«Островные враги»
Полгода спустя.
— Ваше Величество, к вам прибыл некий господин, утверждающий, что у него для вас важное послание.
Девушка в форме стражника поклонилась Элиссе. Брум отложила меч и взяла со скамьи полотенце. Попрощавшись с новобранцами, она последовала за стражниками.
У ворот, где стояли стражники, стоял человек, закутанный в плащ. Когда Элисса появилась в поле их зрения, стражники в унисон склонили головы.
— Моя королева.
Брум окинула его взглядом, внимательно изучая каждую деталь.
— У меня для вас письмо от Августа. И неприятные новости из Фьерды.
Всё это он говорил на фьерданском, чтобы его никто больше не понял.
Элисса взяла письмо, открыла его и начала читать про себя:
«Ты должна выслушать Хельмунда. Слишком опасно, чтобы писать это в письме».
Это было всего два предложения, но у нее по коже побежали мурашки.
Она велела охраннику пропустить мужчину и отвела его в свой кабинет.
Последние шесть месяцев были очень напряженными. Череда плохих новостей из Фьерды. Конунг Брум гневается пуще прежнего, особенно когда узнал, что жена от него сбежала, а сын предал.
Керчия, Шухан и Фьерда подпирают Равку со всех сторон. С денежными средствами совсем худо, несмотря на блестящий ум Николая. Это и заставляет его быть в частых разъездах, пока Элисса пытается привести дела во дворце.
— Новости из Фьерды полны ужаса.
Хельмунд стоял неподвижно, держа спину прямо и заложив руки за спину.
— Дрюскелле Конунга бесчинствуют по всей стране и за её пределами. Они превосходят нас числом и ищут слабое место и если найдут...
— Мы должны дать отпор уже сейчас.
— Да. Протестантов недостаточно, нужно больше. Если бы Равка помогла...
— У Равки сейчас гораздо больше врагов, чем у нас. Если она ввяжется в войну с Фьердой, Шухан и Керчия нападут следом. Мой брат должен был вам объяснить.
— Но и у нас сейчас трудные времена. Фьерде нужны войска. Ей нужны Вы. Моя королева, пора действовать.
Элисса знала, что это единственный выход.
— Известно, где генерал Вилфред?
— Наши источники сообщают, что он в Хальмхенде. Также они сообщают, что... Что Вилфред готовится отвоевать у нас Гетеборг.
— Почему мне становится известно об этом только сейчас?
— Мы не были уверены.
Хельмунд виновато склонил голову.
— Что насчет Мальме?
Элисса склонилась над картой и начала внимательно следить пальцем, проводя линию между этими городами.
— Там, увы, у нас власти нет. Конунг щедро одарил людей, чтобы они не вступались за Вас.
— Значит нам нужно эту власть заполучить.
***
— Захватим Хальмхенд, захватим Мальме, потом Джерхольм...
— Да, но притормози, — улыбнулась Элисса, останавливая словесный поток Тамары.
Члены Триумвирата собрались вокруг карты, но не хватало только Николая и Зои.
— Мы уже говорили об этом. Равка не вмешивается на начальных этапах.
— Полгода прошло. Нам известно, что не только твоего отца волнует твое восхождение на трон. Никто еще не осмелился напасть. Все видели, что ты сотворила с Каньоном. Николай уже давно выставил полки у границ. Ты можешь в любое время отдать приказ.
Брум отвернулся от Тамары и склонился над картой, пытаясь унять дрожь.
— Ваше величество, — голос подал Маркус. Он встал и подошел к карте, вставая рядом. — Батальон протестантов сейчас на Перс-фьорд. Если Равка к нам присоединится и вы, то Хальмхенд будет наш.
Элисса молчала. Тишина ужасно давила. Ей хотелось кричать. Кричать так сильно, чтобы в самой Фьерде услышали.
— Чего ты так боишься? — тихо прошептала Женя.
Вопрос вывел Брум из оцепенения. Она повернула голову к Сафиной и также тихо произнесла:
— Это мои люди.
Элисса выдохнула и снова склонила голову.
— Это мои люди, хоть они и против нас.
— Эл, это революция.
Сафина всё понимала. Все, кто бы здесь, понимал.
— Ты не станешь такой, как твой отец, или Дарклинг, потому что ты не одна, потому что ты сильнее всех их.
Тамара положила ладонь на плечо Брум.
— Если мы отправимся в Хальмхенд, с нами будут две армии и самая могущественная ведьма.
— Мой отец уже сейчас готовит нам ловушку.
— Разумеется, — ответил Маркус. — И, гадай, что вы готовите для него.
— Мы готовим ловушку?
Элисса внимательно посмотрела на своего десницу.
— Если мы хотим построить лучший мир, не уверен, что стоит начинать с обмана или резни.
— Разве когда-нибудь война выигрывалась без этого?
Маркус на мгновение замолчал и отвел взгляд.
— Нет. Чтобы занять трон, нужно быть безжалостным и заставить других бояться. У Конунга есть лишь страх, как и у Вилфреда, и у его приспешников. Но его власть шаткая. Все хотят их смерти, в этом нет сомнений.
— Но Конунгу страх помог.
— Верно. Но вы сказали, что хотите освободить Фьерду. Но, если вы хотите стать такой же, чем же вы отличаетесь от прежних тиранов?
Элисса покачала головой и отошла к окну, наблюдая за тем, как сумерки медленно опускаются на землю.
Тамара сердито посмотрела на Маркуса, тот потупил взгляд.
— И что ты предлагаешь?
— Пусть они увидят вас. Услышат.
— Этого будет мало, — проговорил Толя.
— Другими словами, пусть они увидят настоящую вас. Пусть Вилфред и все остальные увидят, что ваш отец — не тот, кто нужен нашей стране. И в будущем Керчия и Шухан это тоже увидят. Покажите им, что не стоит бояться ведьму.
Элисса медленно повернулась ко всем и сложила руки в замок за спиной.
— Королева Табан, Торговый Совет и Конунг — они лишь очередной злодей в этой игре. То они наверху, то другие. Бесконечный цикл.
— Вы хотите разорвать этот круг? — спросил Маркус. — Вы не первая, кто думал об этом.
— Ты не понял, Маркус. Я не просто хочу разорвать его. Я собираюсь сломать голову змее, пожирающей свой хвост. А теперь, продолжим.
Элисса решительно подошла к карте.
— Что ты собираешься делать? — Тамара воодушевилась и вся просияла.
— Не я начала эту войну, но я положу ей конец.
***
Вилфреду только что сообщили, что со всех сторон на него надвигается отряд, состоящий из обычных солдат и солдат-гришей, а также протестантов. Вся крепость была приведена в боевую готовность.
Каменная боевая крепость возвышалась над землей. На всех её стенах стояла армия Конунга под командованием Вилфреда. Новость была настолько неожиданной, что до Конунга она дойдет только посреди битвы.
Вилфред стоял на главных воротах, наблюдая за тем, как из основной шеренги выходит человек. Август Брум.
— Ваша королева даже не удосужилась появиться?!
— Она всегда здесь!
В воздухе витало напряжение. Холодный ветер завывал и неприятно жег кожу равкианцем. Протестанты же привыкли к этому.
Внезапно воздух задрожал, словно произошло сильное землетрясение. Люди Вилфреда в испуге подняли головы: сгущались и багровели тучи. Всем было ясно: ведьма здесь.
***
Тем временем в Ос Альте. Элисса тайно отбыла четыре дня назад. Через три дня после ее отъезда король Равки и Зоя вернулись во дворец.
— Мы вечно желаем не тех женщин, — произнес Толя, находясь в зале Военного Совета. Здесь были только он и Маркус. Кейн остался в Равке в качестве десницы королевы и занимался здешними проблемами.
Он поднял глаза на здоровяка и подозрительно посмотрел на него, понимая, о чем он говорит. В этот момент дверь открылась, и вошел Николай.
— Толя, оставь нас.
Сердцебит встал, еще раз посмотрел на Маркуса, а после вышел.
Ланцов уселся на стул и налил себе выпить. Кейн внимательно наблюдал за ним.
Король покрутил бокал в руке, а после посмотрел на десницу своей жены.
— Я слышал, что вы уже в фаворитах у королевы.
— Ну, она не изгнала меня, так что начало неплохое, ваше величество. Теперь она отправилась на битву, а я остаюсь здесь, усмирять наших людей на грани гражданской войны.
Николай усмехнулся и сделал глоток.
— Да... Не удивлюсь, если наши враги уже на полпути сюда. Дам вам совет, десница. Информация — ключ ко всему. Вы должны узнать сильные стороны ваших врагов и понять, кто из друзей вам вовсе не друг.
— Если только у тебя нет друзей в шпионской сети.
Маркус хитро отвел взгляд на карту, пока Николай заинтересованно разглядывал его.
— Разве что.
Он даже не станет расспрашивать. Он и так прекрасно понимал, что человек, сидящий напротив него, готов на все ради его жены.
***
Хальмхенд.
С неба резко что-то приземлилось на землю. Этим чем-то была Элисса. Ее глаза светились алым, выражение лица было спокойным, а из ладоней образовались две сферы.
— Жалкая беглянка! — ехидно оскалился Вилфред. — Решила нагрянуть с визитом? Но в чём причина?! Я вроде как неплохо справлялся. Наш Конунг скоро будет здесь, так что тебе лучше убраться отсюда!
— Только скажи, сестренка, — прошептал Август, вставая рядом с Элиссой.
Брум слегка наклонила голову на бок. Волк всегда остается волком, даже будучи облаченным в шелка.
— Вы либо со мной, либо против меня! Выбирайте! — крикнула Элисса, обращаясь к солдатам на стенах крепости.
Ведьма лучше откажется дышать, но не сдастся.
— Тебе здесь не место! Ты даже не наследная принцесса!
— Ты прав! Я не принцесса! Я — Королева! А теперь — сдавайтесь!
Гром усилился, и солдаты Вилфреда испуганно начали озаряться.
— Что я получу взамен?! — вновь оскалился дрюскелле.
— Ты неправильно меня понял, Вилфред. Это было не предложение, это был приказ!
Добра и зла не существует. Есть только сила. Есть только власть, и есть те, кто слишком слаб, чтобы стремиться к ней. Власть развращает.
На лице дрюскелля отразился страх. Они все боятся. Но те, кто стоял позади и окружал крепость, не боялись. Они восхищались. И даже восхищенные глаза брата взирали на сестру.
Рука, сжатая в кулак, поднялась вверх. Глаза Вилфреда налились кровью. Секунды тянулись мучительно медленно. И все же он отдал приказ.
Поток стрел устремился прямо к солдатам Элиссы, но сгруппированная команда эфиреалов помогла отбиться от них и отправила стрелы в обратный путь. Множество мертвых тел посыпалась с башен и стен.
Но целью Элиссы не было убийство всех. Только остановить и обезвредить их. Первая линия обороны всегда падает первой.
***
Ос Альта. Сейчас.
— Итак, наш флот.
Николай стоял, сцепив руки за спиной, с выражением лица, говорящим «аля, жду объяснений».
— Сожгли, — ответил Толя.
— Мы ищем тех, кто это сделал, — сказала Тамара, поглаживая лезвие топора. — Но все молчат.
— Должны же быть и хорошие новости, — Женя в досаде развела руки в стороны.
— Мы отбили Ос Керво, — глупо улыбнулся Давид.
— От незнакомцев. Мы до сих пор не знаем, кто это был.
— Маркус любезно согласился выяснить это для нас
Когда Кейн намекнул на шпионов в разговоре с Николаем, Ланцов, как обычно, увидел в этом прекрасную возможность.
— Чем бы заняться, пока мы ждем? — Зоя, молчавшая до этого момента, внезапно просветлела и ехидно улыбнулась, постукивая пальцами по столу. — О чем поговорим?
Уголки губ Николая приподнялись вверх, а глаза опустились в пол. Женя и Давид переглянулись. Тамара, нахмурившись, продолжала поглаживать свой топор. Толя нервно постукивал по подлокотнику стула.
— Вы много времени проводите вместе, — Зоя посмотрела на Давида и Женю. После этих слов Костюк покраснел, а Сафина закатила глаза и улыбнулась. — Что вы обсуждаете, когда наедине?
После нескольких секунд неловкого молчания Женя произнесла:
— Давид в основном болтает о своих изобретениях, в которых я не смыслю.
Назяленская досадно фыркнула и отпила вина.
— А ты о чем беседуешь, Зоя. Наверняка у тебя полно кавалеров? — насмешливо поинтересовался Николай.
— Ну, я предпочитаю не разговаривать.
— Ну, а если всё-таки беседуешь? Один мудрец как-то сказал, что история мира вершится за беседами.
— Кто это сказал?
— Я. Только что.
Толя засмеялся. Николай широко улыбнулся.
Женя смотрела на них, как на глупых.
— Ладно... Никаких бесед.
Зоя сделала глоток вина. Кажется, она выпила слишком много.
— Давайте поиграем.
Сафина и Тамара переглянулись. На Равку нападают, Элисса отправилась на битву, а Назяленская хочет поиграть.
— Игра на выпивание.
— Зоя, думаю, ты уже достаточно выпила.
Женя попыталась забрать у подруги бокал, но та отвела его в сторону.
— Нельзя пить во время войны.
— Да ладно вам, мы на грани краха.
Зоя обнажила белые зубки.
— Ладно. Не пейте. Можно и без выпивки. Я придумала отличную игру, пока была на миссии. Условия таковы: я буду угадывать факты о вашем прошлом, а если ошибусь, то буду пить. Я права... — Назяленская раздраженно вздохнула. — Да... Без выпивки не получится.
В этот момент дверь открылась, и в комнату вошел Маркус.
— О, наконец-то!
Николай вскочил на ноги.
Кейн закрыл за собой дверь и подошел ближе.
— Что вы узнали? — вся веселость тут же испарилась с лица короля.
— Это были люди из Будвы и Котора.
Названые города находились недалеко от Керчии и назывались, как независимые соседние островные страны. Так что Керчия здесь совсем не причём. Будва и Котора всегда были врагами Керчии. Так что сомневаться в том, что они заодно с ней, было бы ошибочно.
— Видите, местного восстания можно не опасаться. — Зоя поднялась на ноги. — Нужно лишь волноваться о двух диких морских государств, стоящим за ним.
— Мы уничтожили Дарклинга и подавили множество восстаний, подавим и их, — высказался Толя.
— Если Вторая армия отправится на остров, кто будет защищать Равку? — возразила Зоя, нынешний генерал второй армии.
— Если мы не будем сражаться, как мы сможем их остановить?
— Никак, — ответил Николай. Все взгляды были направлены на него. — Послушаем нашего старого мудреца.
— Беседы? — удивилась Зоя.
Николай кивнул и посмотрел на Маркуса.
— Пташки могут оставить весть государям из Будвы и Котора?
— Конечно. Люди могут быть ненадежны, но пташкам я всегда доверяю.
— Что за пташки? — шепотом спросил Толя у сестры.
Та пожала плечами.
***
Хальмхенд.
Вилфред стоял на коленях в цепях. Его руки упираются об пол. Он смотрит вперед, пока Элисса медленно идет к нему. У нее осанка истинной королевы, руки сложены вдоль тела.
Девушки вроде неё были рождены из шторма. В их душах бьют молнии, а в сердцах гремит гром, в то время, как в костях бушует хаос.
— Я обещаю тебе, самозванка, ты будешь гореть в огне, — подобные ядовитые слова вырывались из рта Вилфреда, пока Элиссе не встала напротив него.
— Поднимите его на ноги.
Двое подчиненных протестантов выполнили приказ.
— Хальмхенд теперь свободен. Этот город больше не принадлежит ни тебе, ни Конунгу.
— И что теперь? Армия нашего истинного Конунга скоро будет здесь.
— Ваш истинный Конунг слишком боится своей дочери, чтобы спешить на помощь к такому жалкому созданию, который встал за спину своих солдат во время битвы.
— Ведьма!
— Это не для меня, Вилфред. Это ради моего народа. За наше право быть свободными от тирании.
— Ты и тебе подобные бросили тень недоверия на колдунов. Из-за них наши народы разобщились. Из-за них Фьерду накрыла волна страха. Из-за них нам пришлось объявить магию вне закона. Ваши действия привели к гибели хороших людей и поставили под угрозу множество жизней.
— Наши действия? Вы убивали гришей столетиями без тени жалости и без права суда.
— И мы поступили бы так снова, пока не умрете все вы!
— Вилфред, — спокойно произнесла Элисса, — лучше умоляй меня о пощаде.
Дрюскелль сплюнул под ноги Брум.
— Признаю, ты был опасен. — Элис подошла еще ближе и наклонилась к его уху. — Я — есть народ. Я — есть шторм. Я — есть восстание.
Эти слова заставили Вилфреда сглотнуть от страха.
Элисса отстранилась и сделала два шага назад.
— Ты отправишься в Ледовый Двор и доставишь моему отцу послание. Передай ему, что та, которую он пытался убить, вернулась. Передай ему, что его дочь вернулась домой.
Брум развернулась и стремительно направилась к выходу.
Внутри этой девушки проснулся зверь, готовый быть жестоким, когда нужно. Способный использовать силу и не бояться её. Готовый убивать. И она выпустила этого зверя.
***
Ос Керво.
Пока Николай и Маркус ждали, корабли монархов из Будвы и Которы уже прибыли в порт. Близнецы были наготове. Зоя оставалась во дворце на случай нападения.
— Ты пригласил в город наших врагов? — спрашивает Толя у короля.
— Да, — ответил Николай, как ни в чем не бывало. — Один мудрец как-то сказал: «Мир заключают с врагами, а не с друзьями».
— Я не заключаю мир с врагами короля, я их убиваю.
— Это военный подход, Толя. — Николай развернулся и направился в главную крепость Ос Керво. — Но сработал ли он, когда уничтожали наш флот? Здесь нужен подход дипломатический.
— Равка уже предлагала мир, но враги всё равно нападают, — произнесла Тамара.
— Будем вести переговоры без иллюзий, но с улыбками на лицах.
Николай показательно улыбнулся.
***
— Вина?
Николай предложил двум пожилым мужчинам по бокалу, но они отказались.
Это были два монарха государств, которых нет на карте мира, одетых в длинные серые сутаны.
— Хорошо. Давайте поступим проще. Чего вы хотите?
— Чтобы ведьма отреклась от равкианского престола. Пусть забирает своих протестантов и уезжает.
Эти слова вызвали у Николая отвращение, но он сдержал свой гнев.
— Королева скоро будет править Фьердой.
— Она может править Фьордой, но мы хотим, чтобы она отреклась от престола сейчас.
— Чем же вам так насолила королева?
— Она — ведьма.
Терпение мужчины из Будвы было на исходе. Николай понимал, что как политик он должен знать все о своих «соседях». В том числе и то, что народ этих двух иностранцев, так же как и фьерданцы, верили в мифы и сказки.
— Господа, послушайте. Люди всегда делились на гришей и обычных людей. Мы собираемся это изменить.
— Она не просто гриша, она ведьма. Много лет назад такая ведьма навлекла проклятие на наши страны.
— Народ её любит. Она не желает никому зла.
Тамара и Толя молились всем Святым, чтобы Николай не вышел из себя, ведь все прекрасно знали, как он любит Элиссу.
— Я предлагаю вам вот что — королева остается там, где она и должна быть, и вы оставляете Равку в покое. Взамен я продам вам моросеи.
Тамара и Толя изумленно уставились на Николая. Того это ничуть не смущало, а вот господа обменялись сомневающимися взглядами. Предложение их очень заинтересовало.
Моросеи — подводные суда собственного изобретения Николая Ланцова. Под водой этот гений инженерной мысли превращался в элегантного и маневренного хищника, плавно скользящего по морским глубинам. Их курс направляли проливные, воздух для экипажа обеспечивали гриши и фильтр, на усовершенствование которого Николай и Давид потратили последние месяцы. Но главная задача заключалась в том, чтобы вооружить эти суда. Но что потом? Неважно, сколько боевых кораблей построят враги Равки. Моросеи способны незаметно перемещаться по всему океану и атаковать, даже не поднимаясь на поверхность. Они полностью изменят картину сражений на море.
В Керчии и в Шухане уже ходили слухи об этих технологиях.
— Я даже устрою вам представление. Лучше предложения не будет. Мы дадим вам время подумать.
Николай вскочил на ноги. Монархи начали совещаться, но при этом настороженно озирались по сторонам, опасаясь ловушки.
Ланцов и близнецы с Маркусом вышли.
— Что вы задумали? — спросил десница королевы.
— Потом. Всё потом.
Когда они вошли в зал, вокруг стояла большая толпа людей и тихо переговаривалась.
— Друзья мои! — воскликнул Николай. Каждая пара глаз тут же уставилась на него.
— Вы встречались с правителями Будвы и Которы? — спросил старый мужчина.
— Да...
— Эти подонки убивали наших братьев и сестер, а вы приглашаете их и распиваете с ними вино.
Этим людям было все равно, что они разговаривают с королем
Николай оглядел большой зал, в котором они находились, и сказал:
— Думаю, что это зал был создан, чтобы правители внушали трепет своим подданным.
Старец переглянулся с остальными.
— Я слышал, что королева сейчас находится в Фьерде с вашей армией. Это открытое объявление войны.
— Мы вас не знаем, — сказал другой мужчина, чуть моложе.
— Не знаете, я понимаю. Полгода — маленький срок, но я обещаю вам, что наша страна в безопасности. Королева скоро вернется. Господа из Будвы и Которы больше не станут нападать после заключения мира.
— Вы заключили мир с убийцами?
— На наших условиях.
— С теми, кто пару дней назад резал нас, как животных? При всем уважении, ваше величество, мы не доверяем этому миру.
— Если есть хоть малейший шанс на мир, мы должны им воспользоваться. Я тоже не доверяю этим людям. Но, как сказал один мудрец: «Мир заключают с врагами, а не с друзьями».