«Платье и корона»
— И цветы. Полные вазы и букеты каскадами. Где они? — голос Жени разносился на весь тронный зал. Она возвышалась над слугами, словно богиня, спустившаяся на землю.
— Они почти прибыли, — испуганно пробормотала служанка.
— Я хочу видеть их прямо сейчас! — Сафина выдохнула и прикрыла глаза, умеряя злость. — И, что там с вином? Вино должно литься рекой. Придворные и наши гости это любят.
Женя спустилась и пошла по коридору к выходу, смотря на список в руке. Слуги покорно следовали за ней и перешептывались.
— Пусть пьют за здоровье будущих короля и королеву!
Элисса и Николай шли по коридорам, где была полная суматоха.
— Какой спектакль.
Но как бы Элисса сама себя не обманывала, ей всё это нравилось.
— Это наша свадьба и наша коронация. Этот день должен запомнить весь мир.
— Мне хватит наших совместных воспоминаний, — улыбнулась девушка. Ланцов улыбнулся в ответ и поцеловал её ладонь, преподнеся её к своим губам.
Женя носилась по залу как сумасшедшая, переставляя украшения и цветы, и раздраженно вздыхала.
— Почему я всё должна делать сама... Может мне и женить их самой, и короновать. Где музыканты?! — кричит она кому-то в толпе.
— Женя, дорогая.
Брум подходит к ней и берет ее за руку.
— Ты слишком много на себя берешь. Не нужно так.
— Ещё ничего не готово.
— Почему же? Двор украшен. Гости на месте. Еда есть. Виновники торжества тоже.
Сафина раздраженно закатила глаза, отвернулась, тряхнула волосами и снова принялась раздавать указания.
— Вот и поговорили.
— Оставь её, — прошептал Николай на ухо Элис, — мы можем заняться чем-нибудь другим.
Принц поиграл бровями и широко улыбнулся.
Но не успела Брум закатить глаза, из коридора донесся голос Зои, шагающей к ним. За её спинами и за спинами ещё троих стражников шел кто-то ещё.
— Николай, Элисса.
Назяленская остановилась недалеко от них.
— У нас гости.
Брум переглянулась с Ланцовым. А после у Элиссы будто земля из-под ног ушла.
— А Равка не изменилась, — прозвучал женский голос.
Женщина, произнесшая эти слова, вышла из-за спины Зои и улыбнулась. На её глазах выступили слезы.
— Но я не могла пропустить свадьбу своей дочери.
— Мама...
Элисса преодолела между ними расстояние и обняла мать. В ее глазах стояли слезы.
То, что здесь её мама, означало лишь одно: Конунг узнал о начинающейся революции.
***
— Я очень скучала по тебе, мама. Так много времени прошло.
Ладонь Элиссы легла на ладонь Агнес. Они сидели одни в комнате.
— Я тоже скучала, дорогая. Я слышала, что с тобой произошло. Миса мне всё рассказала.
— Я попросила мису и Геру приехать, но они мне пока не ответили.
— С ними всё хорошо. Твой отец... Он как-то прознал про них. Август и его люди спрятали их в безопасном месте.
— А ты? — голос Элиссы дрогнул.
— Мне пришлось бежать. Он узнал... Ты права, дорогая, прошло много времени. Многое изменилось. Но сейчас я здесь, я рядом. Завтра твой день свадьбы. Сейчас нужно думать только о нём.
Элис улыбнулась.
— Ты любишь его?
— Больше всего на свете.
— Тогда держитесь друг за друга. Все эти слова о твоем предназначении — это всё неважно. Важно лишь здесь и сейчас.
— Спасибо.
По щеке девушки скатилась слеза, которую Агнес поспешила убрать.
— Послушай, Элисса, ты знаешь, дома неспокойно. Фьерда в опасности. Всегда была. Поэтому мы все это затеяли.
— Я знаю, мама. Знаю.
— Я просто хочу знать наверняка. Ты уверена, что поступаешь правильно?
— Да, уверена, — не задумываясь, ответила Брум.
— Хорошо. Ты — будущая королева Равки и будущая королева Фьерды. Но прежде всего ты моя дочь. Такая своевольная. — Агнесса придвинулась ближе к дочери и обняла её. Элисса легла на её грудь. — Такая сильная и такая храбрая.
***
Платье принцессы было белоснежным, необыкновенно богатым, вышитым драгоценными камнями и прекрасно подходило к ее светлой коже. На шее у принцессы висел большой кулон с драгоценными камнями — подарок королевской семьи. Длинные черные волосы спадали до плеч, а на голове красовалась маленькая золотая корона — символ принадлежности Элиссы к королевской семье. Эта корона была полностью усыпана жемчугом, бриллиантами и изумрудами.
В то величественное утро, когда она шла к венцу, Брум была в тысячи раз прекраснее богини, спустившейся с небес. И даже если бы у нее не было короны, ее божественная красота сама по себе стоила двух королевств. Никто бы не поверил, что она ведьма.
Все придворные под командованием Жени постарались на славу, и зал получился поистине великолепным. Полированный мраморный пол блестел в лучах утреннего солнца, как гладь тихой реки, витражи казались ярче обычного, а вазы были украшены цветами, что еще больше подчеркивало величие зала.
В зале было тихо, но эта тишина не угнетала, а, наоборот, навевала на счастливые мечтания о будущем королевства.
Затем зазвучала музыка.
Открылась большая дверь, и в зал вошла Элисса.
Брум медленно сходила с лестницы, держа в руках букет. За ней следовала ее мать, провожавшая дочь в новую жизнь. Агнесса шла, и её сердце трепетало. Она смотрела на всех этих людей. Ее взгляд был немного испуганным, но женщина шла спокойно. Её беспокойство о дочери была ощутимо. Её стук туфлей отдавал ровный ритм её ходьбы. Агнес, конечно же, была счастлива за Элиссу. Именно поэтому она была здесь. Именно поэтому она сбежала.
Глаза Элиссы смотрели только на Николая.
Сердце принца забилось быстрее, заставляя грудь вздыматься всё чаще, а выдохи — громче. Увидев девушку, он понял то, что знал и раньше. Ему не нужна была Равка, только она.
Темный бархатный камзол, украшенный золотом и вшитыми в него драгоценными рюшками, отливающими золотым сиянием, которое так походило на цвет волос Николая, что сливалось с ними, озаряя любой темный уголок тронного зала ярким светом.
Она была прекрасна, как лепесток белой розы. Его первое впечатление было именно таким.
Элисса улыбалась, идя к алтарю. Ее сердце замирало и окончательно растаяло, прежде чем она дошла до Николая.
Священник уже стоял у алтаря в длинной черной рясе, украшенной равкианским коронованным двуглавым орлом, державшим в правых когтях скипетр и в левых когтях несколько стрел.
Взяв Элиссу за руку, Николай поднес руку девушки к губам и нежно поцеловав её.
— Ты прекрасна, — вымолвил принц, пораженный красотой своей невесты, и снова замолк, унимая волнительную дрожь по всему телу.
Набрав в грудь воздуха, священник начал свою речь.
— Мы собрались здесь сегодня, чтобы соединить два любящих сердца священными узами брака и скрепить союз двух великих держав.
Священник сделал паузу и оглядел зал и присутствующих. После слов священника послышался тихий шепот. Затем он повернулся к жениху и невесте.
— Подойдите.
Затем Николай и Элисса опустились на колени. Священник благословил их, а после пара поставила свои подписи на бумаге, после чего они стали официально мужем и женой.
— Здесь, в присутствии Святых и друзей, — медленно произнес Николай, — я говорю слова и любви, и долга. Это не работа, а честь поклясться тебе в вере, пообещать тебе любовь, предложить тебе свою руку и своё сердце в этой и следующей жизни.
Это были традиционные равкианские слова, которые произносились на свадьбах как дворян, так и крестьян.
Элисса повторила те же слова, но в конце добавила:
— Я рождена, чтобы защищать тебя. Только смерть освободит меня от этой клятвы.
Торжественная клятва фьерданцев.
Слова клятвы эхом разнеслись по тронному залу. Лица Жени, Тамары, Толи, Агнес и всех остальных засияли, словно эти слова зажгли какой-то тайный свет.
— Властью, данной мне, я официально объявляю Николая и Элиссу мужем и женой. Вы можете обменяться кольцами.
Сказав эти слова священник протянул кольца королевским особам.
Николай осторожно взял кольцо и надел его на тонкий палец Элиссы, подмигнув и улыбнувшись.
— В богатстве и бедности, — тихо проговорил принц, — в болезни и здравии...
Элисса посмотрела на мужа. Она достала кольцо из коробочки и надела ему на палец, чуть не уронив его от волнения. Ее лицо озарилось улыбкой.
Николай поднес ее руку к своим губам и поцеловал, а после помог ей встать с колен, следом поднимаясь сам.
Повернувшись лицом к толпе, они просто ждали последующей реакции присутствующих.
Первая хлопать начала Женя. Глаза Агнессы наполнились слезами. Все эмоции были смешаны. Она не знала, радоваться ей или печалиться.
В одно мгновение зал взорвался поздравлениями и аплодисментами.
***
Николай и Элисса направились в зал, отведенный для празднества.
Они входят в зал за руки, весело смеясь. Праздник в зале уже был в самом разгаре. Однако им пришлось остановиться, когда вокруг заплясали белые перья, создавая иллюзию падающего снега. Шквальные постарались.
Элисса и Николай стояли под падающим снегом, смотря друг на друга, всё ещё не веря, что прошли такой долгий путь.
Гости стояли в две колонны и кричали поздравления кидая в пару такие же перья. Элисса кружилась, завороженная этим волшебством. Николай шел рядом с ней.
Он взял Элиссу за руку и направился в центр зала. Гости окружили их и умиленно вздыхали и хлопали. Музыка играла на весь дворец.
Николай обнял Элиссу за талию, а другую ладонь положил ей на щеку, прислонившись лбом к её лбу. Они не слышали никого и ничего вокруг. Только они.
Они отстранились друг от друга, взгляды, улыбка. Он протянул ей свою ладонь, и они поклонились друг другу. Затем они начали кружить по всему залу. Остальные гости присоединились к ним, а лепестки и перья всё продолжали падать и кружить такой же танец.
Им не нужен был никто.
Николай прокружил Элиссу под своей рукой и резко притянул её к себе. Они рассмеялись, затем остановились и потянулись друг к другу для долгожданного поцелуя.
Гости вокруг них кружили.
— Я люблю тебя, Элисса. Навеки.
— И я люблю тебя, Николай. Навеки.
***
Будущий король сделал то, чего не должен был. Он женился на девушке из враждебного рода, в которой текла кровь ведьмы. Многие будут проклинать их удачу и желать их падения.
***
— Военный парад. Все воины в новых костюмах.
Женя совсем не выглядела уставшей от свадьбы. Она полностью готова к коронации.
— Предложили танцующих слонов, но я решила, что это слишком.
Элисса и Николай переглянулись.
— Остановились на единороге с золоченым рогом.
И тут взгляд Сафиной упал на лица Элиссы и Николая.
— Что? Почему такой недовольный вид?
— Месяц назад была война. Конечно, свадьба была не очень богатой, но все же. Равка не так богата, как хотелось бы. На восстановление деревень и дворца ушло целое состояние. У нас огромные долги. Мы должники многих наших гостей.
— Разве подготовка к коронации — это дурной тон? — возразила Женя. Николай вздохнул, шагая по двору дворца.
— Я считаю...
— Это не только дурной вкус, — перебила его Элисса. — Это чудовищно и постыдно. Женя, дорогая, ты же знаешь, что мы не хотим этой пышности.
Как бы Сафиной не хотелось многое высказать, она всё-таки сдержалась и натянуто улыбнулась.
— Превосходно. На этот эффект я и рассчитывала. Главное в вашей коронации не её цена, а то, что мы выжили. На этой неделе побывают главы всех государств. — Они остановились, и лицо Жени тут же стало серьезным. — Все они львы, которые будут следить за каждым вашим движением. Поскупимся, будем думать о расходах, то станем похожи на раненую газель. Тогда наши недруги объединятся с нашими врагами и будут посягать на наши границы. Вредить нашим интересам. И скоро наши отсеченные головы будут торчать на пиках.
— Что толку притворяться сильными, если это разорит нас? — Элисса старалась говорить как можно тише.
— Мы что-нибудь придумаем, как и всегда, — Николай попытался успокоить жену. — Женя, спасибо тебя за твои старания, но, пожалуйста, меньше пышности, хорошо?
Сафиной оставалось только раздраженно фыркнуть и уйти, взмахнув своими прелестными рыжими волосами.
***
Коронация.
День выдался чудесный, везде, по всей Равке собрались огромные толпы народа. Элисса наблюдала проявление доброй воли и преданности, превосходящее все, что она могла себе представить, и Брум гордилась тем, что стала королевой такой страны. Она готовилась к этому моменту всю свою жизнь. Вот только она всегда мечтала стать королевой Фьерды.
После того как на Элиссу надели мантию, и юные гриши подхватили её должным образом, Элис и Николай покинули комнату, и всё началось...
Зрелище было потрясающим, гриши и гости были в одном зале. Да, кого-то это сильно смущало, но сейчас все внимание было приковано к коронации. Многие были недовольны и еще долго будут обсуждать это непозволительное событие.
Весь дворец наполнился звуками торжественного гимна, и под звуки этого гимна Элисса и Николай подошли к двум тронам.
Корону несли священники. Один за другим священники возложили короны сначала на голову Его Величества, а затем на голову Ее величества.
Были слышны громкие крики «Боже, храни короля и королеву!». А также звуки труб и барабанов.
— Это не коронация короля! — громко сказал священник. — Это коронация короля и королевы!
— Да здравствуй король! Да здравствуй королева!
Люди размахивали шляпами и платками. Король и королева выглядели «весьма довольными» и даже, как некоторые сочли, были удивлены таким дружным приветствием.
Дальше, по ступеням, они поднялись на устланный коврами помост и заняла своё законное место. Свой трон.
Затем началась церемония «признания». Священник несколько раз провозглашал: «Я представляю вам короля и королеву, ваших бесспорных государей. Все, кто пришел сегодня сюда, чтобы принести клятву верности, — готовы ли вы это сделать?» В ответ звучало «Святые, храните короля и королеву!»
— Обещаете ли и клянетесь править народом Равки и других принадлежащих или относящихся к ней территорий, согласно законам и обычаям?
— Торжественно клянусь, — первый ответил Николай. Следом те же слова произнесла и Элисса.
— Будете ли опираться в своем суждении на закон, справедливость и милосердие?
— Да.
— Да.
Под звуки национального гимна эти двое, уже надевшие короны Равки, вышли из дворца и поприветствовали собравшуюся толпу.
Церемония коронации была завершена.