Глава 22. Нити и таймеры
Полевые заметки Ардена: "Узел — это не магия, а механика. Натяни нить в нужный момент, и мир не развалится. Промахнись — и все пропало."
Арден сидел за лабораторным столом, окруженный распечатками и экраном с графиками частот. Его пальцы бегали по клавиатуре, выстраивая новую схему: перешнуровать узел, перенаправив сигналы через три точки города — коллектор, мост, вышка. Провал на вышке показал, что Крестов играет не по их правилам, но Арден уловил закономерность: узел реагировал на точные временные окна, как алхимический ритуал, зависящий от звездного часа. Его "баф" чужака работал на пределе, выхватывая совпадения из хаоса: помехи в коллекторе совпадали с городскими сбоями, а "зеркальный шум" Илы усиливался в определенные минуты. Он чувствовал, что близок к разгадке, но страх ошибиться сдавливал виски. "Не могу опять подвести," — шептал он, глядя на резервуар с водой, где отражение дрожало, но Ила молчала.
Северин ворвался в лабораторию, размахивая отчетом. "Ковалюк дал нам 24 часа, Вейр. Потом он запечатает узел, и плевать на твои теории." Его голос был резким, но Арден заметил, как он нервно теребит рукав. Марта, сидя у окна, листала записи, ее взгляд был острым, как лезвие. "Крестов знает про коллектор. Если мы не успеем, он перехватит канал." Арден кивнул, не отрываясь от расчетов. Его план был прост в теории: синхронизировать три точки, перенаправить энергию узла, сделать его "тонким" — пригодным только для сигналов, а не для вторжения. Но в практике это означало идеальную точность: таймеры, радиосвязь, и никаких ошибок.
Лада вошла с коробкой кофе и проводов. "Ты выглядишь, как будто изобретаешь машину времени, а не чистишь сигнал," — бросила она, ставя чашку перед ним. Ее ирония была как глоток воздуха, но Арден уловил ее беспокойство. Она присела рядом, ее колено слегка коснулось его, и этот мимолетный контакт напомнил ему о реальности. "Если я ошибусь, Лада..." — начал он, но она перебила: "Ты не ошибешься. Ты же алхимик, помнишь?" Ее рука накрыла его ладонь, и на секунду он позволил себе задержаться в этом тепле, чувствуя, как ее близость заглушает шум в голове. "Тогда держи рацию," — сказал он, слабо улыбнувшись, и она фыркнула: "Только не называй ее 'эхо-маяком'."
План требовал разделения: Арден и Северин берут коллектор, Марта — мост, Лада — вышку. Временные окна — 15 минут каждые три часа, когда узел "дышит". Арден раздал схемы, объясняя: "Мы перенаправляем сигнал через резонансные частоты. Это не магия, это физика. Но если не синхронизируемся, Крестов получит полный доступ." Северин буркнул: "Твоя физика звучит как колдовство, Вейр." Марта только кивнула, уже набирая кого-то из своих контактов, чтобы проверить периметр моста. Лада, проверяя рацию, добавила: "Если что, я просто ударю вышку гаечным ключом. Это по-нашему." Ее шутка разрядила воздух, и Арден почувствовал, как их хрупкий союз крепнет.
Но внутри него бурлил страх: Ила, Крестов, пострадавшие техники — все висело на тонкой нити. Он проверил таймер на запястье, синхронизированный с городскими часами. В этот момент он заметил серебристого мотылька на краю монитора. Его крылья едва шевелились, но присутствие было как сигнал: "Ты на грани, но не сдавайся." Это не было его дном, но близость провала отражала его старую вину. Он глубоко вдохнул, сжал кулак и вернулся к схемам. Нить держала.
Интерлюдия: Крестов. Он стоял в пустом офисе, глядя на экран с данными узла. "Вейр думает, что он может перехитрить меня. Но узел — это не его игрушка. Это мое." Его пальцы постучали по столу, холодные, как сталь. "Продление ждет."