Наследие#Chance2018

Шли недели, и я всё лучше и лучше управлялась с ранее такой громоздкой и неудобной кеноа. Удовлетворенный моими успехами, Джеймс начал учить меня метать различные ножи и управляться с ними в близком бою. Правда, я лишь медленно повторяла за Джеймсом приемы, не вступая в спарринг с оружием. Мне не хотелось ранить атланта, да и он опасался причинить мне вред, не рассчитав свою силу – после нашей последней импровизированной схватки все тело еще долго болело, а синяки не сошли до сих пор, что заставляло меня кривить губы каждый раз, когда во время упражнений я их ненароком задевала. Всё-таки, какой бы быстрой и ловкой я не стала благодаря изнуряющим тренировкам, Джеймс всегда будет сильнее.

Когда мы зашли в тренировочный комплекс, к которому я успела привыкнуть за несколько недель, то уверенно направилась к уже знакомому коридору, однако Джеймс мягко словил меня за плечи, разворачивая лицом к себе.

- Но-но-но, Сьюзан, сегодня мы идем в другое место.

Я нахмурилась и скрестила руки на груди.

- В какое еще место?

Я смотрелась довольно комично в таком виде, если учитывать ещё розовый спортивный костюм, потертые черные кроссовки, старую, явно большую мне размера на два-три куртку и такой же огромный походный рюкзак, а также полный беспорядок на голове. Такое ощущение, будто я украла вещи у старшего брата, только вот такового у меня нет - Джеймс просто приволок мне всё это и сказал носить. Особого выбора у меня не было, так что теперь я была похожа на гламурного бомжа.

- Всё увидишь, не спеши, - пожурил меня Джеймс и, по привычке засунув руки в карманы, пошел первым, указывая дороге. Мне ничего не оставалось кроме как хмыкнуть, пожать плечами и безмолвно последовать за атлантом. После того, как мы прошествовали по целой дюжине коридоров, спускались и поднимались по лестницам, а я успела порядком устать от этого блуждания, Джеймс наконец-то остановился у двери с надписью какими-то иероглифами. Я без особого труда прочла "Тренировочный зал. Огнестрельное оружие. Уровень В", - гласила табличка.

- Я буду стрелять в тебя? – как бы невзначай поинтересовалась я, взглянув на атланта. Он смерил меня спокойным взглядом, но в глубине золотых радужек я увидела немой вопрос и толику удивления. Затем, поняв, что, по сути, я не должна знать язык, надпись на котором я только что прочитала, поспешно добавила:

- Или, может, я буду бить тебя чем-то получше кеноа? Хотя, пристрелить тебя не такая уж и плохая идея.

- Только попробуй, - настороженно прищурился парень и пригрозил мне пальцем, открывая дверь и не спуская с меня проницательного взгляда янтарных глаз.

- Ладно, ладно, не в это раз, - я примирительно подняла руки и вошла в тренировочный зал. Черная плитка на полу – стены серые, а на потолке такие же маленькие, но яркие лампы, ка и в прошлом зале, где я тренировалась. Но здесь нет зеркала. Рядом со стеной, что параллельна двери, расставлены мишени – силуэты людей. Все мишени находятся на разных расстояниях и на каждой из них отмечены линиями лучшие точки поражения человека. По обе стороны от дверей возвышаются стойки с автоматами и пистолетами, а на стене слева на небольших металлических крюках висят металлические алебарды разных размеров.

- Серьезно? – не сдержав укора в голосе, я указываю на них. – Это же Средневековье! Я-то думала, что технологии атлантов ушли далеко вперед.

- Я бы не делал поспешных выводов, - покачал головой Джеймс и легко снял одну из крупных алебард черного цвета. Она блестела в свете маленьких лампочек так, будто была покрыта смолой. Джеймс стал около красной линии, обозначающей место, где стоит стрелок, прицелился и длинная стрела с черным оперением просвистела в воздухе, вонзаясь в деревянный макет человека. Мишень напротив, как по щелчку пальцев, вспыхнула синим пламенем и чуть ли не мгновенно превратилась в кучку пепла.

- Ого! – я даже присвистнула от удивления и едва скрываемого восхищения. – Но разве не удобнее использовать пистолет?

- И пистолет, и алебарду нужно постоянно перезаряжать, а прицел лучше у алебарды. Поэтому, в некоторых случаях удобнее использовать именно оружие из Средневековья.

Я усмехнулась, припоминая любимую поговорку Джессики:

- Всё новое – хорошо забытое старое?

- Да, - сдержанно кивнул атлант и вернул средневековое оружие на место.

После такого огненного шоу мне тоже захотелось почувствовать в руках вес древнего оружия и выпустить пару-тройку смертоносных стрел.

- А ты...это...будешь меня учить стрелять с алебарды или с пистолета?

- С чего захочешь, - хмыкнул Джеймс, обводя рукой весь арсенал огнестрельного оружия.

От взгляда на такое огромное количество пистолетов, автоматов и прочих смертоносных штук я тяжело сглотнула. В животе зашевелился склизкий комок страха, разбуженный воспоминаниями о смертях и свистящих пулях среди огня.

- Давай начинать с самого простого, хорошо?

- Тогда держи вот это, - Джеймс протянул мне небольшой и простенький на вид пистолет. Я взяла его в руки, отвела правую ногу назад и попыталась принять как можно более грозный вид, пародируя знаменитых американских ковбоев. Атлант испустил шумный вздох и закрыл лицо рукой. На меня снова нахлынуло привычное настроение крайней раздражительности:

- Ну ты может быть покажешь, как правильно держать пистолет и стрелять вместо того, чтобы стоять и томно вздыхать в сторонке?

Джеймс взял в руки такое же оружие, как и у меня и, с завидной легкостью перекидывая пистолет из руки в руку, как жонглер, подошел ко мне.

- Смотри внимательно, один раз показываю: берешь пистолет вот так, обеими руками...Нет, не сжимай его как утопающий – спасательный круг! – выкрикнул атлант, качая головой. – Аккуратно держишь, но крепко. Не расставляй ноги так широко! Ты не на шпагат садишься!

Я сцепила зубы, чтобы случайно не сболтнуть лишнего. Вместо адекватных поучительных замечаний Джеймс как обычно насмехался надо мной, да еще и таким тоном, будто он объясняет, что и как делать нерадивому и глупому ребенку. Мне очень хотелось упрекнуть парня в ответ, но так я бы только показала, что его замечания меня задевают и вызвала бы новую волну насмешек, так что пришлось прикусить язык и подождать подходящего времени, чтобы вдоволь покритиковать самого Джеймса.

Бросив взгляд на меня, атлант вновь вздохнул с нескрываемой досадой, показал мне правильную стойку и недовольно покачал головой, глядя на мои попытки.

- Тебя не сдует ветром, Сьюзан! Ну нужно ставить ноги так!

- Ну мало ли, - пробурчала я в ответ и пожала плечами, но всё же выполнила указание атланта.

После этого парень показывал мне, как доставать и заполнять магазин пистолета, но получалось у меня не очень хорошо – пальцы дрожали, а патроны то и дело падали на пол. Каждый раз, стоило очередному патрону гулко звякнуть о плитку, скулы Джеймса напрягались, и он едва сдерживал себя, чтобы не отобрать с моих слабых рук пистолет. Его можно было понять – атлант всю жизнь провозился с оружием, знал ему цену и уважал его. Когда, наконец, я научилась более-менее быстро заряжать оружие (попытки эдак с тридцать восьмой, и притом ужасно злая предыдущими неудачами), Джеймс устало кивнул и пригласил меня кивком к красной линии напротив мишеней. Я знала, что это была всего лишь краска, но тело все равно передернуло, когда я носком кроссовка зацепила нарисованную полосу – на ум приходили только ассоциации с кровью. Для начала Джемс выбрал самую близкую из мишеней, но, судя по его перекошенному лицу и поджатым губам, которые превратились в тонкую полоску, атлант не особо верил, что я попаду даже туда. Первым стрелял Джеймс, показывая пример: он прицелился, нажал на курок и с легкостью попал в центр. Казалось, пистолет был гармоничным продолжением его руки, и атлант сумел направить пулю силой мысли, вовсе не нажимая на курок.

- Давай, - он кивнул в сторону моей мишени. – Хорошо прицелься и стреляй. Не торопись.

Я встала в стойку и приготовилась, но атлант недовольно цокнул языком и после этого я услышала его мягкие приближающиеся шаги.

- Расслабься, Сьюзан. Это не экзамен, - голос Джеймса прозвучал над моим ухом, заставив меня вздрогнуть, и атлант встал за моей спиной. Он был так близко всего несколько раз, когда Джеймсу приходилось тащить меня в полубессознательном состоянии на руках.

- Ладони вот так, - сказал он, передвигая мои руки, мозолистые пальцы аккуратно касались кожи, - а ноги – так. Ладони атланта легли на мои, сжимающие пистолет - сердце понеслось галопом, грозясь пробить грудную клетку, а дыхание против воли стало резким и прерывистым. Я судорожно вдыхала воздух и не до конца выдыхала – все движения казались неправильными и до смешного нелепыми. Каждое касание Джеймса обжигало меня – и пальцы, которые так удобно накрыли мои, и его широкая грудь, которая прикасалась к моей спине, и его руки рядом с моими. Я чувствовала себя такой беззащитной и неуклюжей – хотелось сжаться в маленький комочек от стыда и смущения, которые покрыли моё лицо краской. Я прицелилась и, не глядя, выстрелила, но пуля отрикошетила от стены рядом с мишенью.

- Нежнее, - почти промурлыкал мне на ухо Джеймс, что заставило волну тепла прокатиться по позвоночнику. – Представь полет этой пули и то место, куда она должна попасть.

Он прижался щекой к моей щеке, и мы вместе нажали на курок. Прогремел выстрел. Я взглянула на мишень и едва не запрыгала от радости: почти рядом с самым центром, отмеченным синей точкой, была свежая дыра от пули.

- Вот видишь, совсем несложно, - с улыбкой сказал Джеймс, отстраняясь. – Теперь попробуй сама.

Тепло ушло вместе с атлантом, оставив меня на несколько секунд в оцепенении. Что это было – способности атланта, которые то и дело рвутся на волю или сладкое пьянящее чувство, на миг захватившее мой разум?

Опомнившись, я сосредоточенно кивнула, крепко сжала в ладонях пистолет, унимая дрожь, прицелилась, положила палец на курок и...замерла. В нос мне ударил тяжелый, сладкий, дурманящий запах. Я замерла, отпрянув от барьера и судорожно оглядываясь вокруг в поисках источника, одновременно пытаясь вспомнить, что это такое и почему странный запах так мне знаком, как вдруг внезапная догадка поразила меня. Лаванда.

Любимые цветы моей матери.

Чертова лаванда забивалась в нос, легкие, сжимала горло, из-за чего я закашлялась.

В ушах зашумела кровь и взрывы, выстрелы, крики раненых в тот день, как убили Джессику. Я слышала безутешные рыдания моей тети в тот злосчастный день, когда в один миг погибли мои родители и младшая сестра. Я взглянула на оружие и поняла, что именно его пули убили Джессику на моих глазах.

Мои руки затряслись, металл пистолета вдруг стал горячим и обжег мне ладони. С вскриком выронила оружие, дрожа всем телом и прижимая ладони к груди, которая разрывалась от боли, что я сдерживала так долго. К горлу подкатил тяжелый ком.

Я слышала последний крик Джес, когда её жизнь оборвалась, чувствовала острый запах жженых тел, земли, бурого дыма и крови. Кровь была повсюду и...лаванда. Её липкий сладкий запах окутывал меня со всех сторон, так что я попятилась, закрывая уши руками. Я больше не могу слышать эти автоматные очереди, пистолетные залпы, стоны раненых. Я упала на колени, дрожа всем телом и сжимаясь в тугой комок в надежде просто раствориться в океане собственных ужаса и горя, исчезнуть. Ожившая боль рвала грудную клетку своими кривыми когтями, забиралась под кожу, и уничтожала меня изнутри, заставляя вопить и царапать ногтями гладкую черную плитку, похожую на черный мрамор могильного камня. Сквозь пелену беспросветной тьмы, словно издалека я услышала знакомый голос, который беспрестанно повторял моё имя.

- Сьюзан! – закричал Джеймс, падая на колени рядом со мной. Он схватил меня за руки и рванул на себя, игнорируя мои попытки вырваться. – Сьюзан, очнись!

Я ударяла Джеймса снова и снова, стараясь оттолкнуть прочь – от страха и накатившей боли все в голове смешалось – реальность и воспоминания поменялись местами, а сознание то и дело бросало меня обратно в грозовую ночь или на поле боя, густо усыпанное телами, на липкую от луж крови траву.

Атлант, немного поколебавшись, крепко обнял меня. Вокруг словно выросла стена, выталкивая меня обратно в явь, а я плакала у него на плече, содрогаясь всем телом и судорожно вдыхая воздух через стиснутые зубы. Джеймс был рядом, успокаивая меня. Атлант лишь гладил меня по спине и без лишних слов или неуместных вопросов дал выплакаться. Когда я наконец успокоилась, парень отстранился, встал и подал мне руку, помогая подняться на слабые после моей истерики ноги.

- Легче? – спросил Джеймс, отпуская мою руку. Я уловила в его голосе беспокойство. Хотя, как тут не будешь переживать, когда внезапно у молчаливой и язвительной девочки случается приступ истерики, и она бьется в рыданиях на полу, при этом ещё и задыхаясь?

Я кивнула и вытерла рукавом остатки слёз. Наверняка, моё лицо сейчас было безобразное: красное, с опухшими щеками и веками. Тихий ужас.

- Что тебя так напугало? – требовательно произнес атлант, вглядываясь в моё лицо и, вероятно, пытаясь найти причину моей неожиданной перемены настроения. - Ты приготовилась стрелять, потом задрожала, уронила пистолет, закрыла руками уши, упала, начала захлебываться слезами и орать. Что же такого случилось?

Уши и щеки начали гореть – я не знала, куда деться от стыда. В рассказе со стороны Джеймса моя перемена настроения выглядела так, будто я по щелчку пальца – раз! – и сошла с ума. Не хватало еще пены изо рта для полноты картины. Несмотря на то, что переживания отступили, а воспоминания я спрятала обратно в самый дальний уголок души, перед этим плотно заперев и проверила замок – дышать до сих пор было трудно.

Тяжелый запах лаванды всё еще был здесь. Я оглянулась в поисках источника: маленьких фиолетовых цветочков - на вид таких безобидных – и заметила небольшую вазу с лавандой на стойке с автоматами. Как я не увидела их раньше? Проклятые, гадкие цветы. Я рванулась вперед мимо Джеймса, схватила вазу и со всей силы швырнула её о пол, выплескивая всю свою накопившуюся ярость и боль. Атлант слишком неуверенно пытался меня остановить - он был слишком удивлен моим сегодняшним поведением, чтобы успеть до того, как красивая красная ваза с золотистыми узорами с оглушительным звоном не превратилась в груду мерцающих осколков среди разлитой воды и фиолетовых цветочков. По черной плитке под ногами поползли трещины в том месте, где разбилась ваза.

- Тебе ваза не понравилась? – озадачено произнес Джеймс, указывая пальцем на все, что осталось от красивого сосуда. Я покачала головой и указала на растение среди осколков.

- Лаванда, - тихо пробормотала я. – Ненавижу грёбаную лаванду.

- А лаванда-то что тебе сделала? – недоуменно нахмурившись, поинтересовался атлант. Я кинула на него такой гневный взгляд, что тот лишь поднял руки и примирительно произнес:

- Ладно, ладно, я понял, что лучше не спрашивать. Только, давай, ты будешь предупреждать меня о том, что тебе не нравится, прежде, чем впадать в неконтролируемую истерику и разбивать вещи вокруг?

- Только если я буду разбивать эти вещи о тебя, - фыркнула я, пытаясь избавиться от гнетущего голоса совести, который не переставал корить меня за содеянное сегодня под действием эмоций.

- Идет, - Джеймс протянул мне руку, а я лишь непонимающе уставилась на мозолистую ладонь, раскрытую в доверительном жесте.

- Ты должна пожать мне руку, Сьюзан. Не тормози, - атлант театрально закатил глаза.

- Не дождешься, - я скорчила гримасу и показала Джеймсу язык. Мне всё ещё было стыдно за внезапный приступ панической атаки, а точнее, за то, что Джеймс увидел это. Увидел, насколько я слабая и разбитая. Господи, сколько ещё раз я буду срываться? Сначала истерики, чередующиеся с периодами абсолютной апатии ко всему вокруг, кошмары каждую ночь, из-за которых я просыпаюсь от собственных криков и в холодном поту; двойники в зеркалах, благодаря которым я разбила руки в кровь, теперь панические атаки, которых не было уже целую вечность, что я вовсе и забыла об их существовании в моей жизни. Что дальше? Буду с пеной у рта и безумными глазами бросаться на каждого встречного? Очевидно, что я схожу с ума. Мои размышления прервало настойчивое покашливание Джеймса.

- Ты долго будешь стоять и пялиться в одну точку? Может, продолжим тренировку? – он замялся, вспоминая недавний приступ паники. – Или, ты не хочешь?

Я гордо вскинула голову. Как бы там стыдно и плохо мне ни было, опускаться ещё ниже после увиденной Джеймсом моей слабости я не собиралась.

- Всё в порядке, - я повторила фразу, которая уже изрядно успела мне надоесть за последнее время, взяла в руки брошенный ранее пистолет и подошла к нетронутым мишеням. – Продолжаем.

***

Спустя час Джеймс наконец-то перестал мучить меня стрельбой из пистолета. Мы покинули здание, парень кивнул на прощание стражам, а я лишь надвинула капюшон чуть ли не по самый нос и прибавила шагу, чтобы как можно быстрее пройти мимо угрожающих атлантов. Несмотря на отливающие серебристым линзы, которые Джеймс заставил меня носить, дабы я была похожа на настоящую атланту, мне всё равно было не по себе каждый раз, когда я проходила мимо молчаливых, вооруженных до зубов и застывших, словно статуи, стражей. Казалось, их взгляды каждый раз буравят мою спину, а каждая моя клетка вопила: "Лгунья! Предательница! Человек!".

Я немного оторвалась от атланта, так что тому пришлось догонять меня.

- Тебе стоит хотя бы не натягивать так сильно капюшон, - пожурил меня Джеймс. – Иначе, рано или поздно они догадаются о нашем маленьком секрете, несмотря на то, что пока что у меня получается заговорить им зубы, утверждая, что ты стеснительный социофоб.

- Не могу поспорить с твоими последними словами.

Какое-то время мы шли в полной тишине. Время было уже довольно позднее, на улице сильно похолодало, и моя легкая куртка не могла защитить меня от порывов жестокого холодного ветра – март даже не пытался сжалиться над природой, успешно притворяясь декабрем. Я сжалась, стараясь сохранить тепло, что не укрылось от внимания Джеймса.

- Замерзла? – невозмутимо спросил тот и, не дождавшись ответа, без лишних слов снял свою куртку, накинув её мне на плечи. Атлант не обратил ни малейшего внимания на мои брови, вмиг влетевшие до небес от удивления. Джеймс решил разыгрывать заботливого друга? Я мельком взглянула на атланта: тот спокойно шагал без теплой куртки, засунув руки в карманы. Беснующийся ветер бросал пригоршни ледяного воздуха ему прямо в лицо, но парня это ни капли не заботило, как будто его обдувал легкий летний бриз.

Наконец я осмелилась задать вопрос, мучивший меня давно:

- Почему ты не замерзаешь? У тебя всегда горячие ладони, как бы холодно вокруг ни было, притом твоя кожа всегда теплее других атлантов и людей. Почему так происходит?

Я помнила, какие обычно холодные ладони у Виктори, и какие сухие и обжигающие они у Джеймса.

Джеймс опустил голову и усмехнулся, словно мой вопрос рассмешил его. Затем он встретился взглядом со мной и на кончиках пальцев его рук вспыхнули крошечные огоньки. Я испуганно вскрикнула и отпрыгнула от атланта, едва не упав. Джеймс никак не отреагировал на мою боязнь, с любовью рассматривая золотисто-алое пламя, облизывающее его ладонь.

- Тебе...не больно? – несмело спросила я, взглянув на то, как спокойно атлант обращается с пламенем.

- Конечно нет, - прыснул Джеймс. – Это мой огонь. Моя способность. Он живёт во мне, поэтому я никогда не замерзаю. Теплая одежда – лишь формальность.

Итак, сейчас передо мной идет живой факел, который спокойно может сжигать целые кварталы вокруг дотла. Чему тут удивляться, ничего необычного. Всего лишь атлант, владеющий разрушительной способностью, который по мановению ладони может испепелить кого угодно. Мой разум спокойно осознал масштаб смертоносной огненной способности Джеймса, но поверить в то, что он никогда не мерзнет – нет уж, увольте, было выше моих сил.

Глядя на моё неподдельное восхищение вкупе с недоверием, парень добавил:

- Не думаю, что ты либо мои подопечные-атланты были бы рады вечно лицезреть меня в одном нижнем белье.

- Вообще-то девушки попадали бы от счастья в обморок, - заметила я, вспоминая, какими восхищенными взглядами обычно провожают на улицах атланта представительницы прекрасного пола.

- Но не ты, - добавил атлант, отчеканивая каждое слово, и закатил глаза. Он предугадал мой ответ.

- Именно, - я подмигнула Джеймсу, а тот потушил пламя. Мы продолжили идти и внезапно он спросил:

- Насколько я знаю, ты любительница приключений, да?
- Ну, вроде того... - несмело протянула я, с подозрением взглянув на атланта. К чему он клонит? Обычно все мои приключения в этом городе заканчиваются тем, что я оказываюсь на волоске от смерти либо от рук других враждебно настроенных атлантов, либо разъярённого Джеймса.

- И, уже с личного опыта - ты не станешь долго сидеть взаперти и удерешь, неважно с Виктори или кем-то ещё, правда?

Я нахмурилась – атлант темнил, осторожно подводя меня к какой-то простой истине. Он блуждал окольными путями пытаясь не то запугать меня, не то успокоить, но пока все слова атланта вызывали у меня только настороженность. Если Джеймс снова сейчас пошутит про то, как я напилась с Виктори в клубе, я за себя не отвечаю.

Наконец я не выдержала:

- Ближе к делу, Джеймс.

- Я предлагаю тебе, так сказать, "проветриться", точнее, помочь мне в одном маленьком деле.

Я остановилась так резко, что чуть не упала, а Джеймс заметил это лишь отойдя от меня на приличное расстояние и обернулся, взглядом как бы спрашивая: "Ну и чего ты там торчишь?".

Что он задумал на этот раз?

- Очередная проверка? – вызывающе спросила я, не двигаясь с места. – Или...

- Нет, нет, что ты...- скривившись, отмахнулся атлант, как будто я сказала что-то невероятно глупое. – Мне просто нужна твоя помощь. Обещаю, никто тебя и пальцем не тронет.

- Так я тебе и поверила, - фыркнула я, скрестив руки на груди. Может, стоит ему напомнить, сколько раз меня уже пытались убить? Ну, не только по вине Джеймса, но и благодаря моему человеческому происхождению – но суть от этого не меняется.

Атлант начинал терять остатки терпения:

- Можешь не верить, если хочешь. Но ты должна мне помочь.

- Почему бы тебе не взять в помощники Виктори, или Альфреда или...как там её там, - я запнулась, - Кэти.

- Её зовут Катарина, - атлант закатил глаза – явный признак его нарастающего недовольства. – Ты поймешь, почему мне нужна именно ты.

- Знаешь, если бы это говорил не ты, то это прозвучало бы даже романтично. Я прошла мимо Джеймса, не оглянувшись на атланта, который остался стоять позади.

- Почему? – возмущенно молвил атлант. Это вызвало во мне волну негодования – я не доверяла полностью никому из атлантов, даже Виктори, а тут досадовал парень, который мне неоднократно угрожал смертью, а разок даже сам едва не скрутил шею. Пора перестать темнить хоть одному из нас – я решила выложить все карты сразу:

- Я не знаю, чего мне от тебя ожидать в любой момент.

И это была чистая правда. Непредсказуемый атлант, владеющий огнем, подобный своей непостоянной стихии - то вспыльчивый, то отчужденный – я не знала Джеймса и как он может себя повести. В голове настойчиво прозвучал голос Виктори: "Ты его недооцениваешь". Я постаралась поскорее отогнать от себя обвиняющий голос девушки и заткнуть совесть, которая вот-вот было открыла рот, чтобы возразить насчет невменяемости Джеймса.

- Знаешь, Сьюзан, я тоже не знаю, на что ты способна. Однако, мы друзья, - развел руками атлант.

Тут я не сдержалась от едкой улыбки – последние слова Джеймса звучали так, будто он не один раз репетировал их перед зеркалом, чтобы сказать с нужной интонацией и не обидеть меня.

На что может быть способна девочка-человек, которая полностью зависит от окружающих атлантов? Сделай я один неправильный шаг в этом городе, полным ловушек для меня, и моя судьба предрешена.

- "Друзья" - слишком громкое слово для того, чтобы обозначить, кто мы друг для друга, - наши взгляды встретились, и я вздохнула, заталкивая совесть, что разошлась не на шутку, как можно глубже. – Мы союзники.

"Несмотря на то, что Джеймс спас тебя уже дважды и, обойдя все запреты и предрассудки, начал обучать сражаться?" – прошептал вкрадчивый голосок в моей голове. Может, это был тот самый известный каждому Голос Разума, но я тут же повелела ему заткнуться и отправила подальше, к совести в соседи.

- Судя по твоему голосу, тебе не нравится даже такая перспектива, - скривился атлант, без особых усилий догнав меня, хоть я старалась идти как можно быстрее. – Но ты поможешь мне.

Слова резанули по ушам, обожгли несправедливостью и обидой. Кто я такая? Игрушка, которой можно разок воспользоваться, а потом выбросить прочь? Или ручная собачка, прибегающая по первому зову хозяина, чтобы беспрекословно выполнить самые абсурдные его повеления?

Я снова остановилась, и Джеймс почти врезался в меня. Возмущение клокотало в горле, грозясь перерасти в обжигающий гнев, который сдерживать я не умела.

- Назови хоть одну причину, почему я должна это сделать, - холодно потребовала я, начиная закипать от злости.

- Во-первых, я не раз спасал твою жизнь, и ты можешь хоть что-то сделать в благодарность за это.

Я сцепила зубы, чтобы не пожелать атланту отправиться куда подальше. Это самый веский из его аргументов? Джеймс решил, что сможет надавить на мою жалость, используя голос совести, который я только что нещадно заткнула? Свой долг за спасение жизни я отплачу ему как-нибудь по-другому, но только не ввязываясь в очередную переделку, из которой у меня с моими человеческими силами шансы выбраться живой и невредимой близки к нулю.
- Во-вторых, ты и сама не прочь поискать приключений.

- Это все твои доводы? Или ещё что-то осталось? – хмыкнула я и прищурилась.

- В-третьих, это не приказ, а просьба.

Я покачала головой и скривилась, глядя на атланта:

- Звучало, скорее, как первое.

- Выбирай причину, которая тебе нравится, - Джеймс поджал губы, ожидая моего ответа.

Вообще-то мне по душе была именно третья причина. Потому, что приключения обычно искали мою задницу, а не наоборот, как бы странно это ни звучало. Хотя, что мне терять? Я целыми днями валяюсь без дела дома, вечерами прозябаю в тренировочном зале, слушая бормотание и ругательства Джеймса и пытаясь научиться хоть чему-то стоящему в искусстве атаки и самозащиты. Учитывая то, как рьяно парень контролирует меня после случая с побегом под началом Виктори, "развеяться" с Джеймсом – не самая плохая идея, пусть от атланта можно ожидать чего угодно. В конце концов, мне нечего терять – я всё равно подыхаю от скуки в одиночестве.

- Ладно, я в деле, - я с натугой вдохнула и отвернулась. И тут же услышала вздох облегчения за спиной. Кажется, Джеймс был искренне рад, что ему не пришлось пресекать свою гордость, уговаривая меня.

- Отлично, - кивнул атлант, довольный моим ответом. Он сейчас напоминал толстого ленивого кота, которого вдоволь накормили его любимыми сосисками.

– Наша тренировка завтра отменяется. Я зайду за тобой в девять, будь готова. Не надевай спортивную форму, всё нужное я принесу.

За разговорами и препирательствами мы дошли до квартиры, и атлант начал возиться с замком. Тот отчаянно сопротивлялся, и атлант отпускал тихие ругательства, покрепче тех, что знаю я, сопровождая их невнятным бормотанием. Очевидно, и то, и другое было обращено к жалкому куску металла, который не сдавался перед парнем до последнего.

- Не говори никому, про это дело, - замок наконец-то поддался и Джеймс, оторвавшись от упрямого куска металла, смерил меня тяжелым взглядом из-под нахмуренных бровей. – Даже Виктори, поняла?

- Да, - я коротко кивнула и почувствовала, как моя кожа покрылась мурашками. Во что Джеймс меня собирается втянуть?