5 глава
Можно было выдержать.
На улице значительно похолодало за эти дни моего пребывания только дома. Листья на деревьях все еще держали краску зелени, хотя и проглядывали большую часть желтизна и краснота, вознося в городе пестрое разнообразие. Моросил небольшой дождь, но меня спасали теплое пальто и шерстяной шарф, увязанный вокруг шеи. Я все еще была слегка помята на внешний вид да вялость присутствовала в каждой мышечной ткани, но все было терпимо.
Сегодня был первый день в университете после недельного отсутствия. Старосту я предупредила, что занесу ей медицинскую справку только завтра, так как по какой-то причине мне не смогли выдать ее еще вчера на приеме.
Машины на дорогах стояли по несколько часов в пробках, сигналы тут и там резали слух. До сих пор не могу привыкнуть к таким переполохам по утрам, пока пешком добираюсь до учреждения и со всех стороны могу заметить разные разворачивающиеся картины. Кто-то еще даже умудрился в это время отправиться на пробежку. Кто-то ребенка ввел в детский сад или школу. Старушки уныло бродили по тротуарам, немного мешая другим людям.
Добравшись до кампуса, проскочила следом за двумя девушками вовнутрь и наткнулась на фейс-контроль. Меня предупредили, что из-за частых присутствий посторонних людей на лекциях вместо действующих лиц, ввели вынужденные меры. Достала из сумки студенческий билет, показала его охраннику и прошмыгнула дальше.
В гардеробе было немноголюдно, каждый студент приходил с интервалом две минуты, пока я находилась. Встала напротив зеркала, оглядела свой внешний вид и тут же замерла, услышав у входа знакомые голоса, бурно обсуждающие одну щекотливую тему:
― Ох, Эмма, поверь, Лизи теперь ни на шаг не отстанет от Эрика. После того случая с его якобы девушкой, она только и успевает за ним ухаживать, ― сказала одна из них, что я невольно прислушалась. Я была незаметна для них.
― Он же ее вечно посылает, гонит со своей квартиры. Неужели, ей нравится терпеть такое хамство? ― возразила вторая.
― Ну, знаешь, когда они уже с детства помолвлены, то выхода так такого нет. Меня вообще удивляет, на что рассчитывала та безмозглая курица, считавшая, что Эрик ее любит? Господи, что только не напридумывают эти бездарные простолюдины, лишь бы охмурить деньги.
Сжала руки в кулаки, чувствуя, как из глубин поднимается всепоглощающая ненависть к этим хвостам на побегушках. Продолжила слушать:
― Что самое ужасное, вкус у нее отстой. Надо будет спросить у девчонок, как эту мышку вообще взяли на факультет модной индустрии, ― пискнула одна из них.
Прикрыла глаза, стала считать до десяти, чтобы не сорваться с этого места и не влепить им хорошей пощечины, освежив их мозги.
Мне никогда не нужны были деньги Росса. Никогда. Но отчитываться перед ними равно, как разговаривать со стадом козлов. Когда живешь среди богатства, для тебя существует понятие «сравнивать себя с другими, не похожими на тебя». Я стала тем примером. Они судят по тому, что в общей сложности никак не вяжется с моими принципами. Я всегда следовала по своим нормам, чужого мне не нужно.
― Ой, что с них взять. Отбросы. Фу, даже затошнило. Пойдем отсюда, мне еще нужно припудрить носик.
И они удалились.
Для меня эта новость была приемлема. Я не жалела ни Росса, ни Бофорт, ни этих куриц, считавшие меня идеальной вертихвосткой. Поманила пальчиком и сбежала с денежками. Отчасти меня зудило. Мне еще трудно было держать себя в руках и не сорваться от безвыходности, но отступать было некуда. Эрик сам решил, что для него дороже, он мне это самолично показал, не удосужившись что-то добавить в свое обвинение. Только мне уже было все равно, какие приемы он мог заготовить для возвращения меня. Я больше не вернусь.
И нас по крайне мере не существовало. Так...мелкое излишество.
Досчитала до десяти, помогая организму не опираться на глупые утверждения. Просто нужно не заострять внимание на это и дарить полный кайф от всех новых придуманных историй о моем якобы плане насчет парня.
Щелкнула языком, энергично схватила сумку и вышла из своего убежища, спеша скорее подняться по лестнице на нужный этаж и добраться до кабинета.
На середине учебного дня, наконец, выдалась минутка, отдохнуть и перекусить. Захватив с собой еду, которую утром всучила мне мама, до сих пор беспокоясь за мое здоровье, я добралась до столовой и ахнула, заметив, что все столики практически заняты.
Досконально проанализировала состояние помещения и нашла подходящее место как раз у окна, ближе к буфету. Только стоило подойти, поставить сумку на скамейку, как все места стали занимать незнакомые парни. Поразилась такой наглости, выдерживая бесстыдство по отношению к девушке. Я уверена была, они видели, что я здесь оказалась первая, но решили сделать отсутствующий вид.
― Простите, ― громко сказала, привлекая несколько пар глаз к себе. ― Вообще, я первая заняла.
― Иди, поищи другое место, птенчик, ― проголосил самый здоровый по массе дурень. ― Мы слишком устали после тренировки и хотим есть. Будь мила к нам и прояви сочувствие.
― Хотите поесть, найдите другое место, ― скрестила руки на груди, грозно посматривая на каждого исподлобья. Теперь все буквально пожирали меня глазами.
Мысленно закатила глаза, поражаясь, какие парни все однотипные. Только увидят на горизонте «овечку», не могут сдержать свой аппетит. Хоть на мне и были обтягивающие джинсы, блузка с вырезом на груди, они даже не скрывали своего интимного интереса ко мне.
― Я тоже желаю поесть, и поверьте, меньше всего мне хочется с вами разговаривать. Ко мне сейчас придут подруги...
― Пусть присоединятся к нам, мы не против, ― предложил блондин, многозначительно подергав бровями. ― Места всем хватит.
― Засунь свои перспективы в задницу, парень, ― огрызнулась, теряя терпение. Я могла бы найти другой столик, но меньше всего хочется быть в эпицентре внимания дешевых куриц, расположившиеся в середине столовой.
― Воу, а мы с зубками, ― кто-то издал восторженный звук, и ничего не пришлось, как прикрыть глаза.
― Знаете, что я могу показать вам?
Мой вопрос подействовал на них моментально. Идиоты.
― Стриптиз? ― предположил громила.
― Отсосешь мне в тубзике? ― сказал второй.
― Хочешь заняться групповухой? Это даже еще больше возбуждает. ― Все в ответ только согласились.
Искривила губы от их предположений. М-да уж.
Оперлась руками об стол, смерив каждого взглядом, и мило улыбнулась:
― Показать, как вы очаровательно продуете на чемпионате!
― Что ты сказала?
― Хорошо, повторю для глухих. Вы можете продуть на чемпионате, ибо я вашу игру видела и это, признаюсь, бездарно. Вы не можете нормально бегать по полю, натыкаясь раз за разом на игрока. А все потому, ― захватила в плен своего взгляда кусочек полиэтилена в кармане брюк громилы, ― нельзя так неосознанно употреблять эту гадость. Я же могу рассказать ректору.
Сталь замесилась в моем голосе. Мне было все равно, как я выгляжу со стороны, но парни должны научиться быть покладистыми к даме.
― Ты ему не скажешь, ― рыкнул тот самый огромный парень, сверкнув глазами, и даже понял, как ужасно засветился, ― твой рот может работать только для одного дела.
― Воздержусь. Ладно, раз не верите, тогда пойду сначала к вашему тренеру. Где он, кстати?
― Ладно, мы уступим тебе, вымогальщица! Не хватало тут еще нам проблем от тебя. С*ка! ― театрально плюнул блондин, поднимаясь с места.
Все за одним подняли свои пятые дочки, бросали на меня бушующие красные огоньки на дне зрачком. Я им приветливо помахала ручкой и шумно выдохнула, про себя произнеся «слава богу». Они прошли в другую часть зала, предоставив свободный стол в полном моем распоряжении. Расположилась на скамейке, достала из сумки контейнер с едой. Стоило открыть, как очаровательный запах ударил в нос, вызывая брожение в желудке. Как же отлично у мамы получается готовить запеканку. Но мою идиллию нарушило внезапное появление подруг.
― Привет, змей-искуситель, ― задорно пропела мне в ухо Ким, присаживаясь рядом. ― Мы оценили твою попытку выгнать тех парней.
― Еще никому не удавалось команду по баскетболу запрягать, ― заметила Грейс, устраиваясь напротив нас с подносом на руках, в котором была небольшая порция курицы в яйце и пюре, больше похожая на жижу, салатик и обычная вода.
Только сейчас заметила, что и Джонсон взяла себе в буфете что-то быстро перекусить и небольшой пакетик виноградного сока.
― Рада стараться, ― отдала честь и, взяв в руки вилку, приступила к поеданию своей еды. ― Просто им нужно бережно относиться к делам по имени наркотики. В следующий раз виноватой буду не я. Кто угодно их сдаст.
― Тебе хоть кто-нибудь понравился? ― поиграла бровями Грейс, беря в руки вилку.
― Боже упаси, такие парни меня не привлекают. Тот, что блондин, явно гей.
― Почему ты так считаешь? ― уточнила Ким.
― Рожа и ухмылка мне его не нравится.
Девушки кое-как сдержали смех.
― Твои обвинения достойны на рассмотрение дела.
Пожала плечами. Пригубила немного воды из бутылки, которую любезно мне купила Ким, потянулась за вилкой, закрепила на ней кусочек запеканки и положила в рот, как следует разжевывая.
― Какими историями вы меня удивите?
Сегодня был моей первый день после полторы недели отсутствия. На удивление, тут все по-прежнему было тихо и косые взгляды не были такими открытыми, если не учитывать компанию студенток из курса розовой бестии. Почему никто еще не растрепал такую новость? Наверное, главная была еще не на месте.
Я старалась в течение дня не брать в счет уже готовые содействия людей в этом учреждении, ведь уже однажды натыкалась на разглагольствование в моей старой школе, и делала все возможное, чтобы углубиться в учебу, поговорить с преподавателями по поводу пропусков и приготовиться к жестокой схватке с предметами на ближайшие дни и ночи.
― Во-первых, не расслабляйся, скоро экзамены, а у тебя появилось достаточно долгов, ― начала Грейс, рассудительно загибая палец.
― Спасибо, успокоила...
― Всегда пожалуйста. Во-вторых, тебе нужно будет зайти в деканат. Тебя хотели видеть еще на прошлой неделе, но ты заболела. ― Я без проблем поняла двусмысленность данного слова и вздрогнула, только сделала вид, что поедаю запеканку. Даже рыжеволосой девушке было неприятно произносить это слово в моем присутствии, зная, иные причины моего отсутствия.
― В-третьих, ― вклинилась в разговор Ким, посчитав лучшим способом ― увести разговор в другое русло, ― как твое самочувствие?
― Уже получше. Спасибо, что спросили.
Наверное, лучше. Я до сих пор не могла отделаться от боли в сердце. Иногда по ночам я просыпалась с отяжелевшим грузом на плечах, дышала часто, потому что воздуха не хватало, перед глазами стояли неразборчивые силуэты, а сердце лихорадочно ударялось об ребра. Такие приступы произошли на выходные перед тем, как на следующей неделе отправиться на учебу. Я не стала говорить никому об этом, нагружая себя больше неразберихой, но для других от этого было легче. Особенно моей маме.
Ким и так многое сделала за все эти дни, и Грейс, они как никто другой были рядом со мной в трудную минуту. Помогали мне выбраться из этой прогнившей избы для полного освобождения своей души. Я не держала обиду ни на кого, скорее я ощущала потребность выговориться и закрыть эту тему навсегда. Я четко знала границу ― никаких интрижек с парнями, ибо еще одного удара я не смогла бы перенести. И намерена придерживаться до того, как смогу доверить свое сердце кому-то другому.
Также я все еще была зла на Эрика, и нервозно относилась к предстоящей встречи лицом к лицу. Я места себе не находила целое утро, наталкиваясь взглядом на спины парней, считая, что они и есть он. Но такого позволительного жеста от парня, слава богу, не заприметила на горизонте. Меньше всего мне хотелось, только что выйдя из пучины своих недуг, ― пасть в темноту, без промедлений задыхаясь.
― Ой, мальчики к нам идут, ― пискнула Джонсон, увидев вдалеке знакомые силуэты парней. Эрик Брюс, с которым мы виделись...уже не припомню когда в последний раз, и Аарен Фейн вышагивали по направлению к нам, при этом выглядя на фоне столовой стильно, словно они на сцене.
Я невольно заметила, как напряглась, и постаралась сбросить с плеч остроту, растянув губы в вымученной улыбке.
― Привет, девчонки. Ким, ― растянул имя подруги рыжий парень, нагибаясь через стол и оставляя на ее губах легкий поцелуй. Небольшой шрам на левой брови напомнил слова сестры Аарена. Побоев так таковых больше не присутствовало на лице. Затем он перевел внимание на меня. ― Ханна, как у тебя дела?
То ли мне показалось, он произнес этот вопрос наигранной интонацией, то ли я себе уже накручивала, учитывая некую не уютность между нами. Все же Эрик его друг.
― Сейчас более-менее, ― покрутила рукой, давая знак, дальнейшего расспроса не стоит затевать, и повернулась к Эрику. ― Привет, Брюс. Давно мы с тобой не общались.
― Где-то месяц, ― обольстительно ухмыльнулся, плюхнувшись рядом с Грейс и закинув ей на плечи свою огромную руку.
Идиллия, черт возьми. Но не стала ехидничать на людях.
― Девочки тебя не обижали за все это время? ― Фейн младшая ударила локтем в его ребра, он тут же съежился, посмеявшись. ― Котенок, я же тебя знаю. Съешь любого...
Потом что-то шепнул на ухо, и по губам поняла, какой разврат может литься с этих влажных губ. Эрик перехватил мой любопытный взгляд, от чего мои щеки запылали, будто меня поймали за чем-то преступным. Быстро отвернулась. Сама Грейс поерзала на стуле, сделав вид, что ничего только что не произошло.
― Можешь не беспокоиться. Они были зайчиками. Меня скорее вот, что интересует, когда это вы сдружились? ― прищурилась, обведя долгим взглядом каждого. Последнее их столкновение в общем не привела к лучшему распутью, они огрызались как собаки на цепи.
― Ну, ― помял шею Аарен, ― Брюс помог мне в кое-каком деле, потом мы поговорили, как нормальные люди, и пришли к разглашению.
― Братишка, ты встал на путь исправления?
― Меня нельзя исправить, Грейс, ― хмуро фыркнул Фейн и уселся между мной и Ким, прижимаясь теснее к бедру подруги.
Все продолжили спорить насчет их примирения, я же доела остатки в контейнере и потянулась открыть бутылку воды, как посмотрела на вход столовой и рвано выдохнула. Сердце сделало кульбит и замерло, защемляясь между ребер.
О, боже.
Открыла рот, вдохнула полной грудью, и на выдохе ощутила острый удар в области глаз. Они стали потихоньку увлажняться, когда я смогла полноценно разглядеть фигуру Эрика Росса, решительно вышагивая в нашу сторону. Он заметил нас как раз сразу же, стоило ему зацепиться за меня. Я и не почувствовала, как руки сжали бутылку, разрывая пространство своим пластмассовым звуком, и вынуждая других оторваться от своих бурных обсуждений.
Пока Эрик направлялся к нам, мне хватило духу не упасть от переизбытка адреналина, так как мои глаза сами по себе гуляли по его фигуре, вычерчивая все пропорциональные линии тела. Я остановилась на лице и не могла ни уловить глубокую черноту под глазами, похожая на тот же цвет, что и глубина радужки. Бледный, унылый, будто побитый щенок, при этом скрывая под одной из своих интересных масок ― авторитет.
Найдя в себе силы оторваться от созерцания, поспешила сложить в сумку все вещи, и как только я поднялась со скамейки и практически бросила фразу девочкам «увидимся после пар», чуть не врезалась в мощную грудь парня.
Сердце ― обычный орган, но через него пропускается столько зарядов электронов неизведанных чувств.
― Ты уже уходишь? ― сведя брови на переносице, спросил Росс, перекрывая путь к спасению.
― Да, ― взмахнула головой, откидывая волосы назад, и посмотрела на него беспристрастным взглядом. ― У меня еще есть дела. Если ты не против, можно я пройду.
Он постоял долгое время, изучающее следя за моим лицом, словно выискивая ту щель, в которой и таились мои прежние эмоции. Увы, ему было туда не пробраться. Отныне эта зона закрыта.
― Ханна... ― из его уст мое имя звучит, как звонкий колокол, даря рай для ушей. Это могло подействовать, только мой разум затмевал любые предрассудки сердца. Больше не в жизни.
― Нет. Извини, мне нужно идти. Увидимся девочки позже.
Бросила последний взгляд на лицо парня, удерживая глазами пухлые губы, которые всего две недели назад дарили неземное удовольствие, заставляя моих бабочек переворошить все свои коконы, оставляя крохотные клочья лишь напоминанием о нашей близости и моих разбитых мечтах.
Двинулась в сторону выхода, выдерживая напор зрительного прожигания в мою спину.
Вбежала в женскую уборную и сразу же включила кран, обдавая лицо холодной водой. О. Мой. Бог. Это оказалось куда сложнее выдерживать свою точку зрения. Мне хватило одного нахождения в душном зале, как привычные устои просто пошли коту под хвост. Я кое-как могла находить в голове любой держатель, помогающий не уйти в отрыв со своим телом, не умеющее слушаться разума и повиноваться тому, что требую я. Эрик должен знать одну маленькую вещь ― я не смогу больше быть с ним. И как бы больно не было моим мышцам, сокращающиеся от мысли о нехватке чьей-то близости, прикосновения, поцелуев... Я смогу быть сдержана и выйти из временного казуса.
Посмотрела себя через зеркало, не заметив никаких ухудшений по состоянию. Руки дрожали, пока приглаживала волосы и перебирала пряди, которые за полгода отрасли мне до середины спины. Натянула одну прядку, доведя пальцы до кончиков волос, и в голову ударила мысль. При условии, что мне стоит придерживаться четкой цели, чтобы обойти коварность жизни и снова не увязнуть в обманах, я должна изменить что-то в себе. Убрать частичку старого, что так ясно отслеживается на мне о прошлом. Это будет старт в ту жизнь, которую я собиралась строить до Эрика, где все шепоты напоминают всего лишь дряхлость современного мира.
Так может начать с этого?
Стереть с себя старую жизнь и вдохнуть новую.
Хотела еще раньше сказать об этом, но расскажу сейчас. В этой части оборот книги будет меньше первой, если считать по страницам Litnet, то история наберет от 180-200 страниц.