Глава 87. Себастьян
Я живу...
Dean Lewis - Waves 🌊
2 года спустя.
Я смотрел на женщину, идущую ко мне, и не мог поверить, что она стала моей. Мы тайно поженились 2 года назад. На моих руках спала милая девочка, которую назвали Каэль. У нее светлые кудрявые волосы и карие глаза, но у них есть огромный зеленый остров. Наша дочь напоминает ангела, что таит в себе самые разные наши черты: упрямость, воительность, сила, разум, непоколебимость. Маленькая дочурка походила на пожар, что поглощал все, чтоб было вокруг. Из нее лилась лютая энергия, которую тяжело было вместить в себя, но слишком приятно. Ласковая улыбка кудрявой Каэль дарила мне покой и жизненные силы, когда было необходимо. Папина радость... Я каждый день учился с ней чувствовать, быть лучше, терпеливее, изысканнее, спокойнее и мудрее. Илайн слишком шла роль матери. Мы все также сильно привязаны друг к другу... Я не мог поверить, что у Дьявола была та, кто полюбила и приняла его демонов. Персефона...
— Уснула? — наклонила голову Динь-Динь и быстро поцеловала в губы.
— Снова пришлось включать записи твоих концертов, — тепло улыбнулся.
— Она такая красивая, правда? — прошептала женщина, которой невозможно было не восхищаться.
— Очень... Как себя чувствуешь? — потянулся животу, где снова живет часть нас... Моя жена на 5 месяце беременности. Каэль сейчас уже 1.5 года, а мы же просто захотели еще одного малыша. Иногда довольно трудно совмещать опасную жизнь и столь теплые чувства, что рождаются в сердце, когда прихожу домой. Ми обустроили уже комнаты для двоих: доченька и сын. Врач сказала, что мальчик. Я рад, хотя до жути боюсь, потому что моя наследственность не особо прекрасна. Да, мы прошли обследование, что подтвердило мои опасения... Риск передачи «особенности» психического здоровья имел процент.
— Все отлично, — улыбалась фисташка, которой готов покланяться.
— Ты такая... — не мог подобрать слов.
— Только с тобой, — обняла меня, а девочка, что до этого спала, открыла глаза.
— Я люблю всех вас, — признаюсь. — Ты готова? — дочь хватает меня за футболку и начинает смеяться.
Я смотрю в карие глаза с большой долей зелени и утопаю там. Это похоже на мой спасительный остров, где нет никого, кроме чистого воздуха, честности, спокойствия и огромной силы. Иногда просто прихожу домой, а маленькие ножки шлепают по теплому полу, встречая меня. Илайн, как обычно, опирается на дверной косяк, смотря на меня так, будто бы я – лучший человек на Земле. Я не знаю, за что получил столь большой подарок, но точно знал, что положу все усилия, чтобы сохранить нас. Маленькие руки обнимали просто чудесно... Я не думал, что полюблю сидеть в ванной, рассказывая дочери новые истории про разных несуществующих персонажей, а та будет булькать под водой, а потом расплескивать все вокруг. Мы учим ее ошибаться, но не грустить. Думаю, что многие бы не поняли меня... Конечно... Я люблю женщину, что причинила боль... Но... Только с расколотым сердцем ты становишься сильнее. Именно с чувством агонии мой организм начал вырабатывать антитела, закаляя себя. Ничто в жизни не дается легко... Я также напомню, что если бы кто-то прочитал мою книгу, то захлебывался в слезах... Темная история потерянного человека... Читатели бы точно проклинали меня за ужасные поступки, неправильные решения, поспешные выводы, но спешу напомнить... Автор показывает ту сторону, которую считает нужной. Как жаль, что никто не ценит искусство реальности. Чужие глаза ищут прекрасные поступки, а сам читатель плюет на страницы, когда персонаж совершает ошибку, крича: «Разве ты не видишь? Неужели тебе не понятно, что он или она любит тебя, защищает, разрушает?» Простите, но у меня нет строк, где мог бы прочитать мысли иного главного героя. Меня неоднократно спасала жена, когда продолжал теряться. Илайн всегда рядом... Каэль рядом... Я сотворил семью, которой не имел. Отцу я просто купил дом, чтобы он жил у океана. Наши дороги разошлись, потому что его сын вырос. Я послушал его рассказ, но это все равно не растопило льда, что мерз десятилетиями. У него будет хорошая старость, и мужчина даже встретил женщину, которую любит. Я же сепарировался, как и много лет назад. Ванесса не считает Данте отцом, поэтому совершенно не мелькала перед ним. Отец один раз попросил просто понаблюдать за ней, со стороны. Я позволил. Один шанс. Моя сестра – моя. Она не принадлежала миру того светловолосого мужчины, который сделал уйму ошибок. Я каждый день напоминал себе, что должен стать лучше... Моя дочь, что смотрела своими необычными глазами, должна была видеть только любящего папу. Ей не важны цены и подарки, потому что малышка хочет поцеловать своего папочку и побыть у него на ручках. Мы сыграли свадьбу через 2 недели, после происшествия. Я снял долбанный гипс и украл свою невесту. Мне не хотелось ни толпы, ни слишком много людей. Этот момент мы желали прожить вдвоем. Потом, конечно, собрали семью, но на церемонии были только я и она.
27 августа.
Мои пальцы утопают в сочной траве, что выросла на далеких скалах. Я стою в белых штанах и легкой рубашке, а на груди прикреплена зеленая роза. Чуть позади есть мужчина, что одет в светлую рясу. Возле меня рисуется огромная качель, что построена у самого обрыва. Мы находимся прямо у водопада Виктория, что рожден в Замбии и Зимбабве. На больших столбах изящно накручены зеленые и черные ленты, символизируя нас. Илайн – свежесть и жизнь, а я – темный уголок мира, что нашел пристанище. Мы не хотели долбанный оркестр, поэтому взял большую колонку и включил музыку. Вода величественным каскадом падает вниз, создавая шум... Мне нравится... Глазами ищу девушку, которая с Джеммой шили платье. Я не видел... Мне не тяжело вспоминать прошлую жизнь, ведь знаю, что прошел уроки... Знания получены. Наша семья делиться друг с другом даже в безысходности. Моя Каэтани не может спрятать демонов, ведь они уже поклоняются мне. Я стал сильнее не только физически, но и морально. Я научился разговаривать и слышать... Я научился радоваться каждому дню, когда до этого считал их, чтобы знать, через сколько умру. Я не хочу умирать. Я не хочу прожигать жизнь. Я чувствую себя самым счастливым, ведь обрел больше, нежели потерял. Мое сердце было разбито, но теперь его сложили правильно... Наконец-то... Я долго ждал девушку, которая познает каждый черный осколок души, что остался у меня. Я хранил их глубоко внутри, надеясь, что кто-то доберется до центра запутанного лабиринта. Я выстраивал его годами, поливал чужой кровью и удобрял наркотиками... Мне удалось создать свой черный шедевр, который будет отпугивать других. Так и получилось... Только маленькая фея каждый раз садилась на мертвые участки бывшей зелени, а те оживали. Она постоянно поливала самой свежей водой, добавляя туда любовь... Мы привыкли, что любовь имеет лишь хорошие стороны, но это не так. Иногда, чтобы показать настоящие чувства, необходимо сделать больно.
Музыка ритмично отзывалась в сердце, а потом я увидел ее... Боже мой... Насколько она прекрасна...Вы даже не можете представить, какой богиней я вижу ее... Ничто в мире не способно противостоять красоте такой девушки... Илайн была выше всех... Даже выше чертовых небес. Я готов все свои перерождения благодарить за то, что зеленоглазая смогла оправдать каждый мой камень, навешанный на шею. Ей удалось поставить на колени полицию, ведь там был Франк... Гаррет... Мы были везде... В каждом кусочке воздуха... Моя практически жена лично встретилась с ним, а тот помог уложить правильный фундамент. Аз также хорошенько тряхнул планету. Наши нынешние враги мертвы, но иные появятся. Я уверен.
Илайн. Одна личность. Уже нет никаких других имен. Моя Динь-Динь... Храброе сердце... Оливка... Фисташка... Дива Олива... Зеленоглазая... Кудрявая... Кровавая дама... Спецагент... Квалифицированный психолог... Это она... Девушка закончила курс с Бьянкой и пошла учиться на психотерапевта. Я все еще каждый раз удивлялся тому, сколько в ней жизненной энергии и силы. Моя невеста также продолжает контролировать здоровье одного бывшего наркомана. Я не употребляю порошки, не курю, а пью лишь слишком малую дозу, когда того требует ситуация. Изменения видны... Да, срывы есть... Тени также иногда выходят наружу, но уже не страшно... Мы продолжаем приходить на могилы Эша и Джулии, ведь там осталась часть новых-старых сердец, которые мы сотворили и помнили о тех, что были. Снова глаза на нее.
Коричневые волосы в красивых кудрях, но подколоты золотыми заколками. Я попросил Киллиана воссоздать их по эскизу: крылья с переливающейся зелено-фиолетовой сеточкой. Неописуемо красиво. На ней белоснежное платье, но бедро открыто. Я так сильно люблю ее. Легкость корсета и тканей... Облегает чудесные изгибы неповторимого тела. Глаза... Я видел в них счастье. Сразу делаю шаг вперед, чтобы приблизиться к волшебной девушке, что младше меня на чертовых 10 лет, но душой познала вечность. Касание рук...
— Я ждал тебя... — говорю той, кого люблю.
— Я пришла... — и снова эта улыбка...
Мы говорим не клятвы, а чувства. Любовь невозможно описать подходящими словами, ведь ты просто чувствуешь ее... Она в каждом вздохе, что проходит в твое тело, наполняя его жизнью... Я и вправду счастливый человек. Я мог бы проходить весь Ад снова и снова, зная, что в конце Илайн будет ждать меня и смотреть таким теплым взглядом. Вся боль была окуплена финалом.
— Полетаем? — спросил уже свою жену. Моя Каэтани...
— Ты подарил мне крылья... Полетаем... — и кудрявая девушка садится на огромную качель, а я становлюсь позади, чтобы показать ей полет. Илайн доверяет мне, потому что раскачиваю ее настолько сильно, что зеленые и черные ленты разлетаются, а белое платье стает новым горизонтом. — Сфотографируй заход солнца для Джулии... — каждый раз, когда мы рассматривали новые места, то всегда она говорила это. Прошлое в прошлом, но с большой данью уважения и нежности... А теперь... Я вижу лишь ее... Волосы, что пахнут любовью, разлетаются, а запах жасмина и апельсина захватывают меня в плен... Я горд, что пленен.
Я не потерял ее... Мы смогли... Я обрел счастье... На ней платье... Слышно смех... Я люблю женщину, что предпочла меня... Всем... Именно она отодрала кусок мира, преподнося его мне... Мое сердце огромное... И правда... Как же я раньше не замечал этого?
Каэль тихонько пискнула, привлекая наше внимание.
— Там уже все собрались? — спрашивает меня жена.
— Да. Ждут, — улыбнулся.
— Мне нравятся наши встречи, — рад, что моя семья стала и ее.
— Айзек тоже прилетел с Японии, — парень учился там, потому что выиграл грант. Никто из нас не помогал. Он сам. Ему 18 лет, но смог уже построить свою империю. «Троя». Три человека, которые являлись полностью анонимными. Их знает мир, а мы... немного больше. Трое людей, которые способны пробраться куда угодно.
Я везу самый дорогой груз, что вертится в своем автокресле. Голова дочери разглядывает все вокруг. Глаза горят жаждой узнать этот мир. Заведомо известно, что он падет, как только Каэль увереннее станет на ноги. Я лишь сделаю все, чтобы огонек в ней не смел погаснуть.
— Папа! Ав-ав! — тыкает пальчиком, когда видит прыгающего Бакса.
— Смотри, там Брендон, Артур, Эстер, Эван и Нейтон, — Брендону через 2 недели 5, Эстер и Артуру скоро 6, но все пойдут в школу, а Нейтону с Эваном по 2. Каэль была малявкой. Я заглушаю мотор, а потом отстегиваю ремень. 5 сентября мы собираемся снова увидеться, чтобы отпраздновать день рождения Бренни. Сегодня будут просто шашлыки, костер, покер, беседы и планы на будущее.
Илайн смеется и быстро гладит дочь по голове. Я смотрю на них. Каэль реально восхитительна. Эти белоснежные кудри. Широкая улыбка, где недостает парочки зубиков.
— Мама! Мама! Оби! Оби! — это означало обнимашки.
— А папа? — открыл дверь снаружи и посмотрел на маленькую хулиганку. Хитрая улыбка.
— Два! — чтобы вместе.
— Какая умная девочка, — смеется Илайн.
Я отстегиваю красивую проказницу и беру на руки. Он делает губы уточкой и тянется, чтобы поцеловать, Хочу подставить щеку, но две ладошки цепляются в лицо, а потом быстро прижимается к губам. Вот это характер.
— Я люблю тебя, — говорю девочке со светлыми кудряшками.
— Блаик, — оборачивается к жене.
— Братик в животике, — и глаза ребенка опускаются на место, где живет малыш.
— Лю-ю-ю, — тянет и раскидывает руки. Обнимаемся.
— Дядя! — кричит малышня.
— Крестный! — я так рад, что они есть у меня.
— Дядя! — девичий голос.
— Плиехал! — пацаны тоже бегут к нам. Я вижу еще один кудрявый хвост, что трется уже около нас.
— Себастьян! — кричит Ванесса у порога небольшого домика, который был в лесу.
— Эй, давай уже сюда! Не бездельничай! — смеется Дом.
Позже приедут остальные. Мы часто собираемся, чтобы просто отдохнуть от мира, где преобладают черные краски. Дети играются на свежем воздухе, а я все еще не могу осознать происходящего.
Каэль седела на земле и лепила рыбок из мокрой черной штуки и песка. Илайн с Ванессой уже что-то куховарили, а я с Домом собирал дрова и рубил слишком большие стволы деревьев. Эстер стояла нахмурена и что-то говорила Артуру, пока Брендон учил Эвана и Нейтона отбивать палкой небольшой шарик. Что еще сказать? Просто живу...
— Себ, посмотри на них... — шепчет Дом.
— Я не верю, что мы с тобой смогли... Помнишь, как мечтали о таком? — напоминаю ему.
— Долгая дорога была, не так ли? — вдыхаю воздух.
— Очень... Зато куда привела... — легко говорю.
Иногда будет казаться, что ты сломался... Но кто-то точно найдется, кто увидит в слабости силу. Жизнь не бывает легка, когда идешь к счастью. Просто помни, что даже у темноты есть пара – свет.