18
Три дня назад Ваня сломала стол, практикуя пару заклятий из гримуара. Как оказалось, их нельзя использовать вместе, теперь она могла передать свои знания потомкам, как только снова окажется у Виты. Возможно, никому больше в голову не придет их смешать, но мало ли.
Пришлось за свой счет покупать новый стол, чтобы хозяйка квартиры не возмущалась. Да и ужинать всё-таки удобнее за столом, а не на полу. Сегодня курьер должен привезти стол, но точное время он сказать не смог, так что Ване пришлось взять отгул на работе. Также она не знала, как собрать его, мастера вызвать она не могла, ведь последние деньги ушли на сам стол, шуруповерта у неё тоже не было, позвонить Вику она тоже не могла, иначе он бы заставил её рассказать, что произошло со столом, а потом долго бы над ней смеялся. Дома была только одна отвертка, но пришлось купить ещё ключ. Какой-то мужчина в отзывах на стол написал, что благодаря ему смог собрать стол, и если даже ему понадобился какой-то ключ, кто Ваня такая, чтобы думать, что справится без ключа?
Курьер приехал только к шести вечера, ведьма успела прибраться в квартире и вынести остатки стола в коридор, чтобы не мешался при сборке. После курьера пришёл Влад, удивившись, что к его соседке захаживают мужчины. И сразу же об этом пожалел, когда ведьма вложила в его руки ключ, сказав, что это его прямая мужская обязанность.
— Какая ещё обязанность? Я аристократ, я эту штуку в жизни в руках не держал, что мне с ней делать? У меня были слуги, я никогда ничего не чинил и не собирал, Ванесса!
Он продолжал возмущаться, стоя в коридоре с ключом, пока Ваня распаковывала коробки с палками и досками. Она тоже понятия не имела, как из этого всего собрать стол. Для этого в их семье был Виктор.
Ваня нашла инструкцию и два пакета с какими-то гайками и шурупами, рассматривая их, но пока не понимая, зачем им вообще нужен ключ, зато применение отвертке сразу нашлось.
— Прикручивай шурупы к этим полкам.
После каждого действия она дважды сверялась с инструкцией, кажется, всё было верно, однако раздвижная столешница не крепилась к столу как должна была.
В дверь громко и довольно агрессивно постучали. Ещё до того, как открыть дверь, Ваня знала, кого там увидит.
— Галина Николаевна, добрый вечер, — вымученно поздоровалась ведьма.
— Ты когда прекратишь шуметь? Ты видела время? Опять топаешь, ещё и музыка орёт во всю! Мусор свой в коридор вынесла! — громко возмущалась старушка, на её руках привычно сидел шпиц, чистый, сытый и счастливый, и в этот раз не лаял на Ваню.
— Время шесть часов, я имею право шуметь, а музыка у меня даже не включена! Так что идите вы домой и наденьте беруши, если вам что-то слышится.
— Проститутка! Ещё и орёт на бабушку! Народ честной, что же делается-то, прогоняет меня, ещё и музыку свою не выключает. Наркоманка поганая. Я тебя выселю! Помяни моё слово, выселю!
Влад, слушая этот монолог, смотрел на старушку с таким научным интересом, словно наблюдал за редким видом птицы, известной своей токсичностью.
Ваня дождалась, пока бабка уйдет и выдохнула. Соседи уже не обращают на неё внимания, хотя в первый месяц, когда ведьма заехала в квартиру чуть ли не ежедневно выходили на площадку, чтобы узнать на чью сторону встать в суде в случае чего. Но до суда дело ни разу не дошло, Галина Николаевна поорёт да забудет. До следующего раза.
Ведьма вернулась к столу и стонущему Владу.
— Попробуй ключом, — предложил вампир, протягивая соседке ключ. Она с недоумением попыталась понять, как он себе это представляет. — Забей их ключом. Молотка же у тебя нет?
Полчаса ведьма и вампир по очереди пытались забить крепление в столешницу, чтобы зафиксировать все части вместе. Каждый третий удар ключом приходился на пальцы, но вскоре работа была закончена, а когда стол уже стоял на месте и почему-то шатался, Ваня поняла, зачем нужен был ключ, и закрутила ножки покрепче.
Он стоил шесть тысяч, четыре отбитых пальцы и миллион нервных клеток, которые уже не вернуть.
— Если бы мы вместе делали ремонт, я бы с тобой развёлся, — Влад завалился на диван, уставший и выжатый как лимон.
— Если бы мы вместе делали ремонт, я бы тебя убила. Ты ныл, не прекращая. От этого ты должен был устать сильнее, чем от сборки.
— Так и есть. Нытье очень выматывает, тебе ли этого не знать, — он пожал плечами, отпихивая от себя Энгельса, который лез под руку все четыре часа, норовя поиграть с каждым болтиком, оказавшимся на полу. Парочку, они, кажется, потеряли.
— Да когда я вообще ныла? — возмутилась Ваня, наливая себе прохладной воды в стакан.
— Вчера вечером, сегодня утром, каждый день по нескольку десятков раз. Ты нытик, Ваня.
— А ты плакса, — ведьма поджала губу, садясь на диване максимально далеко от соседа.
— Тогда мы отличная пара.
Ваня не стала отвечать на это, хотя тепло разлилось в её желудке от этих слов. Чтобы избавиться от неловкости, она предложила Владу посмотреть что-нибудь и заказать пиццу.
Вечер прошёл тихо и спокойно, несмотря на редкие вскрики ведьмы, стоило на экране появиться скримеру. На третьем ужастике, когда пицца была съедена, кот накормлен, а ведьма устала бояться, она задремала. Когда Влад увидел это, выключил фильм, чтобы не разбудить соседку, убрал ноутбук, поставив его на новый стол, и решил пойти к себе.
Но возле двери задержался на пару минут, через плечо засмотревшись на спящую Ваню. Она сопела, щекой примостившись на подушке, а под её боком тихо спал Энгельс, свернувшись в клубок. Влад невольно улыбнулся. В этой крохотной, вечно немного разгромленной студии было что-то, чего ему не хватало за все почти шестьсот лет его жизни. Не покой, нет. А вот это самое — живое, шумное, колдующее и ноющее, настоящее.
Он потушил свет и вышел.