Время [Закрыто]

Он бежал по лесу с луком в руке. Колчан за спиной туго обжимал ремнём его тело. Эту тропу он знал настолько хорошо, что бежал по ней так быстро, как никто другой не пробежал бы. Он спрыгнул с небольшого обрыва, в воздухе прострелив отмеченную на дереве мишень, сгруппировался, сделал кувырок и побежал дальше. Обычная тренировка, если бы это был не сон. Тропа стала длинным, бесконечным путём, окружённым хвойным лесом. Он бежал по ней, подозревающий что-то неладное, как вдруг услышал крик зовущей его по имени девушки впереди. Он увидел электрический стул, стоявший в полуметре от тропы, на котором сидела Катя. Никита хотел остановится, но его тело не слушалось, и он промчался мимо. Обернувшись, он увидел, как Катя задрожала в конвульсиях и исчезла. Свист ветра нарастал в ушах. Он двигался нереально быстро. Вот впереди показался темнокожий лысый мужчина, Ричард. Он стоял рядом с тропой и говорил что-то. Ричард был метрах в ста от Никиты и тихо шептал себе под нос, но эти слова эхом отдались в голове Никиты. «Всё не случайно... Вот уже тысячу лет... Найди его... Он в беде...», — обрывками доносилось до Никиты. Он пролетел мимо смотрящего ему в глаза Ричарда. Никита вгляделся в даль и увидел, как лучник в капюшоне и чёрном одеянии стоял на пути и целился в него, а рядом с ним лежал трактирщик Мердок, потерявший сознание. В его плече торчала стрела с пепельно-чёрным оперением, а из раны шла кровь. Никита поднял лук, достал стрелу и выстрелил в лучника. Как только он добежал до Мердока и мёртвого стрелка, сон изменился: Никита бежал по равнине в сторону густого леса. Он был одет в чёрную одежду убитого лучника, а его голову покрывал капюшон. Никита увидел Пашу. Он постоял на опушке и, помахав Никите рукой, ушёл вглубь леса. «Нет! Стой!» — кричал ему вслед Никита. И вот уже хруст сухих ветвей под ногами донёсся до его ушей, как он проснулся. Капли холодного пота стекали по его лбу.

Светало. Солнце ещё не взошло, а чистое безоблачное небо окрасилось в бледно-розовый цвет, предвещая хорошую погоду. Никита привстал на кровати, вытер вспотевший лоб рукавом, и потянулся. Было ещё слишком рано, но он знал, что уже через час-полтора Мердок будет стоять за своей любимой стойкой. Никита принял упор лёжа, размялся, почувствовал прилив сил, и сел завтракать. После походного завтрака он собрал вещевой мешок, который не был заполнен даже на треть, повесил его за спину, и запер за собой дверь на замок. Ключ, как и просил Мердок, он спрятал в щель между брёвнами в стене. Никита спустился по лестнице, окинул взглядом пустой зал трактира, надел капюшон, и ушёл через чёрный ход, который Мердок оставил для него открытым.

Утренний воздух был свеж и прохладен. Именно в такое время легче всего отправляться в путь. Город ещё спал, хотя крестьяне уже давно работали в полях. Лишь пару человек Никита встретил на своём пути, но даже они не обращали внимания на ведьмака в такой ранний час. Он спокойно дошёл до конюшен, которые находились у черты города. Он зашёл внутрь и сразу услышал своего жеребца. Вороной конь ждал своего хозяина. Никита подошёл к нему: чёрный мерин склонил голову перед хозяином, и Никита погладил его по морде. Его волосы блестели на солнце, пробившемся из-за горизонта.

— Когда я подарил вам Велеса, он был ещё совсем молодым жеребцом. — сказал владелец конюшни, высунув голову из соседнего загона. — А теперь посмотрите: сильный, быстрый, взрослый, одним словом — красавец!

— Я вам сердечно благодарен за него. — ответил Никита. — Велес стал мне не питомцем, а другом.

— Да, — задумчиво сказал коневод, — поистине великое имя для великого жеребца. Я слышал вашу речь вчера и взял на себя подготовку вашего верного спутника к отъезду. Как видите, в полной готовности: сыт, напоен, снаряжён.

— Благодарю за помощь. — ответил Никита, вручив коневоду пару медяков.

— Я вам жизнью обязан, милсдарь ведьмак. Это наименьшее, что я мог для вас сделать. Помните, что в моих конюшнях вам и Велесу всегда рады.

Ведьмак склонил голову в знак уважения, вывел вороного мерина из загона и оседлал.

— Удачи вам, милсдарь ведьмак. Пусть Ферот озарит ваш путь. — сказал последние напутствия коневод.

Никита выехал за городские ворота и дал Велесу разгуляться. Жители города принялись за работу, но стены Йевена уже были далеко. Чёрный мерин умчал ведьмака вдаль, к Фероту, самой яркой звезде на небе, которая даже днём направляет путников на юг, к реке Мефрене.