Чёрный бассейн | 18+

После того диалога минуло несколько часов. Дэмьян больше не возвращался к событиям ночи. Как будто ничего и не было — ни его рук на ее талии, ни поцелуя, ни хлопнувшей за ним оконной рамы. Повседневно отыграл роль парня Киры перед Селеной, отвез к себе домой. Без двусмысленных шуток, загадочных ухмылок, провокационных вопросов. Ни единого взгляда, от которого раньше по спине пробежали бы мурашки. Перед Розен словно предстал брат-близнец Змея: спокойный, собранный и льдисто вежливый. Совершенно чужой.

Тем временем, начались их уроки, всю пятницу юная ведьма училась мягко погружаться в истории людей и предметов — видеть чуть больше, чем видят глаза, заглядывать сквозь саму материю. Дэмьян согласился побыть якорем, который в нужный момент возвращал на землю. Однако, он больше не касался ее без необходимости, не позволял себе тех полуулыбок, что раньше заставляли испытывать жар. Даже когда их пальцы случайно соприкасались при передаче какого-нибудь предмета, демон моментально отдергивал руку, будто обжегшись.

И самое странное, что злило Киру больше всего, она ловила себя на том, что ждет. Ждет, когда он снова станет прежним собой — опасным, непредсказуемым, загадочным. Тем, кто смотрел на нее так, будто... видел насквозь.

— Концентрация, — говорил своим новым, безэмоциональным голосом, пока они сидели в гостиной на диване и девушка сжимала в руках старинную медную вазу. Холодный металл неприятно скрипел под пальцами, тяжесть сосуда давила на колени. Розен рассматривала орнамент из мелких цветочков и ромбов, искусную работу ремесленников. — Запомни одну вещь. Ты не должна тонуть в чужих историях. Ты всего лишь наблюдатель, не участник. — Откуда он это все знал, оставалось покрыто мраком, но Кира догадывалась,  что длинная жизнь и тесное взаимодействие с ведьмами многому его научили.

Кивнула, закрыла глаза и провела кончиками пальцев по поверхности, ощупывая предмет. И уже через мгновение в голову полезли картины: своенравное море, разбивающее гребни волн о скалистый берег, мозолистые руки цвета охры любовно оглаживающие свое детище, сведенные в задумчивости кустистые черные брови. Кира невольно улыбнулась уголком губ, на миг ей даже показалось, что она чувствует бархатный аромат кофе.

— Откуда она? — заметила рассеянность своего наставника, который будто и сам погружался вместе с ней.

— Да так, купил на блошином рынке. — Темноволосый снял очки и устало потер глаза. — Старинные безделушки ручной работы ведь повидали больше, чем кусок пластика с завода.

Оказалось, любой предмет мог рассказать намного больше, чем она представляла. Пространство изобиловало воспоминаниями, все словно вибрировало и желало, чтобы его услышали, узнали, прочли. Старинное зеркало в резной раме помнило десятки лиц в него смотревших; выцветшая занавеска хранила следы чьих-то нервных пальцев; даже обычная дверная ручка несла в себе тепло от множества прикосновений.

— Достаточно, — глубокий голос возвращал в реальность, резко и четко, как щелчок пальцев. — Молодец. — Но бездушная похвала вызывала лишь отрицательные эмоции. — На сегодня хватит.

Закончив, он просто ушел, а телефон Киры пиликнул. Но, к счастью, писал не устрашающий демон, который куда-то запропастился, а всего лишь София.

***

Интерьер квартиры, которую решилась снимать официантка, представлял собой странный микс недоделанного ремонта и студенческого беспорядка. Пахло дешевым освежителем воздуха с ароматом лимона и свежей краской, успевшей тронуть стены лишь наполовину. Владелица начала перекрашивать стены из грязно-бежевого в белый, но бросила на полпути, оставив причудливые разводы, напоминающие контур карты; в углу валялся засохший валик. Пол частично покрывал целлофан, по углам стопками стояли книги и учебники. Увидев знакомую «историю литературы», на лице Киры образовалась оскомина — в конец концов, лету суждено будет когда-нибудь закончиться.

На полу также лежали картонные коробки с пиццей, миски с чипсами и другими снеками, жестяные банки с напитками. Гул работающего холодильника служил фоном для тихих девичьих разговоров, все сидели на пледе на полу, поскольку купить стулья новая хозяйка еще не успела, а испортить диван пивом было бы катастрофой. Помимо Розен, на новоселье были приглашены еще две девушки: Эльвира и Александра, одногруппницы девушек.

— Эд давно на работе не появлялся... и на звонки не отвечает. — тоскливо поделилась блондинка, жуя большой кусок пепперони. — Уже как неделю ищем нового бармена.

Кира пристально на нее посмотрела и прислонилась губами к банке с вишневой колой. В последний раз она видела Волка в «Некрополе», в объятиях двух зеленоволосых Змеиц... Но знать о таком Софи не обязательно.

К разговору присоединилась Эльвира, ей было уже за двадцать, она носила черную короткую стрижку и круглые очки, а все ее руки и шею покрывали узоры татуировок. Светло-голубые глаза девушки напоминали ледяные озера в горах. Массивную грудь скрывала темная толстовка, возле воротника которой выглядывала татуировка стилизованного ворона, клюющего чье-то имя. Один раз они в общей компании с Розен ходили в ночной клуб и Кира видела, как Эля чуть не подралась с вышибалами, до того бесстрашной она была.

— Этот твой Эд, — сказала она, постукивая черными длинными ногтями по банке энергетика. — Я сразу сказала, что он ненадежный.

— Я и не надеялась на что-то серьезное. — вздохнула Озерцова. — Но хотелось бы знать, что он хотя бы жив. — Кира не сдержалась и хохотнула: Эдмил был мертвее некуда, если говорить на чистоту. — Кира, можешь у этого своего иностранца узнать? Как его... Дэмиан?

Девушка кивнула и подавилась колой, понимая, что на нее с интересом глазеют уже целых три пары глаз.

— Ого! У тебя парень появился? — воскликнула Саша, сверкая брекетами с яркими камушками. — Еще и иностранец. Откуда он?

Второй приглашенной одногруппницей была Александра, рыжеволосая отличница из студенческой профкома. Несмотря на блестящие баллы и оценки, Саша успевала быть душой компании и участвовать во всевозможных тусовках. Она была похожа на фею из-за своего стиля в одежде: предпочитала блестящие аксессуары, стразы на щеках и одежду пастельных оттенков.

— Его зовут Дэмьян. — поправила Розен, сжимая банку так, что алюминий заскрипел под пальцами. — Он из Германии. Я просто снимаю у него квартиру и мы... вроде как дружим. Последние слова повисли в воздухе, неловкие, как непрошенный гость. Всем девушкам тотчас стало ясно, что что-то здесь не так.

— Как выглядит? — уточнила Эля, ее губы растянулись в хищной ухмылке, а Кира почувствовала, как краска заливает лицо.

— Я его видела, — вмешалась София, с азартом разрывая новый пакет чипсов. — Брюнет он. Жуткий черноглазый брюнет в очках. Кир, ты прости, но по-моему, тебе пора заканчивать с тру-краймом...

Все разразились смехом, а у самой Киры вспотели ладошки. Она опустила взгляд на свои колени, мысленно проклиная Дэмьяна за то, что вообще появился в ее жизни.

— Ладно, прости. Он тебе нравится хотя бы? — Уточнила София, видя как сникла подруга.

Кира с шутливым воплем закрыла лицо руками.

— Я не знаю! И да и нет. Вы убить меня такими разговорами решили?!

— У тебя от него есть бабочки в животе? — Александра наклонила корпус к Кире, ее духи пахли сладкой ванилью.

Розен задумалась. Когда Дэмьян поцеловал ее в доме Виктора, внутри будто разгорелся огонь и, если бы не вторжение отца, она бы отдалась ему целиком. Сгорела бы, как бабочка, плененная пламенем.

— Если есть, то он абьюзер. — добавила Эльвира. — С мужчиной должно быть спокойно.

Временами с ним было спокойно, уютно и тепло. Например, как тогда, когда он нашел ее в туалете библиотеки в слезах. Помнила, как он молча обнял её, прижав голову к своей груди, где под тонкой тканью рубашки ровно стучало сердце.

— Вы правы, — голос Киры дрогнул, будто тонкая струна. Она провела пальцем по ободку банки, собирая капли конденсата. — Я что-то чувствую. Но, плевать, я ему уже отказала.

Она не добавила главного — что с тех пор он отступил, будто между ними провели невидимую черту. Что теперь его касания стали лабораторно точны, а взгляд не читаем.

— Сделай первый шаг, — София смахнула крошки с джинсов, её голос звучал неожиданно мягко. — Он оттает, вот увидишь.

***

Перед следующим их уроком, в субботу, Кира нервно перебирала край темно-синей клетчатой рубашки, которую накинула поверх топа в последний момент. От бюстгальтера решила отказаться, белая хлопковая ткань облегала грудь, подчеркивая изгибы, не слишком откровенно, но достаточно, чтобы привлечь внимание. Глупости. Совершенные глупости. Она сама возвела стену между ними... А теперь... Теперь стояла перед зеркалом, тщательно нанося тот самый блеск для губ, который когда-то заставил его прикусить собственную губу, глядя на неё; растирала каплю масляных духов с ароматом вишни на запястьях и шее.

Подойдя к кабинету Дэмьяна, на мгновение задержалась у двери, поправляя прядь волос, которые были уложены особенно тщательно: блестящими волнами ниспадали на плечи, обрамляли талию. Она вдохнула поглубже, чувствуя, как учащенно бьётся сердце, будто перед первым свиданием, а не очередным уроком магии. Держала в голове слова Софии.

Когда дверь открылась, она видела, как его зрачки сверкнули красным на долю секунды, как напряглись мышцы челюсти.

— На выход, — грубо сказал Дэмьян, запирая кабинет. — Сегодня будем расширять твои возможности в городе.

Демон прошел мимо и у Киры закружилась голова от терпкого дымного запаха. Она поплелась за ним следом, как наказанный ребенок, пока стыдливое тепло разливалось по щекам.

В машине стало жарко и девушка нарочито медленно сняла рубашку, позволяя ткани скользить по плечам. Заметила, как брюнет украдкой взглянул на ее оголенные плечи, линию шеи, ложбинку между грудей — на мгновение воздух накалился. Но Змей тут же включил кондиционер на полную мощность и уже через несколько минут Розен пришлось обратно натянуть рубашку.

Они бродили по переулкам, и Дэмьян заставлял ее "читать" историю камней под ногами, стен домов, случайных прохожих. Все было тщетно. Казалось, демон даже не смотрел в ее сторону, куда интереснее для него было наблюдать за облаками или проезжающими мимо автомобилями.

— Вот посмотри, -– он указал на обшарпанную стену, где краска слезала пузырями и сцепил руки за спиной в замок. — Что здесь увидишь?

— Шутишь? Может мне еще погрузиться в мусорный бак? — скривилась Розен, скрестив руки на груди.

— Хорошая идея. В следующий раз пойдем на свалку. — он даже не улыбнулся, лишь повел бровью.

Кира фыркнула и прикоснулась к стене, чувствуя, как магия растекается по кончикам пальцев. Перед ней всплывали образы: дети, рисовавшие здесь мелом; пьяная драма с разбитыми бутылками; чьи-то поцелуи, оставшиеся в тени этого угла и... кровь. Много крови. Убийство с вымогательством денег. Розен резко выдохнула и отдернула руку самостоятельно, без помощи демона.

— Gut, — одобрил он сдержанно. — Вовремя закрыла дверь.

— Но я же не могу вечно убегать от плохого, я хочу видеть все так, как оно и есть. —  ее голос звучал тверже, чем она ожидала. — И белое и чёрное.

Достала из сумки маленькую упаковку салфеток, пропитанных спиртом, и тщательно протерла пальцы, будто пытаясь стереть с них не только бактерии со стены, но и ту кровь, которую только что видела.

Закончив, вздохнула, Дэмьян теперь уже наблюдал за ней, но лицо его оставалось непроницаемым.

— Еще успеешь, но на сегодня достаточно.

Кира напрягла плечи, почувствовав внезапный порыв сказать что-то колкое, протестное, как-то его задеть. Швырнуть в него чем-нибудь, в конце концов. Лишь бы он наконец обратил на нее свое внимание!

— Ну раз мы закончили, я пойду. У меня дела... — намеренно сделала паузу, ожидая вопроса.

"Спроси, — думала она. — Спроси, куда я иду. Чтобы я могла бросить тебе в лицо, что к Леону!"

Демон лишь кивнул, коротко и без эмоций, развернулся и ушел к машине. Даже не предложил подвезти ее. И Кире вдруг стало нестерпимо холодно, несмотря на жару на улице. От досады она пнула камень носком обуви и двинулась на остановку.

Вышла из автобуса рядом со сквером, чувствуя, как горячий асфальт прогревается сквозь тонкую подошву кед. Солнце висело в зените, заставляя прищуриваться даже сквозь листву тополей. Пока она снимала рубашку и повязывала на бедра, мимо "проплыл" велосипедист.

— О, Розен, — раздался знакомый голос. Девушка подняла ладонь козырьком, прячась от ослепительных лучей. — А ты чего так рано?

Леон подкатил на дедовом потрепанном велосипеде цвета "морской волны", с которого уже давно слезла краска. Он сбросил наушники на шею, и оттуда донеслись приглушенные звуки какой-то рок-композиции. Его серая футболка была слегка влажной от пота.

— Привет. Так получилось... была поблизости. — студентка пожала плечами, чувствуя, как капля пота скатывается по ее позвоночнику.

Леон указал на корзину, прикрепленную к рулю, где среди сверкающих целлофановых пакетов виднелась зеленая упаковка овсяного печенья.

— Я как раз ездил за печеньками к чаю, — ухмыльнулся он. — Сядешь?

Кира колеблясь оглядела велосипед: потертое черное седло, потрескавшуюся резину на педалях. Но зной становился невыносимым, а мысль о прохладе во время движения была слишком соблазнительной.

Она кивнула, и Леон, улыбаясь, пододвинулся вперед, освобождая место на багажнике. Девушка осторожно устроилась сзади, ощущая под собой раскаленный металл. Пальцы вцепились в бока Кленовского для равновесия.

Ветер бил в лицо, принося долгожданную прохладу. Кира зажмурилась, чувствуя, как ее волосы развеваются за спиной, словно флаг на ветру. Запах нагретого асфальта смешивался с ароматом цветов из палисадников. Они проезжали мимо старушки, усердно трудящейся в огороде, мимо бродячего кота, лениво наблюдающего за ними с тенистой скамейки. В этом мире не было магии, не было проклятий и сложных решений. Только ветер, солнце и дорога, уходящая вперед... Сердце снова заныло из-за Дэмьяна, казалось, он выгнал ее из своего мира. Поманил загадками, но затем снова спрятал их в мешок, как бессердечный фокусник.

Кира остановилась у калитки, застыв на мгновение перед преобразившейся территорией. Там, где раньше царил хаос из строительного мусора и заброшенных вещей, теперь раскинулся аккуратный двор с немного неровными полосками свежескошенной травы, а недавно покрашенная серая веранда сверкала чистотой, хотя пару ступенек и были перекошены. Но перемены оказались неполными, в дальнем углу двора все еще ржавели бочки, полуразобранная груда кирпичей покрывалась брезентом, а вросшие в землю автомобильные покрышки были выкопаны лишь частично.

Когда студентка переступила порог дома, ее встретили запах свежей древесной стружки и хвойный аромат чистящего средства. Осмотрелась: вымытые окна с разводами от тряпки, еще влажное ведро у двери, следы влажного веника на полу — все говорило о том, что парень очень активно прибирался перед ее приходом. На столе, который был единственным в доме и служил и письменным и обеденным, лежал графический планшет на зарядке, а рядом с ним — несколько бумажных рисунков.

— Чай, кофе? — уточнил художник, поставив электрический чайник в кухонном островке.

— Чай.

Прибор тут же зашипел, этот звук все нарастал и нарастал, пока вода, наконец, не начала бурлить. Леон зашуршал пакетом, выкладывая печенье в плетеную корзинку и из-под дивана тут же выскользнул полосатый кот, любопытно принюхиваясь и осматриваясь, а за ним еще два котенка: один такой же расцветки, что и большой, другой — черный. Они кружили вокруг ног, оставляя на светло-голубых джинсах следы шерсти. Девушка не сдержала возгласов умиления и восхищения, принялась активно гладить всех по очереди, взяла на руки самого крохотного черного малыша с белым носиком и "носочками". Сначала он запищал, а потом принялся тарахтеть и тыкаться влажным носом ей в ладонь.

— Ну вот, опять попрошайки пришли. — весело проворчал парень, достав из холодильника сосиски. Он нарезал их кривыми крупными кусками, бросил в маленькую тарелочку на полу и вернулся к чаю. — У деда тут дюжина кошек бегала, то и дело откуда-нибудь да появятся. Объедают меня супостаты.

Кира засмеялась, поблагодарила и взяла свободной рукой предложенную хозяином кружку, обжигающе горячую, с плавающей внутри долькой лимона. Она замерла, долго рассматривая цитрус в темной жидкости.

— Хотел ещё раз извиниться, — начал Леон, постукивая пальцами по красной чашке, судя по запаху, с кофе. — Мне ценна наша дружба, и я сожалею, что так поторопился.

— Я прощаю тебя, — девушка пожала плечами, продолжая гладить кота. — Но как раньше уже не будет, прости.

В комнате повисло неловкое молчание, нарушаемое только мурлыканьем кота, устроившегося у неё на коленях. Леон нервно провёл рукой по щетине на подбородке. Это еще не всё.

— Слушай... не суди строго. Но я должен это спросить.

Смуглые пальцы художника сжали кружку так, что костяшки побелели. Кира уже догадалась, о чём пойдёт речь.

— Это потому что у тебя кто-то есть, да?

Он произнёс это слишком спокойно. Слишком ровно. Как будто репетировал перед зеркалом сотни раз. Но дрожь в голосе выдавала его, будто под тонким льдом самообладания клокотала ярость, готовая прорваться наружу. Ревность.

Кира не отвечала. Она смотрела, как его кадык нервно дёргается, когда он сглатывает.

— Я видел, как ты садишься в машину к мужчине у библиотеки. Кто он?

Розен наблюдала, как солнечный зайчик от ее стакана танцует по стене, рисуя блики на старых, кое-где подранных котами, бледно-желтых обоях в ромбик. В голове всплыл тот самый момент: черная машина, дверь, открывающаяся перед ней. Дэмьян за рулем, его профиль, пальцы, сжимающие руль. Неужели все и правда из-за демона? Между ними ведь и ничего не было толком, кроме того нелепого поцелуя. И теперь, когда она воздвигла между ними преграду, а Дэмьян вовсе потерял к ней интерес, она чувствовала... что влюблена в него?

Слова будто не могли вырваться из ее рта, она наконец тяжело вздохнула и со звоном опустила чашку на стол.

— Я не обязана оправдываться перед тобой, — чувствовала, как котёнок на её коленях выгибает спину, готовясь к прыжку. Его крошечные когти впились ей в бедро. Помогла ему спуститься, попутно прячась под столом от взгляда Леона. — Моя личная жизнь тебя не касается.

— Ладно-ладно, прости. Закроем тему. — Кленовский отхлебнул кофе, но потом резко смахнул непокорные каштановые пряди со лба.

Его взгляд вспыхнул снова, но теперь азартом, волнением, что заставило Киру насторожиться. Резиновые зеленые тапочки зашлёпали по полу.

— На самом деле, у меня есть кое-что для тебя. — бросил он через плечо, пробираясь между разбросанными по комнате коробками с красками и стопками книг.

Леон наклонился к своему рюкзаку, с которого свисал значок с его любимой рок-группой, и начал что-то искать в одном из многочисленных карманов. Ткань была вся в пятнах от краски, рюкзак явно многое повидал.

— В общем, я ещё немного покопался в архивах, — наконец сказал парень, вытаскивая потрёпанную папку цвета выцветшей небесной синевы. На обложке красовалась наклейка с надписью "Музей городской истории Мороша. Доступ 2Б". — Договорился с нашим музеем. И нашёл кое-что про твою Агнию.

— И как тебе это удалось? — спросила она, проводя пальцем по шероховатой поверхности бумаги.

— Сказал, рисую историю города и это нужно для вдохновения. Теперь придется им круглый год плакаты рисовать... но не суть. — Пальцы с черными от угля подушечками аккуратно развернули пожелтевший лист. — Ты посмотри вот сюда. Тут рисунок очевидца или что-то вроде того. Называется "Казнь нечистой".

Кира ощутила, как пальцы сами собой сжали край бумаги, оставив на куске бумаги морщинки от нервного прикосновения. Перед ее глазами расплылось изображение – силуэт темноволосой девушки у воды казался таким знакомым, будто она видела эти очертания во сне. Черные волны на рисунке пульсировали перед глазами, и ей вдруг показалось, что она слышит их глухой гул, чувствует запах серы и гари...

— Никола Кузнец, по всей видимости, ее отец, позже возглавил дружину Несущих крест. Тут не написано прямо, но легко догадаться, что это борцы с нечистью. — продолжал Леон, осматривая копию старинного текста. — Потому что утопла она не в простой воде. Была она бурлящей и чёрной, вырывались оттуда монстры и начали леса вокруг гореть.

"Чёрный бассейн..." — беззвучно прошептала Кира, чувствуя, как мурашки бегут по спине. "Темнокровие. Проклятье." — вспомнила слова ведьмы Номин. Что это значило? Неужто Агния создала чёрные бассейны. Девушка плюхнулась на спинку деревянного стула и схватилась за лоб, ерзая на стуле, не терпелось прибежать домой и обо всем расспросить Змея. Если тот, конечно, захочет с ней разговаривать.

— Вот что я видел в лесу... и вот откуда взялись крысы. А теперь взгляни сюда. — он перелистнул несколько страниц. — Это иллюстрация к легенде — про огромного Змея, что похищал девушек из деревни Морошицы. Мне кажется, это вариация одной и той же картины. Красивые штрихи...

На новом рисунке, казавшемся более современным, взору предстала женщина, стоящая по колено в черной воде, из пучины поднимался чудовищный змей с глазами, словно вырезанными из раскаленного угля. Розен показалось, что рисунок шевелится: вода колышется, чешуя переливается...

— Ого! — у нее даже сперло дыхание. — Можно взять копии?

— Конечно. — Леон удовлетворенно улыбнулся, что даже щеки порозовели. — Заключаем: Агния прокляла деревенских и открыла портал в Ад. Поздравляю, Розен. А я с первого класса говорил, что ты ведьма. Одни твои волосы чего стоят...

Он потянулся к кудрявым прядям, но Кира резко отстранилась, случайно задев локтем стол. Чашка подпрыгнула, оставляя на документах мокрое пятно от недопитого чая. Студентка вскочила, собирая бумаги и утаскивая их в сумку.

— Мне пора идти! Спасибо тебе огромное, Лёнь! Созвонимся еще!

— Да не за что. Рад, что теперь у нас все хорошо. — Кленовский ждал, пока она зашнурует кеды. — Кир, может все-таки заберешь котенка? Кажется, он расстроился, что ты уходишь. У меня их тут вагон, вечером пойду раздавать.

— Не уверена, что мой арендодатель оценит... — Котенок мяукнул очень тоненьким голоском и запрыгнул на диван, два светло-зеленых глаза уставились на нее. Сердце девушки не выдержало такого испытания. — Ладно, придумаю что-нибудь. Неси его сюда.

Черный комочек шерсти, запакованный в небольшой отрыв ткани, пищал из сумки практически все время, пока Розен покупала для него вещи первой необходимости в зоомагазине и добиралась до дома.

Змей встретил на пороге, его глаза странно блестели и медленно скользили по фигуре девушки и шумной сумке. Малыш продолжал мяукать дрожащим и настойчивым голоском.

— Что это? — Дэмьян, который последние дни был ледяной статуей, вдруг совсем ожил, его губы дрогнули в знакомой усмешке, как будто он очень хотел пошутить, но сдерживался. Демон забрал у нее пакеты, заглянул в них и поставил на пол рядом. — Надо же. Оно еще и с вещами.

— Это котенок. Забрала у Леона. — студентка слегка покраснела, когда начала объяснять, стараясь выглядеть непринужденно. Отметила, как брюнет при этом дернул подбородком, но затем снова сделал вид, что ему все равно.

Она выпустила малыша из сумки и тот начал осторожно обнюхивать пол.

— Теперь он будет жить с нами. У ведьмы же должен быть фамильяр... — тихо усмехнулась, но вдруг прекратила. — Ты ведь не против?

Мужчина вместо ответа вздохнул и посмотрел на котенка, который обнюхивал его ботинок и норовил залезть сверху.

— Как назовешь? — спросил он, как будто боялся даже подвигаться, чтобы не спугнуть маленького гостя. Замер, замкнув руки в карманы, его лицо оставалось спокойным, но в глазах мелькало что-то похожее на нежность.

Кира и сама оцепенела, рассматривая расслабленную фигуру демона: длинную, с выступающими сухожилиями шею, где пульсировала темная кровь под бледной кожей; широкие и острые, словно высеченные из темного мрамора плечи;  мерно поднимающийся и опускающийся торс под тканью белой рубашки.  Возникло желание прикоснуться к нему, хотя бы на секунду снова ощутить тепло его тела. Кира ощутила сладкую тяжесть внизу живота. Она помнила, как эти сильные руки с длинными пальцами сжимали ее грудь и бедра, как его зубы скользили по ее шее, чуть не разрывая кожу.

Она прочистила горло и пожала плечами.

— Ну... не знаю. Еще не придумала. Есть идеи?

Дэмьян приподнял пушистика и посадил на ладонь, но тот вздыбил мягкую шерстку и начал кусать его за палец.

— Шерсть темная, как кофейные зерна, а лапами будто ступил в молоко. — произнес демон, рассматривая животное со всех сторон. — Ну точно херр Каффи. Как тебе такое?

Он спустил его на пол и выпрямился, переключился на девушку. Сердце Розен будто провалилось в живот, когда она встретилась с ним взглядом, не сразу пришло осознание, что он всего лишь ждёт ее вердикта.

— Кира? Ты где? Ловишь связь с космосом? — усмехнулся Змей.

— Я просто... немного устала. Мне нравится Каффи, необычно. — пробормотала она. — Ладно, мы пойдем наверх обживаться.

Схватив котенка, быстро поднялась наверх. Чтобы отвлечься от своих мыслей, достала из пакетов все необходимое для нового питомца. Сперва она опустила на пол в угол комнаты небольшой пластиковый лоток, осторожно засыпала внутрь свежий наполнитель, равномерно распределяя его пальцами, затем проверила, чтобы края лотка были надежно закреплены. В одной из мисок, что поставила рядом, уже была налита вода, а в во второй лежала небольшая порция влажного корма. Кира еще раз внимательно осмотрела комнату: убедилась, что все предметы находятся на своих местах и вокруг нет ничего острого или опасного. Закончив с расстановкой, присела рядом на пол, грустно улыбаясь своему новому другу, который уже начал осторожно исследовать новые предметы: нюхая лоток, лапками трогая наполнитель.

Ей очень нужно было спуститься вниз и показать Дэмьяну все, что передал Леон, вот только отчего-то Кира не решалась, а ее сердце колотилось, как бешеное. Приподнявшись, медленно выдохнула, чтобы унять дрожь. Она и сама сможет заставить его понервничать. Розен сняла клетчатую рубашку, в которой уже становилось жарковато, достала бумаги и закрыла Каффи в спальне.

Спустившись на первый этаж, воинственно распахнула дверь кабинета.

— Дэмьян, мне нужно с тобой поговорить.

Змей лениво вращал в руке стакан виски, в котором золотистая жидкость играла бликамм при каждом движении, ноги он беззастенчиво закинул на стол. Из пепельницы исходил маленький столбик дыма, будто он только докурил сигарету. Так вот что с ним было не так, он пьян. Но внимание Киры привлекло не это — на столе перед ним стояла фотография в простой черной рамке. Приглядевшись, узнала собственное изображение со школьного выпускного: нелепые кудри, синее платье, неуверенная улыбка.

— О чем же ты хочешь поговорить? — Дэмьян медленно поднял на нее блестящие от алкоголя глаза.

— Минуточку... откуда у тебя это фото?! — девушка ткнула в нее пальцем, подходя ближе.

— Это ты в моей спальне еще не была... Там целый алтарь. — он хрипло рассмеялся и от этого звука внутри зажгло. — Хочешь посмотреть? — он облизнул губы, и Кира невольно сделала тоже самое.

Кира сглотнула. Шутки вернулись, но почему-то она продолжала ощущать дистанцию, будто его поведение фикция. Его непринужденность казалась слишком хорошо отрепетированной.

— Налей мне тоже. — потребовала девушка, намеренно приблизившись так, что ее бедра почти касались его ног.

Дэмьян посмотрел на нее скептически, затем плавно поднялся с места.

— Ты вообще когда-нибудь пила? Или это в первый раз? — его длинные пальцы обхватили горлышко бутылки, когда он наливал ей напиток. Капли янтарной жидкости искрились в свете лампы.

Кира резко встряхнула волосами, отчего русые пряди рассыпались по плечам:

— Дэмьян, я студентка. Ты думаешь, у нас не бывает алкогольных вечеринок?

Но она не стала уточнять, что на тех самых вечеринках обычно ограничивалась одним коктейлем, а не крепким виски, который он сейчас протягивал ей. Их пальцы случайно соприкоснулись, и Кира почувствовала, как от этого мимолетного касания по спине пробежали мурашки. Дэмьян же просто ухмыльнулся, будто знал что-то такое, чего она пока понять не могла.

— Садись. — он похлопал по своему креслу, а сам сел на угол стола. — Так что привело тебя сюда и заставило пить со мной среди белого дня?

Вместо ответа девушка опрокинула стакан, но осилить все не смогла, сделала два крупных обжигающих глотка и плюхнулась на стул, вдыхая запах кожи, табака и вишни.

— Узнала кое-что сегодня. — Кира вытерла губы пальцем и от нее не укрылось, как собеседник посмотрел на них и облизнулся, сделал нервный глоток из своего стакана. — Про мою далекую родственницу. Ту самую.

— Агнию?

— Она стопроцентно была ведьмой. — прошептала она, чувствуя, как тепло разливается по животу. — И, мне кажется, это она  открыла первый черный бассейн. Вот и проклятье, о котором говорила ведьма из Некрополя.

Кира кивнула, снова поднесла стакан к губам и сделала глоток. Алкоголь обжег горло, заставив ее кашлянуть. Дэмьян посмотрел на нее так же, как на Каффи получасом ранее — как на глупого маленького котенка. Кира нахмурила брови.

— У тебя очень забавная логика. — демон краем глаза взглянул в бумаги, склонившись над Кирой, его рука легла на спинку стула, а горячее дыхание коснулось шеи. Девушка прикрыла глаза и совсем перестала дышать из-за его близости.

— И что ты собираешься делать дальше? — хрипло прошептал он.

— Мне... очень нужно что-то, что принадлежит Агнии. Какая-то вещь. Я хочу узнать, что произошло на самом деле.

Дэмьян не ответил. Вместо этого он развернул ее стул к себе так резко, что она вскрикнула. Его руки уперлись в подлокотники, она почувствовала себя такой крохотной в его кресле и совсем обнаженной в одном лишь светлом топе.

— Тебе не нужен предмет. Тебе нужен лес, в котором это случилось.

Он был слишком близко, от него пахло виски, который они оба пили. Грудь Киры поднималась слишком быстро. Розен вдруг очень ясно представила, как он приподнимает ее, усаживает на стол и...

Она потянулась к нему губами, но тот сразу отстранился.

— Нет, моя милая. — его голос звучал холодно, но в нем дрожали ноты чего-то дикого, едва сдерживаемого. — Мы не будем повторять твоих ошибок.

— Дэмьян, прости... — ее голос сорвался. — Это не было ошибкой, я просто...

Он перебил, резко выпрямившись:

— Никаких разговоров. Допивай и иди к себе.

Но его рука дрожала, когда он взял бутылку и сделал глоток прямо из горлышка.