Ореховый раф.

Конференц-зал компании был залит утренним солнцем. Из окон открывался вид на город, который медленно просыпался. Команда собиралась постепенно: кто-то с кофе, кто-то с планшетами, а некоторые сотрудники выглядел откровенно не выспавшимся и пытались дремать. Юстейн пришёл одним из первых, выбрав место с хорошим обзором всего стола, особенно места во главе, где всегда сидел Карлос.

Юстейн сидел спиной к входу, погрузившись в просмотр квартальных отчётов, когда кожа на затылке внезапно начала покалывать. Ещё до того, как раздались шаги в коридоре, и дверь открылась, он уже знал, что это признак того, что Карлос приближается. Это нелепое шестое чувство появилось у него несколько месяцев назад, превратив его в радар, настроенный исключительно на одну частоту. Частоту Карлоса О'Двайера. Он ненавидел это своё новое свойство, это было унизительно и совершенно непрофессионально.

«Твою мать», — мысленно чертыхнулся Юстейн, выпрямляя спину и делая вид, что полностью поглощён работой.

Когда Карлос вошёл в зал, разговоры стихли. Он всегда имел такой эффект на людей, его присутствие моментально меняло атмосферу комнаты. Костюм безупречно сидел на его фигуре, подчёркивая широкие плечи. Юстейн невольно подумал, как эти плечи ощущались бы под его ладонями, и поспешно отвёл взгляд, делая вид, что просматривает документы.

— Доброе утро, — коротко бросил Карлос, усаживаясь на своё место и открывая ноутбук. — Начнём.

От стального тембра его голоса по телу Юстейна пробежала предательская волна возбуждения. Он ощутил, как член дёрнулся в брюках, и мысленно приказал себе успокоиться. Нельзя, просто нельзя так реагировать на голос начальника. Это было абсурдно и совершенно бесперспективно.

Юстейн украдкой наблюдал за ним, подмечая детали: как Карлос поправляет манжету рубашки, как слегка хмурится, когда что-то не нравится в докладе, как тонкие пальцы быстро печатают сообщение в телефоне. Их взгляды встретились на долю секунды, и Юстейн понял, что Карлос тоже наблюдает за ним. Это был короткий, но интенсивный обмен взглядами, словно между ними проскочил электрический разряд. Карлос тут же вернулся к обсуждению, но его голос стал чуть строже.

— По вопросу бюджета на следующий квартал. Лиза, что у нас с прогнозами?

Юстейн заставил себя сосредоточиться на обсуждении, хотя это стоило ему огромных усилий. Он прекрасно осознавал, что Карлос знает о его происхождении, знает, что он сын Альберта Валдерберга. Само его присутствие в компании было актом дерзости или глупости, и Юстейн понимал это. Но он уже не мог отказаться от работы в этой компании, хотя следовало бы это сделать.

Когда пришла его очередь докладывать, он почувствовал, как Карлос буквально препарирует его взглядом: холодным, оценивающим, профессиональным. Юстейн поймал себя на мысли, что хотел бы увидеть в этих глазах иные эмоции, и тут же одёрнул себя. Субординация и деловая этика должны быть превыше всего, особенно учитывая их положение. Он не мог, не имел права делать первый шаг, даже если бы захотел.

Неожиданно телефон Карлоса завибрировал. Он взглянул на экран, и произошло нечто, заставившее весь зал замереть — лицо Карлоса смягчилось. Это была такая разительная перемена, что Юстейн едва не выронил ручку.

Карлос поднял руку, призывая к тишине.

— Прошу прощения, я должен ответить, — сказал он тоном, не терпящим возражений, хотя никто и не собирался настаивать.

— Да, привет, — произнёс Карлос в трубку, и его голос изменился до неузнаваемости, стал мягче, глубже, с какой-то тёплой вибрацией, которую Юстейн никогда раньше не слышал.

Все в комнате сделали вид, что заняты своими бумагами, но Юстейн видел, как несколько человек обменялись многозначительными взглядами. Он оглянулся и с удивлением обнаружил, что никто не выглядит так шокировано, как он сам. Похоже, все остальные уже видели Карлоса таким.

— Да, конечно. Заеду за тобой после занятий, — продолжал Карлос, слегка отвернувшись к окну. — Фильм начинается в семь, успеем перекусить. Нет, не торопись, я подожду.

В голосе Карлоса звучала такая нежность, что Юстейну стало не по себе. Насколько он знал, у Карлоса не было детей. Неужели он с кем-то встречается? Эта мысль неприятно кольнула где-то в груди, вызвав необъяснимую ревность, которую Юстейн немедленно задавил. Какое ему дело до личной жизни О'Двайера? Он здесь для работы, а не для того, чтобы вздыхать по недоступному начальнику, который, вероятно, видит в нем только врага.

— Хорошо, до встречи, — Карлос завершил звонок и положил телефон экраном вниз.

Юстейн не смог удержаться от усмешки, увидев выражение лица Карлоса после разговора. Он смотрел на телефон с каким-то хищным удовлетворением. Его мягкая улыбка превратилась в довольный оскал, а глаза, только что тёплые и ласковые, стали острыми, как лезвия.

А потом Карлос поднял взгляд и посмотрел прямо на Юстейна. В этот момент у него ёкнуло сердце и что-то холодное скользнуло под ложечкой. В глазах Карлоса плескалось неприкрытое возбуждение, дикая, необузданная страсть, смешанная с каким-то злым торжеством. Это был взгляд хищника, который видит свою жертву и точно знает, что она никуда не денется.

Юстейн почувствовал, как его лицо заливает краска, а дыхание сбивается. Этот взгляд длился всего секунду, но за эту секунду он успел умереть и воскреснуть вновь. Его тело реагировало помимо воли, и ему пришлось глубоко вдохнуть, чтобы совладать с собой.

— Итак, на чем мы остановились? — голос Карлоса вернулся к своей обычной деловой тональности, холодной и сдержанной. — Ах да, прогнозы по проекту. Юн, продолжайте.

Юстейн кашлянул, пытаясь собраться с мыслями. Странное ощущение не покидало его, будто он увидел две совершенно разные стороны Карлоса за одну минуту. И самое странное, ему понравились обе.

— Да, — начал он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — По нашим расчётам, мы должны выйти на плановые показатели к концу квартала...

Собрание продолжалось, но Юстейн уже не мог полностью сосредоточиться. Кто звонил Карлосу? С кем он идёт в кино? И почему, черт возьми, его так беспокоит этот вопрос?

Карлос не мог не заметить, как после его разговора со Стейном Юн напрягся. Босс ожидал сегодня от Юна споров по поводу бюджета и принятых им решений, хотел посмотреть, будет ли тот выступать против, однако мужчина промолчал, лишь указав, что выбранный план требует доработки. Он обязательно разберётся с этим позже.

***

Карлос поднялся из-за стола и расправил плечи. Его уютный кабинет, что был скрыт от посторонних глаз за дверями официального места царствования, был его крепостью, но даже здесь ему становилось душно. Он решительно направился к отделу разработки.

Проходя мимо финансового отдела, он замедлил шаг. Юстейн сидел за своим столом, обложенный бумагами, и что-то объяснял двум сотрудницам из бухгалтерии. Его сдержанные жесты и спокойный голос, казалось, гипнотизировали обеих женщин. Одна из них даже рассмеялась, когда он указал на какую-то строчку в документе.

Карлос поморщился и ускорил шаг. Он чувствовал на себе серый, изучающий взгляд Юстейна, даже не оборачиваясь.

В отделе разработки его встретили с уважительным вниманием. Программисты, дизайнеры и инженеры выпрямились за своими столами, когда он вошёл, не из страха, а из искреннего почтения.

— Покажите, что у вас готово по проекту Nexus, — произнёс Карлос, останавливаясь у стола ведущего разработчика.

Тим Ларсен, талантливый программист с растрёпанными волосами, поспешно развернул чертежи и схемы. Карлос склонился над документами, внимательно изучая каждую деталь. Его комментарии были точными и конструктивными.

— Здесь усильте защитный протокол. А эту функцию можно оптимизировать, — Карлос указал на схему, и Тим быстро делал пометки.

— Спасибо, мистер О'Двайер. Мы внесём изменения к вечеру, — с воодушевлением ответил разработчик.

Карлос кивнул. Именно так и должно быть — чётко, профессионально, без лишних слов. Он дал ещё несколько указаний и направился обратно в свой кабинет.

В коридоре он снова увидел Юстейна, теперь тот стоял у кофемашины, беседуя с руководителем отдела кадров. Когда Карлос проходил мимо, Юстейн посмотрел на него своим проницательным взглядом и слегка кивнул. Его сдержанная улыбка казалась вызовом.

Через час Карлос вновь покинул кабинет, решив выпить чаю в общей комнате отдыха. Обычно он избегал таких перерывов, предпочитая, чтобы чай приносила Этель, но сегодня ему особенно хотелось движения, смены обстановки.

В комнате отдыха сидел Юстейн с планшетом в руках. Рядом с ним сидела молодая сотрудница из маркетинга, которая что-то увлечённо рассказывала. Карлос молча взял чашку, заварил чай и вышел, чувствуя, как напрягаются мышцы спины.

Карлос славился своей справедливостью. Он был требовательным, но никогда не критиковал без оснований. Его уважали именно за это — за умение быть строгим, но справедливым.

«У меня есть причины его недолюбливать», — мысленно повторил он, возвращаясь в кабинет и чувствуя молчаливое осуждение подчинённых, он неоднократно слышал шёпот девочек, что Карлос на пустом месте цепляет их любимчика.

После обеда Карлос решил лично проверить ход работ над презентацией для инвесторов.

— Марк, как продвигается презентация? — спросил он, входя в просторное помещение с графическими дизайнерами.

— Почти готова, мистер О'Двайер. Хотите взглянуть на черновой вариант?

Карлос кивнул, и дизайнер развернул монитор. Презентация была выполнена безупречно, каждый слайд отражал именно то, что Карлос хотел донести до инвесторов.

— Отлично, — произнёс он, и по лицам сотрудников было видно, как много значит для них эта сдержанная похвала.

Выходя из креативного отдела, Карлос заметил знакомую фигуру в конференц-зале напротив. Юстейн проводил какое-то совещание. Через стеклянные стены было видно, как внимательно его слушают присутствующие. Один из менеджеров среднего звена что-то спросил, и Юстейн ответил с такой доброжелательностью и терпением, что спрашивающий благодарно кивнул.

«Как он это делает?» — подумал Карлос, невольно замедляя шаг.

Юстейн, казалось, обладал даром располагать к себе людей без видимых усилий. Женщины из секретариата приносили ему кофе, программисты приглашали на пятничные посиделки, даже обычно неприступная Этель однажды была замечена смеющейся над его шуткой.

Карлос поймал себя на мысли, что завидует этой лёгкости, но тут же разозлился, так как не желал попадать под обаяние этого проходимца. Он тоже умел организовать рабочий процесс, люди уважали его как профессионала и руководителя. После работы многие с удовольствием принимали его приглашения на неформальные посиделки. Но в офисе всегда сохранялась определённая дистанция. Карлос был боссом, и все это понимали и принимали, работа отдельно — дружба отдельно.

К концу дня Карлос ещё раз вышел из кабинета, чтобы проверить исправления в проекте Nexus и морально подготовиться к встрече с Юстейном. Проходя мимо финансового отдела, он увидел пустой стол. Это почему-то вызвало смешанное чувство облегчения и разочарования.

— Он ушёл пять минут назад, — услышал Карлос голос одной из сотрудниц. — Сказал, что выпьет кофе.

Карлос кивнул, не показывая, как его раздражает, что все в офисе, кажется, читают его мысли, когда дело касается Юстейна.

— Спасибо, — сухо ответил он и направился к отделу разработки.

«Как же ты меня бесишь», — Карлос направился в сторону комнаты отдыха, пытаясь успокоить нарастающее беспокойство.

К концу рабочего дня комната отдыха, как всегда, наполнилась сотрудниками, что оживлённо переговариваясь. Карлос сквозь стеклянные вставки в двери видел как Юн, с искренним увлечением изучал прототип, который демонстрировал Эрик, один из ведущих разработчиков компании.

— И представляете, мой алгоритм внезапно решает, что его истинное призвание это не анализ больших данных, а сочинение хайку про котиков! — воскликнул Эрик с театральным жестом.

Комната взорвалась смехом. Юн, не смог удержаться, его глубокий, бархатистый смех разлился по помещению, преображая обычно спокойное лицо. В этот самый момент дверь отворилась, и Карлос застыл на пороге. Его цепкий взгляд мгновенно выхватил Юна из группы сотрудников: расслабленного, с мягкой улыбкой, склонившегося над столом так, что тонкая ткань рубашки обрисовывала контур плеч.

— Господа, — произнёс Карлос с едва заметной ледяной ноткой, — Не помешаю вашему... увеселению?

Комната мгновенно погрузилась в тишину. Только Юн сохранил спокойствие, и медленно выпрямился, встречаясь с Карлосом взглядом.

— Мистер О'Двайер, — кивнул он с достоинством. — Мы обсуждали новые паттерны распознавания в последнем прототипе.

«Почему именно он? — пронеслось в голове Карлоса. — Почему я каждый раз замираю, когда слышу этот голос? У меня теперь есть Стейн. Милый, заботливый Стейн, простой и предсказуемый. Я был уверен, что с его появлением это пройдёт. Черт возьми, как я ненавижу этот взгляд, кажется, он видит меня насквозь, словно все мои тщательно выстроенные стены для него прозрачны. И этот смех... Я никогда не слышал, чтобы он так смеялся рядом со мной».

— Надеюсь, ваше оживлённое обсуждение приведёт к реальным результатам, а не к очередной задержке проекта, — произнёс Карлос, направляясь к кофемашине, — Эрик, отчёт о тестировании должен был быть готов ещё вчера.

— Он с утра у вас на почте, босс, — ответил Эрик, заметно напрягшись.

— Проверю, — коротко кивнул Карлос, намеренно касаясь кисти Юстейна, когда проходил мимо за чашкой. — Юн, зайдите ко мне через полчаса. Вы хотели обсудить проектную стоимость интеграции нового модуля.

«Снова это прикосновение, — отметил про себя Юстейн. — Случайное, но слишком точное. Он делает это намеренно? Нет, Карлос не из тех, кто заводит интрижки на работе. Мне нужно сохранять дистанцию. Он мой босс, и только».

— Конечно, — ответил Юстейн с безупречной невозмутимостью. — Я подготовил несколько предложений по оптимизации.

— Замечательно, — Карлос сделал глоток кофе, не отрывая пристального взгляда от мужчины. — Господа, продолжайте. Не буду мешать вашему... творческому процессу.

Когда Карлос вышел, все коллективно выдохнули. Разговоры возобновились, но Юстейн уже не участвовал в них, рассеянно водя длинным пальцем по краю стола, погруженный в свои мысли.

— Ты как всегда единственный, кто не трепещет перед ним, — усмехнулся Эрик, наклоняясь ближе, отвлекая от размышлений, — Мне кажется, он тебя даже уважает.

— Просто делаю свою работу, — пожал плечами Юстейн, но в уголках его губ таилась едва заметная улыбка.

Ни один из мужчин не мог точно определить природу происходящего между ними. Их общение напоминало холодную войну, но каждый раз оставляло послевкусие изысканного флирта. Желание подчинить соперничало с желанием обладать.

Юстейн собрал документы и направился к кабинету босса. Его пальцы все ещё хранили фантомное тепло от случайного прикосновения Карлоса. Он дважды, решительно постучал в дверь, прежде чем войти. Карлос стоял у окна, спиной к двери, властный силуэт выделялся на фоне вида вечернего города.

— Закройте дверь, — приказал он, не оборачиваясь.

Щелчок дверной ручки прозвучал неожиданно громко в напряжённой тишине кабинета. Юстейн остался стоять у двери, держа папку с документами перед собой — не щит, но определённо барьер.

— Вы хотели обсудить бюджет, — произнёс Юн размеренным, профессиональным тоном.

Карлос медленно повернулся. Его обычно безупречно завязанный галстук был слегка ослаблен, верхняя пуговица рубашки расстёгнута, а рукава закатаны до локтей. Эта непривычная небрежность казалась почти интимной.

«Он сделал это специально?» — мелькнуло в голове Юна.

— Да, хотел, — подтвердил Карлос, не двигаясь с места. — Вы смеялись.

— Простите? — Юстейн слегка приподнял бровь, выдавая удивление.

— В комнате отдыха. Я никогда не слышал, чтобы вы смеялись так... свободно.

«Что это? — промелькнуло в сознании Юстейна. — Ревность? Или просто очередная игра в контроль? Он наблюдает за мной внимательнее, чем я предполагал. И это... волнует больше, чем следовало бы».

— Не знал, что мой смех входит в сферу ваших профессиональных интересов, — ответил Юстейн, делая уверенный шаг вперёд и кладя папку на стол.

Карлос оттолкнулся от подоконника и подошёл к столу, оказавшись напротив Юстейна. Между ними оставалось едва ли метр пространства.

— Я интересуюсь всем, что касается моей компании, — произнёс он, пристально глядя в глаза Юстейна. — Особенно когда речь идёт о ключевых сотрудниках.

«Что я делаю? — мысленно одёрнул себя Карлос. — Зачем я это сказал? Почему не могу просто обсудить проект и отпустить его? Стейн сейчас, наверное, уже заканчивает свои лекции и ждёт меня. А я стою здесь и не могу оторвать взгляд от человека, который никогда не станет таким, каким я хочу».

— В документах содержатся мои предложения по оптимизации бюджета, — Юстейн слегка кивнул на папку, сохраняя излишне профессиональный тон. — Если позволите, я могу объяснить ключевые моменты.

— Разумеется, — Карлос обошёл стол и опустился в кожаное кресло, обретая привычное ощущение контроля. — Присаживайтесь.

Юстейн занял место напротив, открыл папку и начал методично объяснять технические детали, указывая на графики и схемы длинными, уверенными пальцами. Карлос слушал, не перебивая, но его взгляд непроизвольно задерживался на руках Юстейна, на том, как тот изредка поправляет выбившуюся прядь волос, на выразительной линии его шеи.

— ...и если мы перенаправим фокус внимания, — продолжал Юстейн, не показывая, что замечает эти взгляды, — То сможем сократить расходы почти на тридцать процентов без ущерба для качества.

— Вы не согласны с моим решением, — неожиданно произнёс Карлос.

Это прозвучало как утверждение, не требующее подтверждения. Юстейн поднял взгляд от документов, встречаясь глазами с Карлосом, смотря на него спокойно, без вызова, но и без тени страха.

— Нет, не согласен.

— Но не сказали об этом на общем собрании.

— Это было ваше решение как руководителя. Я выразил своё мнение заранее, в частном порядке, в приложении к ежедневному отчёту.

— Почему? — Карлос подался вперёд, неосознанно переходя на неформальное обращение, что сразу изменило тональность беседы. — Почему не оспорил меня публично? Все знают, что ты можешь.

«Вот оно что, — понял Юстейн. — Ему нужен вызов. Противостояние. Он окружил себя людьми, которые всегда соглашаются с ним, и теперь жаждет того, кто осмелится противоречить. Но я не стану играть по его правилам».

— Потому что мне не нужно доказывать свою правоту публично, — спокойно ответил Юстейн, выдерживая пристальный взгляд Карлоса. — Результаты говорят сами за себя. И, кстати, — он перевернул страницу в документах, — Мои расчёты показывают, что принятое вами решение неизбежно приведёт к системному сбою в течение ближайших трёх месяцев.

Карлос резко поднялся и подошёл к шкафу с напитками, словно ему нужно было физическое пространство между ними.

— Виски? — спросил он, не оборачиваясь.

— Нет, спасибо, — спокойно отказался Юстейн.

— Всегда «нет», — тихо произнёс Карлос, наливая себе двойную порцию. — Вы всегда отказываетесь от всего, что я предлагаю.

Он повернулся, держа стакан в руке, и внезапно оказался непозволительно близко к креслу Юстейна.

— Может быть, потому что вы предлагаете не то, что мне действительно нужно, — ответил Юстейн, не отводя взгляда и не отстраняясь.

Воздух между ними сгустился, наполнился почти осязаемым электричеством.

— А что вам нужно, Юстейн? — голос Карлоса стал ниже, интимнее, почти шёпот.

Юстейн медленно поднялся с кресла, оказавшись лицом к лицу с Карлосом. Они стояли настолько близко, что могли ощущать тепло дыхания друг друга.

— Честность, — произнёс Юстейн, и в голосе звучала тихая сила. — Мне нужна честность, Карлос. Без игр и манипуляций.

Услышать своё имя из уст Юстейна было неожиданно, ведь тот всегда придерживался формальностей в рабочей обстановке.

— Честность, — повторил Карлос, ставя стакан на стол. — Хорошо. Честно говоря, я не могу перестать думать о тебе. И это сводит меня с ума, потому что...

Его телефон на столе внезапно ожил, высветив фотографию улыбающегося Стейна и заполнив пространство мелодией персонального звонка.

Юстейн перевёл взгляд на телефон, затем снова на Карлоса. В его глазах читалось глубокое понимание и Карлосу показалось тень сожаления или несбывшейся возможности.

— Потому что не можешь контролировать меня, — тихо закончил он за Карлоса. — Кое-кто ждёт твоего внимания.

Юстейн сделал шаг назад, восстанавливая профессиональную дистанцию, словно невидимая стена вновь выросла между ними.

— Я оставлю документы, — сказал он уже совершенно другим, деловым тоном. — Просмотрите их, когда будет время. И, Карлос... — он на мгновение задержался у двери, — Когда дело касается работы, я всегда буду говорить тебе правду. Даже если ты не захочешь ею слышать.

Телефон продолжал настойчиво звонить, но Карлос не двигался, глядя на закрывшуюся за Юстейном дверь.

«Что за нелепые фантазии? — одёрнул себя Юстейн. — У него уже кто-то есть. Тебе просто показалось, он не заинтересован в тебе. Он не такой человек. И именно это одна из причин, почему я... Нет. Не смей думать об этом. Он чужой... ».

Юстейн глубоко вдохнул, расправил плечи и направился к своему рабочему месту, оставляя позади то, что могло бы быть, но, вероятно, никогда не случится.