Осколки души #3

Обман – утеха трусливого.

Meg Myers - Desire (Libercio Remix) 🃏

Я целую неделю разбиралась с завалом, который накопился. Перед моими глазами стояла все та же коробка, откуда вытаскивала вещи Эша. Он не просто ушел из жизни, как обычные люди... Моя брат был продуманным и умным, поэтому оставил ее здесь. Стичу было известно, что последней вещью, которую возьму, будет его рюкзак. Простой рюкзак, что имел пятнистую раскраску и был ему помощником во всех делах. Себастьян часто звонит, расспрашивая обо всем, а я лишь говорю то, что хочу. Адриатическое море уже разделяло нас, хотя он думал иначе. В моей голове много планов и средств, чтобы сделать последние шаги, которые так боюсь пройти.

Дверь чуть скрипит. Поднимаю глаза.

— Ты здесь? — сюда заходит парень, а я ногой пинаю коробку под стол, чтобы никому не было об этом известно.

— Да, — говорю и смотрю в его глаза.

— Ты в порядке? — киваю. — Скоро все закончится, — в сердце дыра.

— Наконец-то, — проговариваю. Он садится рядом и приобнимает, а я улыбаюсь.

— Я давно ждал этого, чтобы выдохнуть, — внутри кусаю щеку.

— Устала от лжи. Хочу поскорее все закончить и закрыть чертову книгу, — глазами ловлю ткань, где есть мне дорогие символы.

— Я сделаю все, чтобы ты чувствовала себя в безопасности, — смотрю в прекрасное лицо.

— Знаю, — не такие теплые губы касаются моих волос, а я притуляюсь. Ах, Ариэлла... Ах... Илайн... и только ли?

— Мы ждем тебя, — киваю. — Я люблю тебя, — говорит мне высокий парень.

— Я люблю тебя, — отвечаю тем же.

Он выходит, оставляя меня наедине. Сразу же отставляю мысли в сторону и вытаскиваю коробку. Мне нужно 10 минут. Всего лишь... В груди болит, когда тяну за замочек, на котором есть брелок – молот его любимого героя. Эш был слишком разносторонний, поэтому парню не было бы достаточно мира или планеты. Как только расстегиваю рюкзак, то вижу множество разных бумажек, которые он явно засунул в спешке. Мой рисунок, что нарисовала в лет 8, открытка от Айзека... Слезы сами льются, но нет сил их остановить. Фотоаппарат, блокнот, ручка, где все еще есть чернило, одежда, два упакованных подарка. Третья коробка подписана... Снова... В этот раз никто не приносит ее...

— «Разрыв связи», — читаю название и закрываю глаза. — Ох, Эш... — откладываю ее в сторону, но беру зеленую, что подписана «Сью».

«Привет, Сью... Сколько же лет прошло, прежде, чем ты собрала силы и открыла рюкзак. (Даже здесь заставил). Я знаю, что тебе было тяжело, правда. Я понимаю, что сделал неправильный выбор, но ничего не вернуть. Какое-то время на небе, но наблюдаю за вами, поверь. Ты красива, а Аз уже ходит? Надеюсь. Прости, что использую тебя, хотя мог бы сам это сделать, но так уж вышло. Последние 4 дня не сплю, потому что продумываю все детали. Тебе же приходят письма, да? Иначе я Люка достану из небес. Ты видишь самое важное и сокровенное, что я хранил. Не хотелось бы, чтобы это было захоронено со мной. Ты знала, что я сохранил твой первый зуб, как и мы сделали с Азом? Ты кинула его на крышу дома, а я потом нашел его в саду. Вот так вот. Увы, не известно, как сложилась судьба одной девочки, что ненавидела розовый, но верю, что ты любима. То, что я оставил, Сью, важнее всего... Ты сможешь сделать это... Один путь, но не слишком приятен. Притворяйся, как мы делали это с самого детства... Мужчины любят ушами, не меньше женщин, поверь мне. Я многое нашел, пока был близко к врагу. Он не так уж и умен, честно. У него есть слабое место – Т или Д. Его голова – слабое место. Там ты. Всегда. Болезнь... Как бы сильно не уважал этого человека, но моя семья дороже всех. Ты знаешь, что делать, сестренка... Очаровывай... Прости, что впутал в это, не смог иначе. В каждой плохой ситуации искал что-то полезное для нас. Спасибо, что выполнила мою волю. Я люблю тебя, Сью. Я люблю Айзека. Простите, что бросил... Я скучаю... Ты сильная. Вы сильные».

Поднимаю глаза к потолку и рассматриваю идеальный белый цвет и множество лампочек. Хорошо... Все это имеет цель. Все это было продуманно. Все это будет так, как решено. Прячу коробочки, а стопку документов кладу в самый надежный тайник. Спасибо, Эш...

На мне синее платье, что облегает талию, когда спускаюсь в холл. Вокруг собралось немало людей. Они с трепетом рассматривают меня. Многие глаза смутно знакомы, но некоторые совсем новые.

— Илайн, — бархатный голос девушки, что напоминала фотомодель. На ней обтягивающие джинсы и желтый топ. Парни заглядываются на нее, но отводят глаза, когда она ловит и внимание.

— Яромира, — улыбаюсь. Я не видела ее много лет.

— Рада снова видеть тебя здесь, — подхожу, и она обнимает меня.

— Наконец-то собрались, да? — на секунду сердце забывает печали.

— Мне жаль. Прими искренние соболезнования, — она помнит Эшли.

— Спасибо, — прошептала ей.

— Мы готовы, — улыбается и щелкает языком. — Чудесно. Я уезжаю скоро, поэтому жду встречи уже на месте, — добавляю и оборачиваюсь ко всем.

— Когда праздник? — кто-то спрашивает.

— Завтра, — красивый парень улыбается. — Это будет сделано самым лучшим образом, — и ласково поглядывает на меня.

— Прекрасно. Очень ждем, — говорит Яромира. Мой телефон молчит... Впервые за долгое время.

Утро не было светлым, потому что лил дождь. Куча машин приехало, чтобы увидеть все на свои глаза. Одежда подобрана, а я готова. Настроение было встревоженным, ведь я делала шаг туда, откуда не будет пути. Тайное действие, которое имеет последствия. Много людей уже ждали снаружи. Яромира несла небольшой букетик цветов, который скрасит событие. Она накрутила свои черные волосы, а сама была облечена в персиковое платье. Ей безумно шел этот цвет. Я улыбалась, потому что скоро все будет так, как желала. Эш говорил, что нужно очаровывать... Лживые клетки помогали...

— Пусть дорога будет легкой, мои дети. Наконец-то этот день настал, — сказал пожилой мужчина. Я смотрела на него... Раньше он пугал, но теперь... Нет... Илайн Ларентис стала взрослее и умнее, хитрее и опытнее.

— Спасибо, — наклонила голову и улыбнулась. Седовласый подошел и поцеловал меня в щеки.

— Я всегда знал, что ты умное дитя, — прошептал на ухо.

— Как только сложила все пазлы, то поняла, что нуждаюсь в такой семье, — с нежностью посмотрела на того, кто рядом со мной.

— Счастья, — и вручил цветы.

— Благодарю, — тот добродушно улыбнулся.

— Ты делаешь его счастливым, — знаю.

— А он меня, — обратила внимание на крошечную деталь. Недостающую. Все по плану...

— Ты прекрасна, — мягкий тембр. — Я мечтал об этом, — рукой касаюсь широкой спины и глажу.

— Все препятствия пройдены, — широкая улыбка.

— Ура, — засмеялся он.

— Ты красивый, — сделала комплимент.

— Я просто счастлив и люблю тебя. Я уже начал переживать, честно говоря, но зря, — пальцами погладила его скулу.

— Я с самого первого момента была твоей. Просто сопротивлялась, ведь боялась, понимаешь? — вглядывалась в глаза, которые смотрели с доверием.

— Да... Спасибо, что дала шанс, — и целует в щеку.

— Для тебя они бесконечны, — мягко говорю.

На следующий день я уже сидела у Дамиана, где и пробыла еще 4 дня. Совесть молчала, потому что затыкала ее. Тайны... Тайны... Тайны... Себастьян хранил также свои ребусы... Я рассматривала руку, видя там некий символ. Я врала, что не в Бари, хотя была под носом. Завтра чертов карнавал, куда припруться все шишки и сливки общества. Каэтани часто звонил, но я не включала камеру, кроме ночи, когда было видно лишь кусочек кровати и маленькую часть комнаты. Я знала, что стану его погибелью, если покажу одну козырную карту.

— Не спишь? — хриплый голос прозвучал в динамике.

— Не могу уснуть, — тихо ответила. Хэйз пришел недавно, но мы успели посидеть и поговорить. Спасибо ему, но...

— Я скучаю, Дива Олива, — этот человек заставлял постоянно улыбаться. Я люблю его. Так сильно, как сердце не может выдержать. Да?

— Я люблю тебя, Себастьян Каэтани, ты ведь знаешь это? — спрашиваю и сажусь на кровать.

— Чувствую, — прошептал.

— Так странно говорить по телефону. Все еще не могу привыкнуть. Как твои сеансы? Прости, что не уделяла достаточное количество внимания, — сжимаю пальцами простынь.

— Мне нравится твой голос. Очень, Динь-Динь. Ой, фисташка... — выдохнул парень и что-то зашуршало.

— Ты в кровати? — хотелось узнать, чтобы представить.

— Да, на твоей стороне. Тебе не кажется, что забрала многовато вещей, феечка? — от такого наиграно расстроенного голоса начала тихо смеяться.

— Нет, не кажется. Ты не ответил, — настаиваю. Мне было важно узнать.

— Бр-р-р-р. Блин, она выедает мой мозг китайскими палочками, кудряха. В свою защиту скажу, что добросовестно выполню ее поручения – раскрытие себя. Стало проще, правда. Я высказал все, что накипело за года: боль, обида, невысказанные признания, чувства, непринятие, да и остальное. Бьянка довольна, а мне же легче. Эй, я, кстати, уже не курю неделю, — не выдыхаю. — Подумал, что хочу бросить. Илайн, ты ведь будешь со мной? И в горе, и в радости? — как свадебная клятва.

— Если я скажу, что ты – первый человек, которого полюбила? Или это не так впечатляет? Себастьян, я очень сильно тебя люблю. Я готова сделать множество шагов, даже когда стоишь на месте. Мне просто хочется видеть тебя свободным и счастливым, — слезка вырывается из-под контроля.

— Вот отбудем карнавал... — чуть помолчал. — Илайн, я потом хочу увезти тебя куда-то далеко-далеко. Только ты и я. Пусть это будет нашим началом. Общим, — закрываю глаза.

— Я люблю тебя, мой Аид, — впервые произношу это вслух.

— Я люблю тебя, мое Храброе сердце, — нежно сказал.

— Переживаешь? — он знал, о чем спрашиваю.

— Дамиан сказал, что проверил тебя. Он приезжал? — перепроверяет.

— Да-а-а-а. Привез от тебя подарок, — смеюсь.

— Молодец сельдерей, — хвалит того, кто прикрывает мой зад. Мы врали, что сейчас я не в Бари, а в двух часах езды.

— Ты там не ешь вредности? — контролирую его безобразное питание. Он полюбил брокколи, свеклу, помидоры, спаржу и начал пить вечером зеленый чай.

— Не получается, представляешь? Хэйз взялся за меня клешнями, как краб. Приносит еду, что удивительно. Угадаешь, где покупает? — нигде.

— «Белла Вита»? — хохочу.

— Фу, не вспоминай при мне ту мусорку, — низко рокочет его голос. — «Гавань», — как-то тепло проговаривает.

— У него чуйка, — подыгрываю.

— Дикий пес, — медленно говорит и тихо зевает. — Я на твоей стороне и подушке, — никогда бы не подумала, что Черный Принц Ада способен на такое.

— Я хочу тебя поцеловать, — признаюсь.

— Как только я уничтожу Манчини, то заберу тебя, фисташка. У меня сюрприз еще есть, — поджимаю губы.

— Все будет хорошо, — настраиваю его на завтрашний... сегодняшний бой.

— Будь в порядке, — просит.

— Так точно, Босс, — игриво добавляю.

— Не-е-е-е, — противится.

— Хорошо, мой Аид, — вкладываю свою любовь.

— Я люблю тебя, Илайн... — шепчет в телефон.

— Я люблю тебя, Себастьян... — и он слушает мои речи, пока засыпает.

Я долго лежу, но не могу сомкнуть глаз. Снова беру ящик, в котором вещи Эша. Они чуть еще пахнут им. Айзек прислал сообщение, что пробирало до костей.

«И в час, когда тебе сложно, я всюду последую за тобой. Мы – команда, И. Код 30901 – готово».

Маски врастают в лица так сильно, что отдираются с дикой болью. У меня не сорвут ее, потому что сама сдеру с милого лица, показывая ужасно некрасивое. Я 4 месяца работаю хирургом у самого неординарного Босса, который существует. Мне удалось открыть его грудную клетку и заглянуть туда, чтобы убедиться в наличии сердца. Оно есть. Точно могу сказать, что большое и горячее. Очень. Мужчина безумно притягателен и красив, очарователен и умен. Я люблю его...

В вещах брата нахожу подарочную упаковку, где было что-то для меня. Я бережно открываю и потом разглядываю подарок. Это значение... Два животных, которых он воссоединил. Золото и зеленые драгоценные камни.

«Ты – один из 12 подвигов Геракла... ты даже связана с богиней Секхмет... Ты – изображение на самых знаменитых храмах... Уникальна и сильна... Тебе также подвластны птицы. Соединение двух. Не отрекайся от этих частей, что создали настоящую тебя...»

Прижимаю к груди его подарок... Я не знаю, откуда у него были деньги, но сохраню это на всю жизнь... В этом мире я могла предавать, уничтожать и лгать. От маленькой девочки, что сдирала бантики с кудрей, не осталось ничего. Илайн-Сука-Лживая-Тварь научилась играть сердцами, словно в покер. Лучшая игра... Правда в том, что это не принесло удовольствия. Мне некому было сейчас выплакаться и рассказать о боли. Я просто пишу письмо, чтобы хоть как-то объяснить все, что натворила. Мои дороги такие извилистые и непонятные, что легко запутаться. Долго царапаю ручкой по бумаге, а потом ставлю точку. Выглядит так, как должно.

Я медленно иду к одной шкатулке, где лежит нечто, что принадлежит не только мне... Одна чертова деталь... Такая невинная... и чистая... Глазами прохожусь по ней. Мне не хватает смелости... «Чертова трусиха»... Эту фразу как-то сказал мне Себастьян, а я сейчас в ней убеждаюсь. Закрываю коробочку и выдыхаю. У меня также добавилась татуировка. Черная корона, которая была набита на внутренней стороне предплечья. У нее есть красные алмазы, что украшают такой знакомый аксессуар... С тяжелыми мыслями ложусь на кровать и кое-как засыпаю.

— Илайн? — голос Дамиана у двери. — Пора... — ему тяжело говорить это.

— Встаю... — быстро подымаюсь и иду на кухню, чтобы хоть что-то кинуть в желудок.

— Ты как? — смотрю в карие глаза.

— Дерьмово, — признаюсь.

— Все готово? — киваю. — Ты вообще спала? — спасибо, Хэйз.

— Немного, — говорю правду.

— Будь сильной, — тяну улыбку.

— Нет выбора, Дамиан, — сокрушаю его.

— Себастьян... — хочет что-то сказать.

— Не надо. Я знаю, Дамиан, — ковыряюсь ложкой в каше.

— Ешь. Я встал раньше, чтобы приготовить. Даже апельсиновое варенье добавил, — становится смешно.

— Спасибо. Неожиданно, — зачерпываю немного его творения и кидаю в рот. Оно не лезет.

— Ты справишься? Или план Б? — надеюсь, что не подохну.

— Поздно, — шепчу.

— Дерьмо, — мы дальше жуем еду, хотя никто не голоден.

— Спасибо. Помни, ведь ты обещал, — напоминаю. Парень кивает. Хэйз знатно помог мне приблизиться и добавил новые детали, но игры никогда не бывают очевидными.

— Ты знала, что у Себа есть помощник? — поднимаю брови.

— Аноним, — интересно... Это ему Каэтани рассказал или крот сам нарыл?

— Как помогает? — допрашиваю.

— Это отправили сегодня утром, — поворачивает телефон.

На видео сидит его отец. Позади него стоит кто-то... Человек в маске, а на теле черная форма. В руках нет ничего... На фоне только темнота и маленький экран. Аноним подходит к камере слишком близко и рассматривает штучку, через которую выполняется запись.

— Себастьян Каэтани, мы нашли твоего отца. Он у нас. Это дерьмо не будет шантажировать тебя. Мы дали ему пару уроков, которые он запомнил навсегда, — голос искажен.

— Я исчезну! Навсегда! Я забуду, что у меня есть сын и дочь. Я просто растворюсь! Прости! Я не хотел... — кричал Данте с дикой жалостью.

— Один за другим твои враги падут, — томно говорил незнакомец. — Зеленая роза – наш знак. Твой любимый цвет, да? Глаза – зеркало души, не так ли? Я наблюдать буду со стороны... Убить Манчини – не дело на сегодня... — и все прекратилось.

— Зеленый? — нахмурилась.

— Это ты, Илайн. Он говорит о тебе, — кладу ложку.

— Поэтому Себастьян попросил не приезжать, — выражаю мысль вслух.

— Он любит тебя, — просто встаю.

— Я чувствую это, — и ухожу.

Секундная стрелка медленно двигалась, чтобы обозначить заключительный круг. На часах было не время, а цель. Я отключила телефон, чтобы не потерять силы... Каэтани прислал фотку в смокинге... Слишком шикарен и безупречен... Очень...

Смотрю на реальность... Тоже красив...

Мои уши уже слышат звук, что создают осколки души, рассыпающиеся на пол. Скоро будет открытие тайн.

— Готова? — поворачиваю голову к своему мужчине.

— Конечно, — улыбаюсь.

— Я люблю тебя, — счастливого произносит статный партнер.

— Я люблю тебя, — отвечаю. Перед нами открывают двери... Издали сразу вижу блеск белокурых волос... Его можно узнать везде...