Крылья бабочки

Sì o no — «Да» или «Нет».

📍США, Гавайи, Кахулуи, д. Паия
ДАФНА БАРБАРОССА, 21-22

Меня пронзила дрожь, когда Риккардо увидел Дэмиена. Я не знала, что делать или говорить в такой ситуации, потому что я явно не ожидала, что все получится именно так.

— Унеси его, и Анелу отсюда, Башким. — твердо заявила я, передав ему в руки еще и девочку, и Башким уже собрался выйти из детской, но Риккардо замер в дверях, никого не пропуская. Наши взгляды пересеклись, я видела, что он не был намерен уходить отсюда, закрывая путь Башкиму с детьми на руках своим огромным телом.

— Никто не выйдет из этой комнаты, пока я не услышу объяснений. — твердо заявил он, и я тут же пришла в гнев, он не имеет никакого чертового права ставить тут свои условия. Я быстро подошла к нему, схватила его за запястье руки и потянула на выход из детской Дэми, но он даже не шелохнулся.

— У тебя есть два варианта, Риккардо Ломбарди, либо ты идешь сейчас за мной. — и я посмотрела ему четко в глаза, тяжело дыша. — Либо ты катишься отсюда к чертовой матери. — прорычала я ему в лицо. И он сдался, последовав за мной. Перешагивая через мертвые тела, я увидела взволнованного Кресто с пистолетом в руках, и замерла. Риккардо с легкостью, лишь одной своей рукой, оттолкнул меня назад, закрыв своим телом. Я больше не видела Кресто, только спину этого придурка. И я даже не заметила, как в руках Риккардо оказался пистолет, дуло которого прямо сейчас было направлено четко на Кресто.

— Нет! — воскликнула я, и ринулась вперед, но этот идиот схватил меня рукой за талию, не подпуская меня к моему, черт возьми, родственнику, к человеку, который приютил меня и мою семью, который кормил нас все это время, и помогал мне. — Опусти оружие, Кресто. — и я посмотрела на обросшего мужчину, он сглотнул, но сделал так, как я попросила, затем я повернулась к Риккардо. — И ты, придурок. — он недовольно фыркнул, услышав то, как я его назвала, но опустил оружие, убрав его в кобуру на поясе. Я снова взглянула на Кресто. — Я позже тебе все объясню, пожалуйста, избавьтесь от трупов, чтобы дети их не увидели.

— Где мальчики? — спросил он у меня, имея ввиду своего младшего сына Космо и моих братьев.

— Они не здесь, и они в безопастности. — и он кивнул головой. — Я скоро вернусь. — и я потянула Риккардо за руку дальше, минуя Кресто, лестницу, и первый этаж дома, вскоре, мы оказались уже на пляже. Я продолжала тянуть Риккардо в тихое место, о котором мало, кто знал, за большими скалами, в самом конце пляжа, скрывался пляж поменьше. Я думала, что это будет лучшим местом, где мы сможем поговорить наедине.

— Куда ты меня ведешь? — спросил недовольно он у меня. Его черные туфли, которые неизвестно сколько стоили, проваливались в песке, затрудняя его шаг. Все прохожие люди оглядывались на нас, видя на наших телах и одежде капли крови, а также огромного мужчину за моей спиной, одетого во все черное, но как только они смотрели на него, то тут же отводили взгляд, явно испугавшись. Да, Риккардо мог запугать кого угодно, но только не меня. Как вдруг, он схватил меня за руку, переплетя наши пальцы, и я замерла, резко обернувшись к нему лицом, и посмотрев в его голубые глаза, которых мне так не хватало, и которые я также не хотела больше видеть в своей жизни.

— Ты что творишь? — и я попыталась выдернуть свою ладонь из его крепкой хватки, но он не позволил мне этого сделать. Он просто усмехнулся, и потянул меня к себе, от неожиданности я влетела прямо в его твердую грудь, и если бы не другая его рука, которая удержала меня за талию, то я бы упала. Тяжело дыша, и осознав, что между нашими телами не было и сантиметра, я заглянула в его глаза снизу вверх. Как же меня раздражал его огромный рост в данный момент. Мы почти дошли до скал, где никого не было, но он решил устроить концерт при людях. — Отпусти меня, сейчас же! — прорычала я, а он лишь усмехнулся, сильнее прижимая меня к себе. — Если ты хочешь, чтобы я с тобой поговорила, то ты отпустишь меня прямо сейчас, если нет, то я могу сказать одно: иди к черту, Риккардо! — и то, что он сделал дальше, заставило меня громко вскрикнуть. Он с легкостью схватил меня за талию, и перекинул через плечо, положив свою огромную руку на мою задницу, которую еле-еле прикрывала меня короткая юбка. Я начала вырываться из его хватки, царапая его спину, и выкрикивая ругательства и угрозы в его сторону, но он просто шел, не обращая на меня никакого внимания. — Я ненавижу тебя, Ломбарди! — вскрикнула я в последний раз, когда он опустил меня на песок.

— Ты повторяешься, бабочка, это я уже слышал несколько раз. — и я была готова накинуться на него, чтобы стереть эту дурацкую, самодовольную ухмылку с его лица. Я уверена, что мое лицо сейчас было красным от злости, и от того, что он нёс меня вниз головой. Быстро оглянувшись, я поняла, что мы были уже за скалами, и совершенно одни. Я сглотнула, когда поняла, что здесь мне никто не поможет, и даже не услышит моих криков из-за шума волн океана. Нет, я не боялась Риккардо, я боялась себя, и того, что не смогу устоять перед ним. Ты ненавидишь его, Дафна, помни об этом! — Я безумно скучал по тебе, моя маленькая бабочка. — выдохнул он, и только хотел дотронуться своими пальцами до моего лица, как я резко отстранилась от него, сделав шаг назад.

— Ты не можешь говорить мне такое! И ты не имеешь никакого права даже касаться меня! — твердо заявила я ему, продолжая тяжело дышать. Лицо Риккардо стало совершенно каменным, ему явно не понравилось то, что он услышал от меня.

— Ты - моя. — и он сделал шаг ближе ко мне, но я снова отстранилась, и он замер на месте, больше не пытаясь дотронуться до меня.

— Я не твоя, и никогда не была ею! — и он слегка дернулся, будто я дала ему невидимую пощечину. — У тебя есть жена, Риккардо. — напомнила я ему, вспомнив об Элене. — Возвращайся к ней.

— А теперь, послушай меня. — заявил он. — Элена уже не моя жена, я развелся с ней при первой возможности. Более того, я никогда даже не дотрагивался до нее, мне было плевать на нее. Всегда. Была только ты. — и я сглотнула, не веря ему. Он не мог не спать с ней, будучи в браке столько времени. — И Элена мертва. — и мои глаза округлились от неожиданности.

— Что? — выдохнула я.

— Элена мертва, и твой дядя тоже. — и я сглотнула.

— Не может быть!

— Может, я сам убил ее. — и мои глаза стали еще шире, если такое вообще было возможно. — Она пыталась убить мою сестру, и сама навлекла на себя мой гнев. — и он сделал паузу. — Элена также узнала о нас.

— Что? Как?

— Это уже неважно, Элена была помехой, которую я устранил. — и мои руки начало трясти. — Ее отец... он убил твою родную мать, поэтому, Дарио тоже мертв. — и я ахнула.

— Откуда... — и я резко замолчала, по взгляду Риккардо я поняла, что он знал все, даже больше, чем я. — Уходи, Риккардо. — прошептала я, испытывая лишь боль при этом разговоре.

— Нет, я никуда не уйду без тебя. Больше никогда. — твердо заявил он мне, и наши взгляды вновь встретились.

— Самую большую боль причинил мне ты, Риккардо. Даже не мой отец, который издевался надо мной, не люди твоего отца, которые убили Джехону, только ты. — и он сглотнул. — Я годами сгорала с того дня, как ты бросил меня у той церкви. — и по моей щеке скатилась одинокая слеза. — Но самый ужасный удар ты нанес мне, когда я увидела тебя у алтаря, и как Элена, будучи твоей невестой, шла в белом платье прямо к тебе. Там была она, а не я. — и мой голос начал дрожать. — Ты даже не представляешь, сколько всего мне пришлось пережить за это время, ты не представляешь, как я страдала, страдала лишь от одной мысли о том, что ты теперь с Эленой, что она теперь в твоей кровати!

— Я не спал с ней, черт возьми, Дафна! Я был гребаным монахом все это время, и даже, когда два года думал, что ты мертва, то все равно был предан только тебе. Я не изменял тебе, бабочка, никогда! — перебил он меня, и схватил меня за запястье руки, притянув к себе, большим пальцем он вытер мои слезы под глазами, я сама не заметила, как продолжала плакать. — Ты не понимаешь, что все это время я любил только тебя, что я также страдал, как и ты, и что я, твою мать, никогда не хотел, чтобы Элена стала моей женой! Мне пришлось пойти на это из-за моего отца, который всячески угрожал мне моим племянником, похищенным сыном Джульетты, мне пришлось! Я всегда хотел, чтобы моей женой была только ты, Дафна! Для меня нет других женщин кроме тебя! Ты - единственная в моем сердце, была, есть и будешь! Только ты! — и он уже перешел на крик, сжимая мое лицо в своих ладонях, но я вновь отстранилась от него, поддавшись минутной слабости. Его руки упали от безысходности, а его глаза были полны боли.

— Между нами все кончено, Риккардо. — прошептала я, и его глаз начал дергаться.

— Нет. — заявил он.

— Нас ничего не связывает.

— Разве? А тот мальчик? — и я ахнула. — Сколько ему, Дафна?

— Ты не имеешь к нему никакого отношения! — повысила на него голос я.

— Скажи мне правду! Я заслуживаю знать о таком!

— Нет, ты ничего не заслуживаешь, Риккардо! Ничего! — закричала я на него, впадая в истерику. — Я хотела, чтобы ты знал о нем, я хотела рассказать тебе о Дэми несколько раз! — не выдержала я, начав плакать сильнее. — Но увидев тебя на той свадьбе... рядом с Эленой...

— Так... — и он резко замолчал, на лице Риккардо сейчас бушевали несколько эмоций, там была и боль, и страх, и шок, и даже радость. — Так это мой сын? — и наши глаза пересеклись.

— Да. — выдохнула я, и то, что произошло дальше, застало меня врасплох. Риккардо резко упал на колени прямо передо мной, теперь я смотрела на него сверху вниз. Он схватил меня за ноги, и посмотрел на меня глазами полными сожаления, и раскаяния.

— Прости меня, моя маленькая бабочка. Я молю тебя об этом, молю, чтобы ты хоть когда-то смогла меня простить за все то, что я сделал с тобой. — и я начала дрожать, продолжая смотреть в его голубые глаза, и продолжая плакать. — Я люблю тебя больше своей жизни, если ты захочешь, чтобы я умер, то я умру. — и я вздрогнула. Если бы он умер, то я бы тоже не смогла жить без него, ведь я любила Риккардо, несмотря ни на что. — Я сделаю все для тебя, и для нашего сына. Мне нет прощения, но просто знай, что я бы хотел быть с тобой всегда, что я бы хотел забрать всю боль себе, чтобы ты больше не страдала, я бы хотел быть рядом при рождении нашего сына, я бы хотел быть просто с тобой, где угодно. — и я закрыла глаза, ветер подул мне прямо в лицо, развивая мои густые волосы на ветру. Открыв свои глаза, я заметила, как Риккардо завороженно наблюдал за мной.

— Я узнала о беременности после смерти Джехоны, мне еще не было даже восемнадцати, Риккардо! — пробормотала я дрожащим голосом. — Я боялась, что не справлюсь, боялась, что мой отец убьет меня, узнав о малыше, я так боялась... всего. — и Риккардо будто получал пощечины при каждом моем слове, настолько ему было больно это слышать. — Я боялась стать для него плохой матерью. — наконец призналась я. — Но я даже не думала, чтобы избавиться от него, несмотря на то, как ты со мной поступил, я твердо решила, что буду рожать, бабушка с дедушкой поддержали меня, и помогали мне с Дэми. Но мне было сложно, мне было так больно, Риккардо, ты даже не знал о его существовании, пока я справлялась со всем сама. — и он закрыл глаза, продолжая держать меня за ноги и стоять на коленях. — А потом, когда я точно решила, что отец имеет право знать о своем ребенке, даже несмотря на то, как ты поступил со мной в прошлом, я увидела тебя и твою новую жену. — и он резко распахнул свои глаза, посмотрев на меня таким взглядом, будто я убила его прямо сейчас. — И я не смогла. Не смогла рассказать тебе о Дэмиене.

— Дэмиен? — переспросил он.

— Да, Дэмиен Амадео. — и Риккардо слегка улыбнулся. — Джехоне всегда нравилось именно это имя.

— Прости меня, бабочка. — снова повторил он. — Но а та девочка? Скажи, что ты...

— О, боже! — воскликнула я, и вырвалась из его хватки рук. — Это не моя дочь, Риккардо! Как ты мог вообще о таком подумать? Семья Скорсезе - мои родственники, Кресто является родным братом моей бабушки! — и глаза Риккардо округлились.

— Прости, я не...

— Я была беременна, и воспитывала нашего сына, черт возьми, я не думала о других мужчинах! — закричала я на него, и на его лице появилось мимолетное удовлетворение. Чертов собственник!

— Так ты ни с кем не спала после меня? — и я ахнула, и только хотела ударить его, но он перехватил мою руку, притянув меня к себе. Сейчас я нависала над ним, мне пришлось положить свои руки на его огромные плечи, чтобы не упасть. — Ответь мне!

— Нет, и даже если бы... — но я не успела договорить, как рот Риккардо обрушился на мой, лишив меня воздуха. Мое сопротивление быстро исчезло, когда я соскользнула по его телу, как безжизненная кукла, отдав этому поцелую всю себя. Мои руки моментально оказались в его светлых волосах, которые я сжала в своих пальцах, а его - на моей талии, а потом и на моей заднице, которую он бесцеремонно сжимал в своих ладонях. Его рот буквально заново заявлял на меня свои права, поглощая меня своим языком. Поцелуи Риккардо были настолько сильными, горячими... и полными любви, что я забыла обо всем в ту же секунду, как его рот оказался на моем. Его язык исследовал меня, сплетаясь с моим языком в страстном танце, не знаю, сколько прошло времени, но я очнулась только тогда, когда мне действительно стало тяжело дышать. Отстранившись от Риккардо, который позволил мне это сделать, его рот тут же опустился к моей шее, оставляя свои горячие поцелуи и там.

— Нет. — тихо прошептала я, пытаясь восстановить дыхание после столь долгого, и ненасытного поцелуя, которого мне так не хватало все это время. — Нет. — снова повторила я, но предательский стон вырвался из моего рта.

— Твое тело, и твои стоны говорят о другом. — и я оттолкнула его от себя, но он был неподвижен и тверд, как скала, но все же оторвался от моей шеи. Наши глаза встретились, между нашими лицами было лишь пару сантиметров.

— Ты не должен быть со мной только из-за сына! — выплюнула я ему в лицо, и его глаза округлились.

— Что? — не выдержал он, и я тут же заметила на его лице вспышки гнева. — Я люблю тебя, черт возьми, Дафна! Был ли у нас ребенок, или не было, я бы все равно вернулся бы за тобой! Потому что мне нужна ты! Я не могу жить без тебя, моя жизнь ничто, если тебя нет рядом. Все это время я лишь существовал, и только одна мысль о тебе заставляла меня жить. Я люблю тебя так сильно, что это невозможно описать какими-либо словами, я готов умереть за тебя, и теперь, еще и за нашего сына, если потребуется, я готов сделать все ради вас.

— Ты не можешь так говорить!

— Могу! — твердо заявил он. — Ты — мое все, Дафна. Я никого не любил так, как люблю тебя. Я так долго искал тебя, чтобы сказать все это, даже не надеясь, что ты меня простишь, но тут я узнаю о нашем ребенке, нашем сыне, и черт, это лучшее, что могло произойти со мной за всю мою жизнь. Вы - то самое лучшее. Ты и Дэмиен.

— Но...

— Никаких чертовых НО! Вы — моя семья, моя душа, мой дом и мое сердце, без вас я — никто, бесформенное тело, просто существующее в этом мире. Я не смогу жить без вас, бабочка! — и он дотронулся своей рукой до моей щеки, наши лбы соприкоснулись, наше тяжелое дыхание слилось воедино. — Я люблю тебя, Дафна. И я готов закричать об этом на весь остров, я готов повторять это каждый божий час по сотню раз, но я люблю тебя до глубины моей черной души, до глубины моего каменного сердца, я люблю только тебя, Дафна Барбаросса. И я хочу, чтобы ты стала моей женой. Прямо сейчас, черт возьми! — и я ахнула, не ожидая такого от него. — Ты должна лишь просто сказать «да»! Поверь, я не намерен больше ждать, я ждал и так слишком долго, и я чертовски серьезен!

— Ты сошел с ума!

— Да, и я сошел с ума именно с того момента, когда впервые встретил тебя, ту прекрасную, семнадцатилетнюю бабочку, которая показала мне, что такое любовь, которая заставила меня пройти через все эти трудности, лишь бы найти ее на другом конце земли, черт возьми, которая родила мне прекрасного сына, которая стала моим сердцем. И я заявляю, что хочу, чтобы ты стала моей женой! И мы сделаем это прямо сегодня, если ты согласишься! Прямо на этом чертовом острове. — и я начала дрожать, не веря в то, что это была реальность.

— Мне нужно время. — выдохнула я.

— Я не могу больше ждать, Дафна. Либо ты станешь моей женой сегодня, либо я умру у твоих ног прямо сейчас. — и я стукнула его своим кулачком в грудь.

— Прекрати! — воскликнула я.

— Я серьезен, я не смогу жить, если ты откажешь мне. — и я видела, как он был тверд в своем намерении, Риккардо действительно не шутил.

— Ты просто шантажируешь меня!

— Может и так, но как я уже сказал, я сделаю все, чтобы ты стала моей женой!

— Риккардо...

— Просто скажи «да».