Глава 47. "Хоуп Майклсон "
День родов наступил неожиданно.
Ближе к полудню у Хейли отошли воды.
Это произошло резко, без предупреждения — ещё мгновение назад всё было спокойно, и вдруг реальность изменилась. Напряжение, которое витало в доме последние дни, в один момент обрело форму.
Суета началась почти сразу.
Голоса. Быстрые шаги. Приказы.
Хейли сжала зубы, опираясь на ближайшую поверхность, пытаясь справиться с накатившей волной боли. Дыхание сбилось, но в её взгляде не было паники — только сосредоточенность и упрямство.
Этот момент настал.
Я была рядом с ней, не отходя ни на шаг.
Смотря на Хейли, я слишком хорошо понимала, через что она проходит. Боль, напряжение, страх, который прячется где-то глубоко, за попытками держать себя в руках.
Я мягко коснулась её руки, сжимая пальцы в поддержке.
— Дыши, — тихо сказала я, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно. — Всё будет хорошо.
Она кивнула, сжав мою руку в ответ сильнее, чем, возможно, сама того хотела.
Вокруг всё двигалось, кто-то что-то говорил, но для меня в этот момент существовала только она.
После всего произошедшего я не стала рисковать. Пока в доме нарастала суета, я сосредоточилась на другом. На защите.
Я закрыла глаза, позволяя магии свободно откликнуться внутри, и начала плести заклинание — тонкое, но прочное, как невидимая стена. Оно расходилось по дому, охватывая стены, окна, каждый вход.
Я усиливала барьер, вплетая в него всё, что знала. Чтобы ни одна ведьма не смогла проникнуть внутрь.
Чтобы никто не вмешался.
Потому что я слишком хорошо помнила — у предков есть свои планы на этого ребёнка.
Хейли больше не пыталась сдерживаться — каждая новая волна боли заставляла её цепляться за реальность из последних сил. Дыхание сбивалось, тело напрягалось, но она упрямо держалась, не позволяя себе сломаться.
Все находились за дверью комнаты, оставляя внутри меня и врачей, которых заранее привели для помощи. Снаружи слышались приглушённые голоса, быстрые шаги, команды — всё это смешивалось в напряжённый фон ожидания.
Врачи работали спокойно и чётко. Без паники, без лишних эмоций — только контроль, только действия. Они следили за состоянием Хейли, переговаривались короткими фразами, проверяли всё, что было необходимо.
— Состояние стабильно, держим темп, — спокойно произнёс один из них, не отрывая взгляда от работы.
— Ты справляешься, — тихо сказала я, наклоняясь ближе.
Короткая команда врача — и следующий миг разорвал напряжение, накопленное часами. Хейли резко выдохнула, сжимая мою руку так сильно, что казалось, вот-вот сломает пальцы. Её тело напряглось в последнем усилии.
Я не отпускала её ни на секунду.
— Ещё немного… ты справилась… — голос врача звучал спокойно, но в нём уже слышалось то самое ожидание.
И вдруг — первый крик.
Громкий, живой, пронзительный.
Он заполнил комнату так резко, что всё внутри словно остановилось на мгновение.
— Девочка, — тихо произнёс один из врачей, и в его голосе впервые за всё время прозвучало что-то мягкое.
Хейли обессиленно откинулась назад, тяжело дыша. В её взгляде смешались боль, облегчение и неверие.
Я тихо вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь, стараясь не нарушить ту хрупкую тишину, что осталась внутри.
В коридоре было прохладнее. После напряжённого, наполненного криками и ожиданием пространства внутри, воздух здесь казался почти нереально спокойным. Подняв взгляд, я сразу встретилась глазами с Клаусом.
Он стоял неподвижно, будто всё это время не сдвигался с места. В его взгляде было слишком много всего сразу: ожидание, напряжение, попытка удержать контроль, который обычно никогда не ускользал.
— У тебя красивая дочка.
На мгновение он замер.
И в этом коротком промежутке словно исчезло всё остальное — весь шум, вся опасность, все планы и угрозы. Осталась только одна простая, почти невозможная для него мысль.
Он стал отцом.
А потом, не говоря ни слова, прошёл мимо. Он открыл дверь и вошёл в комнату.
— Как всё прошло? — спокойно спросил Элайджа.
Я выдохнула, всё ещё ощущая остаточное напряжение в теле.
— Хейли молодец, — ответила я. — Справилась хорошо.
На мгновение в его взгляде мелькнуло облегчение — едва заметное, но настоящее. Он слегка кивнул, принимая ответ без лишних вопросов.
— Где остальные?
— Ребекка с Марселем и его вампирами следят за домом. На случай если Женевьева или кто-то из её ведьм появится. Кол в комнате с Эвелин и Ноа.
Я коротко кивнула, принимая информацию.
— Тогда пойду к ним.
— Ещё к тебе Давина приходила, — добавил он. — Но не смогла войти из-за твоего барьера.
Я на секунду задумалась, затем спокойно ответила:
— Я позже к ней зайду.
Элайджа не стал уточнять. Только чуть склонил голову, принимая мой ответ, и отступил в сторону, давая понять, что разговор окончен.
Я тихо открыла дверь и вошла в комнату. Солнечный свет мягко освещал интерьер.
Кол сидел на полу рядом с кроватками, полностью погружённый в их маленький мир. Эвелин и Ноа уже не спали — они были бодрыми, довольными, увлечёнными простыми играми, которые он для них придумал.
Он что-то тихо говорил им, и в его голосе не было ни привычной резкости, ни напряжения — только спокойствие и мягкость, которые редко кто мог в нём увидеть.
Я остановилась у входа, наблюдая за этой картиной. Кол заметил меня не сразу. Лишь спустя несколько секунд поднял взгляд — и на его лице мелькнуло что-то тёплое, почти незаметная улыбка. Дети тут же отвлеклись, повернувшись ко мне.
— Ма… ма… — вырвалось у Эвелин, мягко, почти растянуто.
Ноа повторил следом, чуть тише, но с тем же смыслом, будто пробуя слово на вкус:
— Ма-ма…
Они не побежали — для их возраста это было бы невозможно. Вместо этого они неуверенно приподнялись, держась за край кроватки и друг за друга, балансируя маленькими, ещё нетвёрдыми движениями. А потом оба, по-своему, с детской простотой и радостью, сделали первые шаги в мою сторону.
Я присела перед ними, опустившись на уровень их маленьких взглядов, и протянула руки вперёд. Эвелин и Ноа почти сразу ухватились за мои пальцы. Их ладошки были тёплыми.
Они чуть покачнулись, удерживаясь за меня.
Я обняла их, поглаживая по спинкам.
— Мои малыши, — тихо сказала я, улыбнувшись. — Играете с папой?
Эвелин первой чуть отстранилась, глядя на меня снизу вверх, и что-то невнятно пробормотала в своём детском лепете, явно довольная происходящим. Ноа лишь крепче сжал мою руку и коротко кивнул.
Кол подошёл ближе и остановился рядом. Его рука мягко легла на спинку кроватки, взгляд скользнул по детям, потом по мне.
— Они ждали тебя, — тихо сказал он. — Особенно Ноа.
Я слегка наклонилась к Ноа и мягко поцеловала его в щёку.
— Мамин сыночек, — тихо сказала я, улыбнувшись.
Эвелин тут же потянулась следом, требуя внимания, и я осторожно коснулась губами и её щёки, чтобы не оставить никого обделённым этим маленьким моментом. Кол наблюдал за нами молча, но в его взгляде мелькнуло что-то тёплое.
***
— И никто из ведьм не пытался проникнуть в дом? — тихо спросила Хейли, лежа в кровати.
Мы с Колом, Клаусом, Элайджей и Ребеккой находились в её комнате. В помещении было полутемно и спокойно, только мягкий свет и тихое дыхание ребёнка, который спал в кроватке рядом с матерью.
Говорили мы вполголоса, чтобы не потревожить малышку.
Я чуть покачала головой.
— Моя магия не такая сильная, как у предков. Но мне кажется, я бы почувствовала, если бы кто-то с серьёзной силой попытался пройти через барьер.
— Это странно. Женевьева открыто говорила, что предки, скорее всего, что-то предпримут, — тихо произнесла Хейли, не сводя взгляда с потолка.
Ребекка чуть нахмурилась, скрестив руки на груди.
— Может, у них какой-то план? — предположила она. — Может, они просто не сегодня придут, а через какое-то время?
Клаус слегка повернул голову, взгляд стал более сосредоточенным. Элайджа сохранял спокойствие, но в его лице появилось то самое настороженное выражение, когда он уже просчитывает возможные варианты. Я медленно перевела взгляд на Хейли, затем на ребёнка в кроватке.