Эледра

Благодаря заклинанию, которому меня научила Тифа, я добралась до Нью-Йорка за час до рассвета. Ничего сложного в том, чтобы представить капсулу, которую ветер толкает с огромной скоростью к пункту Б не было, поэтому я даже не удивилась, когда у меня получилось с третьей попытки ускорить полет.

Мой любимый и ненавистный город никогда не спал, продолжая мигать и светиться в любое время. Сотни тысяч людей, продолжающие сновать по его лабиринтам жили, вероятно, свою лучшую жизнь. Шум, крики и полицейские сирены, разносящиеся по округе, были лучше любой тишины. Не раздумывая куда лететь, я приземлилась перед своим домом. Бывшим домом.

Сейчас знакомые окна были темны, и вскоре солнце осветит ужас, оставшийся после пожара.

Я стояла на улице, но даже отсюда чувствовала запах гари и слышала крик мамы, прежде чем ее забрали нуксы.

Ком подкатил к горлу, и я заставила себя отвернуться.

Но мозг услужливо все равно подкинул пару утрированных воспоминаний, и, зажмурившись, я попыталась прогнать картины нападающих нуксов в огне, от которых я отбивалась из последних сил и мерзкий смех Рениша.

Казалось, на холодной улице резко закончился кислород. Осев бордюр я обхватила голову руками, становясь человеком почти инстинктивно с помощью магии. Тугой узел в груди заменил собой воздух, словно в легкие налили воды. Я пыталась прогнать панику и страх, убеждала себя, что ничего не могла изменить в тот день.

Но у меня не получалось.

Мне показалось, что кто-то пару раз меня окликнул, но вокруг не было ни души. Я не могла оглянуться, а за бешеным ритмом сердца и не слышала, но отчетливо ощущала пропасть за спиной. Там никого нет. Больше никого, лишь пустота.

Когда я снова смогла спокойно вздохнуть, я закрыла глаза и просто застыла, опустив лицо. Такое состояние частенько заставало меня после битв. Я могла часами сидеть без движения, ни о чем не думая или, наоборот, утонув в мыслях слишком глубоко, чтобы выбраться самостоятельно.

- Привет, Дракончик, - раздалось сверху.

Всего два слова заставили меня выйти из ступора и поднять голову, и я уж было хотела бросить что-то язвительное Лохматому в человеческом обличии, прислонившемуся к мотоциклу рядом со мной, но не смогла найти силы, поэтому ограничилась мимикой.

- Я предпочту думать, что это не «пошел отсюда к черту», а «что ты тут забыл».

Я показала ему средний палец и отвернулась.

Несколько минут мы провели в тишине, пока я не собрала себя окончательно по кусочкам, чтобы начать говорить.

- Что ты тут делаешь?

- Убеждаюсь, что ты жива и вернулась из Бермудского треугольника, а не кто-то похитивший нанокостюм с твоего трупа.

- Пошел отсюда к черту, - пробормотала я, чувствуя некоторое облегчение.

- О, я-то пойду, - согласился он, беря шлем. – Поехали?

- Куда? – недоверчиво нахмурилась я.

- Домой, - беспечно ответил он, надевая шлем.

- Мой дом сгорел, - я указала себе за спину, стараясь не оглядываться и говорить ровно. – А то, что вы с Доном обустроили... Я думала это временно.

- Тебя вроде бы никто не выселяет. Или, если хочешь, могу отвести тебя к Стивенссонам или Трисс.

- Нет, - я потупила взгляд.

Во-первых, я ни с кем не хотела сейчас общаться и объясняться... А, во-вторых, после космоса жить со мной – это быть в постоянной опасности, которая большую часть времени исходит от меня самой.

- Ну что? – Лео протянул мне шлем.

- С каких пор у тебя есть второй шлем ...

- Мне было немного страшно за свою жизнь, когда Трейс узнал про отсутствие второго шлема.

Я поднялась на деревянные ноги, нехотя забирая видавший жизнь черный шлем. За стеклом и его защитой мир сразу стал тише и темнее, а от этого как будто бы уютнее.

- То есть меня угробить было не страшно, а как Трейс, так сразу... - немного оживившись, усмехнулась я, садясь на место пассажира.

- Попробуй скажи, что ты задумывалась об этом до этого момента.

- Тебя наверняка учил Чак. Он водит корабль словно сдает экзамен по вождению каждый раз.

- Нет, я смотрел на Герда и запоминал как не надо, - усмехнулся Лохматый, заводя мотор.

Ха, я же наоборот улавливала абсолютно все и совершенствовала лихаческую езду и угон кораблей.

Вернувшись на станцию, я не задумываясь легко нашла выключатель, смутно приходя к мысли, что это место уже давно стало мне убежищем. Своеобразный местный порядок и атмосфера безвременья давно стали уютными, и, кажется, это было единственным местом, куда такие подбитые жизнью мутанты гармонично вписывались.

И даже маленькая комнатка, освещенная теплой желтой лампой, в которую вдоль всей стены едва вмещалась старинная раскладушка, стул с парой коробок, которые я приспособила под временное хранилище, и нечто среднее между тумбочкой и низким столиком, была чем-то привычным. Чем-то, что я могла бы без посторонних мыслей со временем назвать домом.

Но пока что это было местом, где я могла почувствовать себя в безопасности. И именно этого мне так не хватало на Земле.

Отоспавшись, как никогда в своей жизни, я привела себя в порядок, и уже осознанно разобрала вещи, которые по чуть-чуть тут собирались. Нужно будет вернуться в квартиру и забрать остатки... Но как вернуться туда, не умерев от панической атаки на входе, я пока не представляла.

Несколько дней прошли удивительно спокойно. Я привыкла к течению времени на Земле и теперь заново привыкала к жизни без войны. Пару раз мы с Лео отправлялись ловить оставшихся мутантов, которые продолжали хозяйничать в Нью-Йорке. Я навестила Владимира и с удовольствием проверила, как поживают Профессор и его друзья. Они были маленьким мостиком к возвращению в общество людей и стояли между нашим и Земным миром.

На станции почти никогда нельзя было понять, сколько времени, однако Лохматый любил уходить с гитарой по утрам и играть в переходах в метро, и вообще оказался в спокойное время жаворонком... Я пару раз приходила к мысли, что могла бы присоединиться, взяв флейту, но, во-первых, поднять меня рано утром могла лишь Тамера, а во-вторых, я еще не настолько отпустила обещание не играть, чтобы переходить к публичным выступлениям.

Разок к нам заходил Дон, сбежавший со школы, чтобы посидеть в нашей тихой компании за игрой в шахматы. Ему пока что сложно давалось отыгрывать человека по много часов подряд, и требовалась перезагрузка. Не знаю помогала ли игра, в которой он размазывал нас с Лео вместе взятых, но больше никакой помощи он не принимал.

И разок к нам зашел Трейс. Это было довольно неловко, поскольку он застал нас за тренировкой и серьезно подумал, что мы пытаемся убить друг друга. Оказалось, он хотел позвать меня на патруль, и все никак не мог дозвониться. Говорить, что я намеренно не включала телефон уже недели две, я не стала, поэтому просто согласилась. Избегать свою семью я могла бы еще месяцами, но пора было взять себя в руки и двигаться дальше.

- Ты стала молчаливой, - заметил Трейс, спустя час нашего патруля.

Я наблюдала за текущим пейзажем высоток, активно и вычурно украшенных к Рождеству, за окном. Уже завтра наступит сочельник, и все будут сидеть в кругу семей и праздновать. Дети лягут спать в ожидании Санты, а на утро будут радостно скакать вокруг елок.

Мы ни разу с переезда не праздновали Рождество, скорее просто собирались семьями на ужин, а полноценное празднество оставляли на Новый Год. Это было нашей традицией. Но в этом году мне совершенно не хотелось праздновать ни то, ни другое.

- Правда?

Мы не говорили с того дня, как я случайно показала ему свою память. Интересно, сколько из всего это ужаса он успел запомнить за те несколько мгновений?

- Ты всегда шутила про ту вывеску над закусочной, - он указал на угол дома, мимо которого мы проезжали. – Что ее придумал человек нажавший на случайный набор букв. И...

Заметив мое безразличное лицо, он замолчал.

- Раньше это казалось смешным, - пожала плечами я.

- Ты говорила с отцом? – осторожно спросил он.

- Говорила...

Я пересказала ему все за исключением всего, что было связано с атлусами.

- Ты уверена, что он говорил правду?

- Да. На кой ему врать сейчас? Особенно, когда он понимает, что я могу сделать за вранье. – уставившись вперед холодно бросила я.

От этих слов Трейса передернуло.

Надо было спросить у Тифы, как забирать воспоминания...

Перед следующей фразой Трейс очень долго собирался с силами, представляя собой накаленный клубок нервов.

- После того, что ты мне показала... После этих воспоминаний, да? Это ведь были твои воспоминания? Я раз за разом вижу кошмар, как мне нужно пробраться через лес из камней, у меня сломана нога и я знаю, что меня вот-вот нагонят, но продолжаю идти. И каждый раз меня убивают на подходе к лагерю. Иногда это свои, иногда преследователи.

- Это была планета Лкурмско Валэ, - опустив взгляд на свои руки ответила я, избегая смотреть на Трейса. – В меня действительно выстрелили на подходе в лагерь. И это был не перелом, а трещина... Мне жаль, что тебе пришлось это увидеть.

- Я не об этом, Сирена. Я хотел сказать, что, переживая твои испытания во снах, я в тысячный раз убеждаюсь, насколько ты сильная. Ты была права... Ты далеко не та Сирена, которая выросла у меня на глазах. Ты, пожалуй, самый сильный, преданный и смелый человек, из тех, что я знаю. Пускай эти жестокие вещи тебя не преследуют. Ты сделала это, чтобы выжить, а за это себя винить нельзя. Никогда.

Я хотела сказать, что это не сила, а промытые мозги. Что я боролась, когда чип давал такое указание. Я шла им на встречу, а они стреляли в ответ – это пахнет изощренным издевательством, а не преданностью и смелостью.

Это был приказ, вшитый в мозг. И большая часть мыслей мне даже не принадлежала.

Но я не смогла.

Пускай он видит меня такой, чем я буду открывать ему глаза на реальность.

- И кстати, мне стоит беспокоиться о том, как, где и с кем ты теперь живешь?

Я бросила красноречивый взгляд исподлобья, и он усмехнулся.

- Ладно-ладно, не лезу. Но ты знаешь содержание всех лекций, которые я мог бы тебе сейчас прочитать?

Закатив глаза, я слегка улыбнулась и отвернулась.

Да меня после Цдама едва не передергивает от чужих прикосновений без разрешения, не то, чтобы... Нет, я лучше буду объяснять ему про чипы и приказы Рениша.

- Мы можем после патруля заехать в одно место? – спросила я.

- Да, конечно. Куда?

- В нашу квартиру. Хочу забрать оттуда кое-что. Но вряд ли смогу войти туда одна...

Трейс с пониманием кивнул и молча после завершения патруля привез к знакомому дому. Я вышла из машины поежившись в теплой куртке, и с опаской заглядывая в пустые глазницы окон.

- Готова? – Трейс подошел сзади, кладя руку мне на плечо.

Кивнув, я двинулась вперед, проверяя ключи в кармане, которые зачем-то каждый раз брала с собой. Будто у меня все еще была возможность прийти домой и там меня будут ждать.

Ступени закончились слишком быстро, не успев подготовить меня к встрече с выбитой дверью, заклеенной желтой лентой. Видимо полиция или пожарные снесли нашу дверь, когда пытались попасть внутрь. Заставив себя дышать, я сорвала печать и осторожно толкнула дверь.

Внутри было до ужаса темно, поэтому я зажгла шарик огня на руке, и благо, Трейс, безмолвно идущий сзади не стал это комментировать. Он щелкнул выключателем, но разбитая лампа лишь заискрила.

От пожара пострадали и гостиная, и кухня. Вещи, которые мама всегда педантично расставляла по своим местам, валялись разбросанными, многое пострадало в ходе битвы. Осколки вперемешку с пеплом и пылью усеяли пол. Стены, облизанные огнем, казались мрачными и шаткими. Тела нуксов исчезли, но я безошибочно помнила, где стоял и лежал каждый из них. Место, где в последний раз Рениш держал маму в руках, я старательно игнорировала и обошла чуть ли не вдоль стены.

В моей комнате свет загорелся, и, погасив огонь, я застыла на ее пороге. Все лежало на своих местах, огонь сюда не добрался, но здесь не осталось ничего, за что я могла бы ухватиться. Эта комната перестала быть моей.

Я точно знала в каком углу, что лежит, поэтому на сбор самого необходимого, чего у меня пока не было на новом месте, много времени не ушло. Фотографии, пара книг, теплые вещи, которых я не носила на Цдаме, и немного по мелочи – все, что могла дать мне целая комната. Я отыскала записку с рунами, куда однажды записала свой сон, и ворованные из маминой комнаты дневники.

Пролистав ее записи еще раз, я быстро перестала различать слова из-за вернувшихся слез. Отбросив их в сторону, я потерла глаза, стараясь успокоиться, пока Трейс меня не застал в таком состоянии.

Да, они тоже обрели немного смысла. Там чаще встречались термины, которые я узнала от атлусов, что-то про будущее и Аут, но это нужно было вчитываться и пытаться сложить пазл, в котором нет и половины деталей, поскольку листы из дневников она вырвала.

Сбросив их к остальным вещам, я остановилась у двери в комнату мамы. Хочу ли я забрать что-то на память?

На улице начал падать мельчайший снежок, больше похожий на дождь, и где-то над нами пели рождественские песни под смех детей. А я замерла в пустом темном коридоре, пропахшим гарью и одиночеством, не зная куда мне двигаться и что теперь делать.

- Пойти с тобой? – спросил Трейс, стоящий вначале коридорчика.

Я подняла взгляд и кивнула, разворачиваясь к двери.

- Знаешь, что самое ужасное? – едва слышно спросила я. – Я так сильно ее ненавижу... Но это нисколько не уменьшает боли от того, что ее больше нет.

- Знаю, солнце...

Трейс потрепал меня по плечу открывая дверь в темную комнату.

Но зайти туда я так и не смогла. Знала, там каждый миллиметр, знала, что там все на местах, лежит, дожидаясь возвращения хозяйки. Знала, что там никого нет, и это только сильнее меня отталкивало.

- Там на столе у нее стоят две фотографии, можешь дать мне ту, что справа? – попросила я Трейса, не в силах отвести взгляд от силуэтов вещей в комнате, освещенной слабым светом с улицы.

Трейс понял все без пояснений и предложил подождать его в машине. Он тоже хотел попрощаться с другом детства, но не мог позволить себе слабости, видя, с каким трудом справляюсь я. Согласившись, я покинула эту квартиру, понимая, что больше никогда не вернусь.

***

Разобрать вещи до конца мне удалось только на следующее утро. После этого я наконец прикоснулась к телефону. Брошенный на зарядку, он сиротливо лежал, отражая треснувшим в нескольких местах экраном, свет лампы. Я не знаю, как он пережил предыдущую атаку пришедшими за месяц сообщениями, и очень надеялась, что он сможет сделать это снова.

Большая часть, конечно, была от Трисс. Тут и злобные сообщения с обвинением в игнорировании, которые быстро перетекли в попытку достучаться и узнать, как я. Видимо она знает, что мама умерла...

Сотню сообщений от Дона месячной давности я пролистнула, отправив ему смайлик, на который он довольно сухо поздравил с возвращением.

Потом висел диалог с Полом. Сил читать висящие сообщения, последнее из которых пришло позавчера я не нашла, поэтому спустилась ниже к диалогам с Джесси, Броди и Падмой. Они какое-то время писали, пытаясь узнать, как я после пожара, потом спрашивали, как дела на родине, но довольно скоро бросили это дело. Ну месяц игнорирования меня бы тоже задел...

И почему они думали, что я уехала на родину?

Меня отвлек стук в приоткрытую дверь, в которой после приглашения появился Лохматый.

- Что делаешь?

- Осознаю, что кажется у меня слишком много друзей, - свесив уши пробормотала я, откладывая телефон. – Кстати, зацени.

Я выудила мешочек из ближайшей коробки и высыпала содержимое на кровать. С десяток разноцветных камней и минералов переливался в свете ламп. У каждого из них была увлекательная история, которая вряд ли когда-то выветрится у меня из головы. Не все из них были радостными, но это не уменьшало их значения.

- Ты все-таки их коллекционировала, - улыбнулся Лео.

- Герд заставил меня большую часть выкинуть, но да, - гордо выпрямилась я. – Лучшая коллекция инопланетных камней на Земле перед вами.

- Ты даже без памяти умудрилась остаться собой, - наклоняясь, чтобы рассмотреть камни, добавил Лео.

- Ага... - неуверенно протянула я, начав собирать их назад. - Я пропустила что-то интересное?

- Да, Профессор попросил поймать того речного мутанта... Помнишь, которого мы видели тогда на складе? А так, наверное, нет. А, еще Трисс говорила, что вся команда собирается на вечеринку, посвященную Рождеству у Броди, сказала мы тоже приглашены. Если, конечно, захочешь идти.

- Рождество? – я оглянулась на дату в телефоне. – Кошмар...

На пару мгновений меня выбило из колеи осознание, сколько времени прошло, и через что пришлось пройти, чтобы дожить до сегодняшнего дня.

- У нас ведь получилось? Мы его остановили? – впервые позволив вернуться себе к этой мысли тихо спросила я.

- Получилось. Вся деятельность нуксов замерла, они просто выключились, а обитатели баз поубивали себя. Все закончилось. И теперь пора учиться жить дальше.

- Я не представляю, как ты поверил моим бредням, что после всего этого можно начать жить дальше. Жить как человек...

- Ты бываешь очень убедительной. И, кстати, оказалась права, сказав, что это понадобится.

- Ну тогда, видимо стоит сходить... Начать учиться жить дальше...

- Уверена?

- Да. Чем раньше я заставлю себя двигаться, тем лучше. С квартирой я закончила, отец обещал с этим разобраться. Поэтому... Вроде ничего меня не держит.

Чушь и вранье чистой воды. Но мы все знали, как я хороша в обмане, а особенно в самообмане.

- Почему Трисс рассказала в первую очередь тебе? – нахмурилась я, понимая, что в ее сообщениях об этом не было ни слова.

- С Доном у них довольно натянутые отношения, а до тебя дозвониться сложнее, чем заставить Джесси иногда замолчать. И, вероятнее всего, она надеялась, что мне будет проще тебя уговорить.

- Ну да... Логично, - пробормотала я. – И ты все это время, пока я была «там», ходил в школу?

- Нужно было приглядеть за Доном, - пожал плечами Лохматый. – Да и... Не знаю. Это было чем-то таким простым. Пока я был среди команды, казалось, что мир не такой уж и сложный. Можно было притвориться, что этого кошмара за пределами Земли нет.

- Как будто вся жизнь еще впереди и нас ждет светлое будущие, а не смерть где-то на поле боя.

- Твои друзья отлично умеют внушать это чувство.

- Они и твои друзья, - хмыкнула я. – Броди точно кидал мне что-то про это. А Джесси...

- Да, я знаю. Он с этими дурацкими видео про «наш последний год» достал даже Падму.

- Кстати, и что вы там наплели остальным про мое отсутствие?

- Если что, это идея Дона, - оправдывающимся тоном начал рассказ Лео.

Недолго думая, я решила, что лучше сделать шаг вперед, чем сидеть и прятаться в своей скорлупке. Если команда смогла заставить Лео почувствовать себя близко к обычному подростку, то мне тоже должно помочь. В теории. Надеюсь, это Рождество будет хотя бы шажком вперед.

Просторная квартира Броди ничуть не изменилась за эти месяцы, не считая появившихся рождественских украшений и елки со сверкающей гирляндой и вычурными игрушками. На серых диванах, поставленных друг напротив друга уже сидели Джесси, Падма и Броди. И кто-то еще занимался приготовлениями на кухне. На парнях были ужасные парные рождественские свитера. На спинах были окна, где шторы раскрывал вылезающий на зрителя красноносый бородатый дед, а спереди летящие сани с подарками.

- ОЧУМЕТЬ! – взорвался подпрыгнувший Джесси и все тут же повернулись к нам. – Вы тоже видите пришествие Дьявола?

Все трое подскочили и подбежали ко мне, успевшей начать снимать куртку.

- Эм... Привет? – немного растерялась при виде бурной реакции я.

Позволив Дону забрать у меня куртку, они по очереди бросились меня обнимать, засыпая вопросами и не давая ответить. Я силой заставила себя не уворачиваться от их объятий внутренне сжавшись так сильно, что было больно. Боги, надеюсь меня не вывернет...

Я успела отметить, что Броди перекрасился из рыжего в красный, а Падма подстригла каре, а потом один из них схватил меня за руку, пока Джесси удивленно воскликнул:

- Тебе разрешили набить татуировку?! И... И ого, ты что, подкачалась?

Да, у меня были одиннадцать месяцев беспросветной борьбы за жизнь, естественно я стала сильнее.

- Я же теперь совершеннолетняя, - пересказывая придуманную мне легенду начала я. – Имею право.

Дав нам наконец-то войти, все трое немного успокоились, и я смогла им объяснить, что мы уехали с мамой на месяц на родину, чтобы проверить мою бабку, а в это время случился пожар, поэтому планы накрылись медным тазом. Но из-за учебы меня отправили назад, и пока я живу у отца.

Сложнее всего было удерживать маску с легкой улыбкой и говорить так, словно это были просто внезапные каникулы, а не конец света.

Но рядом были Дони и Лео, поэтому дышалось немного легче.

Вскоре с кухни появилась Трисс с подругой черлидершей и принесла бутерброды. Уставившись на нашу тройку, сидящую напротив тройки Джесси, Броди и Падмы, она села рядом с Доном, закинув ноги на кофейный столик.

- Я же сказала он их приведет, - кивнула Трисс на Лео.

- Ты полон сюрпризов, чувак, - кинул Броди, беря бутерброд. – Кстати, Сирена, угадай, кто занял твою позицию в команде?

Я даже оборачиваться не стала, лишь скептично приподняла брови.

- Не злись, - развел руками Джесси. – Те два придурка вернулись в команду, и мы смогли продолжить выступать. И кому-то пришлось бы занять твою позицию в любом случае. И не знаю, как это пришло в голову Тренера, но Лео прекрасно справился. Мне кажется, я даже слышал, что Тренер подумывает не сделать ли вас с Полом обоими капитанами...

- Ты преувеличиваешь, - заметил Лео.

- Неправда, - сказала Падма. – Правда Пол от этого не в восторге...

- Он изначально был не очень мне рад.

- И мы все знаем почему, - протянул Броди, бросив в мою сторону косой взгляд.

Я протестующе подняла брови.

До меня медленно доходило осознание, что Лео за месяц каким-то магическим образом влился в команду. В их обсуждении игр было что-то такое обыденное... Просто в голове эта картинка не укладывалась.

- Кстати, - Джесси обвинительно тыкнул пальцем в Лохматого. – Ты так и не поделился своим планом тренировок. Мне вообще-то очень интересно...

- Спроси у Сирены, - предложил Лео.

- Катись к черту, - бросила я.

Дон устало вздохнул, переглядываясь с Трисс.

Я смотрела на одноклассников и не могла поверить, что для них действительно прошел всего месяц. Они ничуть не изменились, за исключением цвета волос Броди, который теперь не просто подчеркивал его смуглую кожу, а заставлял светиться. Что Джесси все с тем же светлыми веселыми глазами обнимает Падму, с которой они, по сути, в самом начале отношений. Для меня казалось просто невероятным, что все, что их волновало последние четыре недели – это контрольные и приближающееся Рождество.

Но тут в узкой прихожей хлопнула дверь, и обернувшись я увидела Пола, отряхивающего сапоги. Он сделал новый прокол и вместо банданы надел колпак Санты, но в остальном... Остался таким же. Да и с чего им всем было меняться... Их жизнь не подразумевала внезапную войну.

Заметив меня, он невольно застыл, а потом выдавил:

- Сирена? Привет...

- Э-эй, нас тут вообще-то много! – заорал Джесси размахивая руками, но Броди пихнул его локтем в бок, и он унялся.

Разговор полился сам собой совершенно неуправляемым руслом, но я никак не могла ухватить его нить. Все обсуждали прошедшие игры, то, что выкинула математичка, как кто будет проводить каникулы. А что было сказать мне? Что я весь их месяц вела войну? Сражалась на арене и убивала всех подряд? Работала в гареме? Что из всего этого прозвучит достаточно приемлемо, чтобы со мной не перестали общаться?

- Сирена, ну так, чем ты занималась на родине? – обратился Пол, рассматривая мою татуировку.

Я надела огромную футболку, мысленно молясь, что шрамы на руках будут не так заметны из-за опущенных до локтя рукавов. К сожалению, с помощью магии у меня пока не получалось их прятать вместе со всем остальным.

- Ты еще не рассказывала про нашу общую учительницу? – подсказал сидящий сбоку Лохматый.

Бросив благодарный взгляд, я успешно начала сочинять Тамере историю, которая едва ли походила на настоящую, но этого было достаточно, чтобы потом от меня на время отстали.

Потом в небольшое затишье в диалоге Трисс положила на центр коробочку с яркой упаковкой.

- Знаете, - довольно сказала она. – Не знаю как вам, но мне надоело придумывать вопросы в наше «Правда или действие», поэтому пополняю наш банк настолок.

Броди осторожно потянулся к запакованной коробочке, где под оберточной бумагой пряталась карточная «Правда или действие». Хитрые улыбки появились на лицах остальных мгновенно, и я приготовилась врать как никогда в своей жизни.

Несколько кругов все шло хорошо, и мы заранее обговорили, что каждый по очереди чередует правду или действие. Но потом Лохматому на действие попалось задание: «Представьте, что вы каскадеры в боевике и изобразите бой».

- Неплохие задания ты выбрала Трисс, - усмехнулась Падма.

Я с полуулыбкой повернулась к Лео, но он отмахнулся:

- Обойдешься, мне и на тренировках хватает.

Что, не нравится, что мы теперь сражаемся абсолютно на равных?

Хотя да, наш спарринг будет выглядеть слишком впечатляюще для ничего не знающих ребятах...

- Ну тогда выбирай жертву, - закатила глаза я, поворачиваясь к Броди, Полу и Джесси напротив.

- Ну что настал час... – предложил Джесси, заговорщицки улыбаясь.

- Нет... - протянул Лео.

- Да брось, мы столько раз это обсуждали, - возмущенно ответил Джесси.

- Что обсуждали? – удивилась я.

- На одной из игр, кто-то додумался хорошенько врезать Броди за удачный гол, - на русском сказал мне Дон. - Но между ними оказался Лео. С тех пор Джесси горит желанием выяснить, кто круче дерется.

- Это очевидно, - тихо ответила я тоже на русском.

- И детский сад, - сбрасывая карту ответил Лео. – Давайте лучше это пропустим.

- И когда вы втянули его в свою секту инопланетного языка? – уставившись на нас с Доном спросил Джесси, осознавая, что только Лео понял содержание нашего диалога.

- Он сам, - хмыкнула я, закидывая ногу на ногу. – И на меня не смотри, это не я научила. Это его рук дело.

Дони оскоблено поднял брови, прикладывая руку к сердцу.

- Ребята, - Джесси обратился к остальным. – Следите за ними, их число начинает расти.

- Да, еще немного и ты тоже заговоришь с нами, - вкладывая в эти слова жутко наигранную серьезность ответил Дон.

Джесси показал ему средний палец.

- Ты в порядке? – уточнила я тихонько, возвращаясь к русскому.

- Все отлично, - сухо ответил он. – Это не я старательно избегаю Пола и стараясь не попасться на лжи в каждом своем слове.

Я ущипнула его и отвернулась.

Остальные продолжили о чем-то беседовать, а я под шумок взяла свою куртку и выбралась на пожарную лестницу, где было оборудовано креслице с пепельницей, и села на перила, свесив ноги наружу.

Через час наступит Рождество. Ребята начали приносить с кухни заранее заготовленные напитки и еду, и, надеюсь за общей суетой никто не заметит моего отсутствия.

С неба продолжало сыпаться что-то похожее на дождь, но мрачная погода не помешала мне зажечь сигарету, уставившись на сверкающий и поющий город. Ощущения праздника не было и подавно, и я даже не пыталась себе внушить, что должна что-то чувствовать. Хватит и того, что, пока что, мне удалось убедить всех, что я в порядке. Город был в тумане и загадочно светился рождественскими огнями. На улицах было ни души.

Окно за спиной тихонько приоткрылось, и я по шагам узнала Лохматого.

- Трисс переживает, что ты не попробуешь ее фирменного коктейля.

- Что в нем? – забирая из его руки пластиковый стаканчик, уточнила я, инстинктивно снова натягивая маску улыбки.

- Я догадываюсь, но оглашать не буду, - хитро ответил он, присаживаясь рядом.

- Ну, даже если это яд, я не расстроюсь, - задумчиво ответила я, смотря в голубоватую, сладко пахнущую жидкость. – А теперь колись, почему ты такой задумчивый последние дни.

- Да так... - он посмотрел в свой стакан. – Гадаю, что бы сделал со мной мой отец, увидев меня сейчас.

- М-м-м, - протянула я, затягиваясь. – И какие варианты приходят на ум?

- Обезглавливание, лишение кистей или четвертование. Хотя я больше склоняюсь к обезглавливанию, - почти с усмешкой в грустно светящихся глазах ответил Лео, поправляя кудрявые волосы.

- Это из-за меня и атлусов? – подходя к острой теме спросила я.

Лохматый снова каким-то неуловимым движением забрал у меня сигарету и стряхивая пепел ответил:

- Я знал, что так будет, поэтому у меня было время смириться, - выдыхая дым неспешно ответил он. - Почти сразу было понятно, что ты настоящий атлус, а не удача Рениша, но... Хотелось надеяться.

- Хах, ты даже не представляешь, насколько я далека от настоящих атлусов.

Он повернулся ко мне с удивлением на лице, из-за чего шрам на носу немного сморщился. Я забыла напомнить про пластырь...

- Кстати, - я снова вернула себе сигарету. – Единственное, что мне не удалось выяснить, это почему земные агверы, то есть... Вы. Так ненавидите атлусов?

- Это старая история, - Лео переместился на креслице, и мне пришлось придвинуться ближе и сесть боком, чтобы его видеть. – Все началось с нашего первого, и последнего, короля – Энмы. У каждого Ксуера была своя стая, главенствующая над остальными, но он... Он был самым могущественным, по силе приближенным к вам. К нему прислушивались даже боги. И когда Природа отослала людей на землю, со временем стало понятно, что о них никто не собирается заботиться. Тогда Энма, заручившись поддержкой Своевольного Бога, названного брата среди атлусов, попытался донести до них, что богам нужно думать не только о себе. Но его не послушали. И тогда он собрал всех агверов и поднял бунт, требуя от атлусов защиты и для людей. Это переросло в войну с Ксуером и, если бы стаи осени, лета и весны не предали нас и не отравили Своевольного бога, у нас бы получилось победить. В итоге Природа рассудила так, что если Энма так рвется заботиться о людях, то пускай этим займутся его подданые. Всех агверов, за исключением предателей, сослали на землю, Энму казнили вместе с его стаей, а Своевольного бога не просто убили – его стерли из истории, не оставив даже имени.

- Вот тебе и святоши... - пробормотала я. – Мне очень жаль. Вы этого не заслужили.

Лохматый посмотрел на город, передернув плечами:

- Может оно и к лучшему. Люди не остались беззащитными, а мы научились малой магии и без богов покровителей. У самых старых стай есть свои магические способности.

- Вроде твоей телепортации, - догадалась я, туша сигарету и беря новую, зная, что легче диалог не станет. – Вот тебе и семейное дело, из-за которого ты вернулся.

- Мою стаю называли Паэор – Призраками. Вполне подходит, - совсем грустно добавил он. – Хотя Нью-Йорк считается нейтральной территорией без защитников... Но я остался тут.

- Что? Это как?

- Каждая стая защищает определенный город, и моя после долгих скитаний осела в небольшой деревушке в Японии. Но мой дед хотел заполучить Нью-Йорк - территорию, на которой испокон веков не было ни агверов, ни атлусов после того, как именно здесь казнили Энму и Своевольного Бога. Поэтому он послал моего отца сюда, и оказалось, что агверы тут все же живут.

- Твоя мама, - кивнула я.

- Да, - Лео снова удалось взять мою сигарету, хотя я уже никак не сопротивлялась. - По праву рождения этот город должен быть под защитой моей стаи... И сейчас отец был бы в бешенстве... Мало того, что мне столько лет не удавалось оградить людей от нуксов, так я еще и пощадил бога зимы и фаэррай, чья прародительница сожгла мой дом.

- Аут? – искренне удивилась я.

Он мрачно кивнул, смотря мне в глаза.

- Ну что, кажется, эта сволочь Аут испортила нам с тобой жизнь просто капитально с самого начала, - невольно погружаясь в старинные самые мрачные воспоминания и находя в нашем прошлом параллели, сказала я, допивая чудо-коктейль Трисс. – А хотя знаешь что? Пошли они все к чертовой матери! И Тифа с Гете, и Виайла, и Аут, и Природа, и твой отец с завышенными ожиданиями. Если они думают, что могут диктовать нам правила, то пускай сначала отхватят такого же дерьма в свою жизнь. Пускай переживут то же, что и мы. Пускай переживут хоть один день на том сраном фронте, переживут хоть одну битву на Цдаме, хоть один день проведут в камерах пыток. И пошли они к черту. Я никому больше не позволю диктовать мне как жить, даже если это самые сильные боги. И... Что ты на меня так смотришь?

Лео удивленно моргнул, прогоняя восхищение с чем-то неуловимым из взгляда, и воспользовавшись его замешательством, я вернула себе сигарету насовсем.

- Никогда бы не подумал, что услышу такое от атлуса...

- Ты будто меня первый день знаешь, - нахмурилась я.

- Значит, - прочистив горло сказал Лео. – Ты нашла их, разочаровалась и вернулась?

- Ага, - кивнула я. – Ничего особенного в атлусх нет. Могу украсть тебе крылатого коня – сам убедишься.

- Крылатого коня? – не веря ни единому моему слову усмехнулся Лео.

- Да, - всплеснула руками я. – Эти дурни имеют крылья, но предпочитают использовать коней. И, перестань, я не вру! Честно.

- Мне запрещено туда подниматься, - восприняв это, как шутку ответил Лео. – У меня нет бога покровителя.

- Я тебя умоляю, - усмехнулась я. – Перед тобой некоронованная принцесса, они там меня, как чумную боятся. Да и чего стоит украсть форму стражников...

- Что угодно, но только без формы стражников.

- То есть ты согласен, - хитро сощурившись наклонилась вперед я.

- Я об этом, возможно, пожалею, - он забрал у меня окурок, кинув в пепельницу, при этом не отводя взгляда. – Но, если есть возможность стать первым поднявшимся в город атлусов земным агвером, кто я такой, чтобы отказываться?

- Тогда решено, - удовлетворенно кивнула я, выпрямляясь. – Кстати, а что за боги-покровители?

- Иногда стаи заручаются поддержкой богов... Допустим стая солнечных агверов подчиняется Солнцу и его фаэррай, и, по сути, любая стая может поклясться в верности любому богу, который на это согласится, и даже получит способности в соответствии с его искрой, если у них нет другой.

- Но те, кто охотится на атлусов вряд ли станет просить о покровительстве...

- Да, поэтому на земле ты вряд ли встретишь такую стаю. И от покровительства там одно название. Это просто рабство. Когда клянешься атлусу в верности, ты отдаешь ему душу насовсем, и он вправе распоряжаться тобой как хочет.

- Это ужасно, - с отвращением поморщилась я. – Я бы ни за что на такое не согласилась.

Лео согласно кивнул, возможно радуясь, что мой жизненный опыт позволяет мне мыслить теми же категориями.

- Попались! – кликнула Трисс, появляясь в окне.

Мы увлеклись разговором, поэтому не услышали, как она подошла и от неожиданности выхватили по ножу.

- Воу-воу, тихо, - она обезоружено подняла руки.

Ее победная ухмылка сменилась на разочарованную, когда она поняла, что ничего необычного не застала. О, ты издеваешься, да? Вы тут все что ли...

- Вы из дома без оружия вообще не выходите? – чтобы нарушить неловкую паузу сказала она, когда мы спрятали ножи назад.

- Никогда, - буркнула в ответ я.

Позади нас начали взрываться салюты, отбрасывая на лицо Трисс цветные блики.

- Тогда, если закончили миловаться, бегом назад. Рождество вот-вот наступит!