Химия любви

«Сначала ты теряешь тех, кого любишь. Потом - себя» © M.S.

ДАНТЕ
Два месяца спустя...

Я лежал, прислушиваясь к ровному дыханию Алексы, но сон не приходил. Осторожно, чтобы не разбудить Алексу, я высвободился из ее объятий и вышел на балкон. Прохладный утренний воздух обжег легкие, очищая от остатков гари. Вдали, над линией горизонта, уже разгоралась алая полоса рассвета. Я глубоко вдохнул, чувствуя, как напряжение последних часов медленно покидает мое тело.

- Не спится? - тихий голос заставил меня обернуться.

Алекса стояла в дверях балкона, завернутая в мой халат, который ей всегда было удобно носить из-за ее округлившейся фигуры. Лунный свет играл на ее бледной коже, подчеркивая усталые тени под глазами.

- Должен был проверить периметр, - пробормотал я, но она только покачала головой, подходя ближе.

Ее пальцы коснулись моей груди, исследуя свежие царапины, оставленные сегодняшней перестрелкой. Я опустил взгляд на ее ладони и непроизвольно улыбнулся, заметив кольцо на ее безымянном пальце.

- Ты промыл эти раны?

- Да, доктор, - я попытался, но ее серьезное выражение не изменилось.

Она вздохнула и прижалась лбом к моему плечу:
- Аврора спрашивала о тебе. Говорила, что ты пахнешь дымом.

Я замер.

- Я сказал ей, что мы с Майклом жгли костер.

- И она поверила, - Алекса подняла на меня глаза. - Но не вечно это будет работать, Данте. Она умная девочка. Рано или поздно...

- Я знаю, - резко перебил я, слишком резко, и тут же пожалел. - Прости. Просто... не сегодня.

Она кивнула, понимая больше, чем я мог выразить словами. Ее руки обвились вокруг моей талии, и мы стояли так, наблюдая, как солнце поднимается над нашим поместьем, окрашивая небо в теплые золотистые тона.

Внезапно Алекса вздрогнула, и я почувствовал сильный толчок под ладонью, лежащей на ее животе.

- Они становятся все активнее, - прошептала она, взяв мою руку и перемещая ее туда, где один из близнецов явно выражал свое недовольство.

Я засмеялся, чувствуя, как очередной толчок приходится прямо в центр моей ладони.

- Этот точно будет снайпером, как мама.

- А этот... - она переместила мои пальцы чуть ниже, где ощущались более мягкие, но не менее настойчивые движения, - Они убеждают меня съесть что-нибудь сладкое каждый раз, когда я пытаюсь питаться правильно.

Мы смеялись тихо и в этот момент что-то внутри меня дрогнуло. Это то  ради чего я сражаюсь. Не за территорию, не за власть, а за эти утренние мгновения, когда весь мир сужается до нашей спальни, до ее тепла, до нашего будущего.

- Пойдем назад, - Алекса потянула меня за руку. - Тебе нужно поспать хотя бы пару часов.

Я последовал за ней, но на пороге остановился, услышав шум из комнаты Авроры.

- Я проверю, - сказал я, целуя Алексу в висок. - Ложись, я скоро вернусь.

Аврора сидела на кровати, когда я вошел, ее светлые кудри растрепались во сне, а глаза были огромными словно они стали черными пуговками.

- Папа, мне приснился страшный сон, - прошептала она, протягивая ко мне руки.

Я поднял ее, чувствуя, как ее маленькое сердечко часто стучит.

- Расскажи мне.

- Там был дракон, и он хотел украсть маму, - ее голос дрожал, а пальцы впились в мою шею.

Я прижал ее крепче, целуя в макушку:
- Но ты же знаешь, что я никогда этого не допущу, да?

- Ты победил дракона? - она отстранилась, чтобы посмотреть мне в глаза.

- Конечно. Я же твой папа, - я улыбнулся, стараясь, чтобы улыбка дошла до глаз. - И знаешь что? У нас с тобой есть секретное оружие против любых драконов.

- Какое? - ее глаза загорелись любопытством.

- Наша семья. Пока мы вместе - нам ничего не страшно.

Она задумалась на секунду, затем кивнула с серьезностью, не свойственной ее возрасту.

- Тогда давай всегда будем вместе.

- Обещаю, - я поцеловал ее в нос и уложил обратно в кровать. - А теперь спи, солнышко. Утром испечем с Лилит те самые булочки с корицей, что ты любишь.

Я прикрыл за собой дверь детской, убедившись, что Аврора наконец уснула. В коридоре было прохладно, но по телу разливалось приятное тепло.

Повернув ручку нашей спальни, я замер на пороге. Лунный свет струился через французские окна, очерчивая силуэт Алексы, сидящей на кровати. Мой халат сполз с одного ее плеча, обнажая гладкую кожу. Голубые глаза блестели в полумраке, следя за моими движениями.

- Уложила нашу маленькую сову? - ее голос был низким, хрипловатым от недавнего пробуждения. Я кивнул, сбрасывая с себя остатки одежды.

- Драконов победили, булочки пообещали.

Алекса усмехнулась. Ее взгляд скользнул по моему обнаженному торсу, задерживаясь на свежих царапинах.

- Подойди сюда, - она поманила пальцем, и в ее голосе зазвучали нотки, знакомые только в наших самых интимных моментах.

Мои пижамные штаны упали на пол, когда я сделал шаг вперед. Она улыбнулась, той самой хищной улыбкой, что сводила меня с ума еще со дня нашей первой встречи.

- Подойди ближе, Данте. Я хочу почувствовать твой вкус.

Я стоял перед кроватью, наблюдая, как ее пальцы скользят по моему животу, цепляясь за пояс трусов.

- Ты весь напряжен, - прошептала она, теплым дыханием обжигая кожу. - Давай расслабим моего большого мальчика.

Ее губы обхватили меня через тонкую ткань, и я застонал, впиваясь пальцами в шелковистые волосы.

- Алекса...

- Тссс, - она прижала палец к моим губам, другой рукой стягивая последнюю преграду. - Сегодня я делаю все сама. Ты просто наслаждаешься.

Первое прикосновение ее языка заставило меня выгнуться. Она знала мое тело лучше, чем я сам - каждый чувствительный участок, каждую реакцию. Ее губы сомкнулись вокруг моего члена, язык играл с чувствительной головкой, а пальцы сжимали основание, создавая идеальное давление.

- Боже, ты так прекрасно выглядишь с моим членом во рту, - прошептал я, наблюдая, как ее щеки втягиваются, принимая меня глубже.

Она ответила довольным горловым звуком, одной рукой сжимая мои яйца, другой - поглаживая внутреннюю поверхность бедер. Я чувствовал, как нарастает напряжение, но она внезапно остановилась, оставив меня на грани.

- Алекса.

- На кровать, - приказала она, откидываясь на подушки. - Я хочу видеть твое лицо, когда ты кончишь.

Я последовал за ней, и вскоре ее губы снова обхватили меня, теперь уже в более удобном положении. Ее пальцы впились в мои бедра, когда я начал двигаться в такт ее движениям.

- Да, вот так... Ох, детка, ты так хорошо сосешь, -  я скользнул пальцами в ее волосах, направляя ритм. - Готова принять мою сперму, как хорошая девочка?

Она ответила сдавленным стоном, увеличивая темп. Я почувствовал, как волны удовольствия накрывают меня, и с последним толчком вошел глубже, заполняя ее рот своим семенем. Алекса не отстранилась, глотая все до последней капли, лишь потом облизнув головку члена с довольным выражением.

- Лучше? - она улыбнулась, укладываясь рядом и прижимаясь обнаженным телом к моему боку. Я обнял ее, целуя в макушку.

- С тобой всегда лучше.

Она засмеялась, ее рука скользнула вниз, снова касаясь меня. 

- Может, еще один раунд? Чтобы убедиться, что ты действительно расслабился?

Я перевернулся, осторожно прижимая ее к матрасу, но так, чтобы не давить на живот. 

- Ты уверена, что в твоем положении...

- Доктор сказал - все в порядке, если аккуратно, - она улыбнулась, обнимая меня за шею. - А ты ведь умеешь быть аккуратным мальчиком?

Мой ответ потерялся в ее губах. 

За окном занимался новый день, но нам было не до сна - по крайней мере, еще пару часов.

Отстранившись от ее губ, я посмотрел на свою будущую жену. Свет струился по ее обнаженным плечам, подчеркивая округлость ее набухшей груди. Я провел ладонью по ее бедру, ощущая, как мурашки бегут за моим прикосновением. 

- Доктор сказал... на бочок... - прошептала Алекса, переворачиваясь на бок и подтягивая верхнюю ногу к груди насколько это было возможно. 

Я пристроился сзади, обнимая ее за живот, чувствуя, как наши близнецы толкаются в ответ. Мои губы нашли ее шею, а рука скользнула между ног - уже влажных и горячих.

- Боже, ты вся мокрая... - мой палец медленно провел по ее складкам, собирая капли возбуждения. 

Она откинула голову на мое плечо: 
- Ты внутри... я сошла с ума по этому чувству...

Мой член уперся в ее ягодицы, уже твердый как камень. Я взял ее за бедро, приподняв немного: 
- Медленно... только медленно... 

Она кивнула, направляя меня одной рукой, пока я входил миллиметр за миллиметром. Ее внутренние мышцы сжали меня, горячие и бархатистые, заставив нас обоих застонать. 

- О боже... ты стал еще больше... - ее голос сорвался на высокую ноту, когда я полностью вошел. 

Я замер, давая ей привыкнуть, целуя плечо и мурлыча в ушко: 
- Ты в порядке?

Она рассмеялась, сжимаясь вокруг меня: 
- Я... ммм... Ох, Данте, шевелись уже...

Я начал с крошечных покачиваний, впиваясь зубами в ее плечо, когда она откинулась назад, полностью принимая мой ритм. Ее рука опустилась между ног, кружа над клитором подушечками пальцев в такт нашим движениям. 

- Да... вот так... чувствуешь, как глубоко ты меня заполняешь? - ее шепот был горячим у моего уха. 

Я мог только стонать в ответ, схватившись за изголовье кровати другой рукой, чтобы контролировать глубину. Ее внутренние стенки пульсировали вокруг меня, становясь все более влажными. 

- Я не... не выдержу долго... ты слишком тугая... - прохрипел я, чувствуя, как волна удовольствия подбирается к позвоночнику. 

Алекса повернула голову, ловя мои губы в поцелуй: 
- Кончай... кончай в меня... я хочу чувствовать, как ты наполняешь меня... Данте...

Ее слова стали последней каплей. Я впился пальцами в ее бедра, заглушая собственный крик в ее плече, когда волны удовольствия выбили из меня все мысли. 

Она последовала за мной через мгновение, сжимая меня изнутри пульсирующими спазмами, ее стоны смешались с моими. 

Мы лежали, тяжело дыша, когда она наконец расслабилась у меня на руках. Я осторожно вышел, помогая ей перевернуться на спину. 

- Все в порядке? - я провел рукой по ее животу.

«Простите, милые, я не хотел этого. Но ваша мама... Я не сдержался. Она прирожденная искусительница», - мысленно извинялся перед своими детьми.

Алекса потянулась, довольная как кошка: 
- Лучше, чем в порядке... Доктор определенно знает, что советует... А через два месяца, когда будет подходить срок, он сказал, что нужно специально заниматься сексом. Это стимулирует роды.

Я рассмеялся, притягивая ее к себе, чувствуя, как ее сердце бьется в унисон с моим.

- Я с удовольствием помогу с решением этой задачи. Мой член всегда к твоим услугам, маленькая моя, - она прижалась к моей груди, и я обнял ее, чувствуя, как наконец расслабляюсь.

- Теперь спи, - прошептала она, целуя мое сердце. И я закрыл глаза, зная, что в этом мире, полном опасностей, есть одно место, где я всегда найду покой - в ее объятиях.

*** 

Глухой звонок разорвал тишину. Я вздрогнул. Рядом, под теплым одеялом, мирно спала Алекса, ее дыхание ровное, спокойное. Я прикусил губу, стараясь не разбудить ее, потянулся к телефону. Экран слепил глаза «два двадцать три» ночи. Приняв вызов, прижал телефон к уху. 

- Данте… - голос Майкла был сдавленным, хриплым, будто он задыхался. 

- Майк? Что случилось? - Я тут же сел на кровати, насторожившись. 

- Больница… - он резко вдохнул. - Приезжай. Забери меня.

- Какую больницу? Что произошло? 

Но связь оборвалась. 

Сердце бешено заколотилось. Я резко встал, нащупывая в темноте джинсы и свитер. 

- Данте?.. - Алекса приподнялась, голос еще густой от сна. - Что-то не так? 

- Майкл. Он в больнице. - Я не стал объяснять больше, потому что и сам не знал, что происходит. 

Она тут же встала, сев на край кровати.

- Поедешь один? 

- Да. - Я схватил ключи. - Не хотел тебя будить. 

- Майкл наша семья. Позвони, как узнаешь что-нибудь?

Я наклонился и, чмокнув ее в лоб, выбежал из квартиры. 

Холодный воздух ударил в лицо, когда я шел к машине.

- Босс, куда мы направляемся? Машина будет через пять минут готова.

- Я сам. Не спускай глаз с дома.

- Да, босс, - он кивает и машет, чтобы мне открыли главные ворота.

Сев на водительское сиденье, я сжал руками руль, будто пытаясь выдавить из него ответы: Что случилось? Почему Майкл в больнице?

Он не кричал, не паниковал - он просто... просил. И это пугало больше всего. 

Двигатель взревел, и я рванул с места. Город проплывал за окном, уличные фонари мелькали, как огни чужого корабля в кромешной тьме. 

Может, драка?

Нет, Майкл не из тех, кто лезет в конфликты без надобности. Он бы поставил меня у известность в случае чего.

Болезнь?

Но он был здоров, черт возьми, вчера смеялся в голос, рассказывая шутки Авроре за ужином.

Мое сердце сжалось.   

Я прибавил скорость.

***

Белоснежные стены, резкий запах антисептика, мертвенное молчание ночного приемного покоя. Я подошел к стойке, где медсестра с усталым лицом что-то печатала. 

- Майкл Сальваторе. Его сюда привезли.

Она подняла на меня глаза, потом провела пальцем по списку. 

- Такого нет.

- Что? Он звонил и сказал, что находится на территории больницы. Ищи его во всех списках!

- Да, мистер Сальваторе, - девушка начинает искать и через долгих пару минут тычет пальцем в бумаги. - Он числиться как посетитель. Палата «312». Третий этаж.

Я не стал ждать лифта, взлетел по лестнице. Дверь в палату была приоткрыта. Я зашел и застыл. 

Майкл сидел на кровати, сгорбившись, руки бессильно лежали на коленях. Его футболка была в пятнах - то ли грязь, то ли… 

- Майк… - я шагнул к нему. 

Он поднял голову. Его глаза были пустыми. 

- Она умерла. 

Голос ровный, безжизненный. 

Я похолодел. 

- Кто? 

- Лилиана. 

Он сжал кулаки, и я увидел, как его пальцы дрожат. 

- Ее машина выехала на встречу другому автомобилю. Лоб в лоб.

Я опустился рядом, не зная, что сказать. 

- Майкл...

- Их машина перевернулась и улетела в кювет, Данте. Она была совсем молода! Почему ты не разрешил мне забрать ее?! Почему!

- Майкл.

- Заткнись, нахуй, Данте. Я просто... ненавижу тебя за этот поступок. Она могла жить, понимаешь? - в комнате повисло молчание.

- Она… сразу? 

- Нет. - Он резко вдохнул. - Врачи пытались… но… 

Его голос сорвался. 

Я обнял его, и он, наконец, сломался - его тело содрогнулось, но слез не было. Только тихий, бесконечный стон.

- Прости меня, Данте. Мне больно...

- Ничего. Все будет хорошо. Что у нее было?

- Тяжелая черепно-мозговая травма, множественные переломы, - он говорил спокойно, но в его глазах читалась усталость. - Они сделали все возможное. 

- Она… страдала? - спросил я, хотя боялся ответа. 

Майкл покачал головой, медленно встав со стула. Он взглянул на пустую кровать.

- Она была без сознания. 

Я сжал зубы и вышел в коридор, набрав номер Алексы. Она ответила сразу, будто не спала. 

- «Данте?»

- «Лилиана погибла. В аварии»

Тишина. Потом тихий вдох. 

- «Боже… Майкл…»

- «Да»

- «Как он?» 

- «Не знаю. Он молчит» 

- «Это хуже»

Я закрыл глаза. 

- «Я привезу его к нам», - выдыхаю, потерев переносицу пальцами.

- «Хорошо, Данте. Я приготовлю ему комнату. Я буду ждать вас»

- «Спасибо»

- «Люблю тебя», - я улыбнулся, закрыв глаза.

- «И я тебя, маленькая моя»

Майкл молчал всю обратную дорогу. Сидел, уставившись в окно, пальцы судорожно сжимая и разжимая. Я смотрел на него и чувствовал, как внутри растет бессильная ярость. 

Почему она? Почему так? Неужели это я виноват? Смог бы я спасти ее, если бы позволил Майклу украсть Лилиану?

Но ответа не было. Только ночь, дорога и тихий стон ветра за стеклом.  А потом, уже у нашего дома, Майкл наконец сдался, тихо, почти беззвучно.

- Они забрали ее у меня. - Его слова повисли в воздухе, острые, как лезвие. - Я не смогу больше ее увидеть, Данте. Ее смех, ее глаза, ее милые ямочки на щеках. Прекрасные волосы, которые всегда пахли персиковым шампунем.

- Майкл, - вдохнул с трудом, наполняя лёгкие кислородом.

- Мы едва не поцеловались, Данте. Я сказал, что ещё рано. Что мы успеем, ведь у нас впереди ещё целая жизнь! Что я заберу ее скоро!

- Майкл...

- Я солгал! Получается , что я солгал ей! Теперь я не смогу выполнить обещание, данное ей...

- Какое? - Майкл метнул в меня взгляд и вышел из машины.

- Это тебя не касается.