Глава 183 «То, чего мне не дали»
Они сидели на старом крыльце дачного домика. Было раннее утро, прохладное, в воздухе пахло соснами, мокрой землёй и чаем с мятой, который Лёша зачем-то настоял за ночь в термосе. Всё вокруг было до невозможности тихим — мир будто задержал дыхание. Даже птицы пели вполголоса.
Даня сидел, укутавшись в худи, чуть склонив голову на плечо Лёше. И не потому, что замёрз. А потому что рядом с Лёшей ему хотелось быть ближе — физически, эмоционально, всем телом. Словно тепло исходило из самого Лёши.
Он почти не замечал, как Лёша иногда целовал его в лоб, мягко, между фразами, как будто между словами тоже должна быть нежность. Или как он тёрся носом об его нос, как котёнок, и шептал:
— Моё солнце... Моё настоящее.
И в эти моменты внутри Дани происходило что-то странное. Будто ломалось и собиралось заново. Тонкие, почти незаметные трещины внутри него — те, что тянулись с самого детства, — заполнялись. Медленно, но неотвратимо.
Он вспомнил, как в детстве тосковал по отцовской любви. Не по подаркам. А по простым вещам: чтобы кто-то погладил по голове, поцеловал в висок, сказал, что гордится им. Этого не было. Отец ушёл рано, оставив за собой пустоту, которая заполнялась тишиной, раздражением и — в самые тёмные вечера — самобичеванием.
Но вот сейчас...
Сейчас кто-то просто держал его руку. Смотрел в глаза. И не требовал быть «мужиком». Не звал слабаком. Не прятал нежность.
Лёша вдруг повернул голову и поцеловал Даню в нос. Смешно, чуть неловко, но с такой искренностью, что у Дани защемило сердце. Он попытался пошутить, скрыться за привычным:
— Ты чё, придурок?..
Но голос чуть дрогнул. Слишком мягко это прозвучало. Слишком по-настоящему.
Лёша посмотрел на него, не отпуская руку, и ответил спокойно:
— Я люблю тебя. Так, как ты, возможно, всегда хотел, чтобы тебя любили. Без условий. Просто — потому что ты есть.
И в этот момент Даня понял: в Лёше он нашёл не просто любовь.
Он нашёл то, что когда-то не получил.
Заботу. Принятие. Мягкость.
Ту самую отцовскую теплоту, которая могла бы спасти его много лет назад.
И пусть это не было возвращением в прошлое — это было исцелением.
Сейчас.
Здесь.
В этих тёплых ладонях.
В этом простом поцелуе в нос.
И Даня позволил себе выдохнуть. Не защищаться.
Просто быть.