Глава 126Разрушение и мольба
В один день всё рухнуло. Как будто кто-то взял и сорвал ту тонкую нить, что связывала Дану и Лёшу. Их мир, наполненный смехом, упрёками и нежностью, неожиданно превратился в холодную пустоту. Они перестали разговаривать, обмениваться взглядами, просто игнорировали друг друга.
Десять недель длилась эта тишина — десять недель, когда каждый из них жил в своей собственной клетке молчания и обид. Друзья пытались помочь, спрашивали, что случилось, но никто не мог пробить этот стеной отчуждения.
Лёша сдался первым. Он понял, что не может больше так — без Дани его мир не имеет смысла. В один дождливый вечер он подошёл к нему, опустился на колени перед Даниным взглядом, в котором читалась смесь боли и непрошеного упрёка.
Он медленно коснулся ладонью живота, где был вырезан его имя — след, оставленный болью, но и любовью. Губы Лёши тронули рану, и он начал целовать, словно пытаясь смыть своими поцелуями все обиды и страхи.
— Прости меня, котенок, — шептал он дрожащим голосом, — моё солнце, мой лучик света, моя снежинка... моя лапочка... ты — всё для меня.
Даня сидел неподвижно, а его взгляд был усталым и осторожным. Но Лёша заметил, что на шее Дани всё ещё висел кулон — тот самый, что он подарил ему когда-то, знак их связи, который Даня не решился снять, даже в разгаре разлада.
Рядом на диване тихо мурлыкал мягкий кот — подарок Лёши, который Даня теперь нежно гладил, словно котёнок был единственным, кто мог поддержать его сейчас.
— Я умоляю тебя, — продолжал Лёша, — дай нам шанс. Дай мне шанс исправить всё, что я сломал. Я не могу жить без тебя. Ты — моё всё.
В этот момент Даня почувствовал, как что-то внутри начинает таять. Слова Лёши были как ледяной дождь, который, казалось, не сможет смыть боль, но вместе с ним приходило и тепло — обещание, что всё ещё можно вернуть.
И хоть рана была глубокой, и доверие подорвано, в их сердцах ещё жила искра — искра, которая могла разгореться в новый огонь, если только они позволят себе поверить друг другу снова.