Осколки души #3

Умирая за него, ты не спасаешь...

Victor Legends - Set fire to the rain c another love (sped up) 💔

Я сижу в своей оранжерее, чтобы спрятать слезы горя, тревоги, несчастья, печали и депрессии. Несколько дней назад мы узнали, что ждем ребенка, а я все еще не рассказала то, что должна была поведать в самом начале. У Вас бывало чувство, что живешь взаймы? У тебя есть чуть времени, чтобы насытиться этим миром, людьми и всем, что дорого. Два года назад я встретила человека, что так сильно полюбил меня, как и я. Карие глаза излучают нежность, тепло и любовь. Себастьян Каэтани наконец-то нашел счастье, но и оно не вечно. Обидно... Мой врач заплакала, когда узнала новость. Пришлось заставить ее молчать. Джулия Романо – девушка, что разобьет мужчину. А Вы хотите жить? Я... очень... Моя борьба уже длится около 2 лет... Финиш близко... Поднимаю глаза к цветам и рассматриваю их. Огромное количество разноцветных растений расплываются. Снова слезы. Никто не в курсе того, что храню. Родители начали чаще ссориться, потому что папа поддерживает мою любовь, а мама – нет. Семья, где двое людей обожали единственную дочурку, разрушается. Дебора Романо кричит в лицо, что делаю ошибку, а я же хочу заорать, что проживаю последние моменты, которые бы хотела запомнить. Что ж... Рак печени, так еще и на стадии В – горький привкус поражения. Я видела, как опускали глаза врачи, когда говорили мне о диагнозе... Первый вопрос: «Сколько?». Ответ: «Около 2 лет». Вот... Стрелки тикают, хотя мечтаю о паузе. Мы встретились с Себастьяном тогда, когда тело было здорово, но начали отношение, когда то стало заражено. Я и понятия не имела, что позже буду рассматривать себе гроб. Мне хотелось верить в прекрасную жизнь, ведь целый год летала, когда Босс Италии добивался свиданий. Фантазия рисовала будущее, которому не сбыться. И вот, когда узнала, то приняла решение, что проживу этот остаток в любви. Эгоистично и так тупо... Мой жених даже не в курсе того, что не сможет увидеть беременный живот... когда-то жены...подержать на руках нашего ребенка и даже надеть кольцо на этот гребанный палец. Внутри чрева уже зародилась новая жизнь. Я просто хотела пожить... Пусть и не буду видеть старость своего любимого, не проживу боль рождения сына или дочери, но это было в какой-то степени маленьким подарком напоследок. Я не набралась смелости, чтобы рассказать родителям, но все напишу...

— Ах, мой Каэтани, это больнее и сложнее, чем кто бы мог представить, — говорю тихо в своем мире цветов. Капли слез падают на листик блокнота, портя его идеальность. — Прости меня... Когда-нибудь... — кусаю губу и верчу ручку. — Сегодня уже 12 ноября, — как же быстро уходит время. — Я люблю тебя, Себастьян Каэтани. Извини, что не смогу подарить тебе вечность, — шепчу и перелистываю в прошлое.

7 марта.

«Я не пишу эти слова сразу, как узнала о смерти, что уже ожидает меня. Понадобилось более 4 месяцев, чтобы набраться смелости. Себастьян, я оставляю тебе все слова и мысли, чтобы ты не так сильно ненавидел свою Джей-Джей за трусость. Знаю, что мы обещали делиться радостью и горем, но это чересчур. Прости. Сейчас я снова плачу, маскируя это под лук, что режу для общего ужина. Лечение хотела начать, но это страшно. Назначили кучу лекарств... Химиотерапия? Они настаивают попробовать что-то иное, Себастьян... Битва заранее проиграна, потому что рано или поздно... меня не станет... Ты был наверху и разговаривал с Домом, кажется... 4 месяца молчу. Вот и сейчас... Я не планирую тебе поведать об этом, ведь кинешь все силы, чтобы оттянуть момент прощания, а это лишь испортит наши драгоценные минуты... Я позвонила вчера им... и... отказалась от лечения... Какая разница, любимый? 16 месяцев или 20? Принимаю лишь поддерживающие препараты и обезболивающие. Было страшно, честно. Мне так многое хочется увидеть, рассмотреть неизведанное количество закатов и рассветов, обнимать покрепче тебя и целовать, целовать, целовать... Хочется закрыться от мира и спрятаться, но не могу. Ты за это время привык видеть меня, что даже не видишь других людей. Страшно понимать, что один из нас умрет. Как будешь жить? Не вини себя, прошу. Я просто слишком слаба, правда. Не хочется жалости от человека, которого обожаешь. Еще... Каэтани, ты самый лучший человек, которого когда-либо знала и встречала, поверь... Прерываю мысли, потому что мой будущий (никогда) муж спешит ко мне.. Я люблю тебя, парень с карими глазами... До неба и обратно... И так нескончаемое количество раз... Я люблю тебя настолько, что вру, дабы не разбивать каждый день...»

Закрываю блокнот и выхожу из своего убежища, когда слышу звук двери. Пришел.

— Привет, — хорошо, что успела спрятать дневник мыслей.

— Привет. Я скучала, — обняла крепко-крепко, чтобы запомнить запах и хранить даже не небе.

— Как дела у моей беременной невесты? А? — опускается на колени и ухом прислушивается к ребенку, который не родится.

— Мы ждали папочку, — говорю, а сама глотаю комок. Время тикает...

— Я так скучал, — целует в пуп. — Можно украсть один вечер? — искристыми глазами спрашивает Себастьян.

— Тебе можно все, — широкая улыбка отражается в коньячном цвете хрусталика.

— Я люблю вас, — и дарит множество ласки не рожденному малышу, а потом поднимается и целует каждый миллиметр моего лица. — Спасибо, что моя, — шепчет на ухо. — Я так рад, что у меня есть вы, — слеза скатывается, но слишком привычно прячу ее... Моя ложь – его погибель... Но не могу иначе.

Сразу представляю, как на таком красивом лице появляется страдание, как не спит, ища лучшие клиники и врачей. Ничего нельзя сделать... Увы... Приняла ли я? Не знаю... Вы хотели бы видеть мучения в последние дни или недели? Когда умру? Без понятия... Сегодня? Завтра? Во сне или по дороге в магазин? Надеюсь, что это не будет слишком мучительно...

Вечер, проведенный вдвоем, ощущался таким теплым, будто бы он практически последний... Себастьян постоянно тараторит про сына, которого учил бы играть в разные игры. Ему страшно, но какой же радостный... Мы узнали о беременности не так, как в кино, а просто по-домашнему. Задержка... Каэтани купил тест и дрожащими руками отдал мне. Минута... и стояли над палочкой, где появились полоски. Все. Слезы радости, но у меня были и печали... Мы валялись на полу у камина и разговаривали... И вот... Договорились, что назовем сына Габриэлем, а дочь – Ренатой. Он уснул, а я сидела и ревела... Утро вечера отнюдь не мудренее...

Беру блокнот и записываю новые тайны, которые повесили на шею, а потом тело кинули в воду. Поворачиваю голову, а мужчина, который стал бы мужем через 14 дней, спит на моем животе, обнимая свою семью, которую заберу.

— Я люблю тебя, — почти прощаюсь.

12 ноября. День до смерти...

«Привет, любимый, снова очередное письмо, но почти последнее. Если ты читал все прошлые, то знаешь, как сильно тебя люблю. Сегодня встретила Хиро и Николетту. Не хочу вдаваться в подробности, ведь это не важно... Я... Я спасу тебя, честно. Жизнь за жизнь... Мы за тебя... Если тебя убьют, то не прощу себе... Умереть за тебя не страшно. Здесь и так отсчитаны дни... Да, хотелось бы пройтись в белом платье, но потом бы ты похоронил в нем? Исход у меня один, а твой могу переделать... Ты знаешь, что эти двое смогут пустить пулю в любое сердце, но не разрешаю им дотронуться к твоему. Они думают, что причинят боль тебе, и это правда, но своим поступком заберу те плохие минуты, когда ты бы сидел над моим телом, что сдается в плен. Надеюсь, что они прострелят этот лоб, и ты найдешь меня, а потом узнаешь, что Джей-Джей – трусиха. Она уходит таким способом, чтобы скрыть слабость.

Ладно. Суть такова: я тебя люблю. Мне удалось раздобыть информацию о том, где они хотят провести встречу со мной, попутно лишив жизни там. Немного сквозит печалью. Извини, что пишу все это, но хоть после смерти объясню некоторые моменты. Не все, потому что оно того не стоит. Где? Как? Когда? Почему? Кто помог? Не важно... Зачем пишу это? Вот... Начинаю.

Я надеюсь, что папа отдаст этот блокнот тогда, когда приказала ему в письме. Это не день после смерти, два или неделя, потому что знаю, как будет тяжело отпустить твою ромашку. У меня появился друг, который пообещал помочь... Это тоже для твоей же безопасности. Красивый парень, кстати. Познакомились случайно, когда тот доставлял нам почту. Ему нужны были деньги, а я попросила услугу взамен. Вот и все.

Я думаю, что моя могила будет красивой и совсем не похожей на остальные. Одна просьба – не приходи слишком часто, потому что это будет расстраивать меня даже где-то в непонятном измерении. Верю, что смогу наблюдать и любоваться тобой, охранять и любить. Я говорила и продолжаю твердить, что люблю тебя, но это не мешает сказать, чтобы ты НЕ закрылся от мира после смерти одной больной девушки. Не нужно горевать слишком долго, пожалуйста. Моя трусость – ошибка, которая будет преследовать тебя... Не вини себя за то, что не успел, не рассмотрел моего вранья, не смог предотвратить такие мысли, ведь ничто не остановит того, кто готов умереть. Хотелось выглядеть героем, Каэтани... Я не готова умирать на руках и видеть слезы... Прости... Делаю ли больнее? Конечно...

Твое сердце чисто и огромно, поэтому люби... Покажи когда-то незнакомке, как можешь любить... Покажи всего себя и не прячься... Ради меня... Я бы написала больше, но хочу провести последнюю ночь рядом с тобой... Мы больше не будем спать вместе... Таких объятий и запаха не заменят даже пушистые облака... Мы не встретимся в Раю или Аду, Себастьян, потому что твое сердечко будет наполненным для кого-то другого... И это хорошо... Я правда хочу, чтобы ты полюбил... Немного больно, но справедливо... Полюби кого-то... Полюби так сильно, как не смог меня... Полюби и потеряйся в ней, не ища выход... Полюби и проживи прекрасную и длинную жизнь... Полюби и улыбайся... Живи, любимый... Изредка вспоминай ту, что так хотела прожить бы все года и умереть от старости, но не сложилось... Иногда приходи на могилу, чтобы высказаться... Я – твой вечный молчаливый слушатель. Я – возрождение и гибель. Прости, что ухожу вот так... Но это лучше, чем тогда, когда ты будешь видеть мои мучения... Прости... Я люблю тебя... Я люблю тебя... Всегда невеста... и никогда жена... Спасибо, что показал жизнь и научил любить... Спасибо, что дал почувствовать себя женщиной, которую превозносят. Мы с Габриэлем (думаю, что был бы сынок) СИЛЬНО-СИЛЬНО ЛЮБИМ ПАПОЧКУ И ПОЧТИ МУЖА.... Прости, но отпусти.... Я люблю тебя... Прощаться больно, но я 2 года думала об этом... Все материалы у того парня... Их отдадут тогда, когда нужно. Я люблю тебя. Я скоро увижу закаты сверху, Себастьян. И даже... если они не убьют меня, то смерть придет, ведь я позвала ее... Люблю... До неба и не обратно...

Твоя почти жена...»

13 ноября. День, когда отправляюсь домой, оставляя любовь на Земле.

«Привет, любимый. В этом письме, что станет последним, хочу рассказать о любви, которую испытала и поблагодарить. Пишу с улыбкой на лице, ведь ты – мое счастье. Я готова играть в опасные игры и спасти тебя. Клянусь. Вот отдам тебе клятву, которую написала для свадьбы. Не могу сказать лично, но прочтешь как-нибудь на досуге. Люблю.

Мой Каэтани, светловолосый мальчишка, жулик, кареглазка, воришка, наш путь был быстрым и чрезмерно красивым. Я рада, что встретила мужчину, который готов бороться и побеждать. Мне также известно, как полюбил меня, потому что сама испытываю огромное количество любви. Во мне живет маленький плод счастья. Кто-то говорил, что оно неосязаемо? Трусливо хочу отрицать. Его видно: копия тебя и меня. Пусть это маленький кружочек на экране, но ребенок – целая вселенная из чувств. Его видно...

Я хотела бы начать с нашего знакомства, чтобы подробно описать мысли. Ты понравился сразу же, каюсь. Целый год испытывала тебя, потому что нравился огонь в глазах. Я сдалась еще в тот вечер, когда избила тебя букетом, честно. Ты изо дня в день стал успокоительным и глотком воздуха, который поглощала и хранила в себе. Я обожаю наши все секунды, когда вместе. Твои карие глаза – мой любимый пейзаж. Не хочется никаких видов, потому что все, что желаю – ты. Я клянусь, что буду любить тебя до конца жизни, потому что уверена в моей любви к тебе. Люблю до неба и обратно.

Себастьян, это была моя речь, которую не успею сказать. Мне заведомо понятно и известно, что так, как разобью тебя, не посмел никто сделать. Каждая твоя частичка тела будет жаждать разрухи, но борись, пожалуйста. Знаю, что первые дни, месяцы, да и даже года 2, 3 будут Адом. Снова прошу прощения. Каждое слово, которое пишу – твоя и моя боль. Никогда не сдавайся! Ты очень сильный, поверь! Тебе удалось выдержать муки детства, юношества, а теперь и взрослой жизни. Обнимаю тебя крепко... Виртуально... Через года все равно буду любить... Твоя любовь пусть будет для кого-то другого, а моя – оберег. Никогда не смей допускать мысли, что предаешь, если влюбишься. СЛЫШИШЬ??? ЛЮБИ! ЖИВИ! НАСЛАЖДАЙСЯ!

Я желаю тебе создать свою красивую семью, спешить домой к той, что также смотрит на тебя. Я мечтаю увидеть светловолосых детей, которые будут называть тебя папой, обожая и прижимаясь посильнее. У меня нет желаний, потому что все исполнилось. Я полюбила и прожила самые лучшие года, которые можно только представить. Ты – мой свет, хотя думал, что тьма. И также добавлю, что просто не создана для твоего мира, прости... Я люблю тебя, но жизнь поняла это раньше нас. Не смей скорбеть до конца жизни по трусихе, которая убивает себя и ребенка, маскируя это под Николетту и Хиро. Смерть придет в течении 4 часов. Боли не будет, не переживай. Тело и клетки онемеет от жидкости, что блуждает в организме.

Мой любимый, не вини себя... Мне не будет больно, обещаю... Пойми меня... Я не хочу умереть внезапно... беру выбор на себя... ну и обстоятельства... Лучше не примерять платье, ведь его потом снимут... А в гробу... оно со мной навеки... Страшно, что не поймешь, да и невозможно. Но... как есть...

Если бы любовь могла лечить, то я была бы здорова... Я люблю тебя... Не скорби. Живи. Люби. Покажи ей сердце. Не бойся. Ты очень красивый, но ранен мной... Клянусь, что благословляю. Клянусь, что вечно буду любить. Клянусь, что благодарна. Клянусь, что ты – мое сердце. Клянусь, что готова на все. Клянусь, что буду рада твоей любви к кому-то. Клянусь, что желаю счастья. Я люблю тебя, мой Каэтани.

Я люблю тебя, мой Каэтани. Я люблю тебя, мой Каэтани. Я люблю тебя, мой Каэтани. Я люблю тебя, мой Каэтани. Я люблю тебя, мой Каэтани. Я люблю тебя, мой Каэтани. Я люблю тебя, мой Каэтани. Я люблю тебя, мой Каэтани. Я люблю тебя, мой Каэтани. Я люблю тебя, мой Каэтани. Я люблю тебя, мой Каэтани. Я люблю тебя, мой Каэтани. Я люблю тебя, мой Каэтани. Я люблю тебя, мой Каэтани. Я люблю тебя, мой Каэтани. Я люблю тебя, мой Каэтани. Я люблю тебя, мой Каэтани. Я люблю тебя, мой Каэтани. Я люблю тебя, мой Каэтани. Я люблю тебя, мой Каэтани. Я люблю тебя, мой Каэтани. Я люблю тебя, мой Каэтани. Я люблю тебя, мой Каэтани. Я люблю тебя, мой Каэтани. Я люблю тебя, мой Каэтани. Я люблю тебя, мой Каэтани. Я люблю тебя, мой Каэтани. Я люблю тебя, мой Каэтани. Я люблю тебя, мой Каэтани. Я люблю тебя, мой Каэтани. Я люблю тебя, мой Каэтани. Я люблю тебя, мой Каэтани.

Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби. Живи и люби.

Я – не твой последний пункт любви. Я – первый и пробный. Твоя попытка была успешной. Скучаю. Мы будем приглядывать за тобой. Дом получит свои указания и слова... Любим вас, мои мальчики.... Мы с Габриэлем будем в порядке... Спасибо, что был у меня в жизни... Пусть и не долгой...

Люблю. До неба, но не обратно...»

Мысли для той, кто снова зажгла его фитиль жизни.

«Привет, незнакомка. Всего пару слов. Спасибо, что ты любишь его и смогла пробраться под толстый слой недоверия и вины. Знаю, что он не прост, а сложен, но и настолько невероятен. Себастьян – отдельная Вселенная, которую стоит познать. Будь верной и честной... Береги его сердце, ведь оно не черное и не пуленепробиваемое, а мягкое и пушистое. Это письмо – показатель его доверия. Цени это. Не ненавидь меня за любовь к нему, не ненавидь за слова, которые может сказать в боли. Прости меня, что из-за меня ты, вероятно, испытывала неприятные чувства... Я просто попрошу, чтобы не бросала его. Люби и все. Этого достаточно... Подари ему уют и семью, которую не смогла дать ему я. Мужчина не полон сладких слов, но наполнен поступками и чувствами, которые сам не понимает... Будь ему опорой, как и он тебе. Я люблю его, но не забираю себе... Я люблю его, поэтому ухожу... Я люблю его, поэтому и не говорила о том, что умираю... Счастливых лет... Берегите друг друга. Я – не препятствие, а ваш трамплин друг к другу. Берегите себя и сердца.

Джулия».

14 ноября.

«Если сегодня мои похороны, то знай, что люблю тебя. Живи. Люби. Чувствуй.

До неба и безвозвратно...»

15 ноября... декабрь... все поры года... десятилетия... столетия... вечность.

«Я люблю тебя. Я просто всегда люблю тебя.

Джей-Джей, которая умерла любимой».