Заклинатели с низов пика| глава 5
Внимание, это 5 глава Заклинателей! Предыдущая была 3, следующая окажется 4😉
- У тебя есть еда?- глупый вопрос, но все же стоило его задать. Мы, заклинатели, обычно не носим с собой роскошные блюда и не возим табуны, на которых перевозиться еда. И сейчас это было ужаснее некуда.
-Сейчас посмотрю,- молодой заклинатель понятулся в слои своего ханьфу, пытаясь выудить что-то из-под них. При схватке с человеком, который оказался, каким ни каким, а сильным, она думала, что это одежда ему только мешала. Слишком длинные рукава, слишком неудобный крой, слишком броские и светлые цвета. Но сейчас этот наряд казался куда более полезным и эфективным, чем ее просторная и удобная для обыденной жизни одежда. У нее не было огромного количества карманов, кроме нескольких потайных, и не было столько слоев ткани, чтобы в их разворотах можно было спрятать что-то крупнее небольшого ножика. Более того, в этих горах было не столь морозно, как у нее на вершине. Да и Светлые пики, откуда родом юноша, не славились своей прохладой, как ее пики Зари. Может, это все же было не так громоздко и неудобно, как ей казалось?- вот.
Малый заклинатель достал из множества слоев тканей небольшую бутылочку с молоком и еще несколько завернутых в бумагу булочек.
-Откуда у тебя все этого?- заклинательница с Темных пиков склонила голову на бок, посматривая на беловолосого паренька. Она и впрямь не таскала с собой еды. Зачем она ему посреди гор? Но сейчас, не поспоришь, это было как никогда кстати.
- Я знал, что ухожу на долго, но понятия не имел, на сколько конкретно,- он отложил булочки в сторону, аккуратно сложив их на камень, а потом открутил крышку с небольшого горла сососуда, в котором хранилось молоко. Она клацнула и открылась,- но, как хорошо, что это все же пригодилось.
-И не то слово, как пригодились,- она отдала ему второй сверток с ребенком, вставая с холодного камня,- я пойду найду сухих ветвей. Надеюсь, в этих местах не было дождей. Ты, случаем, не знаешь подходящего огненного заклятья? Чтобы бомбануло не сильно, но достаточно, чтобы разжечь костер.
-Костер?- он взял на руки второй сверток, не желая оставлять его на промерзшей и окаменелой земле. Взгляд светлых, будто слепых глаз, обратился к ней. В них плескалось спокойствие, но они до того были странны в своем выражении, что это невольно наводило на мысль о том, что молодой человек сбит с толку. Мимикрические движения, едва уловимо поднятая бровь... в бою он уже был бы раскушен, но вот в обычной жизни такое проявление эмоций уже давно исхудавший способ. И какой-то очень... неэмоциональный.
-В смысле?- она нахмурила брови, разворачиваясь нему,- обычный костер. Если нам не холодно, это еще не значит, что эти малютки не смогут замерзнуть. Ты же не хочешь, чтобы они окачанели, пока мы будем решать вопрос о том, как их вернуть? Боле того, еду надо как-то разогреть...
-Их нельзя возвращать,- голова молодого заклинателя медленно опустилась вниз, а взгляд светлоголубых глаз перешел на младенцев, ошарашивая сделанным и сказанным заклинательницу. Оба сладко спали, и так ни разу и не проснулись. Он понятия не имел, хорошо это или плохо, но спросить об этом у кого-либо, возможности тоже не было. Эта женщина была слишком подозрительной, более того, она с Темных пиков. Ей нельзя доверять,- они еще слишком слабы, более того, это совершенно не безопасно.
-И что ты предлагаешь?- она окончательно перестала его понимать. Без его взгляда это оказалось куда труднее. А потому девушка опустила колено на холодный камень, чтобы заглянуть тому в глаза. Светлые очи говорили больше, чем он того хотел, поэтому это давало ей преимущество – она видела хоть что-то, кроме безмолвного лица,- бросить их у вас? Вернуть туда, откуда взяли? Да ты хоть представляешь, что чувствует их мать? Или матери. Как вообще можно такое предлагать?!
-Я не знаю, что чувствуют их матери,- белоснежные волосы едва заметно колыхнулись, то ли от потока ветра, то ли от мимолетного движения юноши. Голос его посерьезнел и погрубел, хотя лишь секунду назад его тембр был выше. Пение воробья сменилось контратакой. Заклинателя и младенцев освещали лучи восходящего солнца, которое только начало вставать из-за горизонта. Юноша мерцал и переливался в его лучах, отражая своим белым нарядом каждый пойманный блик. Он был безнадежным в споре. Либо выигрывает он, либо никто – идеология пика Мерцающих Грез, его родного дома, и по совместительству пика Золотого Яйца. Но как ей придерживаться, если перед тобой стоит человек, который о ней даже не слышал?- поэтому прошу тебя об услуге.
Он, наконец, поднял голову на заклинательницу, обращая свой взгляд на ее лицо. Темные волосы колыхались от настигающих их потоков ветра, что решили встать с первыми птицами, а яростные и озадаченные в одночасье глаза, были полны других чувств, которым еще не дали имен. Может, это было чувство долга, а, может, простое непонимание или что-то совершенно другое.
Но он ее не понимал. Ни тех чувств, что мелькали в глазах девушки, отражаясь поспешными бликами на ее лице, ни тех одежд, в которых она была, ни тех целей, что она преследовала. Как можно выиграть в споре, или в битве, когда ты понимаешь своего противника не больше себя самого, запутаннного и сложного? Как можно предложить ей то, на что она согласиться не раздумывая, если ты понятия не имеешь, что ей нужно?
Все техники переговоров, разговоров и всего прочего, рушились, стоило начать разговор с ней. Она дослушивала до конца, но никогда не придерживалась правил – перебивала мысль диалога, рубила с плеча, ничего не скрывая, и, по какой-то причине, высказывала то, о чем думает. Почему? Думает ли она на самом деле об этом, или это лишь укромные ходы, нити которых ему не сыскать? Это всего-лишь ловушка?
-Я жду твое предложение,- буркнула девушка,- или мы собрались играть в «кто дольше продержиться на морозе»? Поверь мне, я выйграю, даже не задумываясь. У вас куда теплее, чем у нас, не зря же наши пики называют Темными. Солнце садится раньше, чем встает луна.
-Я предлогаю взаимо выгодный обмен,- проговорил юнец, как слова его слетели с губ, подхваченные ветром, и унеслись прочь в лес. Туда, где их более никто не услышит и не кто не узнает.
-О, и какой же?- не скрывая интреса, девушка вновь уселась на камень, распологаясь по-удобней. Видимо, еще немного придется посидеть без костра. Ну ничего, потерпим, более того, у него хотя бы есть еда. Младенцы не замерзнут с нами, и того достаточно.
Ее волосы развивались на ветру, все усиливающем свои потоки. И хоть хвост растрепался и упал, но выглядело это все так же обворожительно. У них никто такого не носил, ни один человек, или женщина, не осмелился бы завязать его так высоко, ни один не перевязал бы его красной лентой с двумя шариками на концах, которые стучали друг об друга, стоило ветру их поддернуть, ни один не позволил бы верхним одеждам так свободно ходить от ветра. Ей вообще стоило бы закутаться в три раза плотнее. Не гоже женщинам разгуливать в ханьфу... или не совсем ханьфу, практически на распашку. В принципе, никому не стоило так делать.
Появилось желание закутаться поплотнее, и если бы у него не было детей на руках, он бы уже заново перевязал свой пояс семь раз подряд, закрутившись так, что сложно было бы вздохнуть. Иногда это успокаивавало – три часа без перерыва закручивать у себя на талии несколько слоев ткани, одевать верхние слои, и вновь плести разные узоры из атласных лент, а потом укращать прическу или ханьфу, поверх всего прочего. Но не сейчас. Не на горе и не при людях.
- Ты можешь заплестить плотней?- он обратился к девушке, чье имя ему было неизвестно. Но оно точно проскальзывало в сражении. Когда тот заклинатель выкрикивал странные сочетания звуков и букв, которые, скорее всего, были обрывками ее имени, заклинательница холодела в лице. Будь в них хоть капля магии или заклятья – он почуствовал бы, но...
На лице девушки вдруг расплылась улыбка... такая обычная и не принужденная, что казалось, она просто сдерживает смех.
-Подожди, что мне нужно сделать?- она и впрямь хотела начать смеяться,- Повтори-ка.
- Завяжи свой наряд поплотнее,- на лице юноши не проскочило ни одной эмоции, выдающей, что ему плохо или хорошо. Он и впрявду просил завязаться.
Она не сдержалась, и по горе прокатился раскат смеха. Чистого и лучистого, веселого и, самого что ни на есть, настоящего. Только она пыталась успокоиться, как деревья сотрясла еще одна волна не сдерживаемого смеха, а потом, наконец, и еще одна. Девушка ухватилась за живот, искристо смеясь над сложившейся ситуацией.
-Это и вправду твое «взаимовыгодное предложение»?- она посмотрела на него сквозь пальци, перегибаясь пополам,- и как же это поможет нам? Мы в лесу! Тут неподалеку бродят волки, а у нас на руках младенцы, а ты предлагаешь мне нормально одеться?
-Не вижу ничего смешного,- он и вправду не понимал, смотря своим уже обыденно безэмоциональным лицом на сложившуюся картину. Комичности, к тому же, пребавляли дети у него на руках. Ну прям само «святительство»!- тебя может продуть, более того, просто неприлично общаться со мной в таком виде. Я тебе не подруга, чтобы...
Его уже давно не слушали, но окончательно сказали об этом прямо в лицо, перебив смехом. Она перекрикнула его в громкости, кажется, попросив «помолчать хоть секундочку, иначе сейчас захлебнусь» в приступе очередной смешной конвульсии. Она ели как остановилась, сделала вдох и выход, а потом раскашлялась. Очень сильно.
Заклинатель уже было потняулся к ней, чтобы придержать и помочь, но девушка вовремя выпрямилась, повернувшись к нему:
-Насмешил, так насмешил,- она убрала рукой волосы, которые скатились на лоб или вывалилсь из прически, пока она смеялась, перекинув их назад,- кто я там тебе? Не подружка? А говорил таким тоном, будто Священный устав нарушаю. Вот умора,- она улыбнулась, прикрыв рукой глаза.
Кисти ее были перетянуты черной лентой, которая вилась до самого локтя, а потом тонула в слоях одежды. Шелк. Хороший, кстати. Она, видимо, из знатной семьи.
-Я не понимаю причину твоего смеха,- паренька окончательно вывела ее выходка, судя по тому, что он уже опустил взгляд и сомкнул челюсть. Невиданные проявления эмоций, вау! Вы еще скажите, что улыбался он мне не из вежливости, а так, просто. Не поверю,- не понимаю...
-А я не понимаю тебя,- честно сказала барышня, сидя неподалеку. Она уложила один локоть на согнутое колено, а другой рукой придерживала себя, упираясь в холодный камень,- эй, подними глаза, я ведь с тобой говорю.
Ее тотально проигнорировали. Да что ж это такое! Что за неуважение? Сначала притензии вставляет, потом в глаза не смотрит! Да что с этими сыновьями Белых пиков?
-Эй!- она подскочила со своего места, нагнувшись к нему. Ее рука умело и быстро вцепилась тому в подбородок, заставляя заклинателя посмотреть ей в глаза. Красные, пылающие призрением к тому, как этот нахал общается с ней. Не важен ее статус, не важна персона. Они дрались бок о бок, и этого достаточно, чтобы заиметь уважения к другому! И хотя бы смотреть ей в глаза.
Ее взгляд встретил лишь... пустоту. Такое отрешение на лице другого, что казалось, из паренька высосали всю жизнь. Мертвенная кожа, белые глаза, и лишь едва слышное дыхание пробивалось наружу, говоря, что он жив. Не понимаю.
-Эй, что с тобой...- голос дал слабину, прежде воинственный и справедливый, он таял в лучах утреннего солнца. Он выглядел, как натуральный мертвец. Он умирает? Болен?- отвечай.
-Отпусти меня,- послышалось лишь прежде, как он вскочил на ноги, выбивая из ее обомлевших рук свою челюсь. Слои белого ханьфу ударили по лицу, тежелые пояса пронеслись волной по рукам, а человек, внезапно поднявшийся с земли, больше не витал в облаках, выглядя мертвым.
Он выглядел мертвым в двойне – мертвенно белая кожа, ужасающий, белесый взгляд, на обочинах которого плескались голубые огоньки. Он смотрел на нее с высока, сидящую на камнях, что освещало солнце. Девушка в миг потеряла растерянность, которой был полон ее взгляд, и сжав руки в кулаки, готова была вскочить следом, вот только... Вот только прежде, чем она успела это сделать, юноша пропел заклятье. «Фуодока»,- слетело с губ, и тело противника в миг окаменело. Полные удивления глаза смотрели на него снизу вверх, на живого мертвеца.
От автора:
Так интересно, как развиваются события🤔
Они вроде бы и «дружат», а потом, бац, и вскрывается, что все не так... и что же делать? Жду продолжения)
