Неудачница и копуша

Алое сияние полыхало на утреннем небе, окрашивая всю землю в багровый темный оттенок. Оно явно уменьшилось в размерах с прошлого вечера, чему Риан был несказанно рад. Неизвестно, что ознаменовало данное явление, поэтому оно и выглядело столь пугающим.

Наверное, если бы было известно о причинах ярко-красного зарева, тогда это не было бы столь так пугающе. Но сейчас все пребывали в неизвестности, боясь даже нос вытащить на улицу. Конец света похоже и правда наступил.

Все пары сегодня отменили, приказав всем студентам сидеть в своих комнатах и не высовываться. Не смотря на это, все же между кампусами создали воздушные защитные коридоры, чтобы беспрепятственно ходить и не бояться кровавого неба под головой. Вздохнув, Риан решил поработать немного, поэтому достал из потайного шкафчика документы и уселся напротив кровати. На этой кровати уже второй день беспокойно дремала Арден.

Через дверную щель в комнату влетели два конверта, один из которых упал перед Рианом, а другой мягко пикировал к спящей Арден. В конвертах были записки, на которых надпись узким курсивом гласила: "Г-н Риан, просим вас подойти в кабинет №56 главного корпуса. Профессор". Вероятно, в письме Арден было такое же послание.

Фауст вышел из кухни с тремя чашками своего травяного чая. Он всучил чашку полусонному Аэлу, который помято сжал губы и вцепился в горячий напиток. Риан тоже был не против получить бодрящий чай, чтобы окончательно проснуться и согреться от странного неисчезающего холодка. И дело было совсем не в погоде, потому как на улице уже пол месяца стоял теплый апрель.

Риан сделал глоток и сморщился, едва не выплюнув жидкость обратно. Чай был просто ужасен. Нет, он был невероятно отвратителен. Надо иметь талант, чтобы сделать настолько противный чай. И все же обидеть Фауста с его странными "восточными" вкусами не хотелось. Подумаешь, у человека другая культура и привычки! Риан через силу попытался сделать еще несколько глотков и вежливо оставил свою чашку в сторону. К его удивлению, Аэл, наоборот, воодушевленно вылакал весь чай и поинтересовался:

- Фауст, а что это такое? - Он аккуратно поднял кружку и покрутил ею, не зная, где объект его вопроса сидит. - Мне очень даже понравилось!

- М-да? - Протянул в ответ Фауст, уныло глядя на дно чашки. - А как по мне гадость редкостная. Надо другой купить.

Риан незаметно сам для себя издал недоуменное хмыканье.

Все молчали. Темы для разговора были - их было даже чересчур предостаточно - но все почему-то делали вид, что ничего не было. Крепко уснуть в эту ночь смогла только Арден, Риан подремал около пяти минут, Фауст страдал бессонницей и со своим скрипучим протезом разгуливал по крыше, а Аэл просто сидел на подоконнике и думал о своем.

Арден во сне перевернулась и замычала. Вдруг её глаза медленно распахнулись и она заспанно села на кровать, шокировано разглядывая всех присутствующих.

- "Что вы тут делаете?" - Хотела спросить Арден, как вдруг прежние события начали стремительно восстанавливаться в её памяти, и она, с ужасом смотря на багряное небо в окне, пыталась наспех их связать.

Картинки черных роз и их лоз как обухом огрели её по голове, в которой словно жужжал огромный улей бешеных пчел. Арден нервно вскочила. Сразу же, почувствовав шевеление на кровати, Аэл повернулся к ней и спросил:

- Проснулась? Как себя чувствуешь? - Он протянул ей маленький пузырек с розово-фиолетовым зельем. - Выпей. Взбодрит.

Риан мрачно набрал побольше воздуха в грудь, пытаясь снять напряжение. Он прекрасно понимал, что сейчас будет серьезный разговор, который обязан расставить все по местам. Избегание проблемы чуть было не привело их к смерти, и теперь просто так сидеть и ждать нельзя. Иначе это закончится для всех них фатально.

Аэл поднялся с пола и поманил рукой к себе Фауста, одновременно заклинанием завязывая себе повязку на глаза:

- Пойдем прогуляемся? - Лукаво улыбнулся он. - Купим тебе чаю, купим мне чаю, поговорим, на красивых девушек полюбуемся.

Фауст нахмурился и хотел было спросить, какие (бишь его за ногу) девушки в семь утра и как Аэл собрался их разглядывать, но просто кратко переспросил:

- Что?

- Ой, да ладно тебе! Не ломайся почем зря! Кстати, помнится, ты так и не рассказал, как выбрался из коридора с заклинанием миссис Вейсон. - Аэл нащупал выход и, хихикнув, открыл дверь. - Пошли, Фауст. Или тебе не понравилось мое предложение с девушками?

- Я не заинтересован в этом. - Не смотря на отказ, Фауст все же уловил атмосферу и тактично направился за Аэлом.

- Вот и молодчина, целее будешь. От баб одни проблемы! Я однажды связался с некими юными особами - И почему мое сердце не остановилось именно там, на мосту? - Ну сущий кошмар! Я постоянно попадаю в какие-то опасные передряги, бегаю от уборщиц, получаю нагоняи от профессоров и вальсирую со Смертью. - Аэл ехидно подмигнул в сторону Арден. - Лучшие годы моей жизни.

Арден поразилась, как Аэлу удавалось сохранять такую стойкость духа и приподнятое настроение в любой ситуации. От его легкомысленного поведения всегда становилось легче: и сейчас ему опять удалось немного растормошить её и отвлечь от злосчастных воспоминаний.

Дверь за ними закрылась. После их ухода Риан встал и неспешно направился на кухню в поисках нормального чая, пока Арден неторопливо стряхивала остатки сна и приводила себя в порядок.

За чашкой чая она молча наблюдала, как Риан рассматривает какие-то бумаги и делает вид, что совершенно её не ждет.

Она же притворялась сонной и не рассуждающей трезво, дабы оттянуть время и морально подготовиться к будущему расспросу. Но перед смертью не надышишься, и в конце концов она начала разговор первой, не стерпев:

- Что произошло? - Арден указала на кровавые облака, медленно плывущие по небу. - Это из-за меня?

- А? - Риан отложил папку в сторону и повернулся к ней. - Нет-нет. Мы сами еще не знаем.

- Тогда что насчет вчерашнего?

- Насколько я знаю, миссис Вейсон освободила тех магов из лоз и сразу же заключила в связывающий барьер. - Он посмотрел на неё, хмуро насупившись. - Нашлись свидетели нашей драки, поэтому их заключили под стражу. Нас, к слову, ищут как потерпевших и... Частично из-за твоей магии тоже.

Арден понуро отвела взгляд и нахмурилась.

- У меня к тебе разговор. Очень даже тревожный. И резкий. - Риан протянул ей какие-то листы. - Твое личное дело, Арден Нуар.

Риан никогда не называл её по полному имени с фамилией, поэтому Арден неосознанно сжала руки по бокам. Увидев бумаги, она широко распахнула глаза и уставилась на маленькие тревожные строчки перед ней. Это действительно было её дело, но до этого момента Арден была совершенно уверенна, что единственный экземпляр хранится только у ректора в его личном хранилище.

- По-первых, ты не совершеннолетняя. Как же так произошло? Мне казалось, что семнадцать лет - рановато для университета.

Арден гневно сверкнула глазами и попыталась выхватить у него бумажку из рук, но Риан с невозмутимым видом просто заклинанием поднял бумагу в воздух и повесил её у самого потолка.

- Семнадцатилетие наступает прямо во время учебы поздней осенью... Так когда ты поступала, тебе было шестнадцать лет? Ого, дядя-ректор - действительно выгодный родственничек. - Он произнес это с некой издевкой, словно был крайне разозлен, но сдерживался.

- Я...

- Во-вторых, у тебя родственные корни жертвы. Ты и есть та цель, которую и ищут жнецы. Прекрасно. Замечательно! - Сердито выкрикнул Риан. - Нет, интересно! До каких пор ты собиралась молчать? До того момента, как тебя убьют? Или что?

- Но...

- И ты знала, конечно знала, что твои способности опасны не только для других, но и себя тоже! Обычные способы контроля тут не работают! Думаешь, один их сильнейших кланов Нуар неспроста живет где-то у черта на куличиках в лесу, в одиноком поместье!?

- Я не...

- И кто же знал! - Риан гневно посмотрел на неё. - Ах, да! Тот самый ректор, что приходится твоим дальним родственником, был оповещен и знал все до мельчайших подробностей, потому и скрывал столь хитрый обман. А мы должны тут бегать и панически искать особу, что решила справиться со всем сама? Еще и Тене!

- Не приписывай сюда её смерть. - Прошипела ядовито она.

- Смерть? - Риан вскипел. - Знаешь что?! У нас в штабе есть жнецы, что работают с нами и поставляют информацию из потустороннего мира. Они рассказали много интересного про нашу общую подругу. Например, что она была одной из восставших жнецов. Что за лицо, Арден?

Арден ошатнулась.

- Угадаешь, чем наша любимая Тенебрис занималась? - Продолжил Риан со скрытой болью и скорбью в глазах. - Похищала жертв и насильно открывала в них все три способности, чтобы после использовать их в ритуале. У неё была роль, охраняющая тебя до поры и времени, но в тоже время и привязывающая к себе. Она не давала возможности заметить вихрь заговора вокруг себя, коварно дергая за нужные ниточки, чтобы ты вырыла себе яму и сама безропотно прыгнула туда. Можно сказать... Взращивала ягнят на заклание.

"Взращивала ягнят на заклание".

Эти слова эхом пронеслись в голове Арден, которая шокировано слушала его и глотала подступавшие слезы в горле.

Нет, это ложь! Ложь! Ложь!

- Первая способность жертвы открывается, когда он встречается со смертью, вторая - когда "свидание со смертью" устраивается его близким человеком. Ничего не напоминает? - Риан злобно процедил последние слова, заглатывая их, словно его самого выводила из себя эта горькая истина. - Ты шла по намеченному ею пути. Тенебрис Ира никогда не была человеком, никогда не была твоей подругой. Маленькая дрянь, которая ловко провела нас всех вокруг пальца и чуть было не поспособствовала разрушению этого мира.

- Но почему тогда её убили? - Арден рассвирепела. - И почему ты веришь словам других жнецов?! Ты же знал Тене! Она точно не была предателем.

- Мне рассказали другие жнецы! Думаешь, ты первая, кого она ловит на удочку? Думаешь, Инанис был первым, кого Тене лишила жизни? - Риан помрачнел. - Я в красках слышал рассказ о её прошлом. О её двуличной натуре, лживой и прогнившей. Тене не долюбливали даже собственные союзники. У неё был конфликт с главой восставших, жнецом Виндиктой. Никто не удивился, когда он убил её. Она выполнила свое предназначение и стала лишь обузой. Не понимаешь?!

- Ч-что?

- Она открыла две твои способности, Арден, а третьей у тебя нет. Ты полноценный состоявшийся агнец для ритуала, осталось только свечки за душу поставить да тебя... Того, пришить.

В горлу подступил комок тошноты. Арден твердо отказывалась верить, что Тене - предатель. Но в голове уже появился крохотный голосок, который не мог отрицать только что сказанное Рианом. Нет, нет! Было столько намеков насчет происхождения Тене: её способности, манеры, поведение... Как она обращалась с Аршиссой, когда та портила им жизнь. Её резкие смены настроения стоили отдельной страницы в её список подозрительных вещей. А как безукоризненно она знала историю, другие языки! Черт, Риан, неужели ты прав?

Но как же все, что было? Арден не могла забыть, сколько времени она провела с Тене, в редкие, еле уловимые моменты чувствуя невероятную родственную близость и ощущение настоящей дружбы. Нет! Эта беззащитная, но немного грубая девушка никак не вписывалась ни в образ жестокого убийцы, ни во врага всего человечества!

Арден начала мять пальцы, сдавленно разглядывая пол. Губы предательски дрожали, а руки мертвецки похолодели, тоненькими острыми иголками больно покалывая кончики пальцев.

- Нет.

- Что нет? - Прошипел Риан, но резко выдохнул и стал говорить намного мягче, сэалясь над ней. - Прости. Прости! Я сам не поверил! Но... у меня нет фактов, которые оправдывали бы её. На днях нам прислали разговор с её родителями, дающими показания против их дочери. Арден, извини, но тебе стоит это узнать... Их настоящая дочь умерла при рождении из-за тяжелых родов. Через час после смерти младенец неожиданно начинает кричать, как будто и не умирал вовсе. В четыре года она случайно захлебнулась в реке во время наводнения, а потом два раза погибала после падения с огромной высоты. Четыре зафиксированные смерти. Зафиксированные бумагами, свидетелями и её родителями. У нас не остается выбора, кроме того, как признать действительное.

Подняв взгляд, Арден испуганно посмотрела на него. Её голова пустовала.

Вдруг к горлу подступил противный комок тошноты. Внезапно Арден почувствовала себя совершенно отвратительно, хуже некуда, словно её разрывали на маленькие кусочки и бросали в огонь. Она не знала, но Риан ощущал себя точно также.

Арден громко неконтролируемо шмыгнула носом. Обеспокоенный Риан присел к ней рядом, просто замерев, не смея даже мимолетно переглянуться друг с другом. Пару секунд он прошелестел бумагами, что-то рассматривая среди непонятных кривых строк, но потом в неистовом исступлении порвал их, швырнул в стену и зарычал. Кусочки белоснежных бумаг разлетелись в разные стороны.

- Почему я чувствую себя настолько... - Прошептал тихо Риан, силясь подобрать подходящие слова.

Но ни "горько", ни "разозлено", ни "преданно", ни "печально" не могли описать его состояние. Арден не услышала его слов, зато обернулась из-за резкого всполоха разорванных документов перед глазами и встретилась взглядом с драконом, разъяренным и опечаленным. Она еще не знала - и наверное, к лучшему - что злился он не из-за Тене, а из-за Арден, непосредственно связанной с этой дрянью, происходящей вокруг.

- Я не знаю, что делать. Извини. Мне действительно жаль, что я ничего не могу поделать. - Он поднял на неё свои темно-синие глаза и замер. - Если бы я мог в один момент все это прекратить, даже ценой тысячи чужих жизней, я бы не побрезговал воспользоваться этим способом. Потому что нас ждет что-то плохое, что-то ужасное. И самое отвратительное - мы не знаем, что нас ждет.

Его голос неожиданно упал, и он отвел взгляд.

- Я бы также отдал все, чтобы ты не была жертвой. Понимаешь? Пока что я могу тебя только защищать. Искренне прошу, доверься мне.

- Понима...

Арден не успела договорить, как Риан внезапно придвинулся к ней и прижался к ней губами. Поцелуй был короткий, мягкий и совсем недолгий, но этого хватило, чтобы Арден почувствовала, как смущение разливается краской по её щекам. Голова не успела сообразить, как Риан уже отодвинулся и на мгновение выжидательно застыл в нескольких сантиметрах от её лица. Руки также не поднялись, чтобы дать пощечину.

Быстро вскочив, Риан на прощание молниеносно оглядел её с ног до головы и буквально вылетел из комнаты, оставив её наедине с недоумением и странным теплом на губах.

* * *

Садом дрожал, свернувшись клубочком в ванной. Ему казалось, что его сейчас вырвет, сердце взорвется, а мозг просто расплющится от  боли. Это ужасное ожидание смерти удушало. Ему было больно, невыносимо больно - и боль давно казалась уже не физической, а внутренней, психической, запертой в его собственном разуме. Он, беззащитный и сломленный, был скован этой болью и окружен прутьями её тесной клетки.

Садом не знал, сколько пролежал на полу в беспроглядной темноте и мрачной тишине, но в один момент лампочка загорелась, заставив его вздрогнуть и зажмуриться от непривычки. В комнату зашел Гоморра, вероятно, обеспокоенно искавший его повсюду. В руке он держал колбочку с буро-коричневым зельем, что при брата, свернувшегося калачиком в судорогах, неловко выскользнула из рук и вылилась на пол.

- Что произошло!? - Выкрикнул испуганно Гоморра, мигом подскочив к нему. - Эй? Ты меня слышишь?! Садом!

Стивнув зубы, Садом с трудом повернул к нему голову. Пот лился градом по лицу, перед глазами все расплывалось, и только голос его брата звучал раздражительно громко и четко, не позволяя ему отрубиться окончательно. Как только он было поднял голову, чтобы попытаться встать, так на него сразу же напала непреодолимая слабость, и голова упала обратно на серую плитку ванной. Он сжался еще сильнее. Прикусив губы, Садом крепко вцепился в руку Гоморры, пытаясь сохранить ориентирование в пространстве.

Гоморра замысловато сложил пальцы свободной руки в нужном знаке и забормотал заклинание. В тот же миг коричневое зелье обратно влилось в круглую колбу, не оставив на полу ни капли.

- Это лекарство. Пей. - Он попытался влить жидкость Садому в рот, но тот бессознательно противился и сжимал губы до побеления. - Пей! Сейчас же пей! Пей!

Вцепившись в угол челюсти, Гоморра насильно расцепил сжатые зубы и влил ему в рот зелье, заставив Садома покориться.

Через несколько минут болеутоляющее начало действовать. Гоморра смог на руках вынести своего брата из ванны и уложить того на кровать, после чего сразу же исчез в направлении кухни и алхимического столика. У последнего же началась лихорадка и поднялась температура, но теперь Садом мог слабо соображать, осознавать происходящее и не ныть от боли как маленький ребенок. А в остальном он также мертвыми глазами смотрел в стенку, отказываясь от любой пищи, предложенной Гоморрой.

- Я опять умираю. - В один момент слабо прохрипел он, пока Гоморра расставлял чашки с чем-то быстро приготовленным, дабы силой заставить его поесть.

- Нам осталось совсем немного. - С удрученным видом он присел рядом на колени и, заметив краем глаза кипу толстых одеял,  печально покачал головой. - Не укутывайся, нам надо сбить жар.

Садом послушно отложил их в сторону.

- Мы почти закончили с алтарем и артефактами. Нам осталось только найти "это", собрать энергию и увести жертву. - Немного поколебавшись, продолжил Гоморра, говоря тихим ровным голосом, пытаясь успокоить. - Все начнется во время Бури. Уже совсем скоро.

- Буря? Долго ли до неё... - Садом прервался, не закончив мысль и ошарашенно вперившись в окно. - А! Гоморра... Что, черт возьми, происходит?

Гоморра обернулся вслед за его словами. Огромное красное зарево полыхало на небе, накрывая всю землю под собой багровой темной тенью. Им обоим показалось, что даже солнце померкло под гнетом красных плотных облаков. Это был не просто яркий закат.

Нет, все небо было охвачено кровавым огнем!

Взволнованно наблюдая эту сцену, они совершенно не заметили, как в комнате появился гость. Почувствовав мягкий, но пропитанный скрытой агрессией взгляд, Садом и Гоморра повернулись и увидели Реперэ, нагло усевшуюся на тумбе.

- Хо-хо. - Мило улыбнулась она, прищуривая свои глаза. - Они это сделали. Мерзкие твари.

В следующую секунду, Реперэ смущенно прикрыла рот и с нескрываемой приторной ложью в голове продолжила:

- Фу-фу, мне, как приличной даме, нельзя так выражаться. Фу-фу-фу. В моем рту не место грязи.

Садом и Гоморра в спокойной растерянности выжидающе смотрели на неё, словно требовали от девушки в алой накидке ответы на их вопросы.

- Какой ужас. - Реперэ в свою очередь совершенно не обращала на них внимания, нежно улыбаясь своей нежной улыбочкой. - Они убили всех моих братьев и сестер.