Часть 28. Сломанная кровать
Тёплая и мягкая кровать с радостью приняла хозяина и его возлюбленную в свои объятия. Тяжёлая голова с шоколадными волосами покоилась на широкой рельефной груди вампира, а глаза цвета чёрного натурального кофе были закрыты. Рука рыжего лежала на округлом бедре девушки, его глаза были открыты и бессмысленно блуждали по комнате.
Окно, светлый камин и картина над ним, кресло, такое же, как и покрывало на кровати, деревянный столик, на котором никогда ничего не бывает, даже ног уставшего шляпника, уж слишком высоко это деревянное изделие для чьих-то ног, но оно придавало красоты и заполняло пустоту комнаты.
Вдруг, карие глаза открылись, распахнув ресницы, не очень длинные, но достаточно густые, и стали блуждать вслед за изумрудами вурдалака. Внезапная мысль о количестве девушек, некогда спавших здесь, посетила каштановую голову, и ком подошёл к горлу. Захотелось слезть с этой кровати, убежать из комнаты и не возвращаться. Мысли были уже у себя, а тело по-прежнему оставалось на своём месте. Немного поморщившись, насупившийся носик уткнулся в плечо второго из тройняшек, но провалился куда-то в зону подмышки.
— Что-то случилось? — взгляд малахитовых очей переместился на охотницу.
— Может, пойдём в мою комнату? — немного помешкавшись и вынырнув из-под руки извращенца, тихо предложила молодая особа. Юноша немного удивился, но утвердительно кивнул и, привстав, пошёл прямо за любимой.
— Сучка, что не так с моей прекрасной обителью? — поднимая одну медную бровь, спросил вампир, продолжая идти за любимой. Он всегда считал свою комнату прелестной, к тому же, шляпника сам обставил её на свой вкус, да и мебель там была проверена не одной девушкой.
— Райто, а давай сделаем там ремонт? — гениальная, по мнению шатенки, мысль посетила юную голову. Что-то, а кровать нужно поменять точно, дальше разберемся. Вдруг, схватив за руку, извращенец остановил свою девочку и резким движением руки прижал к себе. Холодные губы парня накрыли тёплые и мягкие губки кареглазки. Язык по-хозяйски проник внутрь, прошёлся по нежному нёбу и ряду верхних и нижних зубов, а затем сплелся с языком Момодзоно. Ледяная свободная рука плавно легла на бедро, сжимая его с ярым желанием.
— Тогда первое, с чем мы расстанемся будет сломанная кровать, — оторвавшись из-за нехватки воздуха, юноша улыбнулся, показывая клыки. Снова похотливый огонёк запылал в ярко-зелёных глазах, обжигая внимательные шоколадные глаза девушки. « Стоп, но кровать же целая, — подумала охотница, но недолго. Подхватив тушку девчонки, вампир уже уложил тёплое тело, — о нет!» — последнее, о чем смогла подумать Эйка.
***
И снова он нежно касается её разгоряченного тела своими ледяными руками, проводя по каждому изгибу. Снова он даёт волю холодным губам, покрывающим поцелуями каждый сантиметр. Её тонкие пальчики страстно зарываются в его шелковые рыжие волосы и, слегка потягивая, забавляют вурдалака. Карие глаза закрываются, смыкая густые ресницы и открываются вновь, одаряя вампира похотливым взглядом, молящим продолжать. О да, она так хочет этого. Растопчи её, уничтожь, раствори эту маленькую капельку в своём огромном море, используй как только тебе вздумается, делай всё что угодно, хоть убей её, делай всё, ей это нравится. Каждый укус, каждый засос, каждый неловко поставленный синяк у бёдер, всё это ей нравится. Её тело — твоё тело, так не теряй его, не жди, не проси, бери и делай. Она не против. Доводит её до высшей точки наслаждения, до самых небес, а затем опускай на землю укусом, от которого она совершенно обезумет, боль и наслаждение — две стороны одной медали, они идут рядом, бок о бок, рука об руку, так покажи ей это. Заставь молить, кричать, стонать так, чтобы все в особняке это слышали, так, чтобы все вам завидовали, так, чтобы каждый в этом доме знал, на что способен настолько возбуждённый вампир, отбрось все сомнения, пусть она будет краснеть, тебе всё равно, тебе плевать на всех, только она, только ты и никто больше. Утопи её в своём бесконечном, бездомном омуте, сделай это, а остальные потерпят, подождут.
И вновь волна оргазма накрыла девушку, проникая в каждую клеточку, наполнив тело тягучим сладким медом, как пустой сосуд. Длинные ноги немного задрожали, укусы, синяки, засосы немного ныли, но они не помешают насладиться этим наземным удовольствием. Сбивчивое дыхание не даёт сказать ни слова, лишь беспомощно лежать, блуждая глазами по потолку. Вдруг что-то странно хрустнуло, затрещало и ножка кровати сломалась, не выдержало и изголовье, что слишком сильно сжимал сначала шляпник, затем и сама охотница. Из-за этого ещё одна ножка покосилась, но не сломалась…
— Я же говорил, первое, что мы тут поменяем будет кровать, — довольно улыбнувшись, юноша прижал к себе тушку любимой девушки и гордо посмотрел на неё. Не в силах ничего сказать, она одарила своего мужчину уставшим взглядом и сомкнула ресницы, проваливаясь в сон…