Глава 34.
Наш поцелуй был наполнен чем-то магическим, пленяющим. Он не был страстным и желающим. Он был запоминающимся. Он был таким, который мы будем помнить всю оставшуюся жизнь, желая, вспомнить друг друга. Он был наш последним.
— Я люблю тебя, Бриэль Хемпкстон. — сказал мне он, оторвавшись от моих губ.
— Я люблю тебя, Алан Хайер. — сказала я, сделав то же самое.
— Мы же не можем быть вместе. Никак. У нас это не выходит. Мы выжимаем из друг друга все до последней капли. Но при этом, мы не можем быть без друг друга. Как это назвать? — спросил меня Алан.
— Думаю, это судьба. Злой ее рок. Ко мне как-то заходила Джессика, и она мне сказала одну очень простую фразу: «Иногда люди приходят в жизнь друг друга, чтобы сделать ее лучше для последующих людей». — Алан с вопросительным выражением лица посмотрел на меня. — Ну то есть, ты пришёл в мою жизнь, чтобы сделать меня лучше для другого мужчины.
— Мне не нравится это. То есть я был с тобой, чтобы потом какой-то тип наслаждался тобой? А я делал все то же самое с другой? Так что ли? — он был зол, это показывали его эмоции.
— Я не знаю, относиться ли это к нам. Очень бы хотелось верить, что нет. — я прилегла на его плечо и почувствовала, что нахожусь в самом лучшем месте.
— Ты же понимаешь, что ты моя? Ты же помнишь это? — он целовал меня в макушку и гладил мои волосы.
— А ты мой, Алан. Только это ничего не меняет. Абсолютно ничего. Ты то это понимаешь?
Я говорила и понимала, что вон он. Он рядом. Мой любимый, родной. Его запах так и манит меня. Его скулы, голубые глаза, сильные руки, которыми он так сильно меня всегда обнимает. Он сейчас рядом, я не хочу его отпускать. Но так будет лучше. Будет же? Я же это понимаю? Я осознаю это? Не знаю. Больше никогда не хочется отпускать его руку, оставить все как есть, но это невозможно. Мой мозг понимает это, а глупое сердце идёт ему наперекор. Я не смогу быть с ним счастливой. Я вообще не смогу быть с ним. Он убивает меня. Я убиваю его. Жить с воспоминанием о его измене я не могу. Оно не даёт мне покоя. Да даже бог с ней, дело в другом. Он боится будущего, боится строить семью со мной, боится жениться на мне. Как быть? Жить все время с осознанием того, что из этого ничего не выйдет? А к чему должны приводить отношения? Разве не к этому? Все отношения рано или поздно должны приходить к браку, семье, к детям. Ему этого не надо.
— Все я понимаю, Бриэль. Ты не должна быть со мной. Я не тот, кто тебе нужен. Совсем не тот. Я трус. Ты не достойна этого. — он отпрянул от меня и снова погрузился в вид города и свои мысли. — Тебе нужен не просто мужчина - тебе нужен муж. Тебе нужна семья, а это ответственность, которую я не могу на себя взять. — он говорил правду, которая каждый раз меня ранила.
— Ты прав. Во всем. Но я не могу назвать тебя трусом, это не так. Я помню род твоей деятельности, а это не для слабаков. Значит, ты не такой, каким себя назвал.
— Черт с ним. Со всем этим. Давай просто помолчим. Я хочу запомнить все это, а молчание поможет нам с этим. — он встал и подал мне руку для того, чтобы я встала.
Мы стояли и утопали в виде ночного города. Он обнимал меня сзади, иногда целовал меня в шею, оставляя чувственные дорожки из поцелуев. После мы удобно устроились на полу, облокотившись на стену. Я лежала на нем, обнимая так крепко, что иногда по моему телу проходили мелкие разряды. Мы были в моменте. Последним для нас.
Светало. В окна стал бить свет солнца, пробивавшегося из-за облаков. Наступало утро.
— Я должен идти. Да и тебе не стоит палиться перед братом. — он встал и опять же подал мне руку. Я встала прямо перед ним, держа его за обе руки. — Я всегда буду с тобой, только мысленно. Ты всегда можешь чувствовать меня ментально. Ты всегда моя. Я буду беречь тебя, как и прежде. И помни: ты всегда можешь положиться на меня, всегда можешь придти за советом и помощью. Я рад, что теперь у тебя есть Джастин, он будет помогать мне в защите тебя. Ты моя, Бриэль. И я люблю тебя, навсегда. Никогда не вздумай ко мне возвращаться. Запомни. Будь счастлива. Без меня. — он поцеловал меня в губы, и я всеми силами пыталась запомнить это, его вкус, его губы.
— Я люблю тебя, Алан. — по моему лицу стали стекать слёзы, а голос начал предательски дрожать.
— Только позаботься о себе, хорошо? — крепко обнимая и тоже сглатывая слёзы, он говорил это.
— Ты тоже. Береги себя. — и я отпустила его из своих объятий.
«Уходя навсегда, они знали, что обязательно встретятся снова».
Он ушёл. Навсегда. Я знала, что рано или поздно это случится. Это было нам предначертано, определённо. Мы не можем быть вместе, ни при каких обстоятельствах. Теперь нужно учиться жить заново, без него. У меня же почти это получилось, но тут снова он. И что-то мне подсказывает, что это история, у которой нет конца.