38 глава. Пленники
Не помня себя, Тене ударила по его ногам и схватилась за воротник. От удивления Инанис чуть не выронил меч, но не отпустил. Правда из-за того, что она так вплотную подобралась к нему, длинный клинок стал бесполезен. Тене и Инанис вцепились друг в друга и начали кататься по земле. Пыль поднялась в воздух, а в ход уже давно пошли когти и клыки.
Перевернувшись на спину, Инанис внезапно осознал, что не чувствует под собой землю. Утес неожиданно закончился, и они с бешеной скоростью полетели вниз, прямо в темноту.
Большой высоты утеса было достаточно, чтобы убиться им обоим мгновенно. Наверное, и почти безболезненно тоже.
Инанис посмотрел на землю: паника охватила его, времени на размышления не было. Секунда, секунда - и этого бы хватило, чтобы прекратить их бессмысленный полет. Он глотнул воздуха и осознал, что конец пришел, как...
Что-то черное вспорхнуло у него перед глазами. Тьма перекрыла яркое солнце и поглотила все вокруг. Они были окружены тьмой, чернее и мрачнее которой, казалось, ничего не может существовать. Он потерялся в ней, погряз и был тут же сожран этим мраком, который распространялся вокруг. Инанис не понимал, что это... Это магия, запрещенное колдовство, или просто иллюзия его сознания, умирающего в смертельном падении?
Тене и Инанис словно замедлились в воздухе. Всепоглощающая чернота вдруг исчезла и Инанис был мгновенно ослеплен ярким солнцем. Почти у самой земли в воздухе Тене оттолкнула от себя Инаниса и шлепнулась чуть поодаль с невольным вскриком от боли. Они оба были поглощены битвой, кровь кипела и азарт пылал, но стоило им упасть с обрыва, так их как будто окатило холодной водой.
От удара об землю он потерял сознание. Когда Инанис очнулся через несколько минут, то Тене все еще лежала неподалеку, издавая сжатые вскрики и пытаясь встать.
Поморщившись от болезненных ушибов, Инанис встал и криво уселся на холодной земле. Руки и ноги буквально отваливались и от схватки, и от падения и от стресса. У его ног лежал меч, но выдвижное лезвие было невозвратно сломано. Усмехнувшись, Инанис подобрал рукоять и засунул её обратно в подсумок. Тене же к этому времени смогла сесть, но судя по всему никак не могла встать на ноги. Она шипела и рычала, привязывая к ноге рваными лоскутками одежды толстую ветку, которую только что нашла где-то в глине и песке. Было сразу понятно, что она сломала себе кость.
Ему захотелось спросить, где они сейчас, но ситуация была не самая дружелюбная: особенно после того, как он вцепился с ней как кошка с собакой. Наверное, сейчас они оба жалели о своей перепалке, когда глупая злоба затмила им глаза и заставила напасть друг на друга. Но на самом деле эта схватка была ожидаема: два Ферантура не могут сосуществовать вместе, как бы они того не хотели. Все произошло бы, рано или поздно.
Послышались шаги и на пригорке перед ними появился силуэт в красном плаще. Ветер развевал полы плаща цвета алой крови, и от этого противного цвета и кровоточащей раны на ноге Тене стало дурно.
- Хо-хо-хо, кого я вижу! - Нежно и неспешно произнесла Репере с полузакрытыми глазами. - Ферантур и... Ферантур?
Она залилась мягким смехом, смущенно прикрывая рот рукой. Вслед за ней на пригорок взобрался Виндикта. Он тоже торжествовал, и это было видно по его надменному лицу, уже празднующему свою победу. Самодовольно раскинув руки, он произнес, и его фраза резко поменяла всю ситуацию:
- Мы ждали вас.
Инанис широко распахнул глаза. Он в панике начал счищать землю под ногами, и под слоем глины с песком оказалась мраморная толстая плита с вырезанными на ней магическими знаками. Проводя по выколотым линиям, Инанис судорожно глотал воздух и изредка смотрел на двух жнецов перед ним. Виндикта и Реперэ с довольной улыбкой наблюдали за его метаниями, посмеиваясь.
Это была ловушка для жнецов.
Схватив валявшийся в грязи сломанный клинок, что остался от его меча, Инанис быстро метнул его в них. Кусок металла с глухим звоном врезался и отскочил от невидимого барьера, подтверждая все его догадки.
Это безысходная ситуация.
- А Ферантур сразу догадался, да? - Виндикта посмотрел на Тене, сидящей к ним спиной.
В ответ ему раздался приглушенный рык, полный негодования и ненависти.