О ритуале, самогоне и Жнеце
Под конец дня адмиралу наконец-то удалось расслабиться в своём кабинете. Вопросы были улажены, буйная знать успокоилась, а мятежи подавлены. Откинувшись на спинку мягкого кресла, он включил небольшой визуальный экран, где транслировалась игра. Взяв в руки самодельную шахматную фигурку коня, Зереф стал крутить её в руках, как делал всегда, когда задумывался или же старался успокоиться. Эдакий ритуал, закрепившийся за ним с годами.
Увидев вспышку ярости брата и его смену характера, Зереф улыбнулся. Младшему Драгнилу всё тяжелее контролировать себя и свою сущность, а это означало только одно: здесь решится его будущее. Как долго он сможет это контролировать и что станет последней каплей? Интересно, очень интересно.
- Только пройдя по костям дорогих тебе людей, ты станешь сильнее, Нацу. - Задумчиво теребя в руках шахматную фиргурку, мужчина вглядывался в экран.
Когда Саламандр оставил Хартфилию одну и ушёл, Зереф с сочувственной улыбкой наблюдал, как под проливным дождём девушка начала закладывать камнями труп. Он посчитал это одновременно милым и глупым. Хоронить врагов на поле боя – пустая трата времени.
В дверь постучали, и Драгнил никак не отреагировал, всё так же задумчиво вглядывался в экран, пропуская фигурку между пальцами, играясь. Инбер проскользнул тенью в кабинет и встал напротив стола, ожидая, когда на него обратят внимание.
- Как обстоят дела? – отодвинув экран в сторону и поставив коня на место, Зереф облокотился локтями на стол. Сцепив пальцы замком и опершись на них подбородком, он выразительно смотрел на подчинённого. На лице блуждала как всегда мягкая улыбка, но глаза были предельно серьезны.
- Как и планировалось, мы сейчас находимся на краю дворцового переворота. – Помощник едва заметно поморщился, когда адмирал прищурился, глядя на него. Лицо Драгнила приобрело лукавый вид. – Недовольство народа дошло до критической точки. Наши революционеры и вербовщики отлично справились со своей задачей. Народ пойдёт за вами до самого конца.
- Удивительно, как люди любят сказки, - откидываясь обратно на спинку кресла, проговорил Зереф, и Инбер вздрогнул. В данный момент Юре казалось, что атмосфера в кабинете в корне поменялась. Воздух, словно перед бурей, потяжелел и наэлектризовался. Стало невыносимо находиться рядом с этим обманчиво-расслабленным человеком, который подавлял одной своей аурой. – Стоит напеть им о добре и чести наследника знатного рода, который после трагедии отказался от власти и посвятил себя служению народу, и они слепо последуют за ним, как овцы на убой. Главное - вселить веру, что это единственный выход, и люди без раздумий согласятся и даже умрут за эту сказку. Потрясающе.
Юра до сих пор с трудом верил, что перед ним обычный человек. Имеющий обаяние с достатком и прекрасную способность милейше улыбаться, он был холодным и расчётливым монстром себе на уме. Инбер не знал его целей, но следовал за ним безоговорочно, как и все. И в итоге стал той самой овцой из стада.
- Мы заметили, что Макаров начал действовать, - на лице Зерефа не дрогнул ни единый мускул, он казался всё таким же расслабленным, будто они говорят о погоде за окном, а не о предстоящей опасности. – Он ищет ниточки, ведущие к вам.
- Я удовлетворю его любопытство. Вскоре.
- Мне подготовить экипаж?
- Нет, у меня для тебя другое задание. – Драгнил вновь выпрямился и, шире улыбнувшись, посмотрел в глаза Юре. – Настало время расставить последние точки.
- Что вы хотите этим сказать? – Инбер вздрогнул.
- Пришло время сдержать обещание, - Зереф скрыл широкую улыбку за своей ладонью в белой перчатке, видя, как занервничал помощник. – Мне нужна твоя сила, Инбер.
С кончиков пальцев Юры сорвались небольшие снежинки, температура в помещении упала на несколько градусов в мгновение. На окнах, за спиной адмирала, начали расползаться морозные узоры, а изо рта вырвалось облачко пара. Драгнил с интересом разглядывал своего подчиненного, которого явно поглотили демоны прошлого.
- Держи себя в руках, - несмотря на внешнее веселье мужчины, голос его звучал властно и холодно. Словно придя в себя, Инбер тут же сдержал рвущуюся наружу магию и, прочистив горло, извинился. – Отправляйся в город, где всё началось. До конца игры, нет, даже раньше, мы изменим это королевство. Власти достойны только сильные мира сего.
- Как прикажете, - Юра преклонил колено и склонил голову, заводя левую руку за спину, а правую, сжимая в кулаке, приставил к сердцу, отдавая честь командиру.
Когда Инбер покидал кабинет адмирала, он увидел, как Драгнил вновь вглядывался в экран, где Нацу что-то вещал под проливным дождём остальным игрокам. Помощник в очередной раз убедился, что харизма и способность располагать других людей к себе – наследственная черта всех Драгнилов. Им верили, за ними следовали безоговорочно, за них умирали. Невероятные люди. Ужасные враги.
***
Из-за сильного ливня ребятам пришлось отложить решение о смене лагеря, так как видимость в незнакомой местности была нулевая, а это значило, что опасность подстерегала повсюду. Укрывшись в одной из пещер, парни развели огонь и начали обсуждать дальнейшую стратегию.
- Скажи, а почему вы пришли на игру? – греясь у костра, спустя пару часов знакомства задала Хартфилия вопрос Эрзе, которая оказалась очень приятным и милым человеком.
- Ну, таковы были обстоятельства, - сжимая в руках кружку с горячей водой, проговорила Скарлет.
- От какого ты дома? – говорить громко не получалось, но и молчать Люси не могла. Неприятные мысли и образы заполняли голову всякий раз, как наступала тишина.
- Я пришла сюда от четы Дреяр, а Грей от дома Локсар, - с улыбкой отвечала девушка, видя, как Харфилия сильнее куталась в её дождевик, который она ей, как оказалось, одолжила.
- Очень странно, - Люси тоже взяла стоящую рядом с ней чашку и отпила. Вода неприятно царапала горло и обжигала губы.
- Ты знаешь нынешнюю главу дома Локсар? – она кивнула, и Скарлет продолжила. – Она влюблена в Грея с самого детства и всегда бегала за ним хвостиком.
- Она много о нём говорила, - Люси невольно улыбнулась, вспоминая посиделки в доме Джувии, где она говорила о её милом Грее и сколько детишек они наделали бы. – Добровольно она бы его кандидатуру на игру не выдвинула. Следовательно, шантажировали либо её, либо его.
- Верно, - Эрза грустно улыбнулась, глядя, как Драгнил и Фуллбастер о чём-то спорили, - никому нельзя нарушать табу см...
- Смешения крови, - перебила её Хартфилия, зная об этом не понаслышке. – Высшим нельзя вступать в брак с представителями низшего ранга, иными словами, простолюдинами.
- Да, и тогда советники семьи поставили условие: Джувия должна была выставить кандидатуру Уртир на игру, - взгляд Скарлет тут же потяжелел, - на что Грей и возмутился, а потом предложил себя. Зная, что это провокация, он не мог допустить, чтобы дочь его приемной матери погибла из-за дворцовых игр. Моралист.
- Ты последовала за ним, – игнорируя жжения в пальцах от нагревшейся кружки, догадалась Хартфилия.
- Я знаю его с самого детства, они взяли меня в свою школу боевых искусств и обучили всему, что мне на данный момент известно. Они стали мне семьей, и я не могу просто так отпустить его на поиски приключений.
- Как благородно, - в углу послышался стон Леви, и Венди вздрогнула, потом наскоро смочила повязку и наложила новый холодный компресс.
- Это не благородство, это любовь, - Эрза улыбнулась и несильно толкнула Люси плечом. – За любимых и умирать не жалко.
Потом Эрза стала рассказывать веселые истории из их детства. Первые драки и ссоры, тяжёлые тренировки и сытые обеды вместе за одним столом. Она поведала, как они впервые встретились с Драгнилом на одном из их заказных заданий, он был тогда ещё молоденьким курсантом с бритой головой и улыбчивой мордашкой, проходил практику от академии. Со смехом рассказывала о драках Грея и Нацу, как летели пыль и перья, когда они упали в курятник и передавили парочку кур. Как распивали одну бутылку самогона на двоих и засыпали под звёздным небом. Она говорила об этом с теплотой, которая бывала у мудрых старцев, познавших и боль и счастье. Скарлет действительно любила этих двоих, и воспоминания, что были у неё, являлись драгоценнейшим сокровищем, которое она хранила в своём сердце.
- Хорош болтать, дамочки, - закуривая, пробурчал Грей, подходя к ним.
- Хочешь присоединиться? – Люси протянула ему чашку, и он со смешком отказался.
- Вот ещё, - он затянулся. – Что-то мне не нравится сегодняшняя ночь. Чувствуется приближение бури. Точно что-то произойдёт.
- Интуиция?
- Опыт.
- Неудивительно, количество игроков слишком быстро сокращается, - Гажил стоял у каменной стены и смотрел, как тяжёло дышала Леви от лихорадки. – Больше половины скосило уже ко второму дню.
- Скорее всего дело в Жнеце, - начищая лезвие меча, отозвался Драгнил.
- Жнец? – спросили хором, Нацу улыбнулся.
- Да, каждые пять лет организаторы игр выбирают Жнеца, это сто первый участник игр, вводят его в игру. Его задача убить как можно больше игроков. Обычно, это натренированные наемники и убийцы. – Он говорил чересчур спокойно для сложившейся ситуации, а у Люси кровь стыла в жилах от этой новости.
- И когда Жнец был в игре в последний раз? – глупо спросила она.
- Пять игр назад, - спокойно отозвался Драгнил, мягко улыбаясь, словно не рассказывал о смертоносном убийце.
- И почему ты молчал? – в один голос вскрикнули Эрза и Грей.
- Вы не спрашивали, - пожимая плечами, ответил он.
- Ты идиот, Нацу.
- Придурок, головешка.
Однако, веселье только начиналось...
***
Опустевший особняк встречал ночного гостя тишиной и холодным отсветом луны. Было видно, что его обитатели в спешке собирались, оставив после себя беспорядок и бытовой разгром. Зереф ступал по коридору уверенно, точно зная, за каким поворотом его ожидал хозяин дома.
Макаров встретил его, сидя в удобном кожаном кресле, стоявшем у окна. Глаза старика были прикрыты, в правой руке он держал стакан виски, где едва слышно позвякивали кубики льда. Серебристый свет луны струился по комнате, создавая зловещие, холодные и пугающие своей чернотой тени. Все внутри этой комнаты было пропитано умиротворением и спокойствием.
- Думал, ты уже не придёшь, - не открывая глаз, насмешливо проговорил Дреяр, прерывая тишину.
- Как я мог проигнорировать Ваше приглашение, уважаемый Макаров?
Зереф ступал мягко, едва слышно. В лунном свете он был настолько бледен, что казался призраком из шекспировских поэм. Вот только приведение в этой комнате было только одно. Стоя у окна, она пропускала через себя свет и смотрела. Смотрела на то, как Драгнил выполнял свою клятву, немо нашёптывая ему предостережения.
- И что же это ты устроил? – позвякивая льдом в стакане, лукаво глядел на него Дреяр. – Думаешь, в правлении сидят дураки?
- Я и не делал из этого тайны, - улыбался ему в лицо Зереф, подтягивая белую перчатку на левой руке, - просто до кого-то доходит быстрее, чем до других. И этим Вы опасны, уважаемый Макаров.
- Довольно игр, - строго перебил его старик, - Зачем тебе всё это? Какая выгода?
- Я считаю, что нашему государству нужны перемены, - на выдохе отвечал Зереф.
- К сожалению, я не согласен с этим. – Качая головой, Дреяр удобней устроился в кресле. – Здесь твои игры закончатся. Я говорил тебе, что лично убью тебя.
Зереф улыбнулся очень по-доброму для сложившейся ситуации, казалось, что собеседники говорят не о сражении, а о сорте чая. Напряжения между ними не ощущалось. Выдохнув, мужчина провёл рукой по волосам и посмотрел Макарову прямо в глаза. С самого начала Драгнил знал, что-то здесь не так, слишком спокойным вышел их разговор. Старик был уверен в своей победе и даже не думал о проигрыше. У этого прохвоста есть несколько Джокеров в рукаве.
- Интересно, - шептал адмирал.
- Разве? – насмешливо вскидывал брови Макаров.
Теперь мужчина был уверен наверняка, что-то с этой комнатой было не так. Выставив всех жильцов из поместья, Дреяр решил применить какое-то смертельное орудие из своей лаборатории? Или же...
Зерефа резко повело, в глазах заплясали белые искры, а пол на мгновение поменялся местами с потолком. Образ Мавис рассеивался и растворялся, погружая парня в непроглядную темноту. Поднеся руку к лицу, Драгнил понял, что ничего не видел и не чувствовал. Не зря этот старикан управлял центральной исследовательской лабораторией.
- Это же...
- В своё время я совершил много ошибок, за которые заслужил смерть, - голос Макарова доносился до слуха адмирала, словно через толщею воды. Но даже так, Зереф держался твёрдо и уверенно, будто не он одно за другим лишался органов чувств и восприятия, - ставил эксперименты над людьми, создавал оружие массового поражения и даже пережил своих детей. Не спас внука.
Драгнил молчал.
- Но я не позволю тебе творить всё, что вздумается. – Его голос был грубым и угрожающим, старик не сомневался в своей победе. – Как только ты вошёл сюда, через вентиляцию стал поступать ядовитый газ. Он не имеет ни цвета, ни запаха, ни антидота. Моё идеальное творение. Вершина моего...
- Право, это действительно храбрый поступок – пожертвовать собой ради старого уклада жизни всего государства, забирая главного злодея и антагониста с собой, но... – Драгнил усмехнулся, когда ощутил, как тяжелеет его собственное тело, - но глупо. В Ваш план не входило только одно.
Зереф сделал шаг вперёд по направлению к Дреяру и смахнув со лба чёлку, подошёл к его креслу вплотную. Мавис всё так же стояла у окна, сцепив руки в замок, прикрыла глаза, словно молясь за искупление грехов этого старого человека, прощая ему всё. Она простила, а Зереф не может.
- Будь-то яд, ранение или болезнь, - тьма всё ещё не рассеялась, Драгнил не видел настороженного лица Макарова, - пока у меня есть зачарованный перстень клейменной, смерть мне не грозит. Это Ваше личное наказание, уважаемый Макаров. Вы приложили к этому свою руку, и Вам нести за это ответственность.
- Ха, - рассмеялся Дреяр, и капля крови скатилась с уголка его губ, - так это месть! И за кого?
- Не месть, - Драгнил вытащил клинок из ножен и направил лезвие в лицо ничего не видящего старика, - возмездие или правосудие, кому как больше нравится.
- Такого удовольствия я тебе не доставлю, - на выдохе проговорил Макаров, выпуская стакан с виски из ослабевшей руки, замирая.
Драгнил ещё пару секунд держал меч у шеи старика, а после убрал его в ножны. Старый прохвост и впрямь не так прост. Всегда делал только то, что сам хотел, имея высокие познания и средства, проводил немыслимые эксперименты над людьми, на которые не осмелился бы ни один другой учёный. Как жил, так и умер. Выбрал смерть от собственной разработки, чем от его клинка. Достав из-за пазухи алую лилию, парень вложил её в руку старика.
Пошатываясь и придерживаясь стен, Зереф неторопливо пошёл к выходу из особняка четы Дреяров. Выйдя на воздух, не ощутил себя лучше. Все тело горело, казалось, ещё немного, и Драгнил загорится не хуже брата. Голова гудела неимоверно, если бы не упрямство, адмирал давно бы свалился в обморок.
В горле запершило. Дотянувшись рукой до ближайшего дерева и привалившись к нему, Зереф закашлял в руку, чуя, как его белоснежная перчатка пропитывается тёплой кровью. Стерев тыльной стороной ладони остатки со рта, он хрипло рассмеялся, оседая на землю.
- Вот же ж, старик, - прикрывая глаза, беззлобно проговорил Драгнил.
Полностью расслабившись, он съехал по стволу дерева вниз, теряя сознание от яда. И только Мавис, бережно поглаживавшая его тёмную макушку, была свидетелем разгоревшегося пожара. Она будет рядом с ним до тех пор, пока это требует время.
***
Когда все заснули, Нацу остался сидеть на стрёме и поддерживать огонь. Он не спал уже третьи сутки, и постепенно боль в голове становилась всё сильнее, словно нечто старалось сорвать последние сковывающие его замки и выбраться. Гажил подошёл к Драгнилу со спины беззвучно, сжимая кулаки.
- Хочешь спросить, как давно? – тихо отозвался Нацу, и Редфокс расслабился.
- Как ты всё понял? – вопросом на вопрос ответил Гажил.
- С самого начала игроков было девяносто семь, - помешивая угли, прошептал Драгнил, стараясь не разбудить остальных. – Достаточно было всё правильно рассчитать. Тебя не было на старте, а тут свалился мне на голову. Окончательно убедился только тогда, когда рассказал остальным о Жнеце. Ты единственный, кто не удивился этому. Я не идиот, Гажил.
- Не сомневаюсь в этом, - хмыкнул парень.
- Как тебя угораздило вляпаться в это и кто остальные двое? – серьёзно проговорил Саламандр, глядя в красные глаза Редфокса.
- Насчёт двух других я ничего не знаю, – честно признался Гажил. – А насчет моей роли в игре... Когда я узнал, что всю семью МакГарден вырезали, я чуть с ума не сошел. Я много пил и дрался. Старался как-то отвлечься, а потом мне позвонили и сказали, что мелкая жива, здорова и является участником игры. Мне предложили сделку: я иду сто первым игроком, и они помогают мне вытащить её из этой передряги живой. Ничего не оставалось, как согласиться.
Нацу никак не отреагировал на это. Он с самого начала подозревал, что здесь что-то нечисто. В этой игре собраны все люди, которые имели значение для него. Словно организатор преследовал какую-то цель, касающуюся напрямую Драгнила.
- Кто организатор игры? - парень знал, что эта информация строго конфиденциальна.
- Знаешь Гилдартса? Он был адмиралом до твоего брата. Последние годы стал жутким затворником и не покидает своего поместья. Все внешние дела ведёт его дочь Кана, в этом году организатор он, но говорила со мной только Альберона, - тихо ответил Редфокс, когда Скарлет повернулась на другой бок. - Осуждаешь?
- Нет, - смотря на спящую подругу, честно отозвался Драгнил, - все мы способны на безумства ради любимых.
- Как только дождь прекратится, мы уйдем, - Гажил вновь сжал кулаки, словно готовясь напасть на своего бывшего капитана в любой момент.
- Идите, ей нужна помощь, она долго не протянет без медикаментов.
- И ты ничего не сделаешь? - смотря на расслабленного Драгнила, с подозрением проговорил парень.
- Если бы хотел, то сделал бы давно, - на выдохе отозвался капитан, его лицо было спокойно и ничего не выдавало в нём беспокойства. - Гажил, если есть возможность сохранить как можно больше жизней - вперёд. Убийство - не решение всех проблем, это крайность. Всё, что я могу сделать - пожелать тебе удачи.
- Каким был, таким и остался, - усмехнулся Редфокс, собираясь и подходя к беспокойно спящей МакГарден. Дождь шёл на убыль.
- Да иди ты, - улыбнулся Драгнил и затих, вслушиваясь в шум дождя и удаляющиеся шаги.
Было бы здорово, если бы это была правда. Нацу и сам не знал, кем он являлся и чего ждать от скорого будущего, но он ясно ощущал, что грядут глобальные перемены, которых не остановить, и голос в голове ехидно усмехнулся. Веселье всё не заканчивалось.