Глава 29
Я захожу в кабинет, предугадывая, в каком ряду сидит Дьявол. Пересечься с ним — поесть сухую землю на завтрак. Кэтлин взглядом указывает, чтобы я села с ними — решительно и дружелюбно, что для меня довольно немыслимо. С каких это пор мне разрешено сидеть с элитой города? Хотя, теперь они кажутся мне такими же, как и все.
Дьявол, вероятно, уже преисполнился и прикинул, что я обиделась на его слова. Но, пф, он не стоит моих переживаний. Я укоризненно таращусь на него, но он лишь сосредоточенно печатает сообщение в телефоне. Вечно занятой. Затем перевожу взгляд на Майкла — он хмуро смотрит в ответ. Надулся, что ли?
Я только собираюсь подняться, как вдруг кто-то обнимает меня сзади, обхватывая обеими руками. Я вздрагиваю и оборачиваюсь, выпутываясь из ласкового прикосновения.
— Спокойно, это я, — смеётся Мэйсон.
Я облегчённо выдыхаю и легонько толкаю его:
— Скоро заикаться начну!
Разворачиваюсь, чтобы пройти к месту, и встречаюсь с почерневшими глазами. Улыбка сползает с моего лица, словно прыснули азот. Взгляд Кристофера медленно опускается на руки Мэйсона, стискивающие мою талию. Пространство наполняется ядом. Что за реакция? Даже Кэтлин не смотрит — по-видимому, она догадалась, что я не сяду с ними.
— Чего встала? Падай, — Мэйсон толкает, и мне приходится сесть за наш стол. — И где же наша мисс змея? — стебется он, настырно разыскивая блондинку по всему кабинету.
— Аннет заболела, так что ее не будет.
Лекция тянется долго: слушать очередной разбор макроэкономики невыносимо, хотя раньше мне нравилось. Может, мозг отвергает её, потому что я очень жду встречи с отцом?
Я устало записываю слова преподавателя, упираясь головой в ладонь. Вникнуть не получается — чуть ли не стону. Переборов скуку, я включаю телефон: ещё минут двадцать — и мы будем свободны. Рано радоваться: это не конец учебного дня...
В кабинете полностью гаснет свет. Студенты оглядываются — я тоже. Из-за пасмурной погоды становится совсем темно — природного света нет.
Преподаватель прекращает занятие, уставившись в потолок. Достаёт телефон, кому-то звонит, упирая руку в бок. Я взволнованно слежу за ситуацией, словно это я отключила электричество.
— Ты бледная, хорошо себя чувствуешь? — заботливо спрашивает Мэйсон, ладонью касаясь моей щеке.
Поворачиваясь к другу, я боковым зрением замечаю взгляд Кристофера — и тревога удваивается. Боже, когда Форест перестанет смотреть так, будто он единственный, кто может меня трогать?
— В порядке. Просто не понимаю, что происходит, — признаюсь я.
— В институте сгорела проводка, — сзади гремит чёрствый голос.
Третий лишний, хм? Поворачиваюсь к задним рядам, неприветливо искажая мимику, и рассматриваю Кристофера.
— Откуда ты знаешь?
Даже преподаватель до сих пор бегает по кабинету, звонит в администрацию по четвёртому кругу и не может выяснить, что произошло.
— Я на глупые вопросы не отвечаю, — знобко фыркает Форест и вновь утыкается в телефон.
Простите, я и забыла, что наше Величество знает всё и обо всём на свете! Я злюсь из-за его долбанного характера, желая расцарапать бездушное лицо ногтями. И ведь чувствует мою ненависть, но даже не удостаивает вниманием. Вечно выводит из себя, а потом игнорирует.
Собираюсь дерзнуть — сумрак только подстёгивает мой противный характер, но Моррисон закатывает глаза и шепчет:
— Забей.
В тот же миг Мэйсон дёргает меня за плечо, привлекая к себе, и, чёрт возьми, Кристофер мгновенно вскидывает убийственный взгляд. Но не на меня. Не на Мэйсона. А на мимолётное прикосновение!
Агрессия оседает. Я не реагирую на движения друга, внимательно изучая Дьявола. Он ведь не разозлится из-за этого, верно? Мы же ненавидим друг друга. Подумаешь, кто-то коснулся меня...
— Я же сказал, не лезь в их дела, — бормочет Блэк, когда я снова поворачиваюсь к нему.
Я послушно опускаю голову, не решившись сказать: «Поздно».
— Проблемы с проводкой, — озвучивает преподаватель, и я грустно усмехаюсь. Крис был прав. — Возможно, придётся подождать час или два. Мы не можем проводить лекции, пока не устранят проблему, поэтому просьба всем оставаться на своих местах...
Речь я так и не дослушиваю, отвлекаясь на более низкий тон:
— Понятно, сваливаем.
Позади раздаются шорохи — все наблюдают, как Кэтлин, Майкл и Крис спускаются вниз, направляясь к выходу.
Кэтлин открывает дверь, и преподаватель смелеет:
— Кристофер Форест, простите...
— Прощаю, — перебивает он, разворачиваясь к нему.
Студенты косятся на бедного мужчину, который чуть не роняет свою папку, ошеломлённый наглостью. Форест добивает его своим внушительным видом, сунув одну руку в карман штанов, словно ожидая ответ. Конечно, ему не будут перечить.
Кристофер остановился не просто так — его взгляд направлен на меня. Внутри всё скручивает. Чего он добивается? Я впиваюсь ногтями в кожу, проглатывая слабость.
Он кивает — отчётливый знак, чтобы я шла за ним. Я вскакиваю, дыхание сбивается, а пряди в спешке падают на лоб.
— Что ты делаешь, Грейс? — хмурится Мэйсон, но выходит из-за стола, пропуская меня.
— Это сложно объяснить, у меня нет времени, прости, — тараторю я и бегу вниз.
— Грейс Смит! — теперь преподаватель обращается ко мне, но не с такими привилегиями.
Я останавливаюсь в мизерных сантиметрах от Дьявола и съёживаюсь. Выжидающе изучаю эмоции преподавателя, непроизвольно задерживая дыхание. Никогда раньше не сбегала вот так — не знаю, какими будут последствия.
— Она со мной, — предупреждает Кристофер.
Цапнув меня за руку, он тянет вперёд, ставя перед собой, и подталкивает к двери. Сердце колотится, как проклятое. Все присутствующие видели, как Кристофер отстоял меня перед преподавателем. Чувство, которое я испытываю, — защищённость, такая, что кружит голову.
Уверена, все девушки уже мысленно окрестили меня и пожелали утопиться. Эта мысль заставляет меня усмехнуться. К сожалению, Крис мне не нужен — эта победа не в мой счёт. Если бы не отец, я бы и пальцем не пошевелила. Не побежала бы, как собачка по приказу. Наверное, для некоторых так оно и выглядело.
Однако мне всё равно, кто и что думает. Я сама не могу свыкнуться с тем, что связана с Дьяволом и его друзьями.
Мы выходим, приближаясь к Моррисон и Джонсу. Они ждут нас у подоконника. Кэтлин, как всегда, встаёт рядом со мной, не оставляя одну в компании Кристофера, за что я ей очень благодарна.
— У нас есть время поехать сейчас, — излагает Дьявол, и я понимаю, что речь о моем отце. — Заберите мою машину и подъезжайте сюда, — он бросает ключи, которые Майкл ловит одной рукой, а второй курит. Кстати, это запрещено.
— А дальше что? — будто прочитав мои мысли, спрашивает Кэтлин.
— Сделайте сначала это.
Кристофер обвязывает моё запястье, уводя в другом направлении. Ничего не понимая, я плетусь за ним, не вырываясь. Да и навряд ли смогла бы — он держит довольно крепко. Мы заворачиваем в сторону лестницы и спускаемся вниз. Каблуки противно стучат, словно отсчитывают, сколько мне осталось. Я едва переставляю ноги. Парень, будто с цепи сорвался — угрюмая спина тому подсказка.
Проходим первый этаж, на ходу я глотаю дым в коридорах, и когда покидаем здание, лёгкие оживают. Не успеваю даже пикнуть, как оказываюсь прижатой к стене. Дьявол давит, а ноздри раздуваются, как у зверя. Мои лёгкие втискиваются, боясь лишний раз раскрыться. Он будто забирает весь воздух.
— Крис, прекрати, — прошу я.
— До тебя не доходит? Мы с тобой не друзья! Не называй меня, чёрт возьми, по имени! — Ладонью он вонзается в мою шею, вдавливая меня в стену и заставляя скорчиться от неприятных ощущений. — Кукла, ты поняла меня? — хватка на шее усиливается.
Я киваю, не в силах произнести: «Да». И только после ответа давление ослабляется, но он по-прежнему держит. Я огорчённо прижимаю губы — вымоталась от этих качелей и всплесков.
— Почему ты злишься?
Я заглядываю в его несносные глаза, где радужка теряет яркость. Я его разозлила. Именно я. Видела такую же реакцию, когда Мэйсон касался меня.
— Что ты, блядь, успела рассказать Блэку? — его кадык грозно подпрыгивает.
Я ошарашенно выпучиваю глаза и заикаюсь:
— Ничего ему не говорила. — Он щурится, и я впадаю в панику. — Я правда ничего не говорила, поверь!
— Какого хрена он сказал тебе не лезь в мои дела?
Я сбивчиво приоткрываю рот.
— Он про ситуацию с Кларком, когда я заступилась. Мэйсон сказал, чтобы я не лезла в ваши разборки...
Его пальцы на моей шее постепенно расслабляются. Он наверняка чувствует мой пульс, но, кажется, даже не собирается жалеть — лишь скользко щурится, настойчиво наклоняясь.
— Что ещё?
Я облизываю пересохшие губы, качая головой.
— Это всё, — выдыхаю.
Крис отпускает меня и отходит к ступенькам. Я проглатываю прохладный воздух, привыкая к свободе, наблюдая за силуэтом парня. В голове пустота. Я отхожу от стены, скривившись от боли в мышцах; тело пульсирует из-за адреналина. Он точно псих. И я вместе с ним, потому что пляшу под его дудку.
Хватаюсь за шею, боясь, что остались следы, а Дьявол нервно вынимает сигарету из пачки. Почему-то мне становится его жаль. Опускаю руки, позабыв о боли, когда едкий запах дыма достигает меня. Возможно, я сошла с ума, но... его ярость оправдана. Кристофер жаждет контролировать абсолютно всё, и я его понимаю. Сама такая же. Человек, не робот — трудно держать броню, когда на твоих плечах целый город.
Я подхожу к нему и аккуратно дотрагиваюсь до его шершавой ладони. Он оборачивается, мигом отбрасывая мою руку, словно обжёгся.
— Не прикасайся ко мне.
— Прости... — шепчу я, обнимая себя руками.
Минутная слабость подвела. Я идиотка. Не вижу в нём ни капли доброты, но почему-то тянусь к нему, словно собираюсь спасти. Но от чего?
Собственная доброта губит. Я будто сама себе враг. На глаза наворачиваются слёзы. Безумно обидно — я ведь хотела помочь, поддержать... но, видимо, мои прикосновения ему неприятны.
Проглатываю истерику, видя две машины, припаркованные у института. Одна из них — Кристофера. Я бегу вперёд, не дожидаясь его. Лучше нагло игнорировать. Пусть сам разбирается со своей тьмой.
Останавливаюсь перед дорогой, решая, в какую машину садиться. Дилемма. Позади слышатся его тяжёлые шаги, и я машинально выпрямляюсь, как солдат.
— Что дальше? — спрашивает Кэтлин, выходя из машины Дьявола.
Майкл, сидя за рулём своей машины, опускает стекло, а Кристофер забирает ключи у Кэтлин.
— Решаете вопрос с Калебом.
Моррисон не с восторгом щурится.
— То есть, мы не едем с вами? — Она растопыривает пальцы и сжимает их.
— У вас есть приказ. Выполняйте его, — огрызается Форест, наплевав на её пассивную агрессию, и уходит к своей машине.
— Что с ним? — Кэтлин скептично скрещивает руки на груди.
— Даже не спрашивай... — устало молвлю я, следуя за парнем.
Кристофер заводит машину, и я цепляюсь за ручку двери, когда он срывается с места на высокой скорости. Вымещает пыл? Да пожалуйста! Мне комфортно, я привыкла к его манере вождения, поэтому позволяю себе расслабиться. Прикрываю веки, откидываясь на сиденье. Настраиваюсь на встречу, хотя утомление даёт о себе знать — четыре часа сна сказываются. Нужно срочно отвлечься.
Оборачиваюсь на сосредоточенное лицо Кристофера. Он следит за дорогой, идеально управляя и маневрируя между машинами.
— Это из-за моего отца? — нарушаю тишину. — Ты так ко мне относишься из-за него?
— Слишком много вопросов, кукла, — мельтешит он, не желая разговаривать со мной.
— Я даже правду не достойна знать?
Горло першит, глаза блестят, зрение фокусируется на пролетающей улице. Он снова это делает — обижает своими ответами. Мое сердце не настолько каменное, но ему не понять.
— Я отношусь к тебе ровно так же, как и к остальным девушкам института, — небрежно отзывается он, кидая взгляд. — Всего лишь пешки. Игрушки в моих руках.
Будто кислотой облили. Кристофер отворачивается, а я всё смотрю на него, пытаясь нащупать хоть что-то. Нет, зря стараюсь. Он не шутит.
— Мэйсон сказал, что ты защищаешь девушек в институте, — не отстаю я, не желая ему верить.
Дьявол не реагирует.
— Значит, это неправда...
Он слышит. Я уверена. До этого скорость машины снизилась, а теперь снова увеличивается.
Почему Форест не даёт увидеть в нём хоть что-то хорошее? Я не стремлюсь его полюбить, но у нас общее дело. Неужели ему проще оставаться мудаком?
Не знаю, почему, но его слова задели. Он снова рушит мою самооценку, заставляя задуматься о нашей встрече и прошлом. Я кусаю губы, чтобы не накричать на него. Чтобы не выйти из машины.
— Если хотел сделать мне больно, то ты этого добился, — последнее, что вырывается из моих уст, и я утыкаюсь в крохотный уголок машины.
Слёзы катятся по щекам, и я тут же вытираю их рукавом. Не буду плакать из-за такого подонка, как он.
Мы едем по безлюдным трассам, проезжая города. Не удивлюсь, если он свернёт в какой-нибудь мусорный переулок и... Нет, эту идею можно сразу вычеркнуть. Сам же сказал, что моё тело его не интересует.
Аннет что-то говорила о своей фигуре? Намекала на стандарты моды? Дьявол в лоб заявляет о моих несовершенствах. Но, эй, я не претендую на трон Королевы ада.