Забытые всеми [заморожено]

Куда же мне деться? Мало того что я как никогда слаба, так ещё и ходить нормально не могу, не то что бегать. Плюс ещё специализирован-
ные охотники пожаловали. Вообще класс. Интересно, а сколько дней я ещё смогу пожить? Ведь с такими-то ранениями долго не проживёшь. А вдруг, будут побочные эффекты, в виде неспособности превращаться, потери зрения, или даже парализованности? Кто его знает. Надеюсь, я отделаюсь лишь слабостью.

Однако легко я не отделалась. Как оказалось, пули были расчитаны на взрослого вампира. И если у взрослого был шанс особо не страдать, то дети непременно получат серьёзные травмы.
Так оно и оказалось. Проснувшись очередной ночью, я поняла, что вместо обычной обстановки заброшки глаза затьмил мрак.
Вот так просто, я почти на три года, забыла, что такое солнечный день и свет ночной луны.
Это был настоящий ад, если кто понимает, о чём я. Каждую ночь я просыпалась, надеясь снова увидеть луну. Эти два года и десять месяцев научили меня столькому, что даже за всю жизнь ни один вампир не смог бы узнать больше.
Ну это всё, конечно, интересно, но интереснее всё-таки будет рассказать о слепом периоде жизни.
Проснувшись той роковой ночью, я ничего особенного не почувствовала: вроде всё как обычно, но было одно но: я ничего не видела.

Это ужасно. Я готова была совершить суицид, но меня остановил тот факт, что я была одной из двух, последних древних вампиров. Ну да ладно, думаю я, попробую выжить.
Немного подумав, я решила не пре-
вращаться в человека, ведь это было бы слишком заметно: слепая девочка бродит по заброшкам посреди ночи.
Выбрав, наконец, наиболее подходящую форму -- кота -- я попыталась превратиться.
Случайно я выбрала не ту форму, волка, а когда попыталась превратиться в кошку, то ничего не вышло. Гром и молния! Вот уж не думала, что дело обернётся к худшему. Прекрасно, просто чудесно, блин!
Волк, разгуливающий по городу, питающийся кровью, да ещё и слепой!
Ладно, хватит ругатся, пора уже дейвствовать. Выйдя из укрытия, я на нюх пошла в лес. Поначалу это было весьма трудно, но спустя минут десять я уверенно бежала рысью. Зайдя в зелёную зону, я начала искать место для запасной базы.
Но мои поиски прервали, судя по голосам и запаху, молодые 10-12 - летки.
Как оказалось, они устроили кемпинг, чтобы подышать свежим воздухом и заодно сделать домашнее задание. Я обошла их лагерь стороной, но писк неосторожной мыши выдал моё присутствие. Детки, все разом, пошли посмотреть, что же там пискнуло. Жалко, мою шерсть видно издалека. Это не оставило мне шанса скрыться. Обнаружив волка, они помчались я лагерь и закрылись в своих палатках. Я же подалась глубоко в лес.
Похоже, не каждый человек суёт нос не в своё дело. Ну, оно и к лучшему.
Через пол часа моих блужданий, я смогла насытиться кровью. И нашла прекрасную пещеру, у подножия горы. Вход закрывали ползучие растения, делая его почти незаметным.
В пещере лежала палка, вернее сказать, не лежала, а стояла, упёршись одним краем в потолок, а вторым в пол.
Все эти сведения я достала благодаря получасовому обследованию пещеры снаружи и изнутри. Это было весьма трудно, ведь обстоятельства позволяли двигаться лишь на ощупь, слух да нюх. Но всё не так страшно, потому что для животного способность видеть не так уж и важна. Её, хоть и не полностью, но может заменить чувствительный нос, и при должном обучении можно и вовсе не заметить разницу между слепым и зрячим животным.
Я решила немного отдохнуть -- недавние события настолько измучали меня, что я еле представляла лапы. Умостившись за корягой, я впала в забытие.

Не знаю долго ли, но какое-то время я таки поспала. Сил, к сожаленью, не прибавилось, но мысли мои прояснились. Я хотела было прогуляться, но острое ухо уловило постепенно приближающиеся голоса компании людей, оживлённо разговаривающих о мистических сущевствах. То ли случайно, то ли нет, разговор зашёл про вампиров, бывают они, или нет. Одни яростно утверждали что мы существуем, другие же, напротив, упрекали неподтверждённые факты. Вдруг кто-то из них проговорил очень страшную фразу:
-- Пацаны, я тут та-а-акое отрыл! Короче, эта штука может разпознать вампира! Я где-то читал, что есть вампиры, умеющие превращаться в тварюк разных. Их то я и хочу сьодня поискать.
Я полностью передаю произношение этих личностей, чтобы вы могли представить, как звучит это со стороны.
Он продолжал:
-- Так вот, если нажать эту кнопочку, и подождать, то оно врубится, и начнёт пикать, если уловит кровососа. Чем ближе мы будем к нему, тем сильнее оно будет пикать. Ща я нажму...
И тут случилось непридвиденное: эта штука дейвствительно работала! Чем ближе они подходили, тем сильнее она пикала, параллельно бормоча что-то, по типу "Это обы... аристократ... Древний вампир" или "Способность... Камуф... Мысль... Превращения...". Несколько минут они ходили вокруг да около пещеры, пока, наконец, не зашли внутрь.
Тут то и началось самое интересное.
-- Ой йо... Тута волк какой-то, бежим!
-- Та оно не опасное, зырь, не видит же ничо. Го заберём, продадим, а?
-- Не начинай, чувак, как ты её оттуда вытуриш?
-- А я знаю как... -- сказал третий голос, очевидно, подошёвший только что.
Голос был мне смутно знакомый, но где я его слышала, не помню.
Тут я почувствовала лёгкое дрожжание земли, а затем петля затянулась. Шею обвивала верёвка, накинутая твёрдой и опытной рукой.

Ну кто опять?
Ответ напрашивался сам.
Охотник.

-- Так как я зверя поймал, он мой. Ищите другого.
-- Ты чо, гонишь? Мы его нашли, мы его и заберём.
Выстрел рассёк воздух.
Юнцы отступили. Охотник торжевствующе засунул пистолет в кобуру, и потянул за верёвку. Встать я не могла, лишь повернула голову в сторону врага. Вряд ли он понял мой взгляд, но до него дошло, что я слепа.
-- Почему вы сразу не сказали?
-- Что не сказали?
-- Зверь-то слепой.
-- Рил?
-- Идите уже отсюда, не мельтешите перед глазами, -- проговорил человек.
И подростки, точно по приказу, удалились.

К моему удивлению, охотник не стал ни стрелять, ни тянуть, а просто подошёл. А затем, я и вовсе оторопела:
-- Ажа, ты как?
Квазар? Что? Его же охотники загрызли, разве нет?
Я хотела было что-то ответить, но сказать ничего не смогла. Совсем. Поэтому просто вылезла из укрытия, и положила Квазару голову на колени.
-- Вижу, тебя немало жизнь измотала, верно? -- погладив меня по шерсти, он нащупал рану от пули. -- Ого, всё хуже, чем я думал... Мда, лечить тебя придётся долго... Не беда, через года три ты точно вылечишся.
Что? Три года? Как мне жить без зрения, телепатии да ещё и застряв в теле волка? Хороший вопрос, на который, к сожаленью, я не знаю ответа. Но друг сам предложил решение.
-- Это время ты должна как-то прожить. А без сторонней помощи тебе не вылечиться. А впрочем... Давай вместе попытаемся найти Бэтэли и Аза? Заодно и тебя излечим, друзей найдём, и мир увидим. Идёт?
Я кивнула. Неплохой план, но... Если люди увидят незнакомца, бродящего с волчицой по городу, дороге, или где-нибудь ещё, вопросов накопиться немало. Я попыталась как-то донести это Квазару, но он почти ничего не понял.
-- Подожди, я открою мысленный коридор... Вот так. Говори, вернее думай, я тебя услышу.
-- Если люди увидят волка где-то в городе, селе или провинции, то излишнего внимания и огласки не избежать.
-- Ты права. Придётся замаскировать тебя под собачку. Это будет трудно, учитывая разницу в волчьих и собачьих размерах, повадках, да и в целом... Будешь ходить с ошейником, на поводке в городе, и, наверное, с намордником тоже. Всё-таки, ты собачка немаленькая.
-- Намордник? Ошейник? Поводок? Ты что, я не буду это носить! Нет! Я тебе не послушная псинка, а волк!
-- Э-э, не горячись, или ты хочешь чтобы тебя отловили и в какой-нибуть центр заслали? Я тебя тогда не найду. Или так, или никак.
-- Тьху ты! Ладно, но в незаселенных местах ты всю эту ерунду будешь снимать. Включая ошейник. Ясно?
-- Окей. Договорились. Пошли, тогда, что-ли, в город, закупимся в зоомагазине.
Так и сделали. Через пол часа я уже шла под боком Квазара, терпя ошейник и постоянно сдерживающий движения поводок.
Ошейник представлял собой чёрный ремешок, затянутый вокруг шеи с медальйончиком, на котором изображался собачий след лапы. Поводок -- лента из плотной и прочной ткани болотного цвета с петлёй на конце. Ещё имелась шлейка для поводка, так как тянуть за шею весьма болезненно. Можно было и без неё обойтись, но путь предстоит неблизкий, а дискомфорт нам как раз не нужен.
Войдя в город, я принялась исследовать запахи Сансета. Всё равно видеть я не могла, а узнать город получше хотелось.
Вскоре мы вошли в парк. Назвать его парком сложно: он был скорее заповедником, хотя в нём кроме мелкой дичи ничего не было. Так как людей вокруг ходило очень мало, друг разрешил мне погулять без амуниции. Мы шли уже около часа, когда на горизонте появилась первая компания людей. По словам Кваза, она состояла из троих людей повыше и одного ребёнка. Подойдя поближе, я уловила их запах: довольно знакомый. Уж не тот ли это надоедливый знакомый из города? Похоже, это он. А вот два других... Впрочем, ещё один запах мне знаком: это белобрысый, похоже, брат мелкого. А третьего запаха я так и не узнала. Встречные беззаботно болтали о каком-то фильме, не замечая нас. Но внезапно из разговор прекратился; я услышала лязг металла и крадущиеся шаги. Квазар подбежал к ним с "Опусти оружие! Это моя собака! Не трогай её!".
Я опешила. Ничего не понимая, я прислушивалась к звукам, пытаясь понять что происходит.
Когда всё стихло, я подбежала к другу, и он поспешно надел на меня ошейник и поводок, напрочь забыв о шлейке. Отойдя подальше, Квазар открыл телепатический коридор, чтобы лучше пояснить мне всё произошедшее.
-- Что только что случилось? Я вообще ничего не поняла.
-- Те люди -- охотники, и они только что пытались тебя убить. Если бы я не смог их убедить, что ты моя собака, тебя бы давно убили. Но, похоже, они не поверили мне, и следят за нами.
-- Прекрасно! Значит, скрыться мне не удалось. Жаль. Но, всё же, ты снимешь с меня собачьи штучки, да?
-- Нет. Нам надо убедить их, что я -- типичный собачник, а ты -- моя питомица. Так что давай, оденим шлейку, чтобы не тереть тебе шею.

***

-- Альб, что это было? Зачем ты целился в собаку?
-- Это не просто собака, братик, это обращённый вампир. Помнишь, я тебе про кошку рассказывал? Это она и была.
-- Но как? А, хотя, я припоминаю. Она тогда чуть меня не убила...
-- Ей незачем тебя убивать, в тебе никакой угрозы нет. А вот я и Кристи... Мда, мы довольно опасные личности.
-- К тому же, она, как видите, обзавелась защитой. Парень либо принял её за собаку, либо он тоже вампир.
-- Давайте проследим за ними, заодно и мелкий много чего узнает, и мы денег заработаем. Убьём их, столько зелени получим! Если они оба вампиры, конечно.

***

Мы прошли ещё около километра, и когда всё стихло, наконец немного расслабились. Друг снял лишь ошейник, ведь с ориентацией у меня проблемы. Так что, глаза в случае опасности вполне может заменить Квазар, потянул за поводок в нужном направлении.
Спустя пол часа перед нами снова появидись путники. И, судя по запаху, это были оборотни. Волки уверенно шли вперёд, но видя перед собой преград. Когда между нами оставалось с десяток метров, глаза вожака небольшой стаи блеснули в предвкушении драки. Квазар пробормотал "Не к добру всё это...", когда главарь волков заговорил.
-- Вампиры не имеют право заходить в этот лес. За нарушение закона карают смертью.
-- Простите, но мы не здешние, и не зна...
-- Мне плевать, знали вы или нет. Если вы победите я битве, идёте дальше. Если же нет, то вам конец.
   Ну и ну! Из одной неприятности в другую. Надеюсь, хоть те люди отстали. Хотя, нет времени о них думать, надо обороняться.
   Вожак с двумя помошниками кинулся на Квазара, а пара других - на меня. Я принялась отбиваться, но бесполезно. Оборотни стали полутораметровыми в высоту волками, и мне ничего не оставалось, кроме как поджечь им лапки. Пришлось поджечь своё тело: по позвоночнику от головы до хвоста горела полоса огня. Горели и лапы, с задней стороны, полоса проходила от тела через чашечки суставов до самих лапок.
   Я ринулась в бой. Пригнувшись, я увернулась от прыжка двух волков. А Квазар, похоже, так и не успел превратиться в какое-либо животное. Он как мог, увёртывался от ударов в теле человека. Я же, постепенно стала нападать на врагов, но, пока я билась с одним, другой мог безпрепятственно наносить удары.
   Прошло не больше двух минут, которые показались вечностью. Я совсем ослабла. С каждым новым ударом врагов я становилась всё слабее. Наконец, я рухнула на землю. Но злость, которая копилась во мне, стала настолько сильной, что могла стать серьёзной пищей для магии. Не хватало только искры, и волкам бы не поздоровилось. Но когда я увидела, как вожак насмихается над Квазаром, над более слабым, я почувствовала, что не могу сдерживать себя. Внезапный прилив сил вместе с гневом стал непобедимой силой, благодаря которой мы одержали победу.
   Я подожгла себя, и пошла в наступление. Прыгнув на вожака стаи, я начала рвать шерсть на спине. Часть шерсти на боку у него также выгорела, но вскоре всё закончилось: он сбросил меня, и, признав мою победу и доминирование, удалился прочь. Я тут же подбежала к другу, не обращая внимание на посторонние звуки. Обнюхав его, живого, я начала вылизывать его. Проявлять разумные действия как человек я не могла: откуда-то бежали люди. Квазар, к счастью, поднялся на ноги и почесав больные места, привёл себя в порядок.
   Свидетелями произошедшего оказались уже знакомая нам троица: мальчишка, парень и девушка. Они подбежали к Квазару, и начали его расспрашивать: как он, эту, здоров, ничего не сломал, и так далее. О мне никто и словом не обмолвился: какое людям дело до животного, которое, в общем-то, и спасло пострадавшего. Я, кстати, получила больше травм: вырванный кусок шерсти, куча царапин, и глубокий порез на глазу. Все раны жутко болели, но сильней всего болел глаз.
   Вот так всегда: люди у людей на первом месте, братья ихние меньшие - вообще не учитываются. Если бы люди понимали, каково жить нам! Мы ведь стараемся для них, а в большинстве случаев отдачи нет. Хотелось бы чего-то большего, чем простое сухое "Молодец" или "Иди отсюда". Жаль, человек не узнает, что такое быть животным. Вы, люди, построили для себя города, парки, мегаполисы, а о животных мало заботитесь. Кто-то, конечно, скажет: но ведь есть заповедники и зоопарки! Так вот, места в этих учреждениях не хватит для всех животних Земли, а зоопарк - это когда на тебя глазеют тысячи посетителей, да ещё и тарабанят по стеклу. Никакого спокойствия.

   Да что я тут церемонюсь! Вам ведь не понять. Жаль... Вот бы нашёлся кто-то, кто опубликует эти записи... Чтобы хоть кто-то, да таки понял, о чём я.
  
   Но я ощутила прикосновение чией-то руки к голове. Кто-то меня гладит... Приятно. Никогда не получала ласки от человека. Но кто это? Повернувшись, я обнюхала руку. Это оказался... Охотник!? Я отступила, рыча на человека. Да как он смеет! Квазар подбежал ко мне, успокаивая меня:
-- Ажа, не надо... Он ведь не опасен... Вот так, тише... Ты ж мой волчёнок...
-- Это волк? -- с удивлением спросил Альберт.
-- Да, я нашёл её в лесу, когда ходил на охоту. Выходил, теперь она хоть на лапах стоять может, и то хорошо. Жаль, не все люди воспринимают зверей как равных. Ведь если сущевство не такое, как другие, это не значит, что оно плохое. Возможно, оно пытается как-то нам помочь, а мы не понимаем. А когда до нас доходит, становится слишком поздно. Вот так всегда...
-- Да... Ты прав. -- это всё, что ответил охотник на слова друга.
-- Ну, пошли, Ажа, пора идти. Вы, кажется, предлагали нас провести?
-- Да, да, я могу показать дорогу, им пора идти. -- ответил тот самый Альб.
-- Хорошо.

   Минут десять мы шли молча, пока Альберт не нарушил молчание.
-- Она ведь не человек, верно?
-- Нет. Она волчица. А что?
-- Да не в этом дело... Ну, не простая она волчица...
-- Даже если так, то что?
-- То есть, ты не знаешь...
-- Чего?
   Квазар очень убедительно играл неведение.
-- Она как бы... Походу... Вампир.
-- Серьёзно? Но вампиры, вроде же, не становятся зверями.
-- А я и не говорил, что они умеют превращаться... Мда, что-то тут не чисто...
   Я всеми силами старалась вести себя, словно человеческая речь чужда мне и непонятна. Но что тут сделаешь, если ты понимаешь каждое ихние слово?
   Я начала нервничать. Нет, ну зачем этот охотник пошёл с нами? Почему не взял с собой остальных? Ведь было бы разумнее напасть всем сразу, верно? Тем более, после схватки мы ещё отходили от пережитого, были лёгкой добычей... Или же...
   В голове я перебирала события, я которых так или иначе принимал участие охотник. Их было много, но одно всё-таки выделялось.
  
   Это произошло ещё до начала истории, когда мы только переехали в Мистиквиль. Тогда я боялась всего в новом месте: кто знает, опасность может подстерегать на каждом шагу. Я обходила стороной группки людей от двух и больше. Если кто-то меня и окликнет, претворюсь, что не слышала. Если кто-нибуть пристаёт, уйду в тень. В общем, тогда меня можно было считать дикой среди общевства.
   Сейчас, правда, я до сих пор придерживаюсь некоторых правил, но не настолько отделяюсь от людей. Вполне, если этого потребуют обстоятельства, я могу поговорить с человеком о какой-то проблеме, не затрагивая личную информацию. Естевственно, ради выгоды. Тогда же я была почти полным эгоистом в отношении к людям.
   Началось всё довольно просто. Я брела себе где-то на противополо-
жном конце города от дома, прикидывая примерное время телепортации отсюда до дома.
   "Может пол часа, может и час..." - думала я себе. Тогда мои способности были далеко не так развиты. Я была довольно слабым вампиром. Мне надо было много тренироваться, чтобы развить свои навыки. 
   Вскоре я вышла на побережье речки. Метра три глубиной, и где-то семь метров шириной, эта речка протикала вдоль северной части города на километр. Лишь эта часть была в относительной близости к Мистиквилю, даря местным жителям пропитание и воду.
   Решив не выходить за пределы города, я повернула в сторону Мистиквиля, как вдруг громкий лай собаки рассёк воздух.
   Спустя долю секунды на меня бежал огромный волкособ, и в его глазах читалось одно: смерть.
   Я застыла, как вкопаная, не зная, бежать или спокойно подождать своего конца. Но инстинкт взял верх и заставил бежать сломя голову.
   Погоня не могла продлиться долго: животное быстро нагоняло меня.
   К счастью или к сожаленью, мы углублялись в лес. Кроны деревьев закрывали солнце, превращая солнечный свет в полумрак.
   Всё это я успела заметить пока бежала от пса. Но бежать удалось недолго. Вскоре пёс нагнал меня, и, оттолкнувшись своими сильными лапами, прыгнул, словно охотник на жертву. Чувствуя на себе огромный вес и зубы, зажатые в смертельной хватке, я упала. От сильного удара головой оземь я потеряла сознание.
   Помню, слышала какие-то слова, взволнованые крики, и одно слово повторялось всё время: вампир.

-- А... Чёрт...
   Голова жутко болела, меня трясло, на теле не осталось ни единого живого места. В ушах гудело, и я обессиленно упала на землю, не обращая внимания на голоса вокруг. Их было много, и они, сплетаясь, превращались в один...                                                                           
  Один-единственный.
   Голос.

-- Ты как?
   Кто-то попытался прорваться сквозь паутину моих мыслей. Зачем? Мне и так хорошо, зачем меня тервожить? Паутина становилась всё прочнее, и прочнее, голос уже не мешал.
   Но что-то неприятное настигло меня. Что это? Это не мысль, не воспоминание, не звук.
   Запах? Возможно. Но зачем? Откуда? У меня нет физического тела, только мысли, воспоминания. Никаких чувств, эмоций.
   Но я почувствовала. Значит, тело всё-таки есть. Жаль.

   Спустя несколько минут я открыла глаза. Собаки не было. Не было никого, кроме... Кроме его. Охотника. 
   Мозг прекрасно функционировал. Я чувствовала запах чеснока, запах святой воды, запахи леса и стрел.
-- Ты жива?
   Вопрос почти такой же.
-- Да, вроде...
-- Фух.
   Несколько минут мы сидели, молча смотря друг на друга. Человека я идентифицировала. Охотник.
-- Как тебя зовут?
-- Альберт.