмевать мысли, чем травиться дрянью.
Пройдя несколько метров, я разочаровываюсь: сладкое не оказывает длительного эффекта. Забыть обо всём даётся с трудом. Поцелуй с Дьяволом крутится в голове, не давая покоя — скользкий, порочный, тесный. Затем накрывает волна вины перед Мэйсоном. Гложет, будто я ему изменила.
— Грейс, да куда ты так торопишься? — доносится насмешка, и я оборачиваюсь.
Мэйсон стремится ко мне, почти догоняя.
— Привычка... — я смущённо избегаю его взгляда.
— Я кричал тебе, ты не слышала? — удивляется он, и мы вместе заходим в здание.
— Нет...
Мэйсон хмыкает.
— Ну, давай, пошути, — я вытягиваю руку в его сторону в знак предложения.
— Стареешь, Грейс, — голосит он на весь коридор.
— Очень смешно! — толкаю весельчака в плечо, но сама смеюсь.
— Какие планы на завтра?
Он вежливо открывает дверь, пропуская меня вперёд. Я дарю ему добрый взгляд и прохожу.
— Хм, особо никаких. Есть предложение?
Сажусь за стол в кабинете — он рядом. Надеюсь, что смогу провести с ним больше времени. Пусть хоть так погружусь в обычный мир подростков.
— Собираюсь завтра в клуб, пойдешь со мной? — Он практически не даёт сбежать, наклонившись ко мне.
Я теряюсь на долю секунды. Клуб? Всегда возникают проблемы с ним. Боюсь ввязаться в новую неприятность, ведь я магнит для черной полосы и алкогольных тусовок. Но я не хочу всю жизнь избегать развлечений. Тем более, мне нравится быть с Мэйсоном; могла бы разобраться в своих чувствах, сделать шаг.
— С тобой, конечно, — охотно соглашаюсь я.
Он расплывается в улыбке, откидываясь назад.
— Ну как мне отказать?
Я цокаю. Самооценка выше крыши.
— Девис, похоже, уже отдыхает, — свистит парень.
— Нет. У неё родители разводятся, так что Аннет не будет.
Я облизываю губы, переживая за свою девочку. Мэйсон сосредотачивается на преподавателе — и это к лучшему. Мне больше нечего сказать.
Занятие проходит спокойно: я слушаю, уясняю тему. Но как только лекция заканчивается, накатывает паника, ведь первая пара позади. Я судорожно поглядываю на дверь. Кристофер будет сегодня? Как мне на него смотреть после сна? Краснею моментально. Боже. Вдох-выдох. Хорошо, что никто не умеет читать мысли.
Мы остаёмся на местах — следующая лекция в этом же кабинете. Я перекидываюсь парой фраз с Блэком, он показывает забавные картинки из интернета. Одновременно жду Кэтлин, но она не появляется. Вроде становится легче, но хочется убедиться, что она в порядке. Услышать, что и я в порядке.
Начинается вторая лекция. Толпы студентов заходят, но той самой банды нет. Решив, что они сегодня не придут, я чиркаю конспект в тетради. Пишу долго, но посреди лекции телефон вибрирует.
От кого: Аннет
Сообщение: «Позвони мне.»
— Я выйду на несколько минут, — держу в курсе Мэйсона, чтобы он пропустил меня.
— Что-то случилось?
— Аннет пишет, нужно ответить.
Парень пропускает. Я тихо спускаюсь вниз по ступенькам и покидаю кабинета. Набираю номер Девис, но она сбрасывает. Захожу в диалог, где поступает еще одно письмо.
От кого: Аннет
Сообщение: «Планы поменялись, перезвоню.»
Я зря вышла. Отключаю телефон и разминаю плечи. Типичная Аннет: наведет суету и пропадет.
Возвращаюсь, преодолевая коридор, и щурюсь, чтобы разглядеть силуэт. Навстречу идет тот самый парень, который недавно уехал на скорой помощи. Чем ближе мы, тем гуще сворачивается моя кровь. У него видны значительные раны на носу, губах и щеке. Фиолетово-синие пятна придают ему вид хулигана, куда хуже — преступника.
Я опускаю взгляд, думая, что он не узнает меня, но нет. Резкий парфюм врезается в нос, а тень преграждает дорогу.
— Эй, это же ты помогла мне?
От сиплого тона мне не по себе. Остановившись, я мимолётно оглядываю парня. Его кадык подпрыгивает, будто он поймал добычу.
— Кларк, верно? — нападаю я, и, не дожидаясь подтверждения, продолжаю: — Давай так: ты меня не видел, а я тебя.
Натягиваю улыбку, собираюсь пройти, но он преграждает дорогу, опираясь ладонью на стену. Я суетливо втягиваю воздух. Отвратное положение. Отхожу назад, прижимаясь к стене, чтобы увеличить расстояние между нами и не испытывать судьбу.
Твёрдо смотрю на него исподлобья, сцепив зубы. Нельзя подавать виду, но паника уже клубится — меня загнали в ловушку. Вблизи его лицо кажется ещё грубее, а ухмылка — гадкой. После слухов об изнасиловании мне нехорошо.
— Не так быстро, солнце, — вторгается он, подмигивая. — Я всего-то хочу поблагодарить.
— Не за что, — бросаю я, демонстрируя ямочки. Планировала ответить иначе, но раздражение перебивает осторожность.
— Ты меня боишься или что? — с усмешкой спрашивает он, изучая моё бледное лицо.
— Наслышана слухами.
— Так вот в чем дело, — Кларк хрипло смеётся. — Это не я плохой герой романов. Тебе стоит бояться Дьявола, для которого закона нет, — тут прорезаются нотки злости, будто его действительно задело то, что я сказала.
— Я не делаю выводы о человеке исходя лишь из слухов, — зачем-то обозначаю, тем самым показывая, что не делаю предвзятых суждений о его натуре.
— Тогда позволь пригласить тебя на ужин завтра.
У меня перехватывает дыхание, а ладошки липко упираются в стену.
— Это шутка? — остро реагирую я, сводя брови.
Кларк продолжает хлопать ресницами, как самый вежливый джентльмен.
— У меня на завтра есть планы, прости, — аккуратно пытаюсь уйти, но он не отпускает: его рука, как шлагбаум, оттесняет путь.
— Не стоит мне отказывать, — шипит он, и синяки на его коже морщатся.
Мышцы придурка забиваются кровью, и я словно уменьшаюсь на его фоне. Прижимаюсь к стене, глотаю терпкий ком, не имея представления, как выбраться. В нём есть что-то отталкивающее, особенно когда ему перечат.
— Уоллер, свали от неё, — раздаётся ледяной голос, в котором звучит сама смерть.
Я поворачиваю голову влево, унимая дыхание. Дьявол останавливается рядом с нами, в упор взирая на Кларка, который продолжает вжиматься в меня. Его зрачки чернеют, а вены на лбу выпирают. И запах... Он перебивает противный одеколон Кларка.
Сердце грохочет мощными ударами, а чувство защищенности разливается в груди. Он пришёл. Меня не тронут.
Кларк сжимает челюсти и теряет хватку. Я оглядываю их, словно стою перед предотвращённой гибелью. Только зачем Крис спасает меня? Или он действительно помогает всем девушкам?
— Я, кажется, не с тобой разговаривал, — плюет Уоллер, поворачивая квадратную челюсть в сторону Дьявола.
Я не двигаюсь, мечтая раствориться в воздухе, ведь Кларк непроизвольно касается меня. Я досадно сдавливаю губы, сжав веки, потому что это противно, и терпения нет стоять в его объятиях. Кристофер тотчас уделяет этому внимание и делает шаг, чуть ли не толкаясь.
— Ты плохо, блядь, слышишь? — он переходит на рычание, связки выпячивают.
Я трясусь и подумываю вмешаться, потому что ситуация ухудшается. Ещё одной драки Кларк вряд ли выдержит. Но внезапно его рука опускается.
— Увидимся, солнце, — обращается он ко мне, подмигивая, и исчезает.
Мне некомфортно. Унизительно. Ловят в коридоре — ещё и зовут на жалкое свидание. А Кристофер почему-то не уходит. Он сжимает челюсти вместе с кулаками, осматривая меня — словно проверяет, не сделал ли мне чего Уоллер.
— Я и сама бы справилась, — срываюсь в бессилии я.
Блин, молчала бы и всё.
Кристофер пронзает меня жёстким взглядом. Его руки медленно прячутся в карманы штанов.
— Уже бы развязно стояла прижатая к стене туалета.
Я возмущённо приоткрываю рот.
— Да он ничего мне не сделал!
Почему я злюсь? Возможно, так выходит страх, боль, слабость — всё сразу. И всё на него. Потому что я помню вчерашний вечер. Сейчас его помощь — как издевательский груз на моей совести.
— А ты этого ждёшь? — Его гримаса меняется в мгновение ока, отражая непроглядную жилку пламени.
— Я могу о себе позаботиться. Не вмешивайся в мою жизнь, Дьявол! — голос предательски дрожит.
Я не выдерживаю этого землетрясения. Он — вулкан: взрывается, обжигает, затихает... но ненадолго. Доброта прорезалась, подонок?
Кристофер смиренно подходит, вставая ровно там, где недавно стоял Кларк. Я задыхаюсь, но в венах — щекотка. Жар. Магнитное притяжение. Как во сне.
— Держись подальше от Уоллера, — ставит перед фактом он, подкрадываясь, как паук под кожу.
Я смелею, источая негодование:
— Держись подальше от меня!
Его терпение лопается: под глазами проступают голубые вены, ноздри раздуваются от сбившегося дыхания. Форест яростно бьёт кулаком в стену рядом с моей головой, глухо зарычав.
— Блядь, почему ты такая неугомонная?! — кричит он, сжимая кулаки до хруста.
Я вздрагиваю, замолкаю, но удерживаю взгляд. Кристофер тычет в меня указательным пальцем:
— Я предупредил, — бросает он и, не оглядываясь, уходит.
Я отхожу от стены. Голова гудит, будто раскалывается надвое. Провожу ладонями по вискам, касаюсь шеи. Возможно, я была не права... но он не может так беспринципно играть со мной.
Сначала отталкивает так сильно, что я падаю задницей на асфальт, а потом защищает, словно это его принцип. Сиди, Смит, и думай, что за чёрт у него в голове.
Пусть подавится. Мне не нужна его помощь, если в конце Кристофер поставит галочку и снова исчезнет. Это даже не про отношения — ему неважно. Он находит верных солдат и единомышленников. Так он забрал Кэтлин. Она была не против. А мне это не нужно.
Собираюсь вернуться в кабинет, как телефон вибрирует. Я весьма напряженно отвечаю, не рассматривая имя:
— Да?
— Ты чего такая резкая? — оторопело фыркает девушка.
Я замедляюсь на секунду. Ой, это Аннет.
— Прости, не узнала тебя, — смягчаю тон. — Как ты?
— Развод прошёл нормально. Даже без драки, — она усмехается, но я не одобряю эту реакцию. — Родители поделили имущество. Я осталась жить с отцом, мать уехала к любовнику.
— Тебя хоть спросили, к кому ты хочешь?
— Да, сама захотела остаться. Моя комната меня устраивает, не хочется сейчас загружаться переездами.
— Уже хоть что-то, — свожу губы в сторону.
— Я чего звоню? Мне нужно отвлечься и по-серьезному.
— Мэйсон пригласил меня завтра в клуб, давай с нами?
— Пропустила один день, а ты уже с ним мутишь! — восклицает Аннет, и я смеюсь.
— Ещё рано, подружка. Так что? — придавливаю пальцем губу. Надеюсь, у меня получится ей помочь.
— Однозначно иду, когда это я отказывалась?
Ну да, в её стиле.
— Тогда до завтра. — Выключаю телефон.
Возвращаться на лекцию не хочется — настроение испортили Калеб и Крис. С чего вдруг Кларк решил меня куда-то пригласить? Он так отчаянно пытался доказать свою непричастность к слухам, что в итоге вывалил всю грязь на Дьявола. Увольте. Я не собираюсь быть их пешкой. Уоллер явно хочет насолить Форесту, а не отблагодарить меня за спасение.