Время
С неба светило яркое солнце, которое упиралось и блокировалось увесистой, железной крышей. Станция метро, которая хранилась в немой тишине в часы вне пика людского внимания, теперь кишила множеством других голов. Низкие и высокие, тощие и полные, в офисных костюмах и обычных, ничем не примечательных рубахам, люди сходили, словно в потоке буйной реки, с поезда. Топот заполнял пространство, которая крыла железная крыша.
Все они неслись, не обращая внимание на время - все и так было распланировано. Офисные жакеты и отчищеные до блеска туфли, безупречные клерковские прически и чемоданчики... Неминуемо все это было в центре занятости. Синий мелькал перед глазами совершенно скучным, безжизненным оттенком - разве что иногда, совсем иногда, среди толпы виднелись красные помады и сине-голубоватые дамские сумочки на застежках.
Посреди толпы вилось, стеналось, но не двигалось только одно - единственный томный силует. Коричневый фрак, шляпка, прикрывающая глаза, темная перчатка на одной из рук - в ней виднелся непоколебимый чемодан. Он ждал, ожидал нужной секунды и мгновения. "Может быть сейчас?" - нет, не это мелькало в его голове.
Четкие, рванные секунды сменялись приятным пониманием - он точно знал где, когда и зачем. Три, двадцать три, тридцать три... бам, бакадан. Восемь, девять, десять. Сменялись цифры на чужих, мимо проплывающих, циферблатах... Вот сейчас.
Поезд остановился, вновь предвещая толпу новых прихожан, которые совершенно не любили новое. Скорее, синий. Да, они любили его всей тайменджментной душой.
Поезд заскрипел, защипел всей своей совершенно не дикой паровой мощью, которую приструнили синие инженеры. Люк отворился. Бам, бам, бам, зашумели чужие шаги, устремляясь к железному монстру. Крики, восклицания, жалкая ложь и лицемерие - и такое польется на этой платформе. Но только не сейчас.
Он знал. Знал - три, девять, восемнадцать. Скоро, очень скоро нужно встретить... Клерки остановились, скорее под дуновением разума, нежели под действием реальных или шокирующих событий. Внимание господина скользнуло в глубь проема - в открытую дверь, в тихую темень, ласково встречающую своей прохладой.
Сейчас.
На железную платформу поезда ступил каблук, нежная женская нога дала волю второму шагу. Лакированный, на высоком каблуке, отражающий отблески железного монстра... Белый, он был белым.
Точно он.
В проёме явилась другая тень - более светлая, обожествленная вьющимися волосами, румянцем и до боли официальным, но от того и прекрасным, галстучком в виде банта. Тот был прикреплен в районе стройной шеи, прямо над сердцем, и являл собой конструкцию - мягкое, светлое платье, достающее чуть выше колен.
- Здравствуй,- пропел яркий женский голос, слишком высокий, чтобы перебить столичный гул.
Ее губ коснулась улыбка, как мистер тот час шагнул к платформе, склоняя голову и почтительно подавая руку, чтобы дама смогла спокойно, как ей и полагалось, сойти с железного поезда. Все же, им не куда торопится, время не ждёт только спешащих и снующихся туда-сюда, а от того и замучавшихся в своих колебаниях, синих людей. И не только их, в прочем.
Не соврать, если сказать, что мистер склонил голову только для того, чтобы отдать дань уважению. Но кто же говорил, что дань эта будет вечной и непоколебимой?
Его глаза, тот час поднятые на чудесное румяное лицо, блистали тем же откровенным счастьем. Своим, спокойным, а от того и деловым, и загадочным, свирепо взирающим на любые помехи. Шляпа больше не закрывала их голубизны, ярких бликов и мелких морщинок, образовавшихся, стоило лицу принять улыбку на свое выражение. Она коснулась и тут же спокойно отступила, уступив место словам:
- Сходи,- он почтительно принял руку дамы, облаченную в белую, приятную на ощупь и цвет, перчатку, и указал свободной от жестов, с чемоданчиком, рукой на место на пироне,- ждёт тебя и мать, и отец.
- А как же вы, господин?- юркнув вдруг на ступенечку, ведущую к свету, девушка ярко, искристо улыбнулась. Не важен ей был ответ, сколько то, что тот обязательно последует,- разве не ждали моего возвращения?
- Я? Так отчего же его ждать, если вы и без того не пропадали,- он сверкнул мягкой, но саркастической улыбкой, словно то, что он сказал, и впрямь хотел озвучить. Но стоило ему перевести взгляд на женщину, облаченную в белый, он тут же улыбнулся шире, силясь не засмеяться в своем порыве обдать удачной шутке по заслугам,- ну что вы, госпожа, только от вас можно было ожидать такого выражения лица! Непременно ждал, но не столько, чтобы скорбить об упущенных днях жизни.
- Вот и славно, не стоит на такое тратить время,- она тут же сделалась мягче, крепче вложив свою кисть в руку джентльмена. Как бы кто ни шутил, второй знал - не будет тут жестокого подкола или желания обидеть, лишь наглая, но желанная правда. И то, что ждали ее тут не так уж и сильно, чтобы начать тосковать, женщина тоже принимала без упрека - ведь никто и не обязывался скорбеть о ее манере общаться или гулять. Да и кто тут собирался скорбеть, когда в жизни и без того полно красок?- Раз так, я очень рада нашей новой встрече, джентльмен.
- О нет, что вы, меня сойдёт называть и господин,- молодой человек приосанился, отдведя взгляд. Да, и впрямь, господин будет выше рангом, нежели джентльмен.
Хихикнув, женщина сделала шаг ещё на одну ступеньку вниз, ближе к платформе, простирающейся в даль. Звук каблука ударился о звенящую сталь тысяч голосов, о звенящий метал, о звенящие лучи солнца, и мужчина тут же поднял вторую руку к чудесной даме и ее каблукам. Негоже было прыгать на платформу девять тридцать два, вздымая взгляды спешащих прохожий, время которых было распланировано чуть ли не до секунд... И негоже было так любить себя, чтобы прыгать с высоты метража.
Выхватив толику женского внимания, мужчина подхватил ее под талию, кружа в чудесных пяти секундах полета над платформой. Раз, два, три... Стук колес, издаваемый паровой машиной, заглушил людские голоса, пронзая своей секундой тишины... Три, четыре, пять... Скрыл пар, крутящийся в нежных клубах газа, двоих молодых людей, кружаших на платформе... Пять, шесть, семь... И больше не видели их глаза синих людей, спешащих с платформы девять тридцать два, ведь негоже настолько нелюбить себя, чтобы остаться в суете народа и их спешки. Ведь зачем спешить, если есть целая жизнь, которую можно прожить?
От автора:
Этот рассказ я писала под жутким( в каком смысле жутким, Марго?🤔) вдохновением) Не было ничего, на что бы он мог опираться, по типу какой-нибудь фотографии, которую я описываю(бывает, я делаю и так), или, к примеру, большой истории. Я просто попробовала писать проще. Я всегда страдала такой прикольной штукой, как перфекционизм. Прикольная она, конечно, только с одной стороны.
Казалось, все должно быть дотошным, понятным, герои прописанными, сюжет ясным и т.д. и т.п. А оказалось - можно по-другому. Обычно я готовилась, долго-долго настраивалась, выбирала задумку, еще, наверное, и додумывала ее по пути, а тут... я просто села, укуталась в пледик, почувствовала себя живой и счастливой и начала красиво фигачить😂
Вот так то, все гениальное просто, не обязательно усложнять себе жизнь! Нужно поставить себе это как слоган жизни...
😘