Эледра

Не помню, как я добралась до какой-то крыши одного из самых высоких знаний в Нью-Йорке, и сидя на самом краю пыталась собраться. Слезы больше не текли, кажется, они просто закончились, и глаза щипало от усталости. Была глубокая ночь и очень холодно, но я не могла подняться. Даже думать было сложно. Где-то в груди зияла огромная дыра... Черная и глубокая и оттуда текла боль, с которой бороться больше не было сил. Вся накопленная тьма выходила наружу, напоминая о каждой смерти или убийстве, которое я совершила только, чтобы ее спасти.

Только чтобы она решила умереть у меня на руках.

На моих руках засохла ее кровь и мне казалось, она уже никогда от них не отмоется.

- Сирена?

Я дернула ухом, узнав голос Трейса, но оборачиваться не стала. Конечно, он меня не послушал и приехал раньше оговоренного срока.

- Уходи, - обессиленно ответила я.

Он сел рядом очень осторожно, сохраняя дистанцию и явно с большим трудом не смотря вниз.

- Не могу, - грустно усмехнулся он. - Сирена, посмотри на меня.

Я с трудом отвлеклась от рассматривания запекшейся крови на ладонях, и опустив уши повернулась.

- Ты не виновата, - выделяя каждое слово сказал он.

Его глаза тоже были красными. Мама была его подругой со школы. Они любили шутить, что мы с Доном их точная копия в молодости. Наверняка и Рашель тоже где-то тихо плачет.

И спустя часы прокручивания этой ситуации в голове, я с ним согласилась:

- Я знаю. Я просто... Я так зла. Я столько сделала ради нее, стольких убила, стольким пожертвовала, чтобы она просто зарезала себя! – после долгого молчания мой голос звучал хрипло. - Я продала свою душу, свое тело... И все, что меня держало до этого дня, это мысль о том, что я спасу ее. Что она ждет где-то в плену. Я уничтожила не одну империю ради того, чтобы вернуться и спасти мать-трусиху, которая решила сдаться! – я захлебнулась словами, от накатившей ярости, и сжала кулаки сильнее.

Трейс молча придвинулся и обнял меня, погладив по волосам.

- Я не представляю, как тебе было тяжело там, и то, что ты показала и рассказываешь... Это...

- Чудовищно, - подсказала я. – Я знаю, что я монстр.

- Нет. Это несправедливо, - отпустив меня, он взял меня за руки. – Ты заслуживаешь гораздо большего, чем такая жизнь. Никто, абсолютно никто, не должен проходить через такую боль. Вы всего лишь дети. И чтобы ты не сделала, ты кто угодно, но не монстр.

- Ты не знаешь, о чем говоришь, - я выскользнула из его рук и встала отворачиваясь.

- Знаю. Потому что я знаю тебя, Сирена.

- Не знаешь! – крикнула я, непроизвольно делая глаза ярче и прижимая уши. – Больше нет. Знай ты меня, то побоялся бы подходить и скорее застрелил. Такие, как я заслуживают лишь электрический стул!

- И все же несмотря на эту броню и крылья, - он тоже встал, отходя от края. – И вижу перед собой ту, за чьим взрослением наблюдал, и ту, кто пережила самую худшую потерю. Та боль, что ты испытываешь, это нормально...

- Нет! – я вцепилась в свои волосы, делая шаг к краю с ощущением, что взбунтовавшаяся магия сейчас выпрыгнет. – Нет, нет, нет, замолчи. Просто замолчи.

Он хотел остановить меня от прыжка с крыши, взяв за плечо, но я опередила его руку, поймав налету и на секунду реальность исчезла. Перед глазами проносились воспоминания из космоса один за другим, сменяясь на Землю, а потом на Цдам. Одиннадцать месяцев пролетели перед глазами в один миг, и растерявшись, я отпрянула от Трейса, нервно дергая хвостом.

- Что... - он осоловело хлопал глазами и оглядывался.

- Ты видел? – я обняла себя руками, склоняя голову.

- Я... - он потупил взгляд, но потом резко поднял голову, словно его мозг составил картинку целиком. – Сирена, что это? Эти планеты, монстры... Та арена! Сирена?

Я закусила губу, пятясь.

- Тебе не следовало всего этого видеть.

- Пожалуйста! Только не убегай.

Я была готова взлететь в любую секунду, но боль и отчаяние в его голосе заставили меня замереть. Шли секунды и молчание грозило затянуться.

- Теперь-то ты понимаешь? – едва слышно спросила я.

- Понимаю, что тот ад, что вы устроили этим ублюдкам, был справедлив. И может я много и не понял в этих... Воспоминаниях? Но я еще больше уверился, что как бы над тобой не издевалась жизнь, как бы тебя не мучали, ты встаешь, чтобы напомнить им, что с Сиреной Карлайт такое не пройдет.

- Ты не ненавидишь меня?

- За что я должен тебя ненавидеть? – удивленно развел руками Трейс.

- Я буквально воплощение всего, с чем ты борешься всю жизнь. Из-за меня вы все пострадали, особенно Дони и... И нет! – я успела перебить его. – Не смей меня оправдывать! Это нельзя оправдать.

Я коснулась шеи, где желтели остатки синяков и на секунду подумала, что забыла, как дышать. Я позволила делать с собой такое. Я позволила себя насиловать. Позволила пытать и резать на куски, чтобы потом склеивать заново. Позволила отправлять на смерть. Позволила делать из себя палача и убийцу. И меня это устраивало. Это было оправдано, но сейчас, после смерти мамы это перестало быть таковым. Все эти ужасы Цдама, на котором я яснее всего осознавала, что делаю, останутся со мной навсегда. Навсегда со мной останется заплаченная ни за что цена. Я убила Розефину, отправила Нантргар на казнь. И позволила этому ублюдку подойти так близко и издеваться...

Всплывшие отвратительные сцены заставили меня содрогнуться.

- Я думала, что если спасу ее, то все это будет оправдано, - я медленно повернулась к Трейсу. – Я заплатила эту цену, надеясь, что этого хватит, чтобы она выжила. Но теперь все это просто... Ничего не стоит. Я позволила растоптать свою душу, чтобы получить слабость матери, которая просто плюнула мне в лицо. Эта боль – это не скорбь по ней. Только отчасти. Это боль осознания, того, чем я являюсь теперь. И признаюсь честно. Я ненавижу и ее, и себя, и даже не представляю кого из нас сильнее.

- Сирена, позволь помочь...

- Найди моего отца. Сейчас ты можешь помочь только этим.

***

Оказалось, что мой отец все это время прятался на Бродвее, живя в небольшой квартирке над театром. Через окно я увидела светло-зелененький диван с кофейным столиком напротив телевизора, по бокам которого стояли книжные полки.

Мой отец, вечно одетый с иголочки, сидел в мятой льняной рубашке и свободных штанах, обхватив лохматую голову руками. Окно было не заперто, поэтому я довольно легко попала внутрь, и он, словно почувствовав мое бесшумное появление резко обернулся.

Залегшие крупные морщины и синяки под глазами, говорили о том, что он давно не спал, и похоже... Плакал?

- Значит это правда? – сипло спросил он, подмечая мой ничуть не лучший внешний вид.

- Кто тебе сказал? – снимая нанокостюм прищурилась я.

Он смеет по ней плакать? Он, погубивший ее жизнь? Заставивший разрываться между семьей и работой? Предатель, игнорирующий меня всю жизнь, по совместительству бог хрен знает чего?

Он показал мне свою ладонь, на которой была белая руна. Точно такую же я заметила на ладони мамы, когда...

- Она была моей парой, - снова посмотрев на ладонь безжизненно ответил он.

- Женой, - недовольно поправила я.

- У атлусов все немного по-другому. Мы выбираем свою эйнту один раз на всю жизнь, - посмотрев на мое открытое предплечье с татуировкой сказал он.

- О, ну, конечно. У расы, о которой я узнавала случайно у кого угодно, но не у отца, из-за которого теперь обязана выглядеть как страшилище.

- Твои крылья – это гордость, - насупился он, подняв подбородок. – И огромная честь.

Я закатила глаза и усмехнулась. На что я надеялась, придя сюда? Отрадно видеть, что он страдает, и что, судя по всему, маму он любил... Но это дерьмо в таком тоне я слушать не собираюсь.

- Ладно, было приятно повидаться, - махнув хвостом, я пошла к окну.

- Стой. Ты ведь пришла за ответами? И твой агвер вряд ли тебе даст их.

- Значит спрошу у атлусов и Аут, - прижала уши я, смотря в окно.

- А как ты их найдешь?

- Аут сказала начать с пепелища старого мира и, не надо быть гением, чтобы понять, что ответы в старой квартире. В дневниках мамы... - я захлебнулась словами, вспоминая карты, которые когда-то там нашла.

- Да, только эта старая кошелка никогда не отвечает на вопросы прямо, не так ли? Да и как ты думаешь, в городе богов кто-то знает про некую смертную по имени Андреа Карлайт?

Злобно сверкнув глазами, я развернулась. Отвратительно, что, когда нам больно мы делаем больно и другим тоже. Я хотела чего угодно, но не быть похожим на него...

- Я хочу знать правду, - резко ответила я.

- Атлусы не умеют врать, Лилия.

- Я живое доказательство обратного. Как и ты, кстати.

- За это меня и изгнали, - пожал плечами он, садясь на диван, и жестом приглашая сесть напротив. – Но мы с тобой немного от них отличаемся.

- Тем, что отчасти люди? – предположила я, оставшись стоять.

- Ты – да. Но не я. Моя проблема была в моем таланте. Богу театра на роду написано быть лжецом и примерять маски. И ты, к сожалению, переняла это и довела мое искусство до идеала.

Рениш сказал, что мой отец отличный театрал... Вот же жук. Он уже тогда знал...

А ну да, где еще мог поселиться бог театра, как не на Бродвее.

Есть ли вообще хоть слово правды в его словах? Чему я тут вообще могу верить?

- Мне это жизнь спасает, - проворчала я. – Значит, ты бог театра?

- Был, - кивнул он. – Пока Кея не спасла меня от безумной мамаши, которая хотела лишить меня крыльев, увидев мое будущее.

- Тебя спасла одна из ксуера? – удивилась я, резко вспоминая тексты из книги Мелкхиона.

- Да, она спасла меня от отправления на землю и дала мне свою искру, вернув крылья, объявив, что теперь я ее фаэррай. Бог зимы.

- Покажи мне, - попросила я, все-таки делая шаг навстречу.

Он, не моргнув глазом, вернул себе крылья и расслабленно приоткрыл их. Они были искрящегося белого цвета, словно снег, с красивыми резными концами, похожими на языки огня. Хвост был раздвоенным с голубоватыми шипами, а еще у него были небольшие рога, как будто покрытые инеем. Впервые в жизни я видела настоящего отца, с горящими зелеными глазами, пшеничными волосами и желанием открыться мне. Наконец-то он решил быть со мной честным, спустя столько лет.

Из книг Алхимика я узнала многое. Оно было очень заумным, но если сводить к сути, то атлусы создавали людей по своему образу и подобию, но лишили их доступа к магии. Атлус отличается от человека не только наличием магии, крыльями и долголетием. Атлусы физически куда выносливее и сильнее. Их тела, как и их души созданы так, чтобы проводить сквозь себя магию без риска сжечь себя. Атлус может лишиться доступа к магии и стать чем-то приближенным к человеку, но человек никогда не станет атлусом. Он просто не способен вынести эту нагрузку.

- Мы с твоей мамой познакомились случайно, спустя две сотни лет моего изгнания...

- Сколько-сколько?

- Двести двадцать семь, если быть точным... Стой, твой агвер не говорил тебе, что фаэррай бессмертны, пока ксуер не решит забрать свою силу назад?

- Давай, ты будешь рассказывать. И прекрати его так называть.

Он прищурился, но продолжил:

- Я сразу понял, что именно она будет моей парой, моей эйнту, но богам и людям запрещено вступать в отношения. И тогда твоя мать решила заключить сделку с Аут, чтобы нам позволили быть вместе, и чтобы я не говорил и как не убеждал, она меня не послушала.

- Ты облажался, - кивнула я.

- За то, что ты упрямая как баран, можешь благодарить ее.

- Что за сделка, Серафим?

- Аут разрешила быть нам вместе, - вздохнул он. – Зима и Луна часто являются родственниками, поэтому ее было легко уговорить. Она добилась нашего права путем того, что сделала твою маму носительницей своей искры.

- Искры?

- Того, что делает атлуса – атлусом, - сложив крылья плотнее за спиной ответил он. – Каждый атлус имеет уникальную, так сказать, специализацию и отвечает за какой-то талант человека. У младших богов жизнь ограничена тем, сколько их талант живет среди людей. И по сути, все врачи мира, какой бы вере они не принадлежали, верят в одну богиню медицины. Все кузнецы в бога кузнецов, и так далее.

«Искра» в книге называлась по-другому, но суть была та же. Каждому дают батарейку, которая заряжается от вселенной и дает своему владельцу использовать магию, передавая ее в мир через душу. Каждый атлус охватывает свой круг людей, давая им смысл жизни. Пока живы те, кто живет кузнечеством – будет жив бог кузнецов.

- И поэтому мы бессмертны? Потому что не привязаны к людям, - кивнула я, ощущая, что начинаю понемногу сходить с ума. – Вы могли бы мне хоть сказки на эту тему рассказывать, чтобы я сейчас хоть немного понимала?

- Да, у нас своя специализация, - проигнорировав мое язвительное замечание сказал отец. - Из всех возможностей зимы я могу управлять льдом. Ты из всех возможностей ночи откроешь в себе свой талант, который будет твоим главным оружием, помимо огня.

Тени...? Он про них?

Получается есть мы – бессмертные ребята с возможностью управлять чем-то природным как лед и тени. Есть ребята попроще, которые живут своим делом и могут... Не знаю, лечить прикосновением, поскольку боги медицины? Эти же ребята обязаны заботиться о людях и направлять их. Мы же, по книге Алхимика, управляли ими. А нами эти древние увальни – Ксуер - вроде Аут. И они выбирали нас в качестве своих «детей» и скидывали на нас обязанности?

- Но почему мама не стала фаэррай?

- Она и не могла. Она была лишь человеком. И когда твоя мама была беременна тобой, а Аут дала ей искру, то она разделилась. Кусочек этой силы всегда был с тобой... А Аут скорей всего именно в этом и нуждалась Ей зачем-то нужна была фаэррай, рожденная среди людей... - задумчиво произнес отец. – Вероятно из-за того, что после твоей смерти она заполучит твои навыки и знания, и, вероятно, возможность врать, что сделает ее самой опасной из ксуера.

Ксуеров было семь, плюс один неизвестный. И они выбирали себе по носителю, чтобы временно сплавить свою силу и обязанности. Они в это время были чем-то вроде бестелесных духов, и могли нас направлять... После нашей смерти, или когда им становилось скучно, они получали свою силу назад, поскольку без этих семи опор баланс мира рухнет. У этой силы всегда должен быть носитель. И она за счет множества носителей становилась все глубже, а Ксуер все мудрее и изощреннее. Они носили воспоминания и навыки фаэррай так, словно они прожили это сами. Аут решила кратно прокачать свои возможности, выбрав меня и бросив Ренишу для развлечения...

- Ты тоже врешь, - скептично заметила я.

- Но мне далеко до твоих навыков сражения. Мне были видения... О тебе в других мирах.

- Круто, - сухо заметила я. – И что дальше?

- Была загвоздка, что после того, как ты заберешь искру у мамы, она бы потеряла все свои воспоминания. Она нашла выход в том, чтобы связать Аут обещанием, что она станет тебе матерью вместо нее. Но, а я... Придумал кое-что получше. Заставлять тебя смотреть на маму, которая ничего и никогда о тебе не вспомнит, наблюдать как она стареет, пытаясь понять, что случилось с ее жизнью и постоянно забывать тех, кто о ней заботится... Я не хотел, чтобы ты проходила через такое, и мы решили отдать тебе мою искру. Поскольку я был рожден атлусом, я бы просто стал человеком, и мы с твоей мамой дожили бы наши жизни вместе. Но тогда, Аут вернулась, оставила нам Арью и пригрозила, что если я не исчезну из твоей жизни, то она расторгнет сделку и убьет Андреа.

- Но ведь это все еще могло сработать, - возразила я, сдаваясь и садясь на подлокотник дивана.

- Нет, поскольку часть силы Аут, жившая в тебе все это время, бы не позволила, - грустно усмехнулся отец. – И тут у тебя ни с того ни с сего появляются крылья, нас находит призрачный агвер, нуксы и все идет наперекосяк. Знаешь, а ведь он был прав, когда сказал нам, что мы обречены на провал с нашим планом и нам следует рассказать тебе правду и позволить решать тебе.

- Кто? Рениш?

- Лео. Он сразу понял, что крылья тебе достались явно не от Кеи и сказал, что твое тело просто не примет мою искру, поскольку ты уже принадлежала Аут. И предупреждал, чем оно обернется.

Я опустила взгляд, сплетая пальцы. Получается, он знал с самого начала. Он дал им возможность рассказать мне, предупредил.

Но злость на всех троих все равно недовольно зашевелилась.

Итак, мы имеем всемогущую Природу, которая создала семь плюс один старших богов – Ксуер, отвечающих за базовые на планете вещи от солнца до лета. Потом они создали атлусов, наделили их разными человеческими талантами, и Природа оставила Ксуер с ними нянчится. Потом она создала агверов, а потом людей. Услышала от Аут странное пророчество о своей кончине и решила уйти в спячку. А вслед за ней уставший от обязанностей Ксуер. Они были очень изобретательными и решили выбрать себе достойных атлусов - фаэррай, которые займут их место на время и оставили за главных.

А вот вопрос... Я ведь только частично атлус, а значит не такая сильная, как они. Люди по книге крайне хрупкие создания, совершенно не способные на взаимодействие с магией. Как мы выяснили с магией я дружу, но явно совсем не так, как они. Да я даже толком не понимаю, как она работает...

Хотя забавный факт. Сила восьми ксуеров равняется силе одной Природы. Я чисто из интереса начала расспрашивать Алхимика, и он предположил, что они могут существовать и отдельно друг от друга. А значит если случится что-то интересное, и Ксуер объединиться против Природы – они смогут ее убить. Или же для этого понадобится сила вообще всех атлусов и агверов разом. Но это как-то куда менее реализуемо.

И в какой жизни я буду в ситуации, когда мне понадобится убить Природу? Пожалуй, не в этой... И вряд ли в этом столетии.

- Хоть кто-то из вас должен был рассказать мне, - угрюмо ответила я.

- Мы виноваты перед тобой, Лилия. Но... Не верю, что говорю это, но твой агвер поступал так, как поступил бы любой оборотень. Его стая сто лет как мертва, но у них особое отношение к семьям и... Если говорить коротко, то коль агвер примет тебя в свою стаю, то сделает абсолютно все, чтобы защитить и помочь тебе. Может он просто надеялся, что и нам удастся оставаться такими же преданными друг другу несмотря ни на что.

Я молчала, опусти голову на переплетенные руки. Это не то, чтобы оправдывает происходящее, но я хотела услышать правду от них. Лео тогда я бы либо не поверила, либо наделала еще больше глупостей...

- Аут отдала мне искру и сказала, что для этого еще рано, и что баланс заберет свое. И мама перед... Смертью сказала мне то же самое. Что баланс заберет свое.

- Ты получила искру раньше восемнадцати? – уточнил он, двигаясь ближе.

- Да. Получается, что так. Это ее и убило, да? То, что Аут забрала у нее искру. Когда я нашла ее, она... Она едва была жива, но я думала, что это проказы Рениша. Но получается, забрав искру у Аут, я обрекла ее.

- Ты нужна была Аут, и вероятно, она спасла твою жизнь, из-за чего баланс забрал другую.

Я глубоко вдохнула и закрыла глаза. Как я могу ее ненавидеть больше, чем себя? Да, она сдалась, но она знала, что умрет и решила умереть на своих условиях. Жалко, быстро, почти безболезненно и на руках дочери, которая умерла вместе с ней во второй раз. Но это был ее выбор. Вся эта история – это ее выбор. Она решила так распорядиться своей жизнью.

Но сколько я себя не уговаривала, лучше от этого не становилось.

- Знала бы ты, сколько раз я говорил ей, что могу отказаться от своей искры, стать человеком и тогда никто бы нам и слова не сказала. Но она каждый раз резко меня перебивала и говорила, что ни за что не позволит мне отказываться от своей сути из-за нее...

Замолчи уже... Этого я знать не хочу. Это ни на что уже не повлияет. На мое отношение к тебе точно.

- А что в итоге было с Арьей? Зачем Аут ее принесла?

- Арья была агвером. Думаю, Аут с детства хотела обеспечить тебе защиту, но...

- Но она погибла в пожаре.

- И если я правильно все посчитал, это случилось в тот же день, что и гибель стаи призрачных агверов.

- Почему «призрачных»?

- Из-за их способности телепортироваться, - словно очевидную истину ответил отец. – Не знаю, почему Аут положила глаз на твоего друга, но тебе стоит быть очень осторожной...

- И ты туда же, - вздохнула я, вставая.

- Он работает с нуксами. В тот день, когда ты исчезла, я слышал, как он спорил с одним из них по рации, и он знал, куда тебя отправят.

- Я знаю все это, - рассматривая книги на полке ответила я.

- Знаешь? – потерянно спросил отец.

- Они с нашим общим другом пытаются свергнуть Рениша. Только и всего.

- Но тебя в замысел не включили? – догадался отец, и я непроизвольно прижала уши. – Тебя это не беспокоит?

- Не слишком. Пока я уверена, что у нас одна цель. – я обернулась, задавая последний вопрос. - Как найти атлусов?

- Мы кочевники, - качнул головой отец. – Большинство из нас предпочитает вольное небо, но у нас есть две столицы на облаках с оседлыми жителями. Западный город находится где-то над Бермудским треугольником, а Восточный, к которому мы, кстати относимся по рождению, над Китаем.

- Супер, - кивнула я, идя к окну.

- Постой... Если наведаешься в Западный город, никому не говори, кто ты. Держись Кормака, Гете и Тифы – они помогут тебе и им можно верить, но остерегайся Виайлу.

- Я способна о себе позаботится.

- Если Виайла и народ узнают, кто ты, то они посадят тебя на трон и тебе придется стать их королевой. Таков закон. А Виайла слишком пригрелась на троне, чтобы им делиться.

- Я наигралась в политику, чтобы это хоть как-то меня заинтересовало. Пусть сидит себе на троне, мне плевать на закон.

- Просто... Будь осторожна, - усмехнулся он. – И еще... Наша квартира... Она принадлежит тебе. Ни я, ни кто-либо другой там тебя не побеспокоит и счета оплачены на год вперед. Я могу поколдовать, чтобы убрать следы пожара, и...

- Нет. – возразила я. – Я заберу оттуда вещи, но не вернусь. Я не смогу... Там.

- Хорошо. Тогда как только соберешься, мы ее продадим и деньги объединим с твоим счетом, чтобы тебе было на что жить.

- Счетом?

- Твоя мама хотела обеспечить твое будущее и давным-давно завела счет, куда откладывала большую часть зарплаты. Поэтому она так много работала, будто знала... Хотя вряд ли, - перебил он сам себя, приглаживая волосы. – Сколько бы я не пытался увидеть твое будущее, у меня не получалось. Будто время не знает, чего от тебя ждать. Что, кстати, очень странно.

А вот у Розефины получилось. Вам стоило бы у них поучиться.

- Аут сказала примерно то же самое. Но интуиция маму никогда не подводила, даже с моей своевольной непредсказуемой натурой, - горько усмехнулась я.

Убравшись из квартиры отца, я прокралась в дом Лео, чтобы быстро собрать пару вещей в дорогу и оставить записку.

Мне нужно было куда-то двигаться, что-то делать, думать о чем угодно, кроме ее смерти. Только вперед иначе скорбь бы сожрала меня целиком. И может путешествие к атлусам немного облегчит пульсирующую боль. Синяк на пол лица Аут так точно с этим справится.

Уже через час я летела вдоль побережья в сторону Вирджинии, чтобы оттуда долететь до Северной Каролины и так спускаясь до Майями свернуть в открытый океан к Бермудскому треугольнику.

***

Я провела в пути неделю прежде, чем добраться до Майами. Путешествие было несложным, уж точно не сложнее путешествий по чужим планетам. По крайней мере я могла без труда затеряться среди людей, знала где можно легко достать еду, куда пробраться, чтобы сходить в душ. Но облегчения это не принесло. В путешествии в одиночку мне некуда было убежать от своих мыслей, и даже краденый плеер с ужасным набором музыки мне никак не помог.

Каждую ночь мне снилось, как я пытаюсь остановить текущую кровь из множества ран на теле мамы, как я бегу на ее крики по бесконечным коридорам, как злорадствуют Аут и Рениш, смотря на мои тщетные попытки ее спасти. Это начинало походить на новый адский круг, как будто я еще не успела пройти их все...

Но сегодня мне предстояло оторваться от суши и полететь прямиком в океан. После промозглого Нью-Йорка воздух тут казался слишком теплым для декабря, но захваченная одежда с Цдама была довольно универсальной, а в крайнем случае у меня был нанокостюм.

На рассвете я вылетела навстречу новому миру, убедившись в исправности оружия и наличию небольшого провианта, на случай если не смогу найти атлусов быстро. Ветер был попутный и уставшие в перелете крылья и спина отдыхали, пока меня проносило мимо Багам, дальше от цивилизации.

Меня почти не мучило волнение, я уже достаточно знала об атлусах, чтобы представлять, чего ожидать и после сотен разных планет, я перестала удивляться чьим-то причудам. Мне было как-то... Все равно. Я не знала, зачем их искала и на что надеялась. Убегать от скорби и боли долго не выйдет, и все, что могут дать мне атлусы — это временное развлечение за изучением, оказывается, своей расы.

Было ощущение, что я как разбитая ваза, которую в миллионный раз уронили и теперь пытаются склеить заново. Но после каждого такого падения кусочки все меньше, а постороннего клея все больше, и ваза все больше теряет свой вид. Сколько падений она еще переживет, пока склеить ее заново окажется невозможно?

Не знаю сколько прошло времени и сколько я пролетела, прежде чем остановилась посреди пустого океана. Ничего вокруг не намекало на присутствие атлусов где-то поблизости, но отец сказал, что они должны быть на облаках.

Направившись вверх, я быстро набрала скорость, и вылетев стрелой из облаков едва не врезалась в кого-то маленького. Старушечий вскрик, догнал меня уже после того, как я затормозила и увидела летящие вниз корзины.

Старуха нырнула вниз, и я следом, не зная, гонюсь за ней или за ее грузом.

Обогнать ее у меня вышло после первого взмаха крыльев и еще через один, я поймала ее корзины, от которых резко пахнуло травами.

- Лети сюда, ветрегонка, - проворчала она, махнув рукой.

Маленькая, полненькая, сгорбленная старуха с витиеватыми рожками, неровно взмахивала серыми крыльями в темных мелких пятнах и недовольно качала хвостом с наконечником, похожим на булаву.

- Извините... - я подлетела ближе, стараясь не пялиться слишком откровенно. – Я вас не заметила.

- Да еще бы, летать с такой скоростью! – продолжила она, качнув круглым лицом с внимательными серыми глазами. – Звать-то тебя как?

- Сирена.

Я чуть не представилась Ангел...

- Сирена? Кто ж тебе такое мрачное имя дал?

Я прищурилась, прижав уши. Старуха хоть и кажется маленьком и безобидной, одетой, словно средневековая ворожейка, но чутье подсказывало быть осторожней. Моему отцу оказывается триста с гаком лет, а выглядит он едва на сорок пять.

- Ладно, Сирена, вот что. Поможешь донести мои травы до города, и я тебя проведу на гонки, на которые ты так спешишь.

- Гонки?

- Сегодня Торговый День, радже, - подняла седые брови старуха. – Ты разве не на него летишь?

- На него, просто не знала, что будут гонки, - надев полуулыбку ответила я.

- Да кто ж не знает про гонки в честь открытия Торгового дня? – рассмеялась старуха. – И откуда ты такая странная? И одежда у тебя и сумка...

- Вы так и не представились, - напомнила я, пока старуха не нашла к чему еще присмотреться.

- Ах, да. Я Гете, богиня медицины.

Гете... Отец сказал, что ей можно верить... Но могу ли я верить отцу? Хотя другого выбора у меня нет, он единственный источник информации на этой планете.

- Подозрительно ты уходишь от ответов, - пробубнила Гете, направляясь в известную только ей сторону.

- Не доверять незнакомцам при первой встрече нормально, - пожала плечами я, направившись за ней и стараясь лететь как можно медленнее.

- Не для атлусов, - возразила она. – Да и что они тебе сделают?

- Не знаю, поэтому и не доверяю.

- Совсем как человек. Ты с земли, да?

Я бросила на нее настороженный взгляд, перебрасывая ее корзины на другое плечо.

- Можешь не отвечать, я сразу признала в тебе дочь Серафима. Удивительно, что тебе достались такие крылья.

- Вы знаете его?

- Серафим... Его знает весь Западный и Восточный город. Не самая лучшая репутация у твоего отца.

- Отец он тоже так себе, - не удержавшись брякнула я.

- Я не удивлена, - рассмеялась старуха, взлетая чуть выше меня. – Но кто твоя мать? Не знаю ни одной изгнанной женщины, за последние тысячелетия.

- Она не была атлусом, - постаравшись выговорить эту фразу как можно ровнее сказала я.

- Мне жаль, - искренне ответила Гете. – Люди довольно хрупкие создания. Что отец рассказал тебе о нас?

- Немного, - призналась я. – Но достаточно, чтобы сложилось впечатление...

Не договорив, я остановилась, уставившись на распахнутые огромнейшие золотые ворота, растущие из облаков. Сложный растительный узор и яркий блеск золота уже придавал им божественность...

- Ну, то есть, про город не говорил, - поддела меня Гете, облетая. – Пойдем-пойдем, там и внутри есть на что посмотреть.

Она легко подлетела к облаку и приземлилась, сложив крылья за спиной. Охренеть... Она идет по облаку.

Я подлетела ближе и очень осторожно опустила одну ногу на облако и почувствовала пружинистую, но плотную поверхность.

Охренеть дважды.

Я видела такое однажды. На этой планете мне пришлось учинить покушение на убийство королевской семьи. Я была так занята планированием их смертей, что едва обратила внимание на это, но сейчас...

Гете со снисходительной усмешкой наблюдала за моим плохо скрытым удивлением, и едва заметила, как к нам подошел стражник в броне.

Рыжий парень не имел крыльев, что было немного неожиданно, и на вид был не старше меня. Янтарные глаза мельком осмотрели меня и сумки, но потом он повернулся к Гете.

Я воспользовалась возможностью рассмотреть броню и короткий меч на поясе. Броня была из кожи с примесью золотых элементов, но явно ни разу не видела битвы и была скорее парадной.

- Старейшина, с возвращением, - он почтительно поклонился и протянул ей трость. - Мы уже начали переживать...

- О, Кастиэль, - Гете приняла трость и оперлась. – Не стоило. Мне любезно помогли. Не заберешь ли у моей помощницы сумки? Она прилетела издалека.

Кастиэль во второй раз, уже внимательнее пригляделся ко мне, но вместо того, чтобы напасть, почтительно склонил голову и забрал сумки.

- Доложить Ее Величеству?

- Нет, - отмахнулась Гете. – Спасибо, сынок.

- Вам давно стоит завести помощников для этого.

- Пытаюсь, да они погибают, - на удивление бодро ответила Гете. – Ладно, нам пора.

Мы отошли и только когда Кастиэль оказался за теоретической зоной слышимости, я спросила:

- Почему у него нет крыльев?

- Он агвер, - словно я задала самый тупой в мире вопрос ответила Гете, проходя ворота.

- Тут живут агверы? – нахмурилась я. - Думала они живут только среди людей.

- Кастиэль – внук альфы солнечной стаи. Они живут здесь с самого создания, - коротко ответила Гете.

Я уже хотела задать ей новый вопрос, но застыла, уставившись на город.

Широкая улица, наводнённая атлусами была устлана сияющими плитами из чего-то, похожего на мрамор, вплоть до трех гор, между которыми ютился замок, чьи шпили сияли на солнце. Город состоял из небольших домиков, созданных словно из плит облаков и эти дома находились и на поверхности и парили островками сверху. Вдалеке виднелся рынок и парки. Слева был густой лес, уходящий за горы, а справа разрастался город и дома становились более парадными. Кажется там даже есть казарма. Казалось, законы гравитации и логики перестали существовать вовсе. И не смотря на высоту, здесь было тепло, словно летом.

И здесь было просто невероятное количество атлусов с крыльями всех возможных цветов и форм, а потом постепенно я начала различать в толпе агверов.

- Добро пожаловать в Западный Город, столицу богов, - торжественно сказала Гете. – С земными городами не сравнить, да?

- Тут все такое... Сверкающее и средневековое... - скептично заметила я. Да, конечно, для Земли это охренеть как необычно Летающие дома, горы и лес на облаках, но я такое уже видела.

- Ой, ну сразу видно уроженку Восточной породы. Технологии и стеклянные дома им подавай.

- Стойте, в Восточном городе знают, что такое электричество? – уже не скрывая иронии усмехнулась я.

Здесь на улицах даже нет фонарей.

- Его там придумали, - отмахнулась Гете, вступив в толпу, которая перед ней почтительно расступалась.

Я последовала за ней с меньшим успехом пробираясь сквозь толпу. И это было очень странным ощущением... Никто не оглядывался и не шептался мне вслед. Никого не беспокоил и не пугал мой внешний вид. Я была одной из них и даже в настоящем облике легко сливалась с толпой. В какой-то степени это было приятно, но общее возбуждённо-веселое настроение окружающих давило на голову. Чему они все так радуются? Я не вижу вообще ни одного хотя бы серьезного, не говоря о хмуром, лица.

Чем глубже мы продвигались, тем плотнее становилась толпа, и казалось, Гете специально идет в ее самую гущу. Маленькие дети атлусы сидели на спинах родителей и размахивали крыльями, что-то рассказывая и смеясь, Агверы стояли по краям дороги на страже, некоторые из них выглядели как Лео – как полуволки, пару раз я даже видела настоящих волков. А потом мимо меня прошел настоящий дракон.

Я остановилась, смотря на него, как на чудо. Высотой в холке превышающий полтора человеческих роста, он нес на шипастой спине какие-то тюки. У него не было передних лап, поэтому он опирался на мощные крылья, и его темно-желтая чешуя отражалась во всех сверкающих поверхностях города.

- Ты чего отстаешь? – обернулась Гете.

- Это дракон... - смотря вслед исчезнувшему зверю пробормотала я. Где-то на Цдаме мне пришлось убить похожего, но он был не с Земли. Он не выглядел как ожившая иллюстрация из книги сказок, а скорее как болотная подранная крыса.

- Я тоже. И ты, - непонимающе ответила Гете, опираясь на трость.

- Что?

Она посмотрела на меня, как на безумную.

- Твой отец тебе не сказал, кто мы? – растягивая слова очень серьезно спросила Гете.

- Да он ничего мне не сказал, - резко ответила я, пытаясь уложить в голове факт про драконов ответила я.

Дракончик... Твою мать, Лохматый! Конечно, ты знал. Черт...

- Покажи мне свои руны, - попросила Гете. – Они ведь у тебя есть?

Зная, что вероятно это закончится плохо, я все-таки расшнуровала кожаную вставку на рукаве, в которой прятались ножны, и задрала его.

- О, святая Природа... - пробормотала Гете, сводя брови вместе, из-за чего морщины стали еще резче. – Спрячь их. Я надеялась ты будешь богиней какого-нибудь бурана...

- Старейшина Гете! – раздалось в толпе, а после я заметила приближающегося к нам мужчину в светлой рубахе с вышивкой и чем-то похоже на килт.

- О, Визерион! – Гете кряхтя развернулась. – Сирена, знакомься, это Визерион, бог соревнований.

Я мельком осмотрела его зеленые крылья с крупной чешуей и пернатый хвост и кивнула ему.

- Вы случайно не из кочевых кланов Инайи? – уточнил он, косясь на мои крылья.

- Нет, а что?

- Визерион уже мечтает отправить тебя на гонки, не так ли? – лукаво улыбнулась Гете. – Не переживай, я привела ее специально для этого.

- Тогда прошу, милые дамы, гонка скоро начнется, - он галантно пропустил нас вперед, повторяя крылом движение руки.

- Я не подписывалась на гонки, - прошептала я Гете. – И вообще, причем тут кочевники?

- У городских жителей за века крылья стали гораздо меньше, из-за отсутствия надобности в дальних перелетах. А твои выглядят, как у атлусов пару тысяч лет назад. Но за это благодари Аут, последнюю фаэррай она выбирала именно в те времена. И почему ты так странно обращаешься ко мне, на «вы»?

- Потому что вас тут все называют Старейшина. Это что-то вроде дани уважения к... возрасту.

Гете рассмеялась над моими попытками объяснения людских правил приличия.

- Умоляю, не надо. Это только больше выдает, что ты с земли. А то, что мы с Тифой самые старые богини, не делает нас какими-то особенными.

Свернув с главной дороги по указанию Визериона, мы прошли по двум небольшим улицам и оказались на площади, которую наполняли атлусы, стоящие у края облака. На большинстве из них на плечах были завязаны желтые ленты, видимо так помечали участников.

Гете махнула какому-то мальчику, и он тут же неуловимым движением оказался в воздухе у моего плеча и попытался завязать ленту, но я инстинктивным движением поймала его руку, как если бы у него вместо ленты был нож. Он дернулся, прижав пушистые ушки. Черт, кажется, я схватила слишком сильно.

- Извини, - пробормотала я. – Я лучше сама.

Он, обиженно потирая запястье, отдал ленту и убежал, а Гете недовольно махнула хвостом, которым в теории можно было и голову размозжить.

- Не знала, что люди такие дерганные.

- А то вы что-то о них знаете, - ответила я, рассматривая ничем не примечательную ленту.

- Ты права. Почти все, кого ты встретишь в Западном городе никогда не видел людей, таков закон. Но насчет нас с Тифой не обманывайся. Виайла может быть королевой хоть еще тысячу лет, но не все нужные ингредиенты и травы можно вырастить на облаках.

Я внимательно посмотрела на нее, понимая, что застала за преступлением, когда она возвращалась с травами, видимо с земли. Атлусам запрещено покидать небо? Это многое объясняет. Но и делает их все хуже в моих глазах.

- Почему ты мне об этом говоришь?

- Потому что, если Виайла тебя спросит – ты соврешь, - улыбнулась Гете. – Ей не обязательно знать обо всем, что творится в городе.

- Я бы предпочла с ней вовсе не знакомится... – я повернула голову в сторону толпы, которая уплотнялась в края.

- Ты - фаэррай, у тебя не получится долго скрываться, - ответила Гете, и рукой с загоревшимися рунами с помощью магии заставила ленту обернуться вокруг моего запястья.

Прогудел гудок и атлусы с желтыми лентами взмыли в небо, наполнив его всеми возможными цветами.

- Вперед! - Гете магией подтолкнула меня вперед, и чтобы удержать равновесие, я оторвалась от облака и закатив глаза, полетела вслед за атлусами.

Они летели нестройно, кто-то отставал с каждым взмахов, кто-то боролся за место спереди, но я не увидела, что бы кто-то кого-то подтолкнул, подрезал или попытался сбить. Они просто соревновались, не пытаясь навредить другому. Это было чем-то невероятным... Я летела среди них, стараясь лететь быстрее среднего, постепенно пробираясь вперед, и глазела по сторонам.

Да я сказала, что вряд ли буду удивляться, но это... Такого я не видела ни на одной планете.

Мне стало интересно, кто там впереди, и заложив вираж на повороте я ускорилась, догоняя первую пятерку, оторвавшуюся от остальных.

Мы обогнули огромное облако и развернулись в сторону города, сделав крюк. Похоже гонка не подразумевает больше кругов. Ладно, почему бы не повеселиться?

Я разогналась, достигая почти самой высокой скорости, обгоняя одного за другим начавших отставать атлусов. У четверых из них была довольно странная одежда из светлых тканей с кожаными и железными вставками, похожая на ту, что носят кочевники в пустынях, а у последнего, борющегося за первое место с девушкой, была яркая одежда в темно-красных и зеленых тонах, совмещенная с броней. И в отличие от всех остальных у него было две пары крыльев с резными краями, похожими на огонь. Догнав эту парочку, я услышала обрывки диалога:

- Да ладно тебе, Инайя, это...

Девушка ответила с грубоватым акцентом, резче взмахнув с колючими древесно-коричневыми крыльями:

- Нет, в этот раз я...

Догадавшись по смыслу, я предположила, что она в этот раз победит. Ну... Или все-таки испортить им праздник? Это будет очень громкое заявление о себе... Я вероятнее всего привлеку к себе достаточно внимания, особенно если это та Инайя, королева или вождь кочевников, о которых упоминал Визерион.

Задумавшись, я не заметила, как сравнялась с ними, но увлеченные соревнованием, они не заметили меня, летящую над ними. А финиш уже хорошо проглядывался перед нами.

Ладно, что я тут вообще теряю? В конце концов всегда можно сбежать на землю, а они со своими законами даже меня преследовать не смогут.

Я обогнала их метров за пятнадцать до финиша и нырнула вниз, чтобы быть на одной высоте прямо перед финишной лентой и с удовольствием сорвала ее, резко тормозя перед облаком, чтобы приземлиться. Поднявшийся ветер заставил пару любопытных ребят отпрыгнуть за крылья взрослых, которые от недоумения перешли к радостному восторгу за пару секунд.

Безумие... Радуются, словно победили сами, хотя перед ними незнакомка, которую они видят впервые, и, возможно, в последний раз в своей долгой жизни.

Судя по шелесту крыльев, тот парень и Инайя тоже приземлились, оставшись в полном недоумении. Я развернулась, бросая на них изучающий взгляд.

Инайя смотрела на меня со смесью интереса и злобы. У нее были черные волосы, заплетенные в тугую косу, миндалевидные глаза в цвет волос и острое лицо с удлиненными ушами, лишь частично покрытыми чешуей. Коричневые крылья у нее тоже были колючими из-за больших, торчащих в разные стороны чешуек, и соединялись единой мембраной с довольно коротким шипастым хвостом. Не дав себя больше рассматривать, она кивнула парню и ушла в толпу, которая тут же расступалась перед ней.

Парень же напротив направился ко мне, складывая обе пары огненно-красных крыльев и внутренней желтой стороной за спиной. На облако начали приземляться остальные участники, но тут же стремились встать куда-то позади или сбоку, не приближаясь к центру и оставляя нас стоять по вдвоем. На русых коротких волосах у него был тонкий обруч, немного напоминавший корону, и круглые бараньи желтые рога, а в зеленых глазах я не заметила той же злобы, что и у Инайи, лишь интерес. Ему было лет двадцать пять на вид, но я уже перестала пытаться угадать их возврат по внешности. Пока что все встреченные атлусы отличались какой-то неуловимой, естественной красотой, и он был не исключением. Но почему-то меня не покидало ощущение, что за красивой картинкой больше ничего хорошего ждать не стоит.

Откуда ни возьмись появились Гете и Кастиэль, подавший парню меч в ножнах.

- Я-то думала ты придешь где-нибудь пятой, ну или третьей, - не то проворчала, не то похвалила меня она.

- Если я могу победить – я побеждаю, - ответила я.

- Добрый день, Гете, - поздоровался парень, - И...

- Ваше Высочество, - в ответ кивнула Гете. – Это Сирена, дочь Серафима...

Ты зачем ему сказала?!

- Да, я уже догадался, - улыбнулся принц. – Меня не побеждали уже лет семьдесят, неудивительно, что именно Сирена нарушит нашу скучную обыденность.

Откуда ты знаешь, как меня зовут?!

- Рада стараться, - слегка прищурилась я, держась настороже. – Непохоже, что ваша подружка так же рада этому факту.

Гете пихнула меня крылом в коленку, ибо сама была мне по пояс, но принц лишь удивленно поднял брови и переспросил:

- Кто?

- Она имеет в виду Инайю, Ваше Высочество.

- Участники, - объявил Визерион, вышедший на наш пустой пяточек. – Раз большая часть из вас уже завершила испытание, то пора объявить победителя!

К Визериону вышла женщина лет тридцати, с длинными искрящимися пшеничными волосами, в которых была красивая большая корона. Она была воплощением слова величественность, начиная с осанки и расслабленно приоткрытых телесных крыльев, до внимательного взгляда глаз цвета расплавленного золота. Про себя я бы окрестила ее Золотко, ибо из ее кожи тоже местами торчали куски золота. Платье из воздушных белых тканей сочеталось с голубым корсетом с вышивкой и темно-темно красными шипастыми наплечниками и декольте.

Кажется вот и Виайла... И она идет со слугой, несущем венец из цветов прямо ко мне.

Принц и Гете встали по бокам и поклонились ей, но я не смогла себя заставить, продолжая смотреть на приближающуюся угрозу. После Цдама и Рениша у меня просто отпала такая функция как подчинение, и, кажется, это на мне еще как отразится...

- Поздравляю, Лилия, - с легким прищуром презрения сказала золотая королева.

На нее невозможно смотреть под солнцем... Она просто жутко сверкает, глазам больно.

- Сирена, - поправила я, и через силу добавила. – Ваше Величество.

Она качнула головой, из-за чего идеальные локоны зацепились за рога, но прически это нисколько не испортило.

- Как пожелаешь, Сирена. Никто не обгонял Кормака уже десятилетия, это достойно похвалы и... - она взяла венок из рук слуги и подняла над моей головой. – Приза.

Я удержалась от того, чтобы сначала не обернуться на принца, который оказался одним из списка доверенных лиц моего отца, а потом чтобы не увернуться от венка. Слишком остро еще ощущалась фантомная боль от венца победителя Цдама.

Теперь понятно откуда принц знал мое имя. Отец ему разболтал?

Цветы были мягкими и ничто не царапало кожу. Но мне все равно хотелось сорвать его и сжечь побыстрее.

Стоило ей опустить венок мне на голову, как все вокруг разразились криками и аплодисментами. Нет, они точно сумасшедшие. Все, до единого.

- Откуда ты к нам прилетела?

- Издалека... Ваше Величество.

- Что же, - она свела пальцы вместе. – Тогда вероятно тебе негде ночевать, и ты не откажешься от приглашения быть гостьей нашего замка.

Я открыла рот, чтобы отказаться, но Гете перебила меня:

- Конечно, Ваше Величество. Это большая честь, правда, Сирена?

- Да, - процедила я, сохраняя спокойное лицо.

Виайла еще раз окинула меня холодным взглядом и отвернулась, направившись к главной дороге, а я бросила на Гете уничтожающий взгляд. Что это было? Гете прекрасно поняла кто я, и что мне нужно держаться от этого золотого чуда как можно дальше.

- Зачем? – прошептала я, когда и принц с Кастиэлем тоже последовал за королевой.

- Доверься мне, тебе лучше быть поближе к нам с Кормаком, - Гете тоже решила покинуть площадь, направляясь за остальными во дворец.

- Но это будет значить и ближе к Виайле, - возразила я.

- По-твоему неприемлемо дерзкому поведению я бы не подумала, что ты ее боишься.

Я усмехнулась. Боюсь ее? Нет. Я просто не хочу ввязываться в политику всеми силами. Этот ходячий кусок золота внушает еще меньше ужаса, чем могла бы Кин.

- Если мне придется убить ее при самозащите, не обижайся, - пробормотала я, оглядываясь на пропускающих нас атлусов. – Почему мы не летим?

- Таковы правила. Мы не летаем между целями в городе, для этого есть дороги.

Ну и бред... Крылатые существа предпочитают дороги. Не поверю, что это сделано для того, чтобы никто ни в кого не врезался.

Нас окружило еще трое агверов и вместе с Касом четверка заняла места сопровождающих рыцарей. Видимо это для стиля... Не похоже, что в этом городе можно ждать нападения от кого-либо, здесь все слишком улыбчивые.

Гете незаметно оказалась рядом с Виайлой, идущей впереди, а рядом со мной оказался Кормак.

- Отец никогда не показывал тебе города атлусов, да?

- А должен был? – развела уши в сторону я, складывая руки за спиной.

- Я надеялся, что, когда мы встретимся, ты будешь подготовлена и не будешь смотреть на всех так, словно они могут на тебя напасть... - Кормак поправил выбившиеся из короны волосы, бросая взгляд на Виайлу.

- Ты знал про меня?

- Восемнадцать лет назад Серафим отправил мне письмо, в котором рассказывал, что у него и его пары появилась дочь, поэтому да, я ждал, когда он решит показать тебе твой мир.

- Это не мой мир и не он решил мне его показать, - возразила я. – Но как ты меня узнал?

- Ты похожа на него. Не сколько внешностью, сколько характером.

Я поморщилась, оглядываясь на город.

У большинства атлусов предплечья были покрыты рунами, у кого-то в редком случае одна рука была покрыта целиком, но, чтобы обе руки полностью были укрыты татуировкой... Такое я видела только у царских особ, Аут и Гете.

- Надеюсь ты решишь задержаться и что этот мир все-таки станет твоим, - сказал Кормак, немного ускоряясь, чтобы передать что-то Гете.

Не похоже, чтобы это хоть когда-то могло стать правдой.

Мы подошли к мосту, соединяющему город с замком, возвышающимся между гор над миром. В жизни он показался мне еще больше, чем во сне. Широкий мост так же охраняли стражники с копьями, а сам он, казалось, был сделан из стекла. Вся процессия уверенно пошла вперед, и вскоре мы оказались в квадратном дворике, укрытым каменной резкой брусчаткой и окруженным старинными колоннами, лепнину на которых скрывал цветущий плющ. По центру стоял фонтан, а окружало его три волшебных древа. Центральное было черным с белыми прожилками и без листвы, правое было стеклянным, а левое было белым с красной листвой. Они будто застыли во времени и совершенно не шевелились. Все было в точности, как в том сне.

Войдя в тронный зал, я на секунду зажмурилась от яркости и обилия красок. Изящные витражи готического зала бросали разноцветные лучи, делая помещение похожим на картинку в калейдоскопе. Здесь был все тот же золотой трон, похожий на сложный цветок, а позади него два витража. Раньше там было семь воинов в драконьих масках, видимо ксуер, но сейчас там красовался синий дракон с полумесяцем и рядом его зеркальное отражение оранжево-красных цветов с солнцем.

Двери позади захлопнулись и настала благоговейная тишина. Агверы встали по бокам у колонн и замерли как изваяние. На секунду я попробовала представить Лео вместе с ними, но картинка получалась крайне абсурдной.

- Итак, Сирена, - уже не пытаясь придавать голосу нотки доброжелательности сказала Виайла.

Из пола взвились огненные цепи, схватившие меня за запястья, я дернула руками, пытаясь освободиться и повернулась к королеве, прижав уши и раскрывая крылья.

- Ты думала я не узнаю дочь изгнанника? – она подошла ближе, но сохранила дистанцию, чтобы у меня не получилось напасть. – О чем твой отец думал, когда посылал тебя?

- Никто меня не посылал, - прошипела я в ответ. – Я не несу ответственности за поступки моего отца.

- Может и так, - согласилась она, водя хвостом в разные стороны.

- Прекрати это, Виайла, - сказал Гете, вставая рядом.

- Молчать, - отдала приказ королева, бросив короткий взгляд на старейшину. – Она не имеет права находиться среди нас. Она человек.

- Ее крылья доказывают обратное, - Кормак тоже встал рядом.

- Тебе напомнить, что конкретно произошло в тот вечер, когда твоего друга изгнали? – Виайла сделала еще шаг вперед. – Напомнить, что это тебя хотели изгнать?

Кормак промолчал и приоткрыл крылья, но не отступил.

- Лучшее, что мы можем сделать, это исправить его ошибку и вернуть ее домой без крыльев, - рассудила Виайла и зажгла руны на руке.

Но ее руку перехватила ее же тень и с силой дернула вниз, заставив упасть. Гете и Кормак отпрянули в стороны, покосившись на меня. Я не знала, горят ли мои руны, но чувствовала, как тень откликается на мои эмоции, и что, вероятно, если я хорошенько сосредоточусь, то смогу сломать ей руку.

- Довольно! – раздался властный голос и из-за колонн появилась высокая пожилая женщина, опирающаяся на палку, похожую на куриную лапу.

У нее были черные большие крылья и хвост, оканчивающийся фиолетовыми перьями. Угольно-черные рога выглядывали из гривы седых волос, а фиолетовые глаза были прикованы к тени, которая продолжала держать королеву. Она была по возрасту ровесницей Гете, тоже одета не то, как гадалка, не то, как травница в коричнево-зеленое платье. Ее грудь укрывало огромное ожерелье из рядов фиолетовых кристаллов, отражающих свет витражей.

- Тифа, - пробормотала Виайла, создавая вспышку, из-за которой моя тень испарилась. – Приятно знать, что ты еще жива.

- Отпусти ее, - Тифа стукнула посохом о каменный пол и, пожалуй, она больше всего походила на бога среди них. – Ты не имеешь права поднимать руку на фаэррай. Аут не потерпит, если ты навредишь и второй ее избраннице.

Лицо Виайлы посуровело, когда она встала, гордо поправив волосы и щелкнула пальцами. Огненные кандалы исчезли, позволив мне выхватить Асазреф. Если хочет меня убить, то придется встать в охренительно длинную очередь.

Взгляды присутствующих обратились к моему оружию, и они все сделали шаг назад. Я ожидала, что сейчас на меня бросится стража, но те даже не пытались шевелиться.

- Опусти оружие, фаэррай, - Тифа вышла вперед, и была похоже единственной, кто не испытывал страха. - Никто не собирается на тебя нападать.

- Да что-то не похоже.

Пускай эти трое и встали на мою защиту, пока их величество собиралось отрезать мне крылья, но это еще ровно ничего не значит.

- Кас, Кормак... - не отворачиваясь сказала Тифа. – Ловите.

Я уж было хотела усмехнуться, вставая так, чтобы видеть обоих лакеев сразу, но через секунду вокруг стало темно.

Очнулась я, казалось, всего через мгновение, но обнаружила, что лежу на мягкой кровати совсем в другом месте. Тут тоже был высокий каменный сводчатый потолок с лепниной, огромные стрельчатые окна, но без витражей.

- Очнулась, - раздался спокойный голос Тифы, где-то сбоку.

Я вскочила, выхватывая нож из рукава, едва не падая с кровати.

Старуха сидела в кресле рядом, опираясь на посох и смотря со снисхождением. Кажется, ей вообще все равно какое оружие я в следующий раз достану и нападу ли.

Боковым зрением я разглядела еще с десяток кроватей, некоторые из которых были за белыми ширмами. Лазарет я ни с чем не перепутаю, но этот уж больно чистый и светлый.

- Первый раз воспользовалась тенями? – уточнила Тифа, поправляя фиолетовые перья в хвосте.

- С чего ты взяла?

- То, как ты с видом заинтересованного ребенка попыталась их подчинить, ясно все сказало. Ты удивительно долго продержалась после этого, обычно в обморок падают сразу. Хотя по хватке оружия понятно, что ты вовсе не из робкого десятка. Но все равно тени выбрала зря. Очень зря. Теперь у Виайлы еще больше поводов от тебя избавиться.

- Я их не выбирала, - пробубнила я, пряча нож.

- Как это – не выбирала?

- Я узнала о них почти случайно, - стараясь не звучать слишком резко ответила я. – Давай сразу на берегу скажу, что я ровно ничего не знаю об атлусах, их способностях и прочей чуши. О том что я не летучая мышь, перемешанная с ящерицей, а гребаный дракон, я узнала только сегодня.

Тифа наклонилась вперед, внимательно меня рассматривая.

- Твой отец – последний кусок чешуи с хвоста Своевольного бога, - раздраженно стукнув посохом о пол ответила Тифа.

Я возьму себе это ругательство в лексикон...

- Что ты имела ввиду, когда сказала, что не позволишь Виайле навредить второй фаэррай?

Тифа мрачно свела густые брови, откидываясь на спинку стула.

- Твоим обучением займусь я. Если ты, конечно, хочешь узнать кто ты.

Будем играть в полуправду? Отлично... Видимо, когда живешь тысячелетия - учишься обыгрывать свое проклятие.

- Аут так и сказала.

- Ты с ней общаешься?

- Думаешь, я свои скудные знания получила от отца? – усмехнулась я.

Задумчиво кивнув, Тифа встала, добавив:

- Кас проводит тебя в твои покои. Виайла не могла не внести свою лепту, поэтому вечером Кормаку поручено тоже чему-то тебя обучить, а завтра с утра с рассветом приходи в мою библиотеку.

Не дожидаясь моего ответа, она ушла на террасу и взлетела. Хм, похоже старейшинам ровно плевать на законы. И похоже они тут самые адекватные... Так или иначе, пожалуй, если бы мне предложили выбирать, я бы все равно выбрала ее в наставники.

Рыжий оборотень ждал меня у дверей лазарета, в котором Гете что-то бормоча возилась за шторкой с каким-то атлусом.

- Теперь мне от тебя не отделаться, да? – иронично усмехнулась я.

- Что вы имеете в виду... Госпожа?

- Боги, только не обращайся ко мне так, - поморщилась я.

- Поскольку вас не короновали, как фаэррай, я...

- Просто Сирена, окей? – обезоружено подняла руки я. – Если меня еще и коронуют это будет катастрофа...

- Почему? – искренне удивился Кас.

- Много причин, но основная, что я слишком люблю свободу. И поэтому то, что Виайла наверняка приказала следить, чтобы я не лезла куда не надо и не сбежала, мне не нравится.

- Как вы... Ты узнала? Тифа сказала?

- Нет, - попытавшись дружелюбно улыбнуться ответила я, - Угадать было не сложно. Идем? В какую каморку меня там поселили?

Кастиэль продолжал выглядеть очень огорошенным, и, видимо, не зная, о чем еще можно говорить молча отвел меня в западную башню.

Я удивленно вздохнула, осматривая круглый темно-фиолетовый потолок с картой созвездий и стенами, обитыми панелями из темного дерева. Большую часть комнаты занимала роскошная кровать, по размерам сделанная для крылатых существ, еще были пара книжных шкафов, шкаф для одежды и небольшой рабочий стол с вазой с белыми лилиями. Позади стола был проход на широкую террасу, перила которой поросли плющом. И, кажется, за одним из повернутых шкафов был удачно замаскированный проход в ванную.

- Твоя служанка уже подготовила ванную и одежду, - сказал Кас, оставаясь в проходе.

- Мне не нужна служанка.

- Боюсь этого не избежать, - понимающе кивнул Кас с белозубой улыбкой. – В каждых покоях живет безмолвная тень, занимающаяся их порядком. Они невидимы, и не переживайте, ни за что беспокоить не станут.

- Это место сразу потеряло весь свой уют, - хмыкнула я, подходя к цветам на столе. – Зачем помимо Тифы ко мне приставили Кормака?

- Старейшина должна обучить тебя магии, а принц подготовить к тому, чтобы быть принцессой и, в последствии, королевой.

Будет обучать политике, законам и прочей чуши, большую часть которой я уже выучила благодаря Ренишу.

Представить не могу мир, где я буду королевой этого места... Это просто безумие.

Возможно, стоит попробовать найти способ встретиться с Аут... Найти ту поляну, на которой мы занимались. Это явно где-то в лесу на западе, вид на который мне предоставляла терраса.

Хотя как-то мне не нравится идея самой искать встречи с Аут, особенно после предсказания Розефины, в котором она меня убила...

Розефины, которых я убила просто так... Их смерть сохранила секреты, о которых Ник и так был в курсе. Кин уже была зависима и вряд ли бы что-то со мной сделала, хоть и засуетилась... Смерть такая же бессмысленная, как и у Нантргар.

Все, потому что моя мать просто решила сдаться, испоганив мою судьбу.

Закопавшись в эти мысли, я не услышала, как Кас ушел, и не заметила, как загорелись лилии, чьи лепестки задумчиво теребила. Цветы быстро сгорели и утопая в скорби и злости, я не могла заставить себя пошевелиться.

Из ступора меня вывел какой-то шорох в комнате, но дернувшись и оглядевшись, я никого не увидела. Видимо моей служанке надоело смотреть как я смотрю на пепел заботливо оставленного букета.

Пробурчав пару ругательств, я открыла шкаф для одежды, оглядывая пестрые платья, в которых едва ли можно будет бегать, не то, что сражаться. Порывшись, я нашла что-то максимально простое, с разрезами до бедра, без вышивок из жемчужной переливающейся ткани. Единственное... Оно было открытым, почти откровенным, и все увидят, как потрепала меня жизнь. С другой стороны... Если Виайла думает меня убить, то пусть видит, что придется постараться.

Ванна была укрыта каменными плитами естественного происхождения, из-за чего казалось, что я попала в пещеру, но благодаря влажности и теплому пару над купелью это место было уютным.

После горячей ванны на душе стало немного полегче, поэтому я, порывшись в шкафу еще раз нашла черные ленты, которые в теории были украшением к открытым платьям, но использовала их, чтобы закрепить несколько ножен на руке и ногах. Обувь можно было выбрать и под платье, но высокие сапоги на шнуровке победили в битве почти сразу, и сохранили в себе еще нож. Пистолет я спрятала на время в щели в ящиках стола, оставив его так, чтобы можно было легко извлечь, если знать, где искать.

Ужин сам собой появился у двери после стука невидимой помощницы. Готова поспорить, остальные обитатели замка сейчас сидят в дорого украшенной столовой и совещаются что им теперь со мной делать. Но убедившись, что признаков яда в еде нет, я с удовольствием устроилась на террасе, сидя на перилах и рассматривая темный лес. Интересно с помощью какой магии лес, уходящий за горизонт, не заметен с земли и как это тут вообще все держится... В Бермудском треугольнике же бывает безоблачно, как это место до сих пор никто не нашел?

Солнце опустилось за облака и вокруг сгустились фиолетовые сумерки. Возможно в комнате есть свечи или еще что-то, но... Пусть будет темно.

- Сирена? – раздалось внутри. – Ты тут?

- Еще не сбежала, - хмыкнула я, не поворачиваясь к вошедшему Кормаку.

- Ой, прости, я забыл, что ты не умеешь колдовать...

Через секунду за мной зажегся свет и белый шарик медленно проплыл ко мне.

- Что это... Кто это с тобой сделал?

- Да какая разница, - пожала плечами я, посмотрев вниз.

- Большая. На тебе живого места нет, может обратиться к...

- Кормак, - строго прервала я обернувшись.

Он замер на полуслове и подошел к перилам и шарик света подплыл ближе.

- Я говорил Серафиму, что растить тебя на земле – это ошибка...

- А где нужно было? – стараясь не выдавать раздражения бросила я. – Здесь? Чтобы Виайла ненавидела факт моего существования всю жизнь? Чтобы я была чьей-то прислугой, потому что у меня даже крыльев не было?

Он промолчал. Вероятно, потому что я была права.

- Нет. Пожалуй, это было единственным его правильным решением. По крайней мере сейчас я не смотрю на этот город через розовые очки. А еще просто представь какое у Виайлы было бы раздолье. Она смогла бы внушить мне, что я должна стать женой какого-нибудь полезного ей лорда или принца, чтобы держать меня в узде и получить выгоду.

- Она бы так не поступила.

- Да что ты, - рассмеялась я.

- Я знаю Виайлу со времен войны с кочевниками. Мы с братом тогда охраняли Восточный город от их нападений, и в один прекрасный день Джаред приводит военачальницу кочевников и объявляет, что: либо наши родители позволяют им пожениться и Виайле править вместе с ним, либо они сбегут этой же ночью. Никто не мог поспорить с ним, поскольку Иак избрал его своим фаэррай. А Виайла может казаться довольно суровой, но в этом плане она все еще довольно романтичная, и никакая политика из нее это не выбьет.

Иак... Иак это Ксуер. Бог солнца, если не ошибаюсь.

Хм... Мы с Виайлой как рыбак рыбака... Сразу увидели друг в друге опасность. И вероятно поэтому мне очень легко угадывать ее приказы.

- Значит, твой брат сейчас правит Восточным городом, а Виайла здесь. А тебя прислали присматривать за ней...?

- Не совсем, - открыто улыбнулся Кормак, опираясь на перила. – Я ведь не представился. Я – бог кузнецов, а это ремесло относится к Западному городу.

Значит в основном атлусы кочевники, но есть Западный горд с более средневековой магией и Восточный город с более современными технологиями.

- Подожди, если твой брат – бог солнца, то Виайла кто? – запутавшись, я развела уши в сторону.

Править городами могли только фаэррай, и она буквально ходячий кусок золота, что у меня ассоциировалось с солнцем.

- Богиня защитников. Она покровительствует всем, кто стоит на страже беззащитных, всем агверам, даже земным.

Тогда по идее, Трейс поклоняется Виайле? А моя мама... Гете? Ужас.

- А что ты знаешь про витражи в тронном зале? Мне... Мне показалось странным, что там драконы с изображением солнца и луны.

- До того, как стало известно о твоем рождении на витражах был изображен Ксуер. Ты ведь знаешь кто это? Ага... Но потом они просто изменились. По легенде каждый витраж замка это кусочек в ткани времени, а каждое изображение – его ключевое событие. Это нерушимая реликвия, которая хранит нашу историю и меняется по своей воле.

- Куда я попала... - иронично протянула я. - Но Виайла ведь тебе поручила не только уроки истории?

- Да, об этом... - он выпрямился, поправляя обе пары крыльев. – Мне показалось, что раз Аут доверила тебе свое оружие и боевую способность, то стоит тебя подтянуть...

Я не удержалась от усмешки. Подтянуть? Меня? Я победила в гребаных гладиаторских боях и получила звание лучшего воина в галактике.

Но потом одернула себя. У атлусов есть крылья всю жизнь. Может я смогу что-нибудь от этого получить. Ни у кого из моих учителей их не было...

- Окей. Попробовать можно.

- Тогда полетели, - он расправил крылья не полностью, но все равно легко взмыл в воздух.

Я быстро его нагнала, крикнув:

- Я думала летать по городу запрещено.

- Сейчас ночь и весь город спит. К тому же мы не улетаем из замка.

Мы опустились во внутреннем дворе замке, где был ухоженный сад, а окружали его высокие башни и стены замка, сплошь укрытые лепниной и плющом, и выглядывающие между ними скалы. Тут летали болотные огоньки разных цветов и некоторые из растений светились. Проследовав за Кормаком ко входу напротив той части замка, откуда мы прилетели, я оказалась в ярко освещенном тренировочным зале с деревянным полом и каменными стенами с колоннами, в том же стиле, что и тронный зал. У входа караулили двое агверов, одним из которых оказался Кас, а второй была высокая девушка с каштановыми волосами, в которые были вплетены перья, острым лицом с светло-голубыми глазами и в такой же, как и у Каса форме стражника. И они оба поприветствовали нас как «Ваши Высочества». Нет, точно нужно убегать прежде, чем мне наденут новый терновый венец.

- Быстро тут слухи разносятся, - заметила я.

- Эзра входит в состав моего отряда, и мы защищаем всех, кто относится к королевской семье, - ответил Кас.

- Клянусь служить верой и правдой, - отчеканила девушка.

- Умоляю, не надо, - скептично заметила я.

Эзра удивленно вскинула брови и повернулась к Касу, но тот лишь пожал плечами, выглядя почти так же удивленно.

- Итак, Сирена, - Кормак протянул мне деревянный меч. – Или предпочтешь посох? Переодеться, если что можно в той дальней комнате, там есть специальная одежда.

- Это детский сад, - бросила я, смотря на одноручный деревянный меч и направляясь к стойке с посохами.

Взяв посох, я покрутила его в руках, убеждаясь, что мне с ним удобно, надела нанокстюм без маски и встала напротив принца, вооруженного деревянным мечом.

- Это... Броня?

- Ага, - кивнула я с улыбкой. - Типо того.

За спиной Кормака агверы снова переглянулись, но я сосредоточилась на сопернике, выискивая, что может подвести его в бою. Телосложение у него крупное, что в целом отлично подходит описанию бога кузнецов, он не сильно меня выше, и за счет двух пар крыльев может быть не таким проворным, но нужно быть внимательной с раздвоенным хвостом. И не пропустить атаки магией...

Он напал первым, и я легко увернулась от лобовой атаки, уходя в бок и тут же ударяя концом посоха под крыло в открытый бок. По себе знаю, что это лишает вообще какой-либо возможности двигаться. А после, поняв, что прием сработал, ногой ударила его в челюсть, заставив рухнуть на спину.

- И все? - я приставила кончик посоха к его шее, будто лезвие.

- Я не... Ожидал, - сдавленно ответил он.

- Конечно... - расплываясь в злорадной улыбке ответила я. – Еще разок?

- Дай мне минутку.

Я усмехнулась, поворачиваясь к агверам:

- Присоединитесь? А то ваш принц немного переоценил себя.

- Наш принц глава воинов. Он занимался нашим обучением, - ответила Эзра.

- Что правда? - уже искренне без сарказма удивилось я. – Ребят... Это...

- Готова? – поднялся Кормак.

Я не стала заканчивать критику и встала в боевую стойку. В этот раз Кормак напал сбоку, целясь мне куда-то в живот, но я парировала этот удар, и развернувшись вокруг собственной оси, держа посох на плечах отвесила принцу оплеуху посохом. Но он не растерялся, снова напав с косым ударом. Метнув в него шипы, я сократила расстояние между нами, пока он отбивался от них, и ударила его посохом в живот, а потом простым ударом по предплечью выбила меч из его рук. Не дав ударить себя по лицу, он схватил посох, и силой забрал его из моих рук. Но я стала невидимой, чтобы сбить его с толку, и появившись с левой стороны, ударила крылом в уязвимое место, а потом дернув за рог и поставив подножку хвостом снова опрокинула его на пол, используя его вес против него.

- Если честно, это все больше походит на избиение младенцев.

- Ты сражаешься совсем не как атлус.

- И видимо еще жива только благодаря этому, - заметила я, поднимая посох.

- Кто тебя учил?

- Много кто.

- И земные агверы среди них были? – Кормак с трудом сел.

- И что? – не выдержала я.

- Они опасны.

- Для таких горе-воинов неудивительно.

- Ты не понимаешь. Земные агверы нас ненавидят и посвятили всю свою жизнь охоте на таких, как мы.

- Ни один народ во всей галактике не бывает только плохим и только хорошим.

Он вздохнул, словно спорил с упрямым ребенком.

- Последний раз, когда я был на земле со своим братом и Серафимом, мы пытались заключить с ними мир. Но совет стай напал на нас и почти убил. Призрачные агверы выступали инициаторами, и хвала Природе, сейчас все мертвы, но среди людей ходят сотни агверов, желающих нам смерти.

Призрачные агверы? Он сказал, что все мертвы, но отец сказал немного другое... Видимо Лохматого тоже приписали к мертвым из-за того, что он попал к нуксам.

- Это мой обычный день, - огрызнулась я. – Теперь понятно, что ваша Виайла просто трусиха, раз запретила вам спускаться на землю из-за ваших же питомцев.

- Она лишь заботится о своем народе...

- А кто о людях позаботится?! Вы ведь... Вы ведь даже понятия не имеете о том, что там происходит. Ты хоть знаешь, какие легенды о вас слагают за пределами Земли? Когда я слушала эти рассказы, мне казалось, что вы великие воители, справедливые, всемогущие боги. Но знаешь, что я вижу? Вы просто жалкие трусы, спрятавшиеся от мира, как и ваша мамаша-Природа. Ты хоть можешь сказать, слышите ли вы молитвы людей? М?

Кормак ссутулился под моим напором, и был вынужден признать:

- Нет. Мы сделали так, чтобы их не слышать.

Я горько усмехнулась:

- А люди умирают из-за этого, Кормак. Каждый день. Каждый гребаный день люди молятся вам, ждут помощи, и теряют веру. Вы бросили нас на произвол судьбы, хотя должны заботиться о созданиях, для кого ваша сила буквально смысл жизни. За что бы вас там не возненавидели агверы – я их понимаю.

- Я знаю, что тебе больно, и ты хочешь найти виновного, но твой народ...

- Главную боль мне принес именно он, - сурово ответила я.

- Мне очень жаль... Чем я могу помочь?

- Ничем, - опустошенно ответила я, растеряв весь запал. – Если не умеешь воскрешать мертвых, то ничем.

- Прости.

- Хватит, - взмахнула рукой я. – Эти слова ничего не значат.

Я покинула тренировочный зал, и не дав последовать за собой, взлетела, направляясь в сторону леса. Он темной громадой опоясал город по всей северно-западной стороне. Высокие ели и лиственницы, смешанные с невиданными волшебными деревьями почти идеальной четкой границей, заканчивались недалеко от домов. Тут было метров пятьдесят до города, но лес как будто специально не приближался, резко обрывая свою территорию.

Встав перед высокими деревьями, я заметила едва заметный блеск, словно смотрела на лес сквозь стеклянный купол, и вытянув руку уперлась в него.

- Что ты ищешь? – внезапно раздался голос Тифы, появившейся из-за деревьев.

Я не слышала, как она появилась, но не удивилась.

- Не знаю...

- Спроси меня.

Я недоверчиво прищурилась, прижимая уши:

- Что я ищу?

- Ответы, - улыбнулась Тифа и протянула руку.

С сомнением я протянула руку в ответ и Тифа легко потянула меня на себя, пропуская в лес. Она отпустила меня отступая в тень дерева, а, выйдя с другой стороны, передо мной предстала вовсе не Тифа.

- Наконец-то ты здесь, Лилия, - даже слегка улыбнулась Аут.

Она была очень реалистичной, почти осязаемой. В жизни ее крылья были почти черными, с поблескивающей, словно звездочки, чешуей, а идеально прямые волосы переливались словно жемчуг. На ней было облегающее черное платье с длинным шлейфом, а глаза из лунного камня переливались и радостью, и печалью.

- Ты... - прошипела я, отступая на шаг и расправляя крылья.

- Думаю прежде всего мне стоит сказать, что я предупреждала твою мать о последствиях и забрала искру только после ее согласия.

- Не оправдывайся. Ты все равно знала, что для нее это билет в один конец.

- Я желала им с твоим отцом счастья. Пусть... И столь мимолетного.

- Убирайся, - резко бросила я, стараясь не сорваться на крик.

- Найди то, что скрыто. И ее возьми с собой, - ответила Аут и растворилась в воздухе.

Через секунду послышалось шуршание юбок.

- Сирена? Что ты там делаешь?

Я обернулась и снова увидела Тифу. Она куталась в шаль, и выглядела так, словно ее выдернули из постели.

- Ты мне поверишь, если я скажу, что говорила с Аут? – я пошла к ней, но ударилась о барьер. – Твою мать...

- Обычно бы не поверила, но сегодня тебе повезло, - задумчиво ответила она, виляя хвостом. – Что на тебе за одежда?

Я глянула вниз, вспоминая, что все еще гуляю в нанокостюме, и решила лишний раз не нервировать древнюю богиню чем-то современным, а потому сняла.

- А что ты тут делаешь? – парировала вопрос я.

- Аут сказала, что ты появишься сегодня и что она разрешает мне последовать за тобой и помочь. С чем бы то ни было...

- Последовать куда?

- На священную территорию Аут.

Тифа взмахнула рукой и в стеклянном куполе появилась брешь, через которую она вошла.

- Зачем тут барьер?

- Это Вечный Запретный Лес. Тут живут абсолютно все мифологические звери и чудовища. Все сказки, которые тебе рассказывали в детстве.

- Типо единорога? – не веря ни на секунду усмехнулась я.

- Они любят больше южную часть Леса, но да.

На пару секунд мы замолчали, пока я ожидала, что она отмахнется и скажет, что пошутила, но Тифа оставалась серьезной.

- Окей... И где эта священная территория?

- Ты мне скажи, ты ведь ее фаэррай.

- Я в сотый раз напоминаю, что я тотально без понятия, - закатила глаза я.

Рядом с нами зашуршали кусты, и восприняв слова Тифы подсознанием, я выхватила Асазреф. А когда из кустов выскочило нечто серое, мы обе отпрянули.

Но этим серым нечто оказалась небольшое крылатое существо, совмещающее в себе черты совы и кота. Кошачья морда с клювом и умными рубиновыми глазами уставилась на нас и дружелюбно ухнуло.

- Добрый вечер, проводник, - склонилась Тифа в легком поклоне.

Кото-сова хлопнула крыльями и что-то промурчала.

- Ты понимаешь это...? – покосившись на Тифу спросила я.

- Я похожа на богиню лингвиста?

- Я не знаю!

- Я богиня обучения, Радже.

- Не называй меня тупицой, - прищурилась я, прижимая уши.

Тифа удивленно моргнула фиолетовыми глазами и продолжила говорить на каком-то странном языке, смысл которого сам по себе появлялся в голове.

- Ты понимаешь Древний язык?

- Время от времени, - протянула я.

Сова-кот устал ждать нас и подойдя, ухватился за полу моего платья и потянул.

- Думаю, она хочет проводить нас, - пряча кисти в рукава своего платья ответила Тифа, наблюдая за сово-кошкой.

Я сдвинулась с места, и кошка тут же взлетела, махнув пушистым хвостом.

- Это она?

- Да. Раньше этих милых духов использовали для доставки почты, но со временем, когда таковая надобность в них отпала, и их выпустили в Лес.

- Это круче почтового голубя, - пробормотала я, отодвигая ветку и ища взглядом сово-кошку.

Она увела нас вглубь Леса, и вывела к озеру, у которого я ненадолго замерла. Это было то самое озеро, где учила меня Аут. Все те же цветы и идеальная зеркальная поверхность воды, в которой отражались звезды.

Но раздраженная задержкой кошка села мне на плечо и требовательно ухнула прямо в мое ухо.

- Да иду я, иду, - прижав оглушенное ухо ответила я, стряхивая ее с плеча.

Не прошло и пяти минут, как мы оказались у подножия холма, окруженного черными лилиями с золотыми прожилками. «Сиренами»...

- Священная территория Аут, - пробормотала ни капли не утомленная прогулкой Тифа. – Старинное кладбище воинов.

- Я не удивлена, что ее священная территория – кладбище, - поморщившись ответила я.

Тифа легонько стукнула меня своим посохом по руке:

- Имей уважение, это и твоя священная территория тоже.

- Я удивлена еще меньше, - увернулась от нового удара я. – А в чем прикол?

- В чем что? – раздраженно вильнув хвостом уточнила она.

- Суть? Смысл? Ай, да прекрати, я преисполнилась в уважении к цветам. Все.

- У каждого бога есть своя священная территория, куда не может войти никто кроме него самого, потомков или агверов, находящихся под покровительством. Остальные могут войти только по специальному приглашению.

- То есть тебе сейчас нужно разрешение?

- Аут мне его уже дала, идем.

Я поплелась за ней, старающейся не наступить ни на один из переливающихся цветочков. Мама назвала меня в честь этого? Они, конечно, симпатичные... Но растут на кладбище. Она будто чувствовала кем я в итоге стану. Как и все происходящее в моей жизни... Всегда.

Я одернула себя от мыслей о маме, наблюдая, как Тифа подошла к холму, и начала спуск в пещеру, который издалека было не заметить. А сова-кот куда-то исчезла... Жалко.

Спустившись следом в уютный мирок болотных огоньков вокруг щербатых стен, покрытых узорами, написанными белой краской пару сотен лет назад, я ощутила дежавю. Кажется, я тут уже была... В одном из этих бредовых снов с участием Аут.

Пройдя коридор мы оказались в круглом помещении, по центру которого стояло три волшебных дерева, упирающихся ветвями в потолок. Ствол центрального был черным с белыми прожилками, исходящими из центрального выпуклого участка, вместо листьев на нем были Ночные лилии, сверкающие в полутьме золотыми прожилками. Справа стояло кристальное дерево без листьев, отражающее в себе каждый лучик слабого света и будто само светилось изнутри, а слева стояло древо, сотканное словно из струй желтого огня, замершего во времени и изредка вспыхивающее в разных местах яркими снопами искр. В центре каждого были выпуклые участки с кристаллами, мигающими, словно сердца деревьев.

Стоило мне ступить на мшистую поверхность пола, как центральное дерево заискрилось.

- Стой, эти же деревья стоят перед дворцом, - я бросила недоуменный взгляд на Тифу, которая завороженно застыла с раскрытым ртом.

- То – фальшивки, - наверное через минуту ответила она, не отрывая глаз от деревьев. – Это истинные ключи Природы. Все это время они прятались именно под крылом Аут...

Я перевела скептичный взгляд с нее на деревья и обратно.

- Это деревья... Которые светятся.

- Это не просто деревья, - она повернулась ко мне с огнем восхищения в фиолетовых глазах. – Каждое из этих деревьев содержит в себе ключ. Это одна из древнейших реликвий, появившаяся даже раньше Ксуера. Есть теории, что они символизируют мир атлусов, агверов и людей. И что они открывают замки от миров Природы, даже от тюрьмы Своевольного бога...

Я вспомнила древо нуксов, которое производило схожее впечатление. Может в этом особенность наших миров? Несмотря на разных прародителей у нас есть эти древа... Интересно, если уничтожить древо, то и народ умрет?

- И мы можем... Взять эти ключи?

- Только если древа изберут тебя хранителем. Но этого не произойдет, пока не появится наследник Энмы и не запустит пророчество.

- Нет, - потерла лоб я. – Я не хочу об этом знать. Мне и без пророчеств хорошо живется.

- Еще узнаешь. Рано или поздно придется.

- Не угрожай мне, - проворчала я, подходя к настойчиво сверкающему центральному дереву.

В центре было нечто, похожее на сердце, и приблизившись, я почувствовала исходящую от него пульсирующую энергию. Лилии на его ветках, приветливо раскрылись, обдав меня приятным ароматом. Казалось бы, могильные цветы могут приятно пахнуть.

А потом выпуклый участок в стволе развернулся и мне на встречу выплыл черный кристалл.

Я затылком чувствовала взгляд Тифы и умоляюще посмотрела на дерево.

- Ну не надо. Пожалуйста...

Кристалл подплыл на пару сантиметров ближе.

- Да чтоб тебя, - пробормотав не самые уместные ругательства, я закатила глаза и схватила теплый камень.

- Забавно, что тебе достался именно камень, открывающий загробный мир людей, - с издевкой улыбнулась Тифа, пряча кисти в рукава.

- Ага, охренеть как смешно, - мрачно ответила я.

- А еще это значит, что пророчество...

- Избавь меня от этого, пожалуйста, - перебила я, протягивая ей кристалл.

- Что? Нет. Я не имею права...

- Ну... - склонила голову я, видя, что ей не терпится. – Ладно, может подарю Виайле...

- Нет, не смей, - она выхватила из моей руки кристалл.

- Вот и отлично. Никаких наследников и ключей от неизвестных тюрем со злыми богами.

Стоило нам вернуться на поверхность, как сова-кот снова появилась из неоткуда и устроилась на моем плече.

- Назад дорогу мы найдем, не беспокойся, - я потрепала ее по мягкой шерсти с перьями, и она начала мурлыкать.

- Думаю, она хочет пойти с тобой, - сказала Тифа, скрещивая руки. – Она давно не видела атлусов, и, мне кажется, вы поладите.

- Боюсь моя жизнь не то чтобы приспособлена под домашних питомцев. У меня и дома-то нет... - я спустила кошку со своего плеча на руки.

- Ей это не важно – она дух, - Тифа направилась прочь с поляны. – Она будет появляться, когда нужно будет что-то тебе передать. Или захочет внимания. Главное – дай ей имя, и она будет твоим компаньоном, когда пожелаешь.

Я посмотрела в глаза кошке, которая беззастенчиво строила милую мордочку и умоляла продолжать ее гладить.

- Окей, - сдалась я. – Тебя будут звать Руби. Нравится?

Она согласна ухнула и отвернулась.

Вскоре, пройдя тем же путем и встретив пару бесформенных духов животных мы вернулись в город.

- Неужели звери этого Леса так опасны, что вы держите их под замком? – спросила я, наблюдая, как Тифа закрывает проход за нами.

- Да. Воображение людей создавало множество фантастических существ и чем старше становилось человечество, тем изощреннее и кровожаднее становились чудовища. Так появилась дневная и ночная стража. Сама Аут отобрала воинов, которые защищали город по ночам и дала своей фаэррай оружие, чтобы она могла нас защищать. Твоя предшественница, кстати. Ее звали Зейна... И после ее смерти, когда Виайла взошла на трон, наша королева любезно окружила Лес куполом.

Тифа упомянула имя предыдущей фаэррай с такой тоской... Вероятно они хорошо друг друга знали. Но она ушла от ответа, когда я спросила в прошлый раз... Может если я чуть-чуть тут задержусь, она что-то и расскажет, но я уже безумно скучаю по Нью-Йорку, в котором самое необычное, что можно встретить это дорога без пробок или мутанта.

Я молча шла за Тифой, думая, куда податься, чтобы не возвращаться в замок, пока не остановилась на пороге массивного строения.

Трехэтажная каменная постройка пряталась в отдалении от остальных домов среди деревьев. Она буквально выросла между ними. Живые деревья служили сваями, пространство между которыми заполняли камни и окна с витражами. Оно было таким непривычно тяжелым... И земным, на фоне всех этих воздушных построек атлусов. Над двустворчатой дверью было круглое окно с цветными стеклами и оттуда падал тусклый свет.

- Идешь? – обернулась Тифа.

- Это твой дом? – уточнила я, поднимаясь следом по ступенькам.

- Да, это моя библиотека.

Она распахнула дверь, пропуская меня в зал, казавшийся внутри раза в два больше, чем снаружи. Круглая прихожая была окружена шкафами с книгами и от них в разные стороны расходились коридоры, разветвляющиеся по мере углубления. Лестницы на колесиках отражали тусклый свет летающих светящихся шаров золотыми отблесками. Запах пыли и книг был почти родным. Словно я снова на земле.

К нам вылетел темный бесформенный силуэт, и приземлившись на вытянутую руку Тифы, оно приняло облик филина, состоящего из черно-фиолетового дыма с горящими желтыми глазами и крапинками.

- Привет, Требирит, - Тифа развернулась к нам с Руби. – Это мой компаньон. Он довольно ворчливый, не обращайте внимания, но, если будет нужна какая-то книга он безошибочно ее найдет.

Требирит что-то проурчал и Руби зашипела в ответ. О чем-то посовещавшись они пришли к согласию и отвернулись друг от друга. Горящие глаза филина уткнулись в меня, и он всем существом доносил мысль: «Повредишь хоть одну страничку на моих книгах, и я тебя убью».

- Если хочешь отдохнуть, то вверх по лестнице у южного коридора будет пустая спальня, но сначала я очень хочу проверить можешь ли ты превращаться в дракона.

- А могу и не мочь? – я отпустила Руби, и она вспорхнула на ближайший столик.

- Да. Твоя мать человек. Полукровки редко проявляют способности, к тому же их и не было последнюю... Может тысячу лет, - ответила Тифа, задумчиво гладя филина. – Но ты способна взаимодействовать с тенями.

- И с огнем, - дополнила я.

- Это самые основы. Так могут и новорожденные, - она подошла ближе и филин, вспорхнув, исчез в тени.

- Хорошо, и как превратиться?

- Так же, как и агвер. Просто подумай об этой. Представь своего дракона, воплоти свою сильную сторону души и выпусти наружу. Если совсем сложно, попробуй добавить «Талу».

Воплотись. Звучит логично...

Я закрыла глаза и нырнула туда, откуда обычно исходит магия. Темное место, реагирующее на боль и угрозу было безжизненным. Я попробовала погрузить себя в ощущение, при которых магия охотнее всего мне помогала. Страх, боль, угроза, желание навредить, желание выжить. Попыталась придать своей магии лицо дракона. На секунду у меня даже получилось.

Темно-синяя, цвета индиго, мелкая чешуя морды с зелеными глазами, искрилась, на ней было много шрамов. Как и на серебряный пластинах, защищающих грудь и живот. На шее были шипы, черные у основания и становящиеся желтыми у концов, такого же окраса, как и слегка изогнутые рога с зазубринами.

Но мираж тут же исчез, стоило мне за него покрепче ухватиться.

Я попыталась еще раз, уже примерно понимая облик моего дракона и добавила заклинание.

Но огонь лишь всплеском пробежался вверх от моей кисти к плечу и исчез.

Тифа подошла ближе и каким-то неуловимым движением вывернула мою руку с рунами и принялась деликатно крутить и осматривать, словно врач осматривает рану.

- Так я и думала, - ответила она. – Что-то физическое мешает тебе использовать магию. Может яд, может... Тебя ничем серьезным не отравляли?

- Травили больше, чем я могу вспомнить, - нахмурилась я.

- Что было самым серьезным? Что заставило твою магию пробудиться раньше времени и спасти твою жизнь? При каких обстоятельствах у тебя появились крылья?

Поняла, о чем она, я сразу... Но вот как ей это объяснять...

- И, хочешь сказать, что из-за этого фактора я не смогу превратиться?

- Пока этот яд в тебе точно нет, - ответила Тифа. – И есть вероятность, что как только ты примешь антидот, то твоя магия снова спрячется, превратив тебя в человека.

- А как думаешь, с агвером может что-то подобное случиться?

Тифа задумалась, отступая к полкам. Ее немного смущало, что я не хочу рассказывать конкретнее, но она не давила.

- Думаю может, но они связаны со своим волком гораздо сильнее, чем мы с драконами. Если агвера подвергнуть такому, то вероятно его волк будет искалечен, что нарушит естественные для них циклы Полнолуния и Новолуния. Может даже дойти до того, что он застрянет в одном из обличий.

Пока что все совпадает...

Получается, что фиррозия не дает мне полноценно колдовать, и пока я не перестану быть мутантом, все останется как есть. И пока Лео остается мутантом, он не сможет снова вернуться в человеческий облик.

- Но это еще не все, - откликнулась Тифа, уходя за одну из полок. – Даже если крылья останутся при тебе, когда ты поправишься, то для твоей души это тоже будет иметь последствия.

- В смысле? – я последовала за ней вглубь лабиринта.

- Душа атлуса служит проводником для магии его дракона, его искры. И для нас это не ощутимо. Но человеческая душа более хрупкая. Если ты будешь использовать магию, беря силы из искры, то потихоньку такой проводник будет сгорать. И в конце концов ты превратишься либо в полноценного атлуса, либо в одну из теней, которыми управляешь.

- Круто, - прищурившись кивнула я. – Ну значит можно твои уроки не проходить?

Она бросила на меня презрительно-вопрошающий взгляд.

- Эй, слушай, извини конечно, но последнего, чего я хочу от своей жизни – это превращаться в любой из этих вариантов. Меня вполне устраивает моя человеческая душа и я прожила восемнадцать лет без магии. Прожила как-то и дальше проживу.

- Аут не просто так дала тебе искру именно сейчас. Фаэррай Луны всегда были лучшими провидицами, как и их мать. Она знает, что без этой силы ты погибнешь рано или поздно.

- Последние восемь месяцев я жила в сплошном аду. И я с ним покончила. Вряд ли в мире будет что-то страшнее, - я развернулась, собираясь отыскать пустую спальню.

- Никогда не говори никогда, Сирена. Так или иначе, я дам тебе основы теории, а с практикой, так и быть, решай сама.

Комната нашлась легко благодаря Руби. Она провела меня наверх по винтовой лестнице, держа под крылом светящийся шарик. Мы оказались в маленькой комнате под самым потолком. Единственное круглое окно выходило на город, в котором не горел ни один огонек. Широкая кровать, накрытая холщевым одеялом ютилась в левом углу, впритык к ней стоял пыльных пустой стол, и тут же стоял высокий книжный шкаф. В единственном свободном углу рядом с окном стоял сундук, видимо для одежды. Комната была нежилой, словно ее покинули сотню лет назад и все здесь покрылось пылью. Но она показалась мне куда уютнее комнаты во дворце.

Я устроилась на скрипящей кровати лицом к стене и держа в руке метательный нож, а Руби отправила шарик света вниз и влезла мне под руку, свернувшись клубочком. Пожалуй, именно ее успокаивающее присутствие позволило мне быстро заснуть и не увидеть ни одного кошмара.

Утро наступило поздно, но я не торопилась вставать, да и никто не стремился меня разбудить. Руби все так же спала свернувшись клубочком, прижавшись ко мне. Невольно я задумалась, как же она, наверное, соскучилась по жизни вне Леса и по атлусам. Они были созданы для помощи им, а потом их просто отправили в Лес, проигнорировав их цель и призвание. Это было жестоко.

На столе я заметила небольшой тазик чистой воды с зубной щеткой и маленькой баночкой, а рядом стопку одежды. Похоже, кто-то заходил... Удивительно, что я не услышала. Или может сюда это перенесли магией?

Умывшись, я надела кожаные брюки с корсетом и свободную черную блузу с красиво оформленными вырезами под крылья. Вот это уже гораздо лучше, теперь если мне придется снова столкнуться с Виайлой я не буду путаться в юбках.

Внизу все это время слышалась какая-то возня, сопровождаемая разговором, но разобрать ничего не получалось.

- Идешь? – оглянулась я на Руби, которая вытянулась во всю длину на кровати.

Она дернула ухом и зевнула, сворачиваясь назад в клубок.

- Ну как хочешь.

Я тихо спустилась, заново восхищенно знакомясь с величественной библиотекой, которую теперь освещало солнце через окна высоко в стенах. А главное, голоса можно было разобрать.

- Мы должны придумать, как ее защитить, - сказал мужской голос, похоже, это Кормак. – Ты же не зря впервые за сотню лет вышла из библиотеки? Аут что-то тебе подсказала?

- Защитить? Ее? Это нас нужно от нее защищать, - отмахнулась Тифа. – И не она ли тебе этот синяк вчера оставила?

Упс... Кажется я ударила его вчера слишком сильно...

Послышался тяжелый вздох и скрип стула по камню.

- Я все еще не понимаю, зачем Серафим поступил так.

- Это не его выбор, а выбор Аут. Вероятно, они с Кеей просто отдали приказ. И благодаря этому она думает, что может поступать так, как считает нужным, не руководствуясь правилами. Посмотри, знаешь, что это?

- Не может быть...

Я подкралась поближе, становясь невидимой.

- Да. Это ключ Природы, - Тифа понизила голос. - Древа избрали ее, а она просто отшвырнула его и сказала, что ей это не нужно.

- И что будем делать?

Сев на край стола рядом с ними я увлеченно наблюдала за напряженными лицами.

- Молиться и надеяться, чтобы ее дерзость ускользнула от Виайлы и Ксуера.

- Кому же могут молиться боги? – усмехнулась я, становясь видимой.

Кормак отпрянул, а Тифа едва вздрогнула, но виду, что испугалась не подала.

- К-как ты это делаешь?

- Практика, - пожала плечами я. – Это что, кофе?

Мы были в читальном зале с двумя тяжелыми деревянными столами в окружении рядов книжных полок. Тифа сидела за столом, потягивая из маленькой чашечки что-то подозрительно напоминающее кофе по запаху. Перед ней стоял поднос с фруктами и ломтиками хлеба и сыра, и вторая пустая чашка. Она магией заставила поднос подъехать ко мне.

Повисло неловкое молчание, во время которого я успела налить себе крепкий кофе и стянуть пару кусочков сыра.

- Так что, боги реально молятся?

Тифа устало посмотрела на Кормака и ответила:

- Да. Мы молим Мать о нашем благополучии. В конце концов Природа создала каждого из нас в этом мире, и она самая могущественная богиня, которую тебе, кстати, тоже стоит научиться уважать.

- Ябеда, - протянула я, бросив взгляд на Кормака. – Но ладно, так чем сегодня займемся?

- Сейчас, если принц не против, я бы хотела начать твое обучение магии. А после полудня, он может забрать тебя.

- Не уверен, что это имеет смысл, - ответил Кормак, касаясь синяка на челюсти, причем довольно заметного.

Сегодня на нем не было оружия и брони, лишь что-то отдаленно напоминающее богато расшитую рясу и железный венец в русых волосах.

- Не может быть, чтобы ты не мог ее ничему научить, у тебя сотни лет опыта, - откинувшись на спинку широкого деревянного стула ответила Тифа.

- Стрельба из лука? – он повернулся ко мне.

- Это второе, чему меня научили, - пожала плечами я. – Хотя я предпочитаю огнестрельное оружие, если вы знаете, что это такое.

У Лео был старый лук, и мы как-то раз целую ночь стреляли по мишеням, тренируя скорость.

- Знаем, - насупился Кормак. – Копья?

- Легко.

- Серпы?

- Были у моей последней наставницы, - кивнула я.

- Метательные ножи?

Я неуловимым движение вытряхнула по ножу в каждую руку, держа лезвия кончиками пальцев.

Кормак обреченно повернулся к Тифе.

- Ты можешь обучить меня боевой магии, - предложила я.

- Магия не предназначена для боя, - хором ответили они.

- Магия, - сказала Тифа. – Сила созидания, священная сила делать мир лучше, способ помогать.

- А если мне нужно с кем-то сразиться, чтобы помочь? – парировала я.

- Ты вполне управишься своими навыками, - ответил Кормак.

- Вам доверили силу «богов», а вы ее не используете в бою? – удивленно ответила я. – И ладно, допустим, как вы видите использование моих теней для созидания? Я представляю их только в качестве оружия.

Они переглянулись.

- В этом и проблема, - спустя долгое молчание ответила Тифа. - Твои тени это одна из запретных магий, выживших после падения Своевольного бога. Не стоило Аут давать их тебе. Предыдущий раз тени убили своего носителя, взбунтовавшись против его воли. А в тебе я вижу слишком много боли и тьмы. Они притягивают к тебе тени и сбивают тебя с пути. А в купе с твоей непокорной натурой ты привлекаешь их еще больше.

- Это просто способность, - скептично ответила я. – Она, как и огонь, не имеет морали.

Ну это уже просто фанатизм. Тени как тени, от них я не чувствовала ровно ничего. Они полностью отзывались на мои желания и прекрасно справлялись в случае угрозы.

- Ну а какие еще у меня были варианты? – качая ногой спросила я. – Может у меня получится договориться с Аут.

- Ты могла бы видеть будущие, предсказывать его с точностью до секунды, - ответил Кормак. – Или могла бы управлять чужими снами.

- И все?

- Да...

- Нет, забудьте, - махнула рукой я. – На кой мне сны и прорицание. Они не помогут мне выжить, когда ничего под рукой из оружия не будет.

-Тебе не придется выживать, да и оружие тебе не...

- А ты тоже богиней прорицания заделался? – перебила я Кормака. – Откуда ты можешь это знать?

- Здесь тебе ничего не угрожает, - ответила Тифа.

- Ага, Виайла решила поиграть вчера, когда надела на меня кандалы, - прошипела в ответ я.

-Вчера она усвоила свой урок, - настороженно сказала Тифа. – А у людей, на сколько мне известно сейчас не идет никаких масштабных войн, чтобы ты так параноидально видела везде опасность.

- Благодаря мне ее не будет, - пробормотала я, допивая кофе. – Какая вам разница, что там на земле и как мы выживали? Вы же вроде делали все, чтобы не слышать от людей ни звука?

Тифа опустила плечи, понимая, что дальше она не пробьется, и повернулась к Кормаку, меняя тему:

- Хорошо, главное Виайле не говорите, что ничем не занимаетесь, - тряхнула черными крыльями она. – Тогда, фаэррай, записывай все свои вопросы куда-нибудь. Будешь потом донимать Кормака и создавать вид бурной учебы.

- У вас тут какой-то особый клуб «Ничего не говорим Виайле»? Смахивает на государственную измену, - скептически свела брови я.

- Ради твоего блага, между прочим, - скопировав мое выражение лица ответила Тифа.

- И за что мне такая честь?

Кормак открыл рот, но Тифа шлепнула его хвостом.

- Это связано с моей таинственной предшественницей, о которой Тифа так не хочет говорить? – повернулась к более болтливому Кормаку я, все еще не прогнав раздражения из голоса..

- Ее звали Зейна, - мертвым, жестким тоном сказала Тифа. – И она была моей дочерью.

Так... Это не те раны, на которые я хотела бы наступать, особенно у старейшей богини, чьи магические способности все еще за гранью моей фантазии. Она же не превратится прямо сейчас в дракона и не откусит мне голову? Хотя я, наверное, успею увернуться...

- Извини, - пробормотала я. – Я не знала...

- Вот именно! Ты ничего не знаешь и нам уже давно пора заняться делом.

Я выслушала ее возглас, прижав уши, а Кормак, поняв, что кто-то пробудил древнее зло, поспешил оставить нас.

Тифа встала, поправив пышные седые волосы, и вынула из шкафа увесистый фолиант. Она приложила усилия, чтобы успокоиться и, когда вернулась за стол, то от гнева и скорби не осталось и следа. В ней вообще не осталось эмоций.

- Про искру и магию я тебе вчера рассказала, про Ксуер и Природу, я так понимаю, ты уже знаешь откуда-то.

- Да. Только... Можно вопрос? – после ее позволения, я села напротив, сводя пальцы вместе. – Я знаю о семи богах, составляющих Ксуер, но ведь был и восьмой?

- Мы не говорим о нем. Своевольный бог и магия, которую он изобрел под запретом.

- У вас, таких честных, чистых и бескорыстных, есть кто-то под запретом? И мои тени тут как-то участвуют? – искренне удивилась я.

- Я не буду тебе о нем рассказывать. Спроси у своего агвера. Земные оборотни делятся остатками его истории куда охотнее.

Я насупилась. Кажется Гете, Тифа и Кормак ведут общий банк знаний обо мне. Прекрасно...

- Тогда, раз с вопросами покончено, я объясню тебе как работают заклинания. Весь наш мир состоит из тончайших нитей, спутанных в сотни тысяч узлов. Каждое заклинание — это кодовый замок на этом узле, ключ к которому древний язык. Если ты захочешь передвинуть предмет, то тебе нужно развязать магический узел с помощью нужного слова. На твоем, первом уровне, ты можешь развязывать и создавать по одному узлу за раз. Чем дальше, тем больше возможностей.

- А как определяется этот... уровень?

- Твоя татуировка, это, по сути, отмычка, через которую ты направляешь силу, манипулирующую узлами. Чем больше рун – тем больше функций у отмычки. Для обычного атлуса есть четыре уровня, но у Ксуера есть пятый. Фаэррай способны притрагиваться к нему, но лишь поверхностно на любом уровне. Твои тени – это и есть пятый уровень. У Аут в этот спектр входит управление снами и прорицание.

- То есть, если покрыть все руки татуировками – я стану профи? И поэтому у Аут еще и лицо в рунах?

- Да, - кивнула Тифа, впервые за монолог немного изменившись в лице. – Но, чтобы подняться по уровню необходима практика и внутренняя осознанность. Чтобы перейти на следующий уровень, ты должна будешь найти два слова древнего языка, описывающих твою душу, должна будешь понять свою личину и описать ее. Иногда правда может оказаться разрушительной.

Я уперла кулаки в щеки, пытаясь собрать картинку воедино. В целом выглядело не сложно. Нужно передвинуть поднос – представляешь, как это происходит, выбираешь слово, вкладываешь четкое желание в общее слово и колдуешь?

Но про другие уровни... Ну окажусь я жестокой убийцей или тираном-манипулятором. То же мне открытие.

- Вчера ты сказала, что моя душа будет сгорать, если я буду тянуть магию из своей искры. А есть способ брать энергию откуда-то еще? Все в мире состоит из магических узлов и...

- Замолчи, - зашипела Тифа. – Нет. Ты просто не имеешь права нарушать баланс Природы, забирая жизнь у кого-то еще.

- Но тот же огонь не живой.

- У каждого объекта и явления существует своя магическая энергия и нельзя лишать вселенную баланса. Его малейшие колебания приводят к смертям. Этим святотатством занимаются только маги земных агверов и платят за это соответствующе. И ты, я так чувствую, уже столкнулась с последствиями нарушения равновесия.

Я замерла, чувствуя пробежавший по спине холодок.

- Своевольный бог тоже. И Зейна. Они все думали, что смогут управлять балансом и что-то решать. Но наш мир создан Природой и подчиняется исключительно ее власти. И, несмотря на всю власть, даже Мать обязана подчиняться Балансу. Она и Баланс самые могущественные понятия в нашем мире и тебе придется с этим смириться.

Мне всем существом была противна эта мысль. Абсолютно каждое слово Тифы вызывало желание метнуть в кого-то нож. Не может быть, чтобы ни у кого из нас не было выбора. Чтобы мы не могли определять свою жизнь. Не может быть такого, что боги такие же подчиненные крысы, как и люди. Какой смысл быть богом, если ты просто влачишь свое существование, ничего не меняя к лучшему? Почему любое неповиновение карается смертью?

Если Природа считает, что это идеальный мир и можно спокойно спать себе где-то в пещере, то у меня к ней пара вопросов.

- Думаю прежде всего тебя стоит научить заклинанию путешественников, - заметив выражение моего лица, сказала Тифа. – Оно позволит тебе преодолевать огромные расстояния за считанные часы в полете. Заклинание простейшее, к тому же тебе с твоим шилом в хвосте пригодится.

Одернув себя от мрачных мыслей, я обратилась во слух, чтобы запомнить все объяснения до единого.

Несколько часов я усердно запоминала наставления Тифы. В книгах Алхимика говорилось о некоторых вещах, кое-что я сама поняла при использовании огня и применении маскировки. Но теперь, собрав картинку воедино, я задумалась над практикой. Это было притягательно и интересно... По сути, зная нужные слова и обладая хорошим воображением, ты мог сделать невероятное... Но цена была слишком высока. Тифа сказала, что, используя огонь и заклинания первого уровня, я почти не наврежу своей душе, и при правильном подходе к использованию теней тоже, но моего мнения насчет использования магии это не изменило. Простые фокусы могут спасти мне жизнь, но использовать их постоянно я точно не буду.

Тифа рассказала мне и о тенях, отыскав книгу, которая, наверное, по возрасту была близка к ней самой. Тени приравнивали к проклятиям и кроме Аут их использовала лишь самая первая фаэррай, но они ее убили, вырвав сердце прямо посреди коронации. Они могли стать дополнительными руками, которые утащат противника в вечную тьму. Для меня в этом не было ничего особого, кроме практической выгоды, но Тифа была от этой способности в ужасе. Как и наверняка все остальные.

Но потом наше занятие прервал вернувшийся Кормак. Покинув Тифу, мы вышли в город, в котором теперь было немного просторнее. Торговый день закончился, и большая часть кочевников покинула город. Атлусы все еще сновали тут и там, торговались, пели песни, играли дети. Я как будто попала в какую-то симуляцию... Ну не бывает такого. Не бывает абсолютно счастливого города. Не бывает такого, чтобы где-нибудь в пустой подворотне не сидел бездомный. Не бывает таких доверительных отношений в городе, чтобы двери всех домов были нараспашку.

- Почему у меня ощущение, что тебе совсем не нравится город? – спросил Кормак, идущий рядом.

- Он неправильный. Неестественный.

- Почему же? – бархатно усмехнулся принц.

- Ну вот как допустим те люди не боятся, что к ним в дом проникнут и что-то украдут? Ты посмотри, у них там и золото, и стол, набитый едой, я даже отсюда это вижу.

- А зачем... Кому-то красть?

Я повернулась к нему с яростным возмущением. Ты меня за идиотку держишь?!

Опешив от моего взгляда, он поспешил объяснить:

- У нас никто не крадет, поскольку незачем. Все живут в достатке, и, если допустим кому-то понадобится выковать украшение или оружие они могут просто обратиться ко мне.

- То есть вы просто приходите к нужному богу и просите о чем-то? И это бесплатно?

- Да.

- Что с вашей экономикой? – задумчиво мотая хвостом протянула я.

Нет, действительно. Как это вообще работает? Они просто обмениваются за спасибо?

- Все в порядке. Мы живем так испокон веков. У нас нет ни денег, ни прочего, что придумало человечество.

- Я тебе не верю, - заявила я, останавливаясь.

- Хорошо, можешь сама в этом убедиться. Можешь зайти в любую лавку в городе, которая больше всего понравится.

- Тогда стой тут и не мешай чистоте эксперимента.

Ухмыльнувшись, я огляделась. На широкой улице была пара лавок с продуктами, что-то откуда пахло выпечкой, лавка с цветами и небольшой домик, на котором были развешаны украшения из костей. Путем считалочки я выбрала цветочную лавку, которая представляла собой прилавки с корзинами цветов во дворике облачного дома, за которым виднелись сады. На деревянной калитке звякнул колокольчик и из дома показалась приземистая хозяйка лавки в садовом комбинезоне и шляпе с широкими полями. Ее нежно-голубые крылья были маленькими, шипастыми, аккуратно сложенными за спиной, а короткий хвост напоминал ветку пушистого дерева.

- Добрый день, - расплылась в белозубой улыбке хозяйка. – К какому поводу ищете цветы?

- Хочу украсить комнату, чем-нибудь...

Она задумчиво меня оглядела меня, а потом щелкнула пальцами и исчезнув ненадолго в доме вынесла мне букет пионов.

- Мне кажется это ваши цветы, - она протянула мне пять белоснежных пионов.

Я застыла в удивлении, гадая, как она так быстро попала в цель, и придя к выводу, что богиня цветов, наверное, такое просто интуитивно чувствует, спросила:

- И сколько они стоят?

- Стоят? – удивленно усмехнулась хозяйка, поправляя шляпу.

- Да, что вы хотите в обмен за цветы?

- Мне ничего не нужно, - немного сморщила нос она, протянув букет. – Быть может, Природа однажды приведет меня к тебе за твоим талантом.

Я еще раз подозрительно осмотрела хозяйку и поблагодарив ушла. Пионы пахли невероятно и отказать себе в наслаждении их ароматом я не могла, поэтому вернулась к Кормаку, уткнувшись в цветы носом.

- Я же говорил, - довольно тряхнув крыльями сказал Кормак.

- Это еще ничего не значит, - проворчала я. – Почему у вас не появились деньги как у людей? Это же просто бред. По всей галактике существуют валюты, и я не видела ни одной другой расы, кто бы не использовал денег.

- Потому что мы не ведаем жадности в отличие от этих рас, о которых ты любишь упоминать. В основе обмена у людей лежит желание получить выгоду, а оно исходит из жадности, которое исходит из эгоизма...

- Такие святые, - саркастично усмехнулась я, двинувшись дальше. – И откуда такие святоши знают страшные слова, например «вранье» или «эгоизм»?

- Тифа и Гете знают о людях все. Они застали времена, когда атлусы отвечали на молитвы людей и изучили их нутро так же, как наше собственное. Они рассказывали нам, когда учили.

- Где-то семь-восемь тысячелетий назад? – продолжала потешаться я.

- Мне двести семьдесят, - насупился Кормак.

- О, да ты еще совсем молодой, - закивала я. – Подожди, но ведь люди плавить металл начали далеко не триста лет назад.

- Да, я бог кузнецов, как и моя мама, как до нее был наш дед. Мы все может быть кузнецами, а покровительствовать узкому направлению этого ремесла.

- И типо... Есть богиня выращивания помидоров, а есть огурцов? – доводя этот диалог до полного абсурда спросила я.

- Именно, - кивнул он. – Осторожно!

Он отдернул меня с дороги и мимо нас пронесся крылатый конь, верхом на котором был всадник.

- Простите, Ваше Высочество! – дернув за поводья, крикнул всадник-атлус, успокаивая коня.

Я застыла в недоумении. Крылатый человек на крылатом коне... Вернее не совсем коне... Это было что-то смахивающее на гиппокампа со сверкающим чешуйчатым телом и парящими прозрачными прядками гривы, но крылья делали его больше похожим на пегаса.

- Ты в порядке? – уточнил Кормак.

- На кой черт крылатому человеку крылатый конь?

- Тебе же уже рассказывали, про последствия для крыльев от жизни в городе? Вот мы и нашли выход. Если нам нужно слетать куда-то очень далеко, мы используем лаэнров. При дворце есть конюшня.

- Вы охренеть какие странные.

- Уверен, любой атлус может сказать о тебе то же самое.

Пройдясь еще по городу, Кормак показал мне казармы агверов, которые больше были похожи на студенческие общежития. На небе жило всего три стаи: солнца, весны и осени. Весенние и половина солнечных жила в Западном городе, а остальные в Восточном. Общество агверов и их повседневная жизнь в казармах выглядела самой реалистичной в этом городе. Побродить там у меня особого желания не возникло, поэтому мы вернулись в замок.

Мои покои остались совсем нетронутыми, разве что сожжённые лилии убрали, оставив вазу с чистой водой, в которую я поставила пионы.

Наконец-то меня оставили в покое, в тишине. Два дня здесь казались уже неделей. Хотелось лишь спрятаться, хотя бы на время. Спрятаться и все обдумать. Взвесить все происходящее и решить куда двигаться дальше. Остаться и изучать этот мир, или вернуться в привычный и родной?

Как бы не был интересен и абсурден этот город... Я устала. Устала от обильного внимания, шума и неестественной, приторной радости, которой это место было пропитано. Я сбежала, чтобы затушить боль от потери, растворить ее в новых впечатлениях, но этот город лишь острее напоминал, что люди брошены на произвол судьбы и каждому нужно бороться за свою жизнь самостоятельно. Что где-то в этом городе живет богиня, покровительствовавшая моей маме и понятия не имеющая о ее смерти. Им плевать на нас. От этого они становились еще омерзительнее, чем показались сначала.

Поэтому быстро собравшись я под покровом ночи покинула город, возвращаясь в Нью-Йорк.