XII
Она стояла посреди просеки. Деревья, небо и пеньки были совсем не такими, какими она их представляла. Серо-красные мощные стволы уходили высоко в бедно-фиолетовое небо. Вместо листьев у них были иглы. Зу вспомнила, как деревенский учитель говорил им про очень ценную породу дерева из огненный земель, из которой местные мастера изготавливали изящную и невероятно дорогую мебель. А потом, поднявшись на чердак за луком, Зу случайно наткнулась на резную детскую кроватку из необычного красного дерева...
"Слишком много воспоминаний на сегодня" , - подумала она и направилась к тракту.
Мужичек был удивлён, получив от бедно одетой девицы три золотых. Но он не считал себя богачом, чтобы отказываться от таких щедрых поднесений, и благотворителем уж точно не был, поэтому махнув странной попутчице на прощание рукой, без промедления поехал дальше.
Город встретил Азуру шумом, пылью и давкой. По широким улицам то и дело проезжали необычные механизмы. В маленьких сидело по двое или по четверо магов. Большие же вмещали в себя до тридцати. Все они подчинялись каким-то таинственным законам, ехали и останавливались в определённом ритме, разгадать который у Зу пока не получалось.
Торговую площадь она нашла без труда, хотя изрядно устала пока дошла. Письменность во всех Королевствах была одинаковая, поэтому вывески были понятны. Единственное, что смущало - это их обилие. Тут и там светились, переливались, исчезли и появлялись надписи и картинки, завлекающие посетителей. К Зу то и дело подбегали вертлявые мальчишки, настойчиво тащившие её в разные лавки и магазинчики. В этом хаосе девушка едва нашла табличку ломбарда, украшенную изысканным вензелями.
Сначала человек за прилавком отнёсся к ней пренебрежительно, но увидев старинные украшения, заюлил, усадил девушку в кресло и предложил чаю. Но Зу легко раскусила его уловки. За её плечами был опыт сельских ярмарок, когда стоит чуть-чуть зазеваться, как останешься и без денег, и без покупок. Уроки Энны, зычно спорившей с плутоватыми торговцами, тоже не прошли даром. Вышла она из ломбарда с сильно потолстевшим заплечным мешком, приятно тяготившим плечи, и сразу завернула в местный банк. Здесь по опечатку ауры она открыла счёт, оставив 6 часть денег на расходы.
Через пару часов она уже шла в лёгком, по местной моде, красном платье с открытыми плечами и воздушной, длинной юбкой; аккуратный туфельках без каблука и изящной сумочкой через плечо. Её непослушные чёрные волосы были завиты, уложены и длинными волнами рассыпались по спине. Остальные покупки ей должны были привезти в номер гостиницы, которую находилась подальше от шумно и дорогого центра.
Главной покупкой Зу, кроме обновок, стали книги. Никаких бульварных романов - в её распоряжении теперь была история и география магической земли, свод законов Королевства огня, самоучитель бытовой огненной магии и много других полезностей.
Какой-то мальчишка на улице сунул ей в руку алый цветок, похожий на лилию. Стоило Зу поднести его к лицу, чтобы услышать аромат, как он вспыхнул и превратился в афишу, сообщавшую о волшебном представлении за городом. Девушка с детства обожала их. Она помнила фокусников из магов земли, которые могли узнавать мысли животных или превращать камень в бабочку. Это было простое колдовство, смешанное с обманом, но Зу все равно нравилось. Тем более в афише сообщалось о танцевальном состязании, а ей как раз хотелось если не потанцевать, то хотя-бы посмотреть.
Он смотрел на танцующую незнакомку и не мог оторваться. И точно не удивился бы, если ему сказали, что разношерстная публика, пять минут назад желавшая его крови, смотрит на неё затаив дыхание. Откуда она взялась, он так и не понял. Появилась вдруг в круге, когда Мелисса лениво, но как всегда грациозно заканчивала свой танец. И вот уже огонёк - необжигающий символ танцевальной эстафеты - в её руках. Он вдруг растекся, разросся, охватив рыжими искрами тонкие руки незнакомки, стройный её стан, вплелся в густые волны чёрных волос. Она сама стала пламенем. Её движения перетекали из одного в другое, то замедляясь, то становясь вихрем. Казалось не девушка подстраивалась под музыку, а музыка вторила её движениям. Красное платье летело за ней, а из под него выглядывали стройные белые ноги. Земля горела под ними, Эрик даже чувствовал жар, но не мог пошевелиться, словно околдованный. Она вновь сделала невероятный пируэт и вдруг оказалась совсем близко к нему. Жёлтые глаза с вертикальным полосками зрачков смотрели призывно. Ему стало страшно и одновременно совсем по-животному захотелось обладать ею. Он вышел в круг. Танец был отрепетирован заранее, но теперь Эрик понимал, что он никуда не годится. Его мать говорила, что ребёнком он начал танцевать в тоже время что и ходить. И правда, танец был его воздухом, его хлебом, его жизнью. Теперь он отдался музыке. Девушка заметила его, пламя вспыхнул ярче, движения стали ещё плавней.
Его танец рассказывал о любви, о горячей, безумной страсти, оставшейся без ответа. Она танцевала о полете, о пламени, которое стремится в небо, забывая о всем земном, о чувстве, прекрасном, возвышенном, всепоглащающем.
Он оказался к ней вплотную. Высокая, лишь на пол головы ниже его. Алые губы пересохли, заветрились, но дыхание ровное, как будто без усилий даются ей все сложные движения. Он протянул ей руку. Взмах ресниц и её рука в его. Пламя, перетекающее на него обжигает, и не будь на нем специального защитного раствора, кто знает, не сгорел бы он здесь дотла. Они продолжают танцевать. Их движения рассказывают о том, как две совершенно разные души сплетаются воедино. Ни одна не хочет покориться другой. Кульминация. Он положил руку ей на талию. Незнакомка будто бы вздрогнула, опустила глаза. Эрик чувствовал, что ещё немного и он упадёт без сил. Огонь под ногами плавил защитные ботинки. Пора завершать. Незнакомка уступила, сдалась. Совершенная тишина оглушила, они стояли, согнувшись в поклоне, кажется, целую вечность. Но тут кто-то робко захлопал. И толпа вокруг пробудилась. Гром оваций, брошенные им цветы, восхищенные лица. Эрик жил ради таких моментов, он питался ими. Притянул девушку к себе и впился пересохшими губами в обжигающие её. Публика взревела. Он был счастлив, девушка казалась растерянной. Первый приз присудили ей, он помог ей подняться на подмостки и водрузил на чёрные, как смоль, локоны корону из огненных лилий. Представление было окончено.
Пока потный Билл своим зычным голосом говорил заключительные слова и приглашал на новое представление, Эрик схватил не успевшую опомниться девушку и потащил её к шатрам.
- Кто ты такая? - спросил он, смотря в потемневшие, испуганные глаза.