Глава 7
На следующее утро я впервые за долгое время почувствовала необычайную лёгкость. Вчерашний вечер стал для меня тем самым «пинком», который позволил мне поверить в лучшее.
Разговор с отцом и наши откровения помогли нам преодолеть те границы, которые разделяли нас всё это время. Отец всегда будет для меня необходимым составляющим счастливой и нормальной жизни, он никогда не покинет мою душу, какой бы тёмной она ни была.
Мы с отцом разговаривали почти до рассвета. Он не хотел уходить и оставлять Роба одного в моей квартире. Но наши аргументы убедили его отступить от своих интересов. Перед уходом отец попросил Роба не пропадать и всегда держать с ним связь. Он также повторил своё обещание поговорить с ректором академии.
Этот вечер позволил мне и моему брату избавиться от остатков страха в наших тёмных душах. С прекрасным настроением я отправилась в редакцию, планируя провести насыщенный и спокойный день.
Рабочий день действительно прошёл незаметно. Постепенно интерес коллег ко мне угасал. Они задавали всё меньше вопросов и старались не поднимать тему моего похищения маньяком в разговорах.
Вечером я вышла из редакции с тем же воодушевлением в душе. Мне хотелось немного прогуляться и пройтись по оживлённым улицам города. Вечерний Нью-Йорк всегда полон жизни и энергии. Этот город действительно может получить звание «вечного двигателя». Я шла медленно и размеренно. Пара беспроводных наушников транслировала музыку в моих ушах, наполняя городские виды ещё более приятной атмосферой.
I'm not scared of the dark, (Я не боюсь темноты,)
I'm not runnin', runnin', runnin', (Я не бегу, не бегу, не бегу,)
No, I'm not afraid of the fall. (Нет, я не боюсь погибнуть.)
I'm not scared, not at all, (Не боюсь ни капли,)
Why would a star, a star ever be afraid of the dark? (С чего вообще звезде бояться темноты?)
I'm not scared, (Я не боюсь,)
I'm not scared, even from the start, (Не боюсь с самого начала,)
I'm not scared of the dark, (Я не боюсь темноты,)
Of the dark, mmm! (Темноты, м-м-м!)
Я слушала воодушевляющую музыку и не заметила, как оказалась в тёмной части города. Здесь было довольно мрачно и даже пугающе. С тех пор как моя душа обрела целостность, я перестала бояться темноты. Теперь она казалась мне привлекательной и успокаивающей. В этой мрачной обстановке я чувствовала прилив сил и бодрости.
Я шла по тёмному проулку, не оборачиваясь. Звуки вокруг меня заглушала громкая музыка в наушниках. Я шла целенаправленно и уверенно, не имея определённой цели на этот спокойный вечер.
«Наша сделка с Люцифером закончится сегодня в полночь. Этот самоуверенный недоумок явно не ожидал подвоха с моей стороны и нарушит условия своего же контракта. Но сложно отрицать, что вина за нарушение нашего договора лежит в большей степени на мне. Я нарушила эту сделку и решила пренебречь её условиями», — размышляла я.
Я настолько погрузилась в свои мысли, что потеряла концентрацию. В следующий момент меня сбил с ног какой-то парень. Его крупные и мускулистые руки повалили меня на землю, прижимая к холодному асфальту. Я хотела сбросить нападающего и оказать ему сопротивление, но, к моему удивлению, мои силы на него не действовали. Парень с яростью вдавил меня в асфальт, оставляя синяки на моей тонкой коже.
— И это самое страшное и свирепое из созданных отцом существ? — голос незнакомца звучал громко и оглушающе. — Неудивительно, что ты не смогла выполнить свою миссию.
— Какого чёрта ты творишь? — Я пыталась всеми силами вырваться из его цепкой хватки, не понимая смысла слов незнакомца. — Если ты решил поиметь меня в тёмной подворотне, то я оторву твоё естество и заставлю съесть на моих глазах.
Мои глаза налились кровью, окрашиваясь в цвет густой смолы. Я собрала все свои силы и смогла наконец сбросить массивное тело маньяка с себя. Приняв боевую позу, я послала в адрес незнакомца волну тёмной энергии. Ноги амбала пошатнулись, но он смог удержаться в прямом положении.
— Вот теперь я верю, что ты та, кого я искал, — губы брюнета искривились в злорадной усмешке. Он попробовал прижать меня к стене, но в последний момент мне удалось отскочить в сторону. Я попыталась переместиться в свою квартиру, но мощные руки брюнета не дали мне возможности это сделать. Он обхватил меня плотным кольцом, прижав к своему массивному телу:
— Теперь ты мне скажешь всё, что знаешь.
— Пошёл ты, ублюдок, — мои движения вновь оказались заблокированы. — Я знаю лишь одно: как только я освобожусь, тебе придёт конец.
— Сомневаюсь. Ты сильна, и это бесспорно. Но твоя человечность ослабляет тьму в твоей душе. — Я слышала яростные издевательства в словах брюнета. — Где он?
—Кто он? — Я дёрнулась, но мои манёвры остались без внимания. — Твой любовник? Так этот вопрос ты должен задать ему лично, с какой из своих проституток он сегодня проводит время.
— Дерзкая? — Брюнет усмехнулся. — Ты не похожа на него.
— Ты случайно не сбежал из психиатрического диспансера? Ты явно не в себе, недоумок.
— Я не в себе, Дейанира, — процедил незнакомец, обращаясь ко мне с максимальным презрением. — Из-за тебя весь мир теперь будет уничтожен. Твоя ошибка и слабость характера обрекли всех нас на гибель.
Я не смогла сдержаться и в ответ плюнула в лицо незнакомца.
— Ты бредишь или принял дозу мета перед этим? — спросила я. — Я не знаю, откуда ты знаешь моё имя, но ты явно пожалеешь о своей ошибке.
— Я пытаюсь исправить твою ошибку, — ответил брюнет, напрягшись. — И раз мой брат не появляется в смертном мире, я нейтрализую угрозу его жизни в твоём лице.
Из воздуха он материализовал светящийся клинок. Это была причудливой формы катана, лезвие которой переливалось всеми цветами радуги. От оружия исходила сильная волна жара, а его светлая энергия подавляла тьму в моей душе. Свет, испускаемый клинком, ослепил меня и вызвал сильное жжение во всём теле. Это чувство было похоже на ожог от серной кислоты на коже.
Брюнет поднёс лезвие клинка к моей груди, касаясь её острым концом. Я ощутила ещё больший жар, чем прежде. Боль от прикосновения клинка парализовала меня и лишала сил. Я истошно закричала, из последних сил сохраняя силы для борьбы.
Когда брюнет взмахнул оружием, желая пронзить моё тело точным и прямым ударом, проулок погрузился во тьму. Все источники света мгновенно погасли, поглотив меня и маньяка в свои объятия. Клинок в руках брюнета отлетел в сторону, и его свет померк. Брюнет вздрогнул. Его глаза зажглись ярким светом, окрашиваясь в насыщенный белый цвет. Из темноты проявились два ярких зрачка, чей ярко-красный цвет нельзя было не узнать.
Белоснежный костюм Люцифера был слишком заметен в темноте проулка, выделяя его высокую и статную фигуру. Люцифер резким движением отцепил руки брюнета от меня и впечатал его в стену.
— Как ты посмел показаться мне на глаза? — впервые я слышала от Люцифера такой яростный и жестокий голос. — Я обещал, что в следующую нашу встречу лишу тебя жизни. И я обязательно сдержу своё слово.
— Самюэль, как же я скучал по твоему сладкому голосу, — усмехнулся брюнет, даже не пытаясь вырваться из цепких рук Люцифера. — Эти тысячелетия изменили тебя в худшую сторону.
— Крылатый недоумок, — Люцифер с максимальной силой вжал тело брюнета в стену. — Как ты посмел сойти в смертный мир? Вам, отцовским подпевалам, запрещено покидать Небеса.
— Всё так и было. Но с недавних пор правила изменились, — во время усмешки брюнета я обратила внимание, что они с Люцифером были похожи по внешности. Тот же типаж, одинаковые черты лица и массивные тела. Но волосы брюнета и его яркие глаза делали его совершенно иным, чем Владыку Ада.
— Мне плевать на ваши правила. Возвращайся к себе и никогда не смей сходить в смертный мир. Здесь моя территория.
— Твоя территория, братец, — преисподняя и её пределы. Смертный мир нейтрален и не принадлежит никому из нас.
— Михаил, твои речи утомляют меня, — Люцифер сделал выпад вперёд, нанося чёткий и хорошо поставленный удар по лицу брюнета. — В последний раз призываю покинуть смертный мир. Второго предупреждения не будет.
— Ты никогда не отличался терпением, Самюэль.
— Не смей назвать меня так! — громкий мужской крик пронзил подворотню. — Я не ангел и никогда им не буду! Я Владыка Тьмы и Тёмный Владыка преисподней Люцифер!
— Имечко ты, конечно, себе взял слишком пафосное, на мой взгляд, — несмотря на полученные увечья, брюнет продолжал усмехаться. — Но в данном случае все твои угрозы не имеют никакого смысла. Можешь покончить со мной и отомстить за своё падение. Но я до сих пор считаю, что это была твоя вина и результат твоих действий, как самого жалкого из созданий отца.
— Ублюдок! — Люцифер вновь не сдержался и ударил брюнета в живот. — Ты сдал меня отцу и раскрыл мои планы, желая заслужить звание любимого сына. Всё это произошло из-за тебя! А я всего лишь пытался остановить отца и дать этому миру хоть долю справедливости, чего отец не мог дать нам всем!
— Признаю, мои амбиции были выше здравого смысла, — сказал брюнет, не пытаясь сопротивляться. — Но прошлое не имеет значения в настоящем. Не так ли, Дейанира?
— Не смей упоминать её имя и обращаться к ней! Держись подальше от Дейаниры и смертного мира.
— Прости, братец, но теперь этот мир — моё единственное пристанище.
Люцифер ослабил хватку, и его руки медленно опустили брюнета, пронзая его полным ненависти взглядом.
— Что это значит? — Люцифер произносил каждое слово с плохо скрываемой угрозой. — Ангелам запрещено находиться в смертном мире. Отец держит вас всех подле себя и не даёт вам свободы. Вы все его ручные шавки, которыми он тешит своё эго.
— А ты тот одичавший зверь, который сбежал из дома и создал свою стаю. Но оставим эти разговоры. Я ждал этой встречи, Самюэль.
— Никогда не смей произносить это имя!
Люцифер снова прижал брюнета к стене. Его глаза горели ярким красным светом, как никогда прежде. Всё это время я стояла в стороне, боясь пошевелиться. Между двумя мужчинами завязалась драка. В какой-то момент брюнет сделал резкий манёвр и прижал Люцифера к стене. Его руки пытались заблокировать движения блондина. Когда его пальцы взялись за массивный клинок, который приближался к горлу Люцифера, я совершила самый опрометчивый и рискованный поступок. Одним быстрым движением ноги я выбила клинок из рук брюнета. Превозмогая жуткую боль, я схватилась за рукоять катаны и направила её на брюнета.
«Дейанира, твой выход. Каким бы тёмным подонком он ни был, ты не можешь допустить смерти Лукаса. Ты должна ему за Роба, и дьявол необходим этому миру, в чём ты уже не раз убеждалась». Не знаю, откуда во мне взялись эти способности, но моё тело двигалось словно на автопилоте. Я оторвала брюнета от Люцифера и повалила его на пол, приставив его же клинок к горлу.
— Не смей трогать его. Люцифер под моей защитой, — прошипела я. — Мне всё равно, кто ты такой. Но ты посмел угрожать мне, а я не прощаю таких ошибок.
— Узнаю творение отца, — усмехнулся брюнет. — Но вместо того чтобы убить Дьявола, ты защищаешь его? Как ты дошла до этого?
— Дейанира, позволь мне разобраться с этим недоумком, — меня и брюнета накрыла тень Люцифера. — Прежде чем мы его убьём, я хочу получить от него объяснения.
— Кто он такой? — Я повернулась лицом к Люциферу, продолжая держать катану у горла брюнета. — Чего он хочет?
— Это я и хочу выяснить, — глаза Люцифера вспыхнули. — Михаил, задаю свой вопрос в последний раз, после чего я позволю Дейанире осуществить все её угрозы.
— Я не понимаю. Вы... Вы работаете вместе? — впервые за эту странную встречу брюнет обмяк и растерянно посмотрел по сторонам. — Но она... Она призвана убить тебя и избавить этот мир от всей тьмы. Она же Убийца Богов и должна ставить перед собой цель уничтожить всю тьму этого мира и её источник в твоём лице, Люцифер.
— Я сама решаю, что мне делать, — я прижала сталь клинка к горлу брюнета так, чтобы оставить тонкую отметину крови на нём. — Люцифер, что здесь происходит? Кто этот сумасшедший маньяк такой?
— Как точно подмечено, — губы Люцифера искривились в усмешке. — Этот недалекий недоумок — одно из небесных созданий, которые поют отцу хвалебные песни на протяжении всей истории. Конкретно этот парень — высший архангел небес Михаил и командир всего небесного войска.
— С недавних пор я лишился своего статуса, — глаза брюнета сверкнули гневным огнём. — И я не просто архангел. Я его брат. Не так ли, Самюэль?
— Я предупреждал тебя никогда не позволять себе произносить это позорное имя! — Глаза Люцифера вспыхнули, и в них отразился настоящий огонь. Из его пальцев вырвались огненные вспышки, осветившие тёмный переулок яркими бликами. — Запомни, недоумок, и передай отцу и всем жалким недомеркам подле него. Меня зовут Люцифер! И всегда будут звать этим именем!
— Этот маньяк... Он архангел и твой брат? — Я посмотрела на брюнета удивлённым взглядом. — Это не ты был тем, кто подавил бунт Люцифера и обрек его на падение с Небес?
— Именно, — со стороны раздался властный и полный ненависти голос Люцифера. — Михаил был тем, кто подставил меня и тем самым занял место верховного архангела. Он решил вознестись в глазах отца с помощью меня и стать главным на Небесах.
— Главным всегда был отец, — глаза брюнета вновь вспыхнули. — А после твоего падения правой рукой отца стал Гавриил. Он до сих пор хранит верность отцу и выполняет все его приказы.
— До сих пор? — Люцифер иронично рассмеялся. — Вы все находитесь под влиянием отца. Бесправные и жалкие глупцы. Вы лишь рабы, которыми управляет отец. Но спасибо тебе за мою свободу. Твой поступок помог мне освободиться от этих оков и избежать бесконечного рабства.
— Стой, — я встала между двумя мужчинами, переводя взгляд с одного на другого. — Это всё увлекательно, но давайте вернёмся к разговору о том, зачем на меня напал архангел? Чего ты пытался добиться?
— Я пытался спасти жизнь своего брата, — брюнет посмотрел на Люцифера. — Но я не ожидал, что убийца богов перейдёт на тёмную сторону и объединится со своей жертвой.
— Я не объединялась с Люцифером! У нас нет ничего общего. Но несмотря на это, я не позволю тебе тронуть его тёмную душу.
— Дейанира, не будь так категорична, — Люцифер пристально посмотрел на меня. — Наше соглашение всё ещё действует, и я не имею права использовать свои «дьявольские» способности. Я всё ещё жду, что ты пойдёшь на контакт и выполнишь своё обещание.
— И ты думаешь, что за оставшиеся часы моё отношение к тебе изменится? — мой голос стал громче. — Твой брат пытался убить меня! А ты хотел использовать меня в качестве своего развлечения. Все небесные создания такие недалёкие, или вы оба особенные?
— А она с характером и не так проста, как я мог предположить вначале, — на лице брюнета появилась ухмылка. — Ты воистину не похожа на прежнюю Дейаниру.
— Потому что моё имя Дейанира Ренклиф, — я подошла к брюнету и нанесла точный удар по его лицу. — И если я ещё хоть раз увижу тебя в этом мире, то немедленно отправлю твою душу в небытие. Клянусь.
— Михаил, я всё ещё жду ответа, что ты делаешь в мире смертных и зачем тебе Дейанира?
— Брат, ты как всегда не понимаешь всей ситуации, — брюнет продолжал выводить Люцифера из себя. — Мне не нужна была Дейанира. Она лишь способ достижения моей основной цели.
— Основной цели? — Люцифер сжал кулаки. — Какие цели ты можешь преследовать? Отец вновь посылает тебя делать всю грязную и унизительную работу за него?
— В этот раз это была моя инициатива, — брюнет расправил плечи и выпрямился. — Мне нужен был ты, Люцифер. Я искал тебя, тёмный Владыка.
Проулок наполнился тишиной. Я не хотела вмешиваться в разговор, но в моём разуме возникало множество вопросов. Тем временем Люцифер встал так, чтобы закрыть меня от пристального взгляда архангела. Его глаза по-прежнему горели ярко-красным огнём, отражая в зрачках блики пламени.
— Тёмный Владыка? Ты за всю свою вечность не обращался ко мне подобным образом.
— Времена изменились, Люцифер, — брюнет закрыл глаза и изобразил тяжёлый вздох. — Мне тяжело это говорить, но у меня нет другого выбора. Нужда заставляет меня признать, что ты был прав. Люцифер, всё это время ты был прав, а я совершил ошибку.
Тело Люцифера напряглось. Он прожигал архангела взглядом, не двигаясь. Мои пальцы продолжали сжимать катану, несмотря на ощущение невыносимого жжения.
— Если это необходимо, то я могу убить его, — я нарушила давящую тишину.
— Не стоит, — рука Люцифера преградила мне путь. — Я хочу выслушать его.
— Ты ему веришь? — я с недоверием посмотрела на брюнета. — Не так давно он хотел убить меня и желал твоей смерти. Зачем этот риск?
— Я хочу понять, что могло заставить высшего архангела Михаила признать мою правоту.
— Люцифер, я не намерен оправдываться перед тобой. Ты не отец, и я ничего тебе не должен.
— Также, как и я тебе, — не знаю, с чем это было связано, но губы Люцифера дрогнули в ухмылке. — И впервые слышу, как ты противишься воле отца и проявляешь задатки упрямства. Михаил, как низко ты пал.
— В этом и заключается моя проблема! — Михаил сорвался с места и схватил Люцифера за воротник рубашки. — Я пошёл по твоему пути и повторил твою участь! Я пал и больше не смогу вернуться домой!
— Что? — Люцифер замер, его глаза расширились от удивления. — Ты... Ты пал? Как это возможно?
— Вот так! — Архангел Михаил отцепил руки от Люцифера и отвёл взгляд в сторону. — Люцифер, Метатрон мёртв.
— Кто мог убить отцовского писаря? Он же пацифист, тысячелетиями сидит за своими манускриптами и мухи не обидит.
— Он узнал то, что не должен был знать, — глаза брюнета закрылись. — Отец освободил его от должности и сослал в смертный мир.
— Абсурд. Отец не прогнал бы самого покладистого и мирного из своих детей. Кто теперь занимается бумажной волокитой для отца?
— В том-то и дело, что никто, — впервые голос брюнета сорвался. — Отцу больше не требуется Божий писарь.
— Что это значит? — Я решилась напомнить о себе и задать интересующий меня вопрос.
— Метатрон сделал свою последнюю запись, — Михаил достал из-под плаща свиток и протянул его Люциферу. — Ознакомься. Тебе будет полезно узнать о грядущем.
Долгое время Люцифер не решался взять свиток. Его руки продолжали висеть вдоль тела, не совершая ни единого движения. Не выдержав этой заминки, я выхватила свиток из рук архангела и тут же раскрыла его. Слова, что были написаны на непонятном языке, казались мне бессмысленными иероглифами. Но спустя несколько минут изучения какое-то внутреннее чутье начало вырисовывать мне картины того, что было вложено во все эти символы. Когда мои глаза увидели истинный смысл манускрипта, мои руки затряслись, а по спине пробежал холодок.
— Нет. Этого не может быть, — из меня вырвался тихий и хриплый шёпот. — Всё не может закончиться...
— Дейанира, что там? — брови Люцифера поднялись вверх, изображая некоторый скептицизм на лице. — Ты понимаешь манускрипты ангелов?
— Здесь... Я не знаю, правильно ли я всё поняла. Но... — Я осеклась, осматривая символы пристальным взглядом. — Здесь говорится, что в скором времени мир будет стёрт.
— Ты явно ошиблась, — усмехнулся Люцифер. — Твои навыки в ангельском языке явно нуждаются в практике.
— Дейанира не ошиблась, — со стороны Михаила послышался тяжёлый хрип. — Отец планирует стереть всё, что он создал. Он хочет создать новый, совершенный мир без тьмы и всего зла в нём.
— Быть такого не может! — Люцифер вскрикнул и выхватил у меня из рук манускрипт. Его расширенные зрачки изучали текст с предельной сосредоточенностью. После непродолжительного молчания Люцифер сжал свиток в руках, дыша прерывистыми вздохами. — Михаил, ты знал о планах отца?
— Не знал, — уверенный голос брюнета не оставлял сомнений в его искренности. — Но как только истина открылась мне, я попробовал остановить отца и не допустить подобного исхода для всех нас.
— Ты пошёл против воли отца?
— Пошёл. И я впервые за свою вечность скажу, что готов сделать всё возможное, чтоб остановить отца. Я даже готов пойти на сделку с тобой, Тёмный Владыка, лишь бы предотвратить грядущий конец!
— Эй, маньяк, что тебе известно обо всём этом? — Я вышла из-за спины Люцифера, подходя ближе к архангелу. — Ты знаешь, как всё это можно остановить?
— Отца невозможно остановить. Его энергия велика, и никто в известном мне мире не сможет тягаться с Творцом по силам.
— Ты ошибаешься, — сказал Люцифер слишком тяжёлым голосом. — Вера смертных в отца давно уже ослабла. Он не так силён, как в былые времена.
— Что даёт мне основания надеяться, что ты захочешь закончить начатое многие тысячелетия назад и сможешь спасти всех нас, — глаза брюнета загорелись, прожигая Люцифера до костей.
— Ты думаешь, я буду участвовать в ваших играх? — Люцифер громко рассмеялся. — Ты ещё больший глупец, чем я думал, если обратился ко мне. Я никогда не буду иметь дела с Небесами и отцом. Мне всё равно, что у вас происходит и в какие игры вы играете. Мой мир — преисподняя, и так будет всегда!
— Но когда отец уничтожит весь существующий мир, откуда ты будешь получать тёмную энергию?
— Я найду способы, — презрительно фыркнул Люцифер. — Тебе не запугать меня такими жалкими угрозами.
— Ты настоящий глупец, Самюэль. Отец не даст тебе возможности возродиться. Ты потеряешь всю свою силу и власть над миром смертных. Ты отправишься с нами в небытие и будешь навеки забыт Вселенной.
— Люцифер, может быть, тебе стоит выслушать этого фанатика? — я продолжала с презрением смотреть на архангела, но в глубине души хотела разобраться в происходящем. — Я готова допросить его и получить ответы о грядущем апокалипсисе.
— Ты? — Люцифер с некоторым недоверием посмотрел на меня. — Дейанира, зачем тебе это?
— Я не для того страдала столько лет, чтобы в момент единения своей души отправиться в небытие. И я не для того объединялась с тёмной сущностью, чтобы мой брат лишился шанса воплотить свои мечты в жизнь!
— Тебе стоит послушать Убийцу Богов и переступить через свои амбиции и обиды. Во имя всего мира и самой реальности.
— Не называй меня Убийцей Богов, — я снова направила клинок катаны на архангела. — Моё имя Дейанира Ренклиф. Запомни это на всю оставшуюся тебе жизнь. Иначе я оборву её так же быстро, как порыв ветра обрывает лист дерева на осеннем ветру.
— Михаил, тебе стоит проявлять к мисс Ренклиф должное уважение, — сказал Люцифер, и его улыбка снова приобрела зловещее выражение. — Она такой же тёмный владыка, как и я, и тебе не следует недооценивать её возможности.
— Это невозможно. Дейанира разделена на свет и тьму, и её человеческая сущность не позволила бы ей занять подобный пост.
— Ты воистину стал падшим и жалким, — ответил Люцифер с насмешкой. — Твоя участь для моих глаз намного приятнее, чем смерть. Великий и преданный отцу архангел Михаил, обречённый на жалкое существование в мире смертных. Правду говорят смертные: карма — жестокая вещь.
— Люцифер, позлорадствуешь потом над моим падением. Сейчас ты должен выслушать меня и попытаться исправить ситуацию.
— Я не доверяю этому недоумку, — сказала я, и мои глаза сверкнули в ночи, а лезвие приблизилось к телу брюнета. — Он явно пришёл к тебе не с благими намерениями.
— Как ни странно, но я тоже не доверяю ему, — усмехнулся Люцифер. — Я не доверяю крылатым фанатикам, которые долгие тысячи лет сидели на своих Небесах и не пытались сопротивляться воле отца.
— Люцифер, ты был первым сыном отца и самым старшим из нас, но ты так и остался заносчивым и обиженным мальчишкой, — глаза архангела снова загорелись ярким светом. — Ты разве не понимаешь серьёзность ситуации?
— Понимаю, но не считаю нужным вмешиваться в ваши междоусобицы. Мой мир находится под защитой, и я не собираюсь больше контактировать с Небесными жителями, — Люцифер бросил на архангела полный ненависти взгляд, после чего повернулся к нему спиной и громким голосом произнёс: — Дейанира, нам пора.
— Ты оставишь этого человека здесь? — с недоумением спросила я. — Он же опасен и может вновь напасть на нас!
— Поверь, он больше не представляет угрозы, — ответил Люцифер с улыбкой. — С падением тебя, брат. И пусть твоя смертная жизнь будет наполнена страданиями и болью.
Люцифер исчез в темноте, а я смотрела ему вслед с растерянностью в глазах. Мне хотелось пронзить тело архангела его же оружием и тем самым нейтрализовать все потенциальные угрозы с его стороны. Но в последний момент я остановилась.
«Что, если этот небесный маньяк прав? Вдруг миру действительно грозит уничтожение? Этот архангел явно знает больше обо всём этом, чем ты. В этот раз оставим ему жизнь. В любом случае ты всегда сможешь найти и убить этого крылатого недоумка», — сказал мне внутренний голос.
Я бросила катану у ног архангела. Он смотрел на меня с неприкрытым удивлением. Мне не оставалось ничего другого, как оставить его в проулке и вернуться домой. Перед тем как уйти, я, как и Люцифер, повернулась спиной к Михаилу. Не оборачиваясь, я заговорила громким и уверенным голосом:
— Не знаю, чего ты хотел добиться, но ты совершил ошибку, придя в этот мир. Смертный мир намного опаснее, чем ты можешь себе представить. Не знаю, есть ли хоть доля правды в твоих словах, но тебе стоит быть аккуратнее в своих действиях.
— Мне нечего терять. Вскоре мы все окажемся в объятиях забвения, и ты ничего не сможешь с этим сделать.
— Знаешь, на Земле существует такая наука, как теория вероятности. И согласно её учениям, никогда нельзя исключать ни один из возможных вариантов развития событий. И даже самая невообразимая вероятность может найти своё отражение в жизни.