Поль Мартин
Поль родился и вырос на карликовой планете Шахтёрская, где добывались ценные редкие минералы, необходимые для строительства космических кораблей и телепортов. Здесь же производились некоторые важные узлы для этого. Отсюда совершались полёты на соседние астероиды и планеты для добычи ископаемых.
Шахтёрская могла бы послужить образцом, как карликовая планета стала пригодной для жизни при помощи технологий. После Катастрофы её жителям пришлось перейти на полное самообеспечение.
Ситуация с ресурсами ухудшилась, когда на Шахтёрскую случайно наткнулся терпящий бедствие пассажирский космический корабль. На нём спасались люди с погибшей планеты соседней солнечной системы, преимущественно женщины и дети. Поскольку на Шахтёрской добывались стратегические ресурсы, её координат не было на общих картах, и корабль с беженцами наткнулся на неё совершенно случайно. Конечно же жители планеты, многие из которых лишились связи со своими семьями, приютили их у себя.
После многих лет отсутствия контактов с другими системами было решено переделать имеющиеся корабли в полноценные разведчики, чтобы восстановить прерванные связи. Первый корабль исчез где-то в космосе, но работы не остановились. На протяжении сотен лет было построено ещё несколько разведчиков. Из них вернулась только половина, не найдя ничего. Когда ситуация с водой и едой стала совсем тяжёлой, последний космический корабль-разведчик "Шанс" решено было оснастить оборудованием для коротких телепортационных прыжков, хоть это и считалось большим риском. На него возлагались огромные надежды, ибо больше надеяться было не на что.
Единственным пилотом «Шанса» был астронавт и геологоразведчик Поль Мартин. Прыжок должен был доставить его поближе к заселенной системе Каро, где было развито сельское хозяйство, но, сверившись с картой, он понял, что находится недалеко от Баст (система Ра). Тогда он направился к ней.
Рассматривая старинные туристические рекламные буклеты, Поль думал, что это тоже неплохой вариант. Полностью пригодная для проживания планета, освоенная кошками и людьми. Отличные климатические условия, просто рай для туристов, рыбные ресторанчики, бассейны и пляжи, кошачий массаж с когтеукалыванием.
«Главное, чтобы на Баст всё было хорошо», — твердил про себя Поль, пока не наткнулся на область из космических обломков и пыли. Его охватило отчаяние. Он никак не решался лететь через нее, но вернуться назад ни с чем не было выше его сил. Поль полетел вдоль этой области, пока не поймал сигнал с Баст. В ответ он отправил сигнал SOS и попросил посадку. Ему прислали координаты Баст и космодрома в Рыбограде.
Силовое защитное поле истощилось наполовину, когда Поль прошел через область обломков и достиг орбиты. Этот путь занял две недели. Две самые тяжёлые недели в его жизни. «Действительно похож на кошку», — прошептал сам себе астронавт, когда увидел главную материк Баст.
После разрешения на посадку он приземлился и теперь с замершим сердцем стоял перед люком выхода. Затем Поль вышел и стал спускаться по трапу. Он вдыхал чистый воздух Баст и от переизбытка кислорода у него кружилась голова.
К нему подошла встречающая делегация из пяти котов, двое из которых были репортёрами. Пожилой полосатый кот держал плакат с надписью «Добро пожаловать на Баст!». Он представился Тео, профессором радиоэлектроники и астрономии, смотрителем и директором обсерватории. Второй кот, врач-антрополог Шипун, держал поднос с молочной кашей и каким-то напитком. Третий кот-толстяк, рыжий Феликс, оказался мэром Рыбограда. Он сказал короткую торжественную речь, предварительно вручив астронавту автоматический переводчик. Поль понял, что люди покинули Баст и он является единственным человеком на этой планете. «Только оркестра не хватает», — подумал Поль. Тут приветственная речь закончилась, и трое котов замурчали в унисон.
В этом урчании было нечто приветственное, успокаивающее и радостно-предвкушающее. Под эти звуки нервное напряжение, не покидавшее астронавта последнее время, отпустило его. Словно внутри распрямилась какая-то сжатая пружина. На душе у Поля стало спокойно и расслаблено. Тут сказались усталость и недоедание последних недель, и астронавт потерял сознание.
Он очнулся в медпункте космодрома через пару часов. За окном уже стемнело и появились звёзды. Когда он был без сознания, провели его диагностику и не обнаружили в его здоровье никаких отклонений, кроме небольшого физического и нервного истощения. Ему сделали укрепляющую инъекцию и накормили. Шипун сказал, что с Полем всё в порядке и собрался уходить. Профессор Тео предложил человеку перейти в апартаменты единственной в Рыбограде гостиницы, где сохранились номера для людей. Их любезно предоставил мэр города, который вынужденно покинул их компанию по служебным надобностям. «Пожрать, наверное, пошёл», — прошипел про мэра Шипун и вышел. На самом деле он ошибался, так как Феликс ушёл набираться сил перед предстоящим новым днём, то есть спать.
Гостиница находилась недалеко от космодрома, и профессор предложил пройтись до неё пешком. Поль согласился.
Астронавт в сопровождении профессора неспеша шёл по улицам Рыбограда и смотрел во все глаза. Компактные двух-трёхэтажные домики с небольшими садиками, парки и скверы, многочисленные магазинчики и ресторанчики. Ему казалось, что он попал в волшебную страну. В неярком ночном освещении иногда замечались прогуливающиеся кошачьи парочки или торопились куда-то коты на антигравах. Недавно прошёл дождь и местами были лужи. В воздухе витали ароматы цветов, зелени и озона.
Тут из-за ограды очередного коттеджа послышались аккорды гитары и раздались истошные кошачьи вопли, которые, к изумлению Поля, переводчик стал переводить как романтичную песню. Не сдержав своего любопытства, человек подошёл к забору, который был ему всего лишь по грудь. Во дворе под фонарём стоял оживший персонаж древних детских сказок Земли. Кот в резиновых сапогах пожарного цвета, широкополой шляпе с большим ярким пером и коротком плаще самозабвенно орал песню (пением это назвать было сложно) и перебирал струны гитары. Полю захотелось заткнуть себе уши или уйти отсюда побыстрее. Астронавт скосил глаза на профессора, но пожилой кот уже давно закрыл свои ушки лапами и терпеливо ждал, когда человек двинется дальше. И только кошечка, которой пелась песня, стояла на балконе, осторожно прижимая к сердцу букет красивых алых роз. Она поощрительно-загадочно улыбалась. Казалось, что она слышит в этих неблагозвучных звуках нечто ведомое только ей. Это была единственная парочка, которая не смотрела на астронавта во все глаза.
В гостинице к ним подошёл портье и стал показывать ему номер люкс. Кот-портье много говорил об удобствах номера и как ими пользоваться, не сводя глаз с человека.
— Всё ли вас устраивает? — спросил портье в конце. — Может быть предложить вам другой номер?
Поль заверил его, что всё великолепно. Ещё бы! Он никогда не видел такой роскоши. Красивая мебель, бар, видеовизор, личная ванная со всеми возможными удобствами. На кровати можно было уложить пять человек. Астронавта очень клонило в сон. Поэтому он быстро принял душ, разделся и лег спать. «Если бы тут была Мадлен!» — с грустью подумал он о оставшейся на планете Шахтёрской возлюбленной и буквально провалился в сон.