Юный мастер-гений:Начало

Ратмир и Милослава переступили порог дома, быстро миновали прихожую и оказались в огромном зале первого этажа. Здесь царила уютная атмосфера: зажжённые свечи мягко мерцали в светильниках; тени плясали по углам свой загадочный танец; в воздухе витал запах вкусного ужина; тягучая тишина окутывало помещение мягким покрывалом; тусклый свет звёзд вместе с луной проникал через окна, привнося серебряные оттенки; за стёклами рам сумрачные пейзажи добавляли особый колорит ко всей картине. Единственное, что нарушало безмятежность пространства, так это недовольная мать, сидевшая на одном из диванчиков в ожидании возвращения детей — по всем признакам женщине совсем не пришлось по душе, что её оба ребёнка где-то шастают в такое позднее время.

— Ой, кажется, нам сейчас влетит! — испуганно прошептала Милослава и отступила на шаг назад, спрятавшись за спину брата.

Подросток ничего не ответил и лишь про себя подумал, нахмурившись: «Надо было предупредить маму о наших планах пойти в лес, но что уж теперь...»

Завидев вернувшихся, женщина сразу поднялась со своего места и немедленно подошла к детям, а затем посмотрела на них весьма сердитым взглядом и строгим голосом поинтересовалась, скрестив руки на груди: — Ну и где вас носило?

Милослава пугливо выглянула из-за брата, показала растение, принесённое из леса в банке, и ответила: — Мы ходили в лес за зверобоем для моего сада.

— А предупредить нельзя было? Я, между прочим, волновалась! — разгневанно произнесла женщина, повысив голос.

— Извини, я забыла... — опустив голову, виноватым тоном сказала девочка.

— А ты что молчишь?! — с упрёком обратилась к сыну женщина, переключив внимание на второго виновника своего плохого настроения. — У тебя какое оправдание на этот счёт?

— Я... — хотел было ответить Ратмир, но его слова неожиданно прервали.

Дело в том, что женщина, как только заметила на руках сына раненое существо, естественно, издала истошный вопль, эхом прокатившийся по стенам зала. Дальше положила руку на грудь, будто пыталась унять учащённое сердцебиение, и невольно отступила на несколько шагов назад, чуть пошатнувшись. Похоже, мать не на шутку испугало необычное создание — кому понравится, когда дети притащили домой не просто какую-то зверюшку, а настоящего дракона — как известно, очень опасная тварь.

От подобного резкого звука чуть уже дремавший малыш сразу встрепенулся и стал действовать согласно своим инстинктам, не на шутку перепугавшись. Сначала создание вздрогнуло, округлив оранжевые глаза от страха, и инстинктивно вжало голову в плечи, как бы стараясь стать меньше и как можно незаметнее. Потом, спустя пару секунд, оно в панике стало пытаться искать убежище — в данном случае зарылось поглубже в объятия подростка, прижимаясь к телу своего спасителя как можно сильнее в поисках защиты.

Заметив такую реакцию своего подопечного, юный гений с сочувствием подумал: «Хорошо понимаю тебя, я тоже иногда побаиваюсь её».

Наконец мать дрожащей рукой указала на малыша и воскликнула: — Ратмир, ты кого принёс?!

— Мам, это всего лишь детёныш дракона, — мягко заметила Милослава и с улыбкой взглянула на сталечешуйчатое существо.

— Я вижу, что не котёнок! Вы зачем его сюда притащили?! — с негодованием резко воскликнула мать, нахмурив брови.

— Что за шум, а драки нет, — вдруг раздался любопытный голос отца, вышедшего из двери, которая разделяла трапезную и зал.

Князь всё это время, вероятно, ждал начала ужина в столовой, но когда услышал уж слишком громкие разбирательства, решил узнать, в чём дело. Не мог же мужчина проигнорировать голос жены, звучавший намного громче и более эмоционально, чем обычно, ведь это означало — происходит что-то из ряда вон выходящее. Вот он и пошёл на источник шума, быстро оказавшись в зале, а потом сразу же направился ко всем собравшимся, чтобы вмешаться и попытаться сгладить ситуацию, хотя ещё и не знал, в чём весь сыр-бор.

— Родослав, полюбуйся, кого наши дети притащили домой! — с явным недовольством проговорила женщина, махнув рукой в сторону сына и дочери.

Князь подошёл к подростку поближе и взглянул на необычное создание, после чего спокойным голосом задумчиво протянул, поглаживая бороду: — Маленький раненный дракон... Любопытно...

— Серьёзно?! И это всё, что ты можешь сказать? — возмутилась мать и смерила мужа неодобрительным взглядом.

— Да, действительно, ты права, Доброгневушка, — улыбнувшись, ответил мужчина и с ноткой строгости обратился к двум «провинившимся», подняв одну бровь: — Дети, что произошло? Почему вы принесли дракончика домой?

— Мы просто не могли его оставить там, в лесу! Он там был совсем один, без родителей. А на него ещё волки напали и ранили, — немного сумбурно объяснила ситуацию девочка, стараясь передать то, насколько важно было помочь дракончику.

— В общем, теперь ему нужно лечение и дом, — подытожив рассказ сестры, заключил Ратмир и с надеждой попросил родителей: — Можно он поживёт у нас?

— Да вы с ума сошли! Это же дракон! Он может нам спалить весь дом или что-то сломать, — всплеснув руками, возмущённо произнесла Доброгнева и взглянула на мужа, надеясь, что тот поддержит её.

— Доброгнева, не думаю, что маленький раненый дракон может учинить слишком большие разрушения, — скрестив руки на груди, спокойно заметил Родослав, который явно был на стороне детей или, по крайней мере, не разделял паники супруги.

— Тем более мы будем за ним пристально следить, — поспешно пообещала Милослава, с мольбой посмотрев на мать.

— И что с того! Всё равно это существо опасно! — всё ещё гневалась Доброгнева, не желая уступать.

— Не думаю. Ещё не было случаев нападения таких маленьких дракончиков на людей, — хмыкнув, спокойно заметил князь, державшиеся в этой ситуации с привычной невозмутимостью.

— А если нам, так сказать, «повезёт» и наш случай будет первым?! — уперев руки в боки, воскликнула обеспокоенная женщина и добавила: — К тому же, если даже сейчас это не случится, пока дракончик маленький, то потом, когда он подрастёт, шансы на нечто подобное заметно возрастут! И что тогда?!

— Вот потом и будем думать, — невозмутимо ответил Родослав, а потом кивнул в сторону дракончика и с улыбкой заметил: — А пока, как видишь, он выглядит совершенно безобидно. Даже напугался от твоего громкого голоса.

— К тому же, ему нужна помощь. Без лечения один он просто не выживет, — спокойно привёл весомый аргумент подросток, чтобы переубедить мать.

— Да! Мы же не можем прогнать его обратно в лес! — с отчаянием воскликнула девочка, готовая вот-вот расплакаться.

После этих слов Доброгнева как-то растерялась и сразу не нашлась что ответить, мгновенно утратив всю свою уверенность. Видимо, сердце матери дрогнуло от подобного заявления дочери, поэтому гнев чрезвычайно быстро сменился на милость, а тревога уступила место тихому пониманию. Так что теперь женщина уже не выглядела такой строгой и непреклонной, а скорее задумчивой, переводя взгляд между мужем, дочерью, сыном и раненым существом.

Около минуты в помещении висело напряжённое молчание, и всё внимание было обращено на женщину: все ждали её ответа, затаив дыхание. В то время Доброгнева не спешила что-либо сказать и неспеша обдумывала, как поступить, тщательно взвешивая в уме каждую мысль и возможный исход. Женщина уже не могла ответить отказом на просьбу, хорошо осознавая: действительно, бросить дракончика на произвол судьбы в лесу было нельзя, но и принять в дом опасное существо было довольно непросто.

— Ладно, будь по-вашему, — со вздохом сдалась Доброгнева, а затем посмотрела на детей и строго наказала, нахмурившись: — Но вы должны следить за ним и не позволять ему творить разрушения в нашем доме!

— Конечно, будем следить, обещаем, — кивая, радостно воскликнула Милослава, и на её лице засияла широкая улыбка.

— Благодарю, что разрешила нам его оставить, — с признательностью добавил Ратмир, понимая, что это решение далось нелегко матери.

— Не разрешишь тут. Навалились все разом, а теперь благодарят, — хмыкнув, проворчала женщина, а затем посмотрела на дракончика и повелела: — Идите займитесь его ранами, а как закончите, отправляйтесь в трапезную кушать. Я уже всё приготовила.

— Конечно, так и сделаем, — с улыбкой ответила девочка и задумалась, вероятно, над планом лечения дракончика.

После все разошлись по своим делам, и брат с сестрой направились в одно из помещений, находившееся на чердаке. Оно полностью находилось только в распоряжении Милославы и предназначалось для различных целей, связанных с целительством, — это было её небольшое царство, которое практически никто не посещал. Там девочка хранила все свои лекарственные запасы и книги, сушила травы, создавала мази и настои, а иногда лечила случайно найденных больных животных.

***

Помещение, куда вошли Ратмир и Милослава, представляло собой уютное пространство с обычным и не вычурным убранством. Потолок, стены и пол были отделаны добротными досками с естественным узором древесных колец. Источниками света в тёмное время суток служили и сейчас постепенно зажигались люстры с металлическими ободами и бронзовые подсвечники на горизонтальных поверхностях. Небольшие окна с занавесками из льняной ткани пропускали в дневное время свет солнца, а сейчас — луны и звёзд, создавая дополнительное мягкое сияние в комнате.

Всё пространство выглядело вполне функциональное, ведь создавалось специально под нужды и вкусы девочки. Сушёные травы висели на верёвках под самым потолком и сушились, источая терпкий запах, от которого любой с особо чувствительным обонянием начинал непроизвольно чихать. Шкафы с резными уголками и стеклянными створками выстроились вдоль стен и хранили на своих полках баночки с отварами, травами и мазями. Несколько кресел и старинный диванчик с зелёной обивкой из светлого дерева располагались в разных углах и создавали уютные уголки для отдыха, украшенные вышивкой природных мотивов. Два стола выполняли свои функции: один массивный дубовый с бежевой скатертью находился посередине и служил для приёма пациентов-животных, а другой письменный возле стены. Сундуки разбросались тут и там, вероятно, храня в себе различные инструменты и другие вещи для лечения — каменные ступки, запасные флакончики, травяные сборы и свернутые полотна для перевязки. Белый умывальник с керамическим кувшином и тазом, как и чистые полотенца на полке, прибитой рядом, предназначались для очищающих процедур, позволяя удалить любую грязь и обеспечить относительную стерильность.

Едва войдя в комнату, Милослава тут же приступила к делу, чтобы как можно быстрее помочь раненому существу. Сначала подошла к одному из шкафов и аккуратно открыла створку, а затем быстро пробежалась взглядом по полкам и уверенно достала оттуда стеклянный сосуд с густой мазью. Дальше приблизилась к сундуку, размещённому рядом, открыла крышку, покопалась внутри, пока наконец не извлекла чистые повязки, выбрав самые мягкие и тонкие. После этого ненадолго остановилась и задумчиво взглянула на вещи в своих руках — наверняка размышляла над тем, всё ли взяла для обработки ран маленького существа.

— Слушай, а ты вообще имела дело с драконами? — поинтересовался Ратмир, наблюдавший за действиями сестры.

— Неа, — бросила целительница, выйдя из своих мыслей, и направилась направляясь к столу с бинтами и стеклянной баночкой.

— Тогда ты уверена, что знаешь, как его лечить? — с лёгким сомнением уточнил подросток, взглянув на дракончика.

— Конечно! Принцип лечения ран одинаков для всех, — уверенно заявила Милослава, которая уже подошла к столу посередине комнаты и стала раскладывать свою драгоценную ношу на скатерти.

— Ну ладно, как скажешь, — пожав плечами, ответил юный гений и решил просто довериться профессионализму сестры.

Разложив бинты и поставив скляночку с мазью на стол, маленькая целительница сразу скомандовала: — Так положи его сюда.

Ратмир кивнул в знак понимания задачи и быстро выполнил указания, не задавая лишних вопросов. Он бережно уложил дракончика на стол, стараясь не причинить ему неудобства, после чего оградил руками пути возможного отступления и стал пристально следить за малышом. Как-никак подросток отлично осознавал: для эффективности лечения пациент должен оставаться на месте, а маленькое существо могло в любой момент дёрнуться или попытаться выбраться, если почувствует себя неуютно.

В это время дракончик, как ни странно, совершенно не сопротивлялся всем манипуляциям, которые проделывал с ним молодой человек. Хотя малыш и проявлял лёгкое беспокойство от непонимания того, что происходит, — иногда тихонько фыркал, подергивал хвостом, крылышками и ушками. Правда, в целом полностью доверял своему спасителю, судя по тому, как неустанно смотрел на мастера взглядом, полным надежды, неподдельной благодарности и благоговения.

— Готово! — уведомил сестру молодой человек, не отрывая взгляда от дракончика.

Девочка взяла тазик с водой и чистую льняную тряпочку, после чего вернулась, поставила их на стол и наконец приступила к процедуре. Милослава стала аккуратно и не спеша промывать раны созданию, стараясь не причинить ему лишней боли, — едва касалась повреждённых участков, тщательно смывая грязь и засохшую кровь мягкими, точными движениями. Только вот дело шло не так гладко, как хотелось: существо стало ёрзать, не обрадовавшись всем этим операциям, и приходилось прилагать немало усилий, чтобы удерживать непослушного пациента на месте.

— Ратмир, ну не стой столбом! Поддержи его! — посмотрев на брата, с лёгким раздражением попросила Милослава, когда существо вновь попыталось вырваться.

— Ой, да, конечно, — ответил подросток и аккуратно прижал дракончика к столешнице, не оставляя места тому для манёвров.

Вскоре Милослава завершила процедуру, после чего ненадолго отошла от стола, чтобы вымыть руки, а когда вернулась, взяла в руки баночку, приготовившись к следующему этапу. Крышка плотно прилегала к отверстию и служила надёжным барьером для внешней среды, ведь не пропускала ни капли воздуха, что защищало содержимое от порчи. Сквозь стекло виднелась мазь светло-зелёного цвета, которая даже изнутри источала непередаваемый аромат смеси трав. На внешней стенке виднелась выведенная аккуратным почерком надпись, гласившая: «Для обработки и быстрого заживления ран», причём буквы слегка стёрлись от времени и частого использования.

— Так, малыш, мазь будет щипать. Так что потерпи, — ласково обратилась к сталечешуйчатому созданию девочка, открывая стеклянную ёмкость.

Вот уже маленькая целительница стала бережно, не спеша наносить мазь на повреждения существа. Милослава ловко доставала небольшие порции густой субстанции и равномерным слоем распределяли по ранениям, аккуратно втирая между чешуйками и стараясь не надавливать слишком сильно. Притом каждое движение отличалось удивительной мягкостью, точностью, уверенностью и быстротой — девочка однозначно имела огромный опыт в этом деле и руки сами уже знали, что именно делать.

Тем временем дракончик принялся ещё сильнее реагировать и пытаться высвободиться из рук подростка всеми возможными способами, издавая жалобные звуки. Глаза выражали испуг, смятение, отчаяние, непонимание и мольбу о прекращении проведения всех этих странных, а самое главное — весьма болезненных процедур. Лапки с коготками судорожно скребли скатерть в отчаянных попытках вырвать своего владельца из крепкой хватки подростка, создавая неровные складки на ткани. Хвостик бился из стороны в сторону и порой сильно ударял не только столешницу, но и руки молодого человека, оставляя красные следы на коже и неприятные ощущения. Крылья постоянно нервно дёргались, то складываясь, то расправляясь, будто ещё не решили, как действовать в такой ситуации, и просто следовали инстинктам.

— Ну не сопротивляйся. Это для твоего же блага, — нахмурившись, произнёс Ратмир, которому с каждой секундой становилось всё труднее удерживать дракончика.

Вскоре Милослава закончила и, закрывая банку с мазью, с улыбкой заметила: — Ну вот, не всё так страшно же!

— Мне кажется, он с этим не согласен, — ухмыльнувшись, ответил юный гений и взглянул на перепуганное создание, издававшее возмущённый писк.

— Ну уж извини! По-другому я не смогу залечить твои раны, — поставив руки в боки, с лёгким возмущением обратилась к дракончику девочка и неодобрительно посмотрела на страдальца.

Отставив своё лечебное чудо-средство в сторону, Милослава с решительностью приступила к последнему этапу. Целительница взяла заранее приготовленные повязки со стола и ловко начала перевязывать повреждения на теле раненого существа, указывая изобретателю каким боком поворачивать дракончика. Под её руками умелыми руками бинты обвивали повреждения пациента, словно змеи, плотно прилегая к телу, и закреплялись надёжными узлами.

К удивлению, в этот раз дракончик не сопротивлялся таким манипуляциям и лежал спокойно, не делая резких движений. Скорее всего, это происходило потому, что перевязка не причиняла какого-то сильного дискомфорта и воспринималась куда легче, чем предыдущие этапы лечения. Хотя, возможно, малыша утихомирил сам процесс — бережный, почти ласковый, даже успокаивающий, или же существо попросту устало сопротивляться и смирилось со своей участью, позволяя спокойно завершить лечение.

— Всё мылыш, можешь расслабиться. Я завершила все процедуры, — завязывая последний узел на аккуратной повязке, провозгласила Милослава и стала прибирать использованные вещи на место.

— Ты слышал? Твои мучения закончились, — взглянув на бедолагу, с улыбкой обратился к маленькому созданию подросток.

Дракончик, лежавший на столе, приподнял голову и с недоверием посмотрел на молодого человека усталым взглядом, будто хотел сказать: «Правда, что ли?»

Девочка быстренько убрала использованные вещи и заявила, удовлетворённо осмотрев свои владения: — А теперь можно пойти поужинать.

— Конечно, идём, — согласился Ратмир и бережно взял малыша на руки, которому, кажется, уже было всё равно, что с ним делают.

Вот уже брат и сестра направились к выходу, по пути задувая свечи, от чего становилось более заметно, что день подходил к концу. С каждым потушенным огоньком становилось темнее, а тени, прежде едва различимые, вытягивались и густели, словно набирали силу, заполняя каждый уголок оттенками серой мглы. Помещение погружалось в мягкий полумрак и спустя минут пять стало освещаться лишь лунным светом и холодным сиянием звёзд, пробивающимся через маленькие окна.

Вскоре Ратмир с дракончиком на руках и Милослава вышли из комнаты и шли по коридору мансарды. Маленькие окна располагались под наклоном на потолке и местами на стенах и открывали невероятно красивый вид звёздного неба сверху, часть города и природные красоты. Пол был сделан из массивных деревянных досок, слегка потемневших от времени и местами покрытых тонкими трещинками, и поскрипывал под ногами, напоминая о долгой истории дома. Кованые, сейчас потушенные светильники с лёгким налётом пыли и копоти на стенах выглядели очень старыми и будто хранили в себе сам дух времени, добавляя помещению особый шарм. По обе стороны располагались деревянные двери, ведущие в основном в старые кладовые или чердачные комнаты, которые редко использовались и постепенно зарастали пылью. Потолок причудливой формы уходил куда-то вверх, демонстрируя открытые деревянные балки, поддерживающие крышу, и создавал ощущение простора, образуя острые углы и мягкие перепады высоты. Стены создавали ощущение тепла и спокойствия — гладкие, с едва заметной текстурой, выкрашенные в мягкий бежевый цвет штукатурки.

— Кстати, нам нужно его как-то назвать. Раз уж он у нас останется на очень долгое время, — неожиданно заметила девочка, украдкой взглянув на дракончика.

— Да, ты права, — согласился юный гений и задумчиво протянул: — Только вот какое?

— Учитывая, что ты его спас, тебе ему и имя давать. Так что думай, — с улыбкой ответила Милослава, украдкой взглянув на брата.

— Ладно, подумаю, но чуть позже, — со вздохом произнёс подросток, понимая, что сестра, конечно, права насчёт имени, так как дракончик, считай, уже стал почти как член семьи.

***

После ужина Ратмир спустя пятнадцать минут очутился в своей комнате, которая поражала своим необычным сказочным убранством. Большие окна с разноцветными стёклами и изысканными рамами с орнаментами занимали всю стену напротив двери, любезно пропуская через себя скудный свет тёмного времени суток. Потолки воспроизводили на своей поверхности точную копию звёздного неба, сделанного из разноцветных самоцветов, и восхищали своей красотой и изысканностью. Стены открывали взору загадочные и казалось живые пейзажи, созданные из краски, драгоценных камней и металлов, где расположились духи, волшебные существа и животные. Деревянный пол удивлял проработанными природными мотивами и невероятной палитрой оттенков, меняющихся под воздействием света. Кое-где виднелись напольные канделябры из металла со свечами и красовались изумительными украшениями: витьеватыми ветвями-лозами, листьями и небольшими хрустальными «каплями росы».

Мебель здесь, вся выполненная в едином стиле, гармонировала с общей обстановкой, подчёркивая продуманность каждого элемента. Тёмное дерево с богатой глубокой текстурой придавало помещению ощущение благородства и некоего таинственного величия, храня в своих глубинах материала. Резьба природных мотивов виднелась на разных участках, особенно на обычно несколько грубоватых: острых углах и ножках, и оживляли бездушную поверхность своей утончённостью. Мягкая обивка цвета индиго на местах отдыха создавала контраст на фоне единого материала для интерьера, расставляя яркие акценты в общей картине. Металлические ручки в форме изогнутых веточек или тонких стеблей являлись не только функциональной деталью, но и маленьким произведением искусства.

— Ну вот, это твой новый дом! — торжественно произнёс подросток и опустил сталечешуйчатое создание на пол, после чего отправился зажигать часть светильников.

Оказавшись внизу, малыш тут же оживился и сразу принялся тщательно исследовать незнакомое для себя пространство комнаты, издавая радостный писк. Глаза, сверкавшие детским любопытством, внимательно изучали всё вокруг, стараясь ничего не упустить: зрачки то расширялись, то сужались, реагируя на каждую мельчайшую деталь. Лапки то и дело осторожно трогали разнообразные объекты, которые казались не очень понятными для существа, вроде напольных подсвечников или элементов мебели, слегка царапая коготками. Маленький носик слегка шевелился, принюхиваясь к каждому новому аромату, который по-своему манил и будоражил разум: терпкого дерева с нотками лака и смолы, медового воска, бархатистой ткани, старинной пыли и так далее.

Комната строго делилась на части и каждая отвечала за что-то своё, обеспечивая комфортные условия для своего владельца. Первая представляла собой уютную спальню: кровать, вплотную прижатая к стене, находилась в центре левой стороны комнаты; тумбочка расположилась справа от постели; в левом углу от входа возвышался платяной шкаф; рядом стояло зеркало из благородных металлов с причудливой рамой, разноцветными минералами и завитками. Вторая отводилась под зоны отдыха и размышлений: уютное кресло располагалось неподалёку от письменного стола, вереница диванчиков с мягкими подушками на верхнем полуэтаже возле изгороди и первом ярусе вдоль окон. Третья обеспечивала место для творчества: с правой стороны от входа размещался письменный стол со всем необходимым и удобный стул. Четвёртая выглядела как личная «сокровищница»: на огромных стеллажах, стоявших вдоль стены на втором ярусе, хранились рукописи, карты и уникальные предметы из разных уголков Дивноземья, а в шкафах со стеклянными дверцами на первом — чертежи, записные книжки, дневники.

Неожиданно раздался грохот, нарушив относительную тишину пространства - судя по звуку, на пол упало что-то довольно массивное. Подросток тут же оторвался от своего занятия, едва успев зажечь очередную свечу, с беспокойством посмотрел в сторону источника шума и без раздумий сорвался с места. Причём молодой человек уже предполагал причину произошедшего, но всё равно хотел выяснить точнее, что именно случилось на втором ярусе помещения.

Как только юный гений оказался на месте, сразу же увидел ужасную картинку, от которой всё неприятно внутри сжалось. Прямо на глазах шокированного мастера дракончик вовсю хозяйничал здесь, бесцеремонно исследуя содержимое полок шкафов: то совал мордочку между рядами книг, то лапками щупал корешки и частично вытаскивал фолианты, то вовсе пытался залезть повыше, цепляясь коготками за выступы. Естественно, после такого исследования где-то минуту назад одна из рукописей и очутилась на полу, создав весь этот шум, а прямо сейчас ещё одна вещь грозилась свалиться вниз, едва балансируя на краю.

— Ты что тут учудил! — схватившись за голову, возмущённо воскликнул ошарашенный изобретатель и бросился к книге.

Дракончик тут же замер на месте и с удивлением вместе с недоумением уставился на подростка, широко раскрыв оранжевые глаза и голову набок. Кажется, проказник совершенно не понимал, в чём именно провинился и почему безобидные исследования вызвали такое недовольство Ратмира. Впрочем, малыш решил свернуть свои изыскания и особо ничего больше не предпринимать, поэтому вскоре плюхнулся на пол и начал с интересом следить за действиями мастера.

Подросток поднял книгу и быстро принялся осматривать своё сокровище на предмет каких-либо повреждений. К счастью, фолиант практически не пострадал: лишь на кончиках страниц появились лёгкие замятия, а обложка чуть погнулась, и молодой человек с облегчением выдохнул. После же проверки юный гений бережно вернул рукопись на её законное место и заодно поправил ещё одну хрупкую вещь, которая опасно находилась на краю полки.

Изобретатель посмотрел строгим взглядом на проказника и, погрозив пальцем, наказал: — Больше ничего не трогай! И вообще лучше не подходи к книжным шкафам!

В ответ создание фыркнуло и поднялось с места, после чего демонстративно прошествовало мимо мастера по направлению к лестнице с таким видом будто хотело сказать: «Больно надо!»

— Вот и за что мне такое наказание... — покачав головой, пробормотал наблюдавший за своим подопечным, который, вероятно, ничуть не раскаивался.

Спустя несколько минут Ратмир и дракончик спустились по ступенькам вниз и вернулись на первый ярус. Молодой человек продолжил возиться со свечами и заполнять комнату мягким тёплым светом, уменьшая количество тёмных уголков, а малыш с любопытсвом изучать пространство вокруг себя. В итоге на некоторое время воцарилось снова желанное спокойствие, но только на несколько минут — очередная проделка сталечешуйчатого существа не заставила себя долго ждать.

Закончив наполнять комнату мягким сиянием, юный гений заметил, что дракончик наконец дошёл до чёрного кота, сладко спящего на кресле и ничего не подозревающего. Хвост, усы и кончик хвоста пушистика слегка подрагивали, словно реагировали на события и ощущения в мире грёз — наверняка там разворачивалась какая-нибудь стремительная погоня или охота. Достаточно широкая мордочка с закрытыми глазами выражала полную расслабленность своего хозяина и даже, казалось, довольную улыбку чуть приподнятыми уголками рта. Шерстяные лапы небрежно и вальяжно растопырились в разные стороны, иногда лениво вытягивая коготки из мягких подушечек, и показывали абсолютное блаженство создания.

Подросток хорошо знал: кресло являлось излюбленным местом мурлыки и давно уже стало частью обширных владений пушистика. Существо просто-напросто присвоило себе это место, никого не спросив, и категорически не позволяло другим посягать на данный трон без веской причины. Так что кот практически постоянно находился здесь, развалившись на мягкой обивке, однако порой покидал своё «царское место», но только на время и потом всегда возвращался.

Ступая едва слышно, дракончик медленно подошёл к креслу и стал осторожно, но чрезвычайно настойчиво изучать мурлыку. Малыш приподнялся на задние лапки и упёрся передними в деревянный корпус, а затем принялся тщательно обнюхивать и осматривать непонятное для него мохнатое животное. В результате, когда любопытство окончательно взяло верх над осмотрительностью, исследователь расхрабрился и отважился мягко трогать одной лапкой бок зверя.

Подобное действие сталечешуйчатого существа, конечно, имело свои последствия, но первое время скорее едва заметные и почти неуловимые. Поначалу кот лишь слегка раздражённо дёрнул ушами, но упорно продолжал дремать, пока любопытный исследователь не стал более настырным. Когда же терпеть надоедливого внимания уже не было никаких сил, пушистик проснулся, сонно чуть приоткрыл один зелёный глаз, а потом второй, чтобы узнать: кто же такой бессмертный не даёт спокойно насладиться пребыванием в мире грёз.

Всего через пару секунд кот осознал всю ситуацию, увидев над собой нависшую мордочку дракончика, и мгновенно отреагировал не самым лучшим образом. Окончательно сбросив остатки сна, зашипел и встал в угрожающую стойку: выгнул спину, выпустил острые когти, вытянул хвост трубой и распушился так, что выглядел в два раза крупнее. Было очевидно: мурлыка не на шутку испугался этого странного существа в стальной чешуе и, видимо, поэтому пытался на всякий случай устрашить потенциального противника.

«Так, похоже, знакомство не задалось, и нужно вмешаться. А то Медолап может с перепугу и навредить дракончику», — слегка улыбнувшись, подумал Ратмир, наблюдавший за всей слегка забавной сценкой.

Дракончик в ответ округлил глаза от удивления и замер на месте, несколько растерявшись от такой неожиданной реакции своего объекта исследований. Правда, малыш быстро осознал всю опасность ситуации для себя и почувствовал страх, прокатившийся весьма заметным дрожжанием по всему тельцу, заставив сердце забиться быстрее. Разумеется, сразу после существо приняло меры предосторожности, руководствуясь врождёнными инстинктами: резко прыжком отпрянул от кресла и попятился назад, прижав ушки.

— Так, ну и что это такое?! — подходя к испугавшимся друг друга существам, произнёс, как бы серьёзным тоном, подросток.

Дракончик тут же посмотрел на своего покровителя испуганным взглядом, после чего быстро спрятался за молодым человеком и жалостливо пискнул, будто попросил: «Защити меня от этого страшного зверя».

Медолап, выглядевший также агрессивно, как и прежде, грозно мяукнул, будто намекал: «Не подходи ко мне, а то получишь!».

Сейчас оба маленьких создания выглядели весьма забавно, и Ратмир еле сдерживал смех от всего происходящего. Только вот, несмотря на всю комичность, ситуация на самом деле сейчас была весьма серьёзна по одной простой причине — из-за неудачного первого впечатления отношения между ними могли сразу не сложиться, создав много проблем. Мастер это отлично понимал и решил как-то сгладить напряжение, чтобы в дальнейшем сосуществование двух существ в одном доме проходило мирно.

— Так, малыш, и зачем ты Медолапа потревожил? Если хотел вызвать недовольство кота, то у тебя это получилось! Или ты думал кому-то понравится выдёргивание из сна?— скрестив руки на груди, начал отчитывать виновника конфликта подросток.

Сталечешуйчатое создание снова, но уже с раскаянием посмотрело на молодого человека, как бы говоря: «Я не хотел, так вышло».

— Больше так не делай, — нахмурив брови и погрозив пальцем, потребовал юный гений.

Малыш явно осознал свою вину и опустил взгляд вниз, будто ответил: «Хорошо, больше так не буду».

После этого Ратмир подошёл к разъярённому коту и ласково принялся успокаивать, поглаживая чёрную шерсть: — Ну что ты так распереживался. Всё же хорошо... Я, конечно, понимаю, что ты испугался — конечно, спишь тут себе спокойно, а тут какое-то непонятное существо тебя тревожит... Только не стоит так бурно реагировать, ведь это всего лишь совершенно неопасный для тебя дракончик...

Благодаря усилиям подростка Медолап постепенно стал расслабляться и уже не был настроен так воинственно. Пушистик перестал шипеть, втянул когти, выпрямил спину, опустил хвост и потихоньку пригладил свою вздыбленную шёрстку, а потом наконец сел на задние лапы, оперевшись передними на обивку кресла. Правда, он всё равно был недружелюбно настроен по отношению к дракончику, что ощущалось в настороженном взгляде, нервно подрагивающих усах и напряжённо поворачивающихся ушах.

— Медолапушка, ну прости ты его. Он просто ещё маленький и очень любопытный, поэтому и не подумал о последствиях своих действий, когда тебя тревожил, — продолжал задабривать кота подросток, уже почёсывая того за ушком.

Кот в ответ фыркнул и сменил свою позу на более расслабленную: лениво лёг на кресло снова, подложив лапки под себя и обняв себя хвостом. Хотя всё равно было видно: зверёк настороженно относится к новому обитателю терема, не совсем простив тому всё недавно случившееся. В противном случае мурлыка бы не следил так пристально за каждым шагом дракончика, чтобы больше не быть застигнутым врасплох, и уж точно улёгся сейчас спать, а не бодрствовал.

— Вот и чудненько, — заметив, что ситуация более-менее разрешилась, с удовлетворением произнёс подросток и потом обратился к малышу: — Так, а теперь мне кажется тебе нужно отдохнуть.

Мастер подошёл к дракончику и бережно взял его на руки, стараясь не потревожить его обработанные и забинтованные раны. После этого юный гений стал задумчиво осматриваться по сторонам, решая, где лучше всего устроить этого кроху, чтобы тому было удобно — приоритетом, конечно, служила мягкая мебель. Спустя минуту размышлений Ратмир выбрал идеальное место и быстро направился к одному из диванчиков, находившихся под окнами, посчитав, что там будет вполне комфортно для существа.

Оказавшись там, где нужно, юный гений опустил сталечешуйчатое создание на мягкую обивку и ласково сказал: — Вот, тебе тут должно быть удобно.

Дракончику однозначно понравилось выбранное место для сна, судя по довольному выражению мордочки и дальнейшим действиям. Едва оказавшись на диванчике, создание слегка потянулось и принялось искать самую подходящую часть обивки для сна, обнюхивая и осматривая всё предложенное пространство. В итоге малыш поудобнее улёгся возле подлокотника,свернувшись калачиком, положил голову на мягкую подушку, закрыл глаза и постепенно стал погружаться в мир сновидений.

«Замечательно. Дракончик устроен, а значит, можно заняться своими делами», — увидев, что крохе вполне комфортно, с удовлетворением подумал подросток.

Дальше молодой человек ещё не собирался ложиться спать и где-то час, как обычно бывает перед сном, занимался чтением. Первым делом выбрал из своей коллекции рукописи, в которых находилась информация о драконах, и бегло пробежался по страницам, сделав закладки на важных моментах. Всё остальное время посвятил вдумчивому изучению уже начатой книги «Тайны Мироздания. Часть 2: Боги», погружаясь в сложные описания древних сущностей, пока не дочитал до конца.

Наконец, уже изрядно зевая, Ратмир положил изученный фолиант на тумбочку, потянулся и решил: «Ладно, можно и отдохнуть. А то сегодня был очень насыщенный день...».