Глава 83 «Солнце с зубами»
— Ещё раз так назовёшь — укушу, — буркнул Даня, не оборачиваясь.
Лёша только шире улыбнулся, щурясь от яркого солнца, что било в глаза сквозь листву.
— Солнце моё. С зубами, когтями и вечным ворчанием.
Они шли по узкой лесной тропинке, петляющей между кустами и высоким, хрустящим клевером. День был до приторного тёплый, как только бывает в самом сердце июля — когда жара уже не удивляет, а просто становится фоном жизни.
Даня шёл чуть впереди, в футболке с длинными рукавами, даже несмотря на жару. Он знал, что Лёша смотрит на него. Знал — и старался выглядеть хмуро. Упрямо. Ровно настолько, чтобы не показать, как на самом деле ему... приятно.
— Хватит уже. Сколько можно, — бросил он, не поворачиваясь.
— Сколько угодно. Ты моё солнце, и я могу это повторять до одури. Солнце. Солнце. Солнце.
— Удушу веткой, — отозвался Даня, сорвав с куста сухую, мохнатую, но совершенно безобидную палку.
— Только если потом поцелуешь, — ухмыльнулся Лёша.
Даня резко остановился и повернулся.
— Ты с ума сошёл, да? Совсем?
— Ага. Давным-давно. С тех пор как ты в шестом классе мне конфету подкинул и сделал вид, что это не ты. Тогда и началось.
— Бред. — Даня скрестил руки на груди. — Ты просто нарочно меня бесишь.
— Конечно. Потому что ты самый милый, когда злишься.
— Я не милый. Я... я раздражённый, язвительный и готов тебя швырнуть в ближайшую канаву.
Лёша сделал шаг ближе.
— Милый.
Даня сжал челюсть.
— Ты просишь, чтобы я тебя ударил, да?
— Солнце.
— Блядь...
— Ещё раз скажи — и я расплачусь от счастья, — сказал Лёша почти шепотом и склонился ближе, заглядывая Дане в глаза снизу вверх, так как тот стоял на чуть более высокой корневой насыпи. — Скажи, что я тебя бесю. Говори. Я это обожаю.
Даня прикусил губу, отводя взгляд.
— Иди... в кусты. Спи там.
— Только если ты будешь рядом. Будешь там моим одеялом. Моим колючим, колким солнцем с зубами.
Он подошёл ещё ближе, не касаясь, но создавая ту самую невидимую границу, которую Даня ненавидел и обожал одновременно.
— Ты... — выдохнул Даня, — ты больной.
— Сильно. По тебе.
— Замолчи.
— Никогда.
Молчание повисло между ними, но оно было не тяжёлым. Напротив — тёплым, почти уютным. Как старое покрывало, пахнущее летом.
Даня покачал головой и неожиданно резко ткнул Лёшу кулаком в плечо. Не больно. Так, будто хотел сбить улыбку. Но не сбил.
Лёша расцвёл ещё шире.
— Солнце моё с кулаками, — сказал он, мягко, и почти нежно.
Даня закатил глаза.
— Хватит.
— Никогда.
— Идиот.
— Я тебя тоже люблю.
И в этом их диалоге, полном шипов и подколов, было больше искренности, чем в тысяче признаний. Потому что Даня всё ещё огрызался, а Лёша всё ещё тянулся к нему, зная, что за каждым "идиотом" скрывается всё, что не сказано — но чувствуется кожей.