roseraie [18+]

Грудь изнутри будто безжалостно рвала пантера острыми когтями. Все болело, жгло, раздирало, то ли от душевного неравновесия, то ли от бега по морозу. Щеки хлестали длинные и влажные волосы, а также колючий ветер, который пытался остановить девушку перед ошибкой, что та могла совершить, сломя голову выбежав из дома. Беатрис замедлилась, с ее уст слетел комок пара, и хрупкое тело встретилось коленями с асфальтом от бессилия. Она уткнулась лбом в руки и разрыдалась. Горячие слезы грели щеки и затекали в рот. Почему вдруг все напасти свалились на нее в один момент? Где сделала ошибочный поворот?

Мама парализована. Вдруг ей сейчас плохо из-за меня? Может это все произошло из-за того, что я не предупредила её об опоздании, хотя знала, что это нужно было сделать. Ненавижу себя. Ненавижу. Почему любимые мной люди страдают? Неужели всему причиной я, как и говорила Шампейн? Боже, неужели это правда? Неужели Хоуп и Шампейн умерли из-за меня? А вдруг умрет и мама? Я не переживу этого. Клянусь, не переживу.

- Ну что ты, малышка, не плачь, - кто-то дважды похлопал  девушку по дрожащей спине, и она застыла, давясь всхлипами и кашлем. Этот голос она надеялась больше никогда не услышать в своей жизни. - Все только начинается, - произнес Люк, после чего Беа на адреналине подскочила на ноги, позабыв про разодранные колени, и попыталась отойти на безопасную дистанцию, но парень был быстрее. Он схватил ее за локоть и подтащил к себе. - Тише, тише, - нашептывал он, глядя в след прохожим, скрывающимся за углом на пересечении улиц, и прислоняя к щеке блондинки шприц с неизвестным раствором.

Когда место стало как и прежде безлюдным, он отпустил девушку, пренебрежительно оттолкнув от себя. Беа тут же влетела в чьё-то крепкое тело, мужские руки прижали ее к себе. Десмонд пришёл за ней, несмотря на то, что Голденроуз оттолкнула его, когда выбежала из дома. От этого на душе становилось теплее и чуть спокойнее.

- Ты, видимо, Десмонд. Наслышан о тебе, - криво улыбнулся Люк и спрятал шприц в карман. Беатрис посмотрела на парня, что стал для нее живым щитом. Дес же не смотрел на нее: в глазах пылала ярость, ненависть, отвращение. Он испепелял им Люка, который сделал неширокий шаг назад. - Мечтал лично познакомиться с тобой, ведь мы так с тобой похожи.

- Чушь, - голос Десмонда стал грубым и резким, отчего перехватывало дыхание и все внутри сжималось от необъяснимого страха. Он изменился в мгновение ока; девушку пугала такая его разносторонность.

- Не приуменьшай свои заслуги, - усмехнулся Люк и спрятал обе руки в карманах. - Ты теперь известен не только на востоке, но и на западе. Похвально. Я же все-таки предпочитаю действовать скрытно и избавляться от балласта, если ты понимаешь, о чем я, - Рэттлинг оскалился, из носа вышел пар. Он прижал Би к себе сильнее, будто это могло избавить ее от слуха на какое-то время. Она точно не должна была слышать этого разговора. - Ну что ж. Объясню мотив нашей "дружеской" встречи, ладно? Я пришел исповедоваться и, возможно, извиниться.

- Это тебе не церковь. Хочешь прощения - возвращайся за решетку.

- Тебе будет интересно послушать, Десмонд. Так что ты бы не отказывался от моего рассказа. Это касается Авроры, - глаза Деса потемнели, он впал в ступор. Это имя явно ему что-то говорило и дарило ураган воспоминаний из прошлого, далёкого или нет - неизвестно. - Ну что? Интересно теперь? - ухмыльнулся Люк и взметнул голову вверх. - Надеюсь, ты слушаешь, потому что я повторять не буду. Ни тебе, ни полиции. Я сдамся в руки правосудия, если ты выслушаешь меня и не убьешь раньше того, как приедут служители закона и правопорядка, - он вздохнул и сглотнул желчь, скопившуюся во рту, отчего его лицо скривилось. - Все началось несколько лет назад и продолжается до сих пор.

Она очень отличалась от ровесниц: слишком скромная, слишком красивая и слишком смышленая, чтобы купиться на похабные ухаживания от перекаченных уродов из команды по регби. Она была похожа на тонкий серебряный месяц, отражающий мягкий свет от солнца. Она изрядно выбивалась в тот злополучный вечер на фоне пьяных подростков. Все обращали на нее внимание и пытались заговорить угостить выпивкой и бог знает чем еще. Но тогда она смотрела только на меня. Ее серые глаза я не забуду никогда. В тот момент я понял, что бесповоротно влюбился.

Я писал ей письма, думал, это крайне романтично. Подбрасывал цветы в шкафчик - ее любимые пурпурные розы. И с каждым вечером, проведенным на вечеринках в небезызвестно доме в одной компании, она открывалась все больше, невинность и чистота затирались, а раскрепощенность пышно расцветала  из бутона юности. Мы стали с ней единым целым. У нас появилось тайное убежище, где были только мы, и могли быть там сколько захотим. Мы сутками могли лежать на полу и говорить друг другу о чем-то без умолку. Я думал, это любовь... Но потом я убил ее. Зарезал ножом, будто бы это ничего не значило. Удар за ударом, удар за ударом. Она не кричала, просто испуганно смотрела на меня и что-то постоянно шептала. Но я был ослеплен. Не помню, чем я тогда руководствовался, наверное, принял слишком много химии. Она была красива даже после того, как в ее глазах потух огонь жизни. Я приходил к ней каждый день после школы, сидел рядом, держал за руку. Она смотрела на меня и не понимала, почему я так поступил, ведь мы же так любили друг друга. Черт, да я и сам не помнил, уставал оправдываться перед ней. "Прости, Аврора, что убил тебя. Мне жаль, мне жаль."

Ее начали искать. Не сразу, но начали. Весь город был усыпан листовками с ее фотографиями. Я останавливался у каждого столба и стенда с объявлениями и смотрел в ее красивое улыбающееся лицо. Все так же продолжал приходить к ней каждый день. Но ее тело находилось на неотвратимой стадии разложения: морозы и отсутствие отопления в нашем убежище не спасало. И я будто пришел в себя. Испугался ответственности. Тогда я спрятал ее тело в надежное место, а нож, которым убил ее, выбросил в кусты соседнего дома. Удивительно, что его до сих пор не нашли. Видимо, уж больно пышно цветут розы нынче, да, Беатрис? Розы, пропитанные кровью Пайерн Рэттлинг. Я убил ее. Убил в твоем новом доме, Десмонд. В той комнате, где ты сейчас спишь.

Дес стоял в оцепенении. В голове не уложилось ни единого слова. Спустя долгий год стало известно, что его сестра мертва. Пайерн больше нет. Надежды больше нет.

- Я убью тебя, ублюдок, - Дес оставил Бею и схватил Люка за грудки его верхней одежды. 

- Резонно, - парень не особо сопротивляться. Сероглазый король достал из кармана джинсов нож-бабочку и раскрыл его, обнажая лезвие.

- Десмонд, остановись! - Беа обхватила парня сзади и потянула на себя. У нее получилось оттянуть Деса от Люка, который ускользнул на более безопасное расстояние. Дес продолжал рваться вперед, а Беатрис беспомощно хватать его, прижимать к себе, стиснув зубы. - Остановись, ты же его убьешь!- кричала девушка и пыталась ухватиться за плечи и спину парня влажными от волнения ладонями. Холодный воздух резал разгорячившееся горло и легкие, маленькими иголочками впиваясь в мягкие ткани. Сердце было не на месте, бешено скакало вверх и вниз, билось из стороны в сторону, как загнанный в клетку дикий зверь. - Прекрати, умоляю! - соленые слезы отчаяния катились по щекам, сталкиваясь на подбородке в крепких объятиях. Острое лезвие ножа блестело в теплом свете фонарей, которые являлись единственными свидетелями событий этой страшной ночи. Девушке удалось ухватиться за куртку парня и притянуть его к себе, но вдруг мягкая кожа на ее руке дала глубокую трещину под натиском металла. Крики прекратились, слезы впитала плотная ткань куртки, подаренная Беатрис ранее этим днем. Парень тяжело дышал, но уже не рвался в бой. В горле засела жгучая боль, когда он почувствовал, как тяжелая капелька крови размозжилась о его ботинок. Холодный ветер встрепал пепельные волосы. - Не дай тьме овладеть твоим сердцем, умоляю. 

Парень заставлял себя глотать воздух, который позже рваными комками срывался со скривленных от злости губ. По горлу словно полоснули лезвием, когда он понял, что только что слелал. Ветер забрался в распахнутую  парку.

Беа не смогла избежать этого момента, как-то изменить его. Все произойдёт и закончится точно так же как в её сне

- Умоляю, не оставляй меня, - шептала ему на ухо девушка, и сердце Деса сжалось до скрипа. - Он того не стоит, - она посмотрела куда-то вперед, в глаза темного бульвара, где под ближайшим фонарем стоял Люк, борясь с нехваткой кислорода. Беатрис чувствовала жгучую неприязнь и отвращение, разъедающие ее подобно кислоте. Все это время она пыталась разглядеть в темном силуэте жертву, а за ним оказался настоящий убийца. - Десмонд, - ее голос дрогнул, когда она произнесла уже ставшее родным имя, ведь она повторяла его тысячи раз. 

Парень бросил нож. Он с металлическим бряканьем устроился на асфальте. Дес круто повернулся и схватил девушку за плечи, краем глаза замечая нанесенную им же рану. Беа видела, насколько огромны сейчас его зрачки, насколько потемнели его глаза. В них разразился смертоносный и всепоглощающий смерч, и её упорно затягивало в нее. Ей стало страшно, так как показалось, что перед ней стоит совсем незнакомый человек. Будто это был вовсе не тот парень, что отдал ей свою водолазку на пляже, что сам того не хотя привязал к себе, что подарил ей поцелуи, от которых можно было забыть собственное имя.

- Прости, - сказал он. Сердце затихло в груди. Беатрис не могла остановить слезы. Все повторялось, это была точная копия ее сна. Девушка молила, чтобы она очнулась на школьной  площадке рядом с Кенни, в тот теплый августовский день, чтобы смочь все изменить. Но этого не произошло. Они продолжали находиться в этом страшном декабрьском дне. - Прости меня, - по щеке парня покатилась слеза. Одинокая, прозрачная, пропитанная криками израненной души. Он положил руку на спину девушки и крепко обнял. Их тела  вмиг окутал мигающий синий свет и оглушительные сирены полицейских машин. 

- Получилось? - выдохнула Беа, еще не осознавая, что скоро ее кошмар закончится.

Люк не сопротивлялся аресту, как и сказал. Он раскаялся и был готов понести наказание. Как позже оказалось, он сам вызвал полицию, заявив, что даст чисто сердечно признание.

Десмонд и Беатрис ждала долгая ночь в участке, мучительные объяснения перед Бриаром Голденроузом, но сейчас это их не заботило. У них получилось предотвратить роковую ошибку, Удалось остаться друг у друга и замкнуть цепь ужасающих событий.

X X X

ФУХ. Самая сложная глава для меня позади. А ведь с этого момента и началась книга. Удивительно, что я смогла сохранить его таким, каким планировала сделать изначально. Думаю, закончу книгу до своего первого экзамена (не смогу писать в промежуток с 28 по 30 мая - у меня зачёты), то есть до 5 июня. Но это в идеале, так что буду надеяться, что везде успею.
Если есть какие-то вопросы - задавайте, потому что не уверена, что смогла со всей полнотой раскрыть этот момент. Буду рада прочесть ваши комментарии и ответить на них 💜
С любовью, ваша - aqua-