Глава 23. Сборка на грани
Полевые заметки Ардена: "Цепочка держится на мелочах. Один неверный шаг — и нить рвется. Но иногда мелочь — это просто вовремя сказанное слово."
Лаборатория гудела от напряжения, как перед грозой. Арден разложил на столе схемы трех точек — коллектор, мост, вышка — и проверял таймеры, синхронизированные до секунды. Его "баф" чужака выхватывал детали: частоты коллектора дрожали в такт городским перебоям, а вышка издавала слабый резонанс, который он чувствовал почти физически. План "перешнуровки" узла был готов: перенаправить энергию через три точки, сузив канал до тонкой нити, чтобы Крестов не смог его захватить. Но время сжималось — Ковалюк дал всего несколько часов, а Крестов, судя по данным Марты, уже тестировал канал. Арден чувствовал вину за прошлый провал, как эхо команды из Эйрнана, но заставил себя сосредоточиться. "Дыши, Вейр," — шепнул он, повторяя слова Лады.
Северин, с красными от недосыпа глазами, раздавал рации. "Если мы облажаемся, Вейр, я лично запру тебя в серверной." Его голос был грубым, но Арден заметил, как он аккуратно проверил каждый провод. Марта, сидя на краю стола, проговаривала маршрут к мосту: "Охрана там усилена, но я знаю обход." Ее уверенность была заразительной, но Арден видел, как она сжимает телефон, словно ожидая новой угрозы. Лада, проверяя оборудование для вышки, бросила: "Если что, я все еще могу стукнуть эту штуку гаечным ключом." Ее шутка вызвала у Ардена слабую улыбку, но он уловил ее взгляд — теплый, но с тревогой. Она подошла ближе, поправляя его рюкзак, и ее пальцы задержались на его плече. "Ты справишься, алхимик," — тихо сказала она, и это было как искра, заземляющая его хаос. Он кивнул, чувствуя, как ее тепло дает ему точку опоры.
Роли были расписаны: Арден и Северин берут коллектор, чтобы настроить резонанс; Марта следит за мостом, блокируя помехи; Лада на вышке корректирует частоты. Синхронизация зависела от точного времени — 02:47, первое окно, когда узел "дышит". Арден раздал инструкции, его голос был ровным, но внутри он боролся с сомнениями. "Если я ошибся в расчетах..." — начал он, но Лада перебила: "Ты не ошибся. Мы все здесь." Ее рука сжала его локоть, и на миг он позволил себе утонуть в ее взгляде, в этом тихом обещании, что они вместе. Это не было громким признанием, но тепло ее прикосновения было реальнее любых формул.
Команда разошлась по точкам. В коллекторе было сыро, пахло ржавчиной и бетоном. Северин ворчал, подключая датчики: "Твои 'сигнатуры' звучат как бред, Вейр, но я уже в этом по уши." Арден улыбнулся, настраивая частоты. Его разум цеплялся за мелочи: треск рации, ритм шагов, слабый гул города. Но в груди пульсировал страх — Ила, Крестов, узел. Что, если он опять все разрушит? И тогда, на краю пульта, он заметил серебристого мотылька. Его крылья были неподвижны, но присутствие было как сигнал: "Ты на грани, но держишься." Это не было дном, но момент сомнения был близок. Арден выдохнул, проверил таймер — 02:43. Четыре минуты.
По рации раздался голос Лады: "Вышка на связи. Готова колдовать, алхимик." Ее ирония разрядила напряжение, и Арден ответил: "Без гаечного ключа, прошу." Марта доложила с моста: "Чисто, но что-то мне не нравится. Будьте начеку." Северин буркнул: "Если это сработает, я съем свой отчет." Арден сжал рацию, чувствуя, как их союз, шаткий, но живой, держит его. Нить была тонкой, но прочной.
Интерлюдия: Ковалюк. Он стоял у окна кабинета, глядя на ночной Киев. "Вейр и его команда — либо гении, либо катастрофа. Но если они провалятся, я закрою этот узел. Навсегда." Его кулак сжал подоконник, оставляя вмятину.