мне без тебя тяжело
Алёна съежилась на заднем сиденье такси, словно пытаясь раствориться в обивке. Огни ночного Рима, отражаясь в мокрых от недавнего дождя мостовых, плясали на стеклах, превращаясь в калейдоскоп размытых красок. Но Алёна видела сквозь них лишь один цвет – серый. Цвет безысходности.
Юра. Его имя звучало эхом в каждом римском переулке, мерещилось в каждой улыбке прохожего, в каждом глотке терпкого вина, выпитого в опустевшей кафешке. Он был повсюду и нигде. Мертвый.
Петя сидел рядом, напряженный и молчаливый. Он как мог пытался поддержать её, но слова, казалось, застревали в горле, превращаясь в беспомощное молчание. Он чувствовал себя чужим в её горе, вторгшимся в святилище чужой любви.
Такси остановилось у отеля. Номера "Hotel Amore" казалось издевательским. Любовь. Сейчас это слово было самым горьким на свете.
В номере Алёна рухнула на кровать, зарывшись лицом в подушки. Рыдания вырывались из неё, глухие и отчаянные.
—Хватит, Алёна, пожалуйста, - Петя присел рядом, осторожно тронув её за плечо. —Завтра… завтра я договорился. У меня тут знакомый, психолог. Говорят, он хороший. Может быть, он поможет…
Она не слушала. Сквозь пелену слез Алёне виделось лицо Юры, его смеющиеся глаза, его теплые руки. Он звал её, тянул к себе…
Петя вздохнул, понимая, что сейчас любые слова бесполезны. Он предложил ей принять ванну, надеясь, что теплая вода хоть немного успокоит ее.
В ванной Алёна смотрела на свое отражение в зеркале. Чужие, запавшие глаза, покрасневшее лицо, растрепанные волосы. Она не узнавала себя. Юра любил её красивой, счастливой. А сейчас… Сейчас она была лишь тенью, призраком прошлых дней.
—Успокойся, Алёна,- прошептала она сама себе, но голос дрожал. —Я тебе помогу… Я справлюсь…—Но слова звучали неправдоподобно даже для её собственных ушей.
Алёна не спала почти всю ночь. Она переоделась, вернулась в кровать, прижалась боком к Петру, но тело оставалось скованным и чужим. Юра. Юра. Юра. Его имя стучало в висках, как набат.
Утром Алёна почти ничего не ела. Короткий, натянутый разговор перед поездкой к психологу лишь усилил её тревогу. Она боялась. Боялась, что отпустив Юру, отпустит часть себя. Боялась, что больше никогда не сможет любить.
Офис психолога, доктора Дмитрия Александровича Попова, располагался в старинном здании, утопающем в зелени плюща. В приемной царила тишина, нарушаемая лишь тихим журчанием фонтана. Дмитрий Александрович был известным специалистом, к которому часто обращались русские экспаты, столкнувшиеся с трудностями адаптации и душевными ранами. Его имя передавалось из уст в уста, как надежда на исцеление.
Дмитрий Александрович встретил их с мягкой улыбкой. Его спокойный взгляд излучал тепло и понимание.
—Алёна, присаживайтесь, пожалуйста, - он указал на удобное кресло, обитое мягкой тканью. —Петр, вы можете подождать здесь, или, если хотите, тоже можете остаться.
Петя, чувствуя себя лишним, но не желая оставлять Алёну одну, занял кресло в углу комнаты.
Дмитрий Александрович помолчал несколько секунд, давая Алёне время прийти в себя. Затем, мягким голосом, спросил:
—Алёна, расскажите мне, что вас привело ко мне?"/
Алёна сглотнула, пытаясь справиться с дрожью в голосе.
—Я… Я потеряла Юру, - произнесла она, и слезы снова подступили к глазам. —Он… он погиб. Несчастный случай, его убили.
—Мне очень жаль, - сказал Дмитрий Александрович, его голос был полон сочувствия. —Я понимаю, как вам тяжело. Расскажите мне о Юре. Кем он был для вас?
Алёна начала рассказывать. О Юре, о их любви, о их планах на будущее, которые теперь никогда не осуществятся. Она говорила долго, сбивчиво, захлебываясь слезами. Дмитрий Александрович слушал внимательно, не перебивая, лишь изредка задавая уточняющие вопросы.
—Что вы чувствуете, когда думаете о Юре? - спросил он, когда Алёна немного успокоилась.
—Боль, - прошептала она. —Невыносимую боль. Как будто… как будто часть меня умерла вместе с ним.
-Это совершенно естественно, Алёна, - ответил Дмитрий Александрович. —Вы потеряли очень важного человека в своей жизни. Горе – это сложный и болезненный процесс. Важно дать себе время, чтобы пережить его. Не пытайтесь заглушить свои чувства, не вините себя ни в чем. Просто позвольте себе горевать.
—Но я не могу, - запротестовала Алёна. —Я не могу перестать думать о нем. Он везде. В каждой вещи, в каждом углу этого города. Я просто… схожу с ума.
—Понимаю. Это называется навязчивыми мыслями. Они часто сопровождают горе. Мы можем научиться с ними справляться. Существует множество техник, которые могут помочь вам облегчить боль и постепенно отпустить Юру.
Дмитрий Александрович объяснил ей, что горе – это не линейный процесс, что будут дни, когда боль отступит, и дни, когда она вернется с новой силой. Он предложил ей несколько техник, которые помогут ей справляться с навязчивыми мыслями и эмоциями: ведение дневника, медитация, физические упражнения.
—Самое главное, Алёна, - сказал он, - помнить, что вы не одиноки. Петр рядом, и вы можете рассчитывать на его поддержку. И я, в свою очередь, готов помочь вам пройти через этот трудный период. Не бойтесь обращаться ко мне за помощью, когда вам это необходимо.
Алёна слушала его, надеясь, что его слова помогут ей. Надеясь, что сможет снова почувствовать радость жизни, даже после такой ужасной потери.
Консультация продолжалась почти два часа. В конце Алёна почувствовала себя немного легче. Она понимала, что путь к исцелению будет долгим и трудным, но теперь у нее появилась надежда. Надежда на то, что однажды она сможет отпустить Юру и найти в себе силы жить дальше.
Продолжение следует…