Химия любви

«Она сказала ему свое заветное «да» с пистолетом под подушкой и улыбкой на губах» © M.S.

ДАНТЕ

Дверь захлопнулась за спиной Янга с глухим стуком, словно сама вселенная пыталась отгородиться от этого человека. Я все еще держал револьвер направленным в его спину, чувствуя, как холодная сталь гармонирует с ледяной яростью внутри меня. 

Алекса не опускала пистолет. Ее пальцы, обычно такие теплые и нежные на моей коже, сейчас сжимали рукоять с безупречной профессиональной хваткой. Я видел, как ее карие глаза, обычно полные жизни, стали плоскими и бездонными - как дуло снайперской винтовки перед выстрелом. 

- Пять лет, - ее голос звучал тихо, но каждое слово падало, как приговор. - Пять лет я думала, что тебя размазало по обочине где-то под Неаполем. Жаль, я ошиблась. 

Янг медленно поднял руки на уровень груди, но его ухмылка не исчезла. 

- Племянница, как ты повзрослела... И беременна, какая неожиданность. - Его взгляд скользнул по ее животу, и моя рука сама сжала курок. 

- Одно неверное слово о них, - я впился стволом ему между лопаток, - и твои кишки украсят мой порог.

- Я пришел не сражаться, - наконец сказал Янг, поворачивая голову ровно настолько, чтобы я увидел его профиль - шрам от бритвы, пересекающий скулу, желтоватый оттенок глаз. Признак больной печени. Слабое место. - У меня информация. Та, что спасет вашу... милую семейку.

Алекса фыркнула. 

- Последний раз твоя «информация» стоила мне двух пуль в живот и полгода в подвале у Манчини.

- А тебе, Данте, - Янг игнорировал ее, - она объяснит, почему Карло вдруг заинтересовался твоей женщиной.

Лед пробежал по моей спине. И в этот момент вошёл Майкл, он выхватил пистолет и направил его на мужчину.

- Что, блять, происходит?

- О, Сальваторе-младший, добро пожаловать! Так мы поговорим?

Мы усадили Янга в гостиной - между мной и Алексой, с Майклом у двери. Его пальцы барабанили по столу, пока Алекса методично выкладывала перед дядей его же кольт, разобранный до винтиков. 

- Напоминание, - она положила последнюю пружинку на стол. - Я знаю твое оружие лучше, чем ты. 

Янг рассмеялся - хрипло, с мокрым присвистом в легких. 

- Рассказывай, - я откинулся на спинку кресла, демонстративно убрав револьвер. Пусть думает, что я расслабился.

- Карло не хочет тебя убить, Данте. Он хочет, чтобы ты страдал. И в его планы входишь не ты, а твои дети. Следовательно Алекса. - Алекса откинулась на спинку стула. - У него есть человек в клинике. Он знает, что в ней, - Чарльз кинул взгляд на Алексу, - растет твой наследник, верно?

- Так вот почему ты здесь? Решил искупить вину?

- Я старею, - Янг внезапно выглядел усталым. - Хочу умереть, не задолжав своей единственной семье.

- Семья? - она резко встала, ее живот почти касался стола. - Ты продал меня в восемнадцать лет за пачку долларов, а потом решил вернуть спустя полгода! Ты не знаешь, дядя, что я пережила в том подвале с Манчини!

Тишина. 

- Я знаю, где Карло, - наконец сказал Янг. - Он ждет, когда ты, Данте, умрешь от естественных причин. Тогда он возьмет Алексу... и детей. Особенно детей.

Мое зрение на секунду затуманилось красным. 

- Мы могли бы использовать его как приманку. - Майкл первым нарушил молчание.

Янг даже не дрогнул. Алекса медленно обошла стол, пока ее пальцы не коснулись его плеча. 

- Дядя... - ее голос стал мягким, почти нежным. - Ты помнишь, как учил меня стрелять?

- Да, племянница, - он нахмурился. 

- Ты сказал: «Всегда целься в сердце. Даже если промахнешься - попадешь в легкое, и враг задохнется». 

Ее рука метнулась быстрее, чем я успел среагировать. 

Щелчок. 

Собранный кольт оказался у нее в ладони, приставленный к его виску. 

- Но ты забыл добавить: если враг - семья, стреляй в спину. Так надежнее.

Янг замер. 

- Делай что должна, племянница, - прошипел он. 

Алекса глубоко вдохнула... 

И опустила курок. 

Щелк.

Патронник был пуст. Она бросила пистолет на стол.

- Ты поведешь нас к Карло. Если соврешь - следующий патрон будет настоящим. И он окажется в твоей черепной коробке.

Я встал, ловя ее взгляд. В ее глазах не было ни жалости, ни сомнений. Только холодная решимость матери, защищающей своих детей. Я повернулся к Майклу: 

- Готовь машины.

Янг поднял голову:
- Ты стал мягким, Данте.

- Нет, - я наклонился, чтобы он видел мои глаза. - Я стал опаснее. Потому что теперь мне есть за что убивать.

***

Кофе в моей чашки давно остыл. Кухня была погружена в полумрак - только свет от настольной лампы освещал разложенные передо мной карты и фотографии. В воздухе витал терпкий аромат свежесмолотых зерен, смешанный с едким запахом оружейной смазки - Майкл, не обращая внимания на возмущенные взгляды Лилит, чистил автоматы прямо на кухонном столе.

- Значит, он будет здесь, - мой палец с застарелым шрамом от ножевого ранения указал на снимок старого портового склада. - По последним данным, Карло использует его как перевалочный пункт перед отправкой груза в Марокко.

Алекса, сидевшая напротив, медленно водила пальцем по животику. В полумраке ее глаза казались почти синими, а светлые волосы, собранные в небрежный пучок, отсвечивали золотом в лучах лампы.

- Слишком очевидно, - она покачала головой, откидывая прядь волос за ухо. - Карло не стал бы светиться в таком месте, зная, что мы идем за ним. Это классическая ловушка.

- Конечно ловушка, - фыркнул Майкл, щелкая затвором карабина. - Вопрос в том, насколько глубоко мы готовы в нее залезть.

Я перевел взгляд в гостиную, дочь устроилась в большом кресле, скрестив ноги по-взрослому. Ее светлые кудри, такие же, как у Камиль, растрепались от беспокойных движений.

- И что ты сделал, когда понял, что мама тебя предала? - ее детский голосок звучал неожиданно твердо.

Янг сидел, склонившись вперед, его налитые кровью глаза прикованы к игрушечному оружию в ее руках. В свете лампы его шрамы выглядели еще глубже, а желтоватый оттенок кожи вызывал мурашки по коже.

- Я... попытался исправиться, - пробормотал он, избегая прямого взгляда с ребенком.

- Как папа говорит: «Лучше слишком поздно, чем никогда?»

Я не смог сдержать ухмылку, ощущая, как Алекса слегка сжимает мою руку под столом.

- Она твой портрет, - прошептала она, ее пальцы переплелись с моими.

- Только красивее, - я почувствовал тонкие шрамы на внутренней стороне ее запястья - напоминание о первых годах ее «профессиональной» деятельности.

Лилит поставила перед нами тарелку с еще теплыми булочками с корицей.

- Вам нужно подкрепиться, - ее голос не терпел возражений. - Особенно тебе, - она ткнула ложкой в сторону Алексы. - Двое детей - это двойной расход энергии. А булочки с чаем помогут тебе расслабиться... Кушай. Сейчас заварю чай.

- А можно и мне кофе? - воскликнул Майкл. Лилит покачала головой, но перед тем, как развернуться, я заметил улыбку на ее губах.

Алекса послушно взяла булочку, но ее взгляд был прикован к окну, за которым начинал накрапывать дождь. Капли медленно стекали по стеклу.

- Мы поедем завтра на рассвете, - неожиданно сказала она, все еще глядя в окно. - Когда город еще спит.

Я нахмурился, чувствуя, как напрягаются мышцы спины:

- Я планировал...

- Знаю, - она перебила меня, наконец повернувшись лицом. - Ночной штурм, три группы, подход с воды. Но ты забываешь, что Карло знает тебя лучше, чем ты сам. Он ждет именно этого.

Дождь забарабанил сильнее, превращаясь в настоящий ливень. Где-то вдали прогремел гром.

- А что он не ждет? - спросил Майкл, откладывая в сторону разобранный автомат.

Алекса улыбнулась - той самой улыбкой, которая всегда предвещала нечто грандиозное и слегка безумное.

- Он не ждет беременную женщину, которая придет днем, под видом ссоры с мужем, чтобы переметнуться на его сторону.

Тишина повисла тяжелым покрывалом. Даже Аврора на мгновение прекратила свой «допрос», почуяв напряжение.

- Ты с ума сошла, - вырвалось у меня, и я тут же пожалел о резкости тона.

- Всегда, - она пожала плечами, но ее глаза стали холоднее. - Но это сработает. Я приду к нему, скажу, что ты стал слишком мягким из-за детей. Что я боюсь за их будущее. Он купится.

- А если нет? - мои пальцы вцепились в край стола до побеления костяшек.

- Тогда у меня будет три пистолета, два ножа и капсула с цианидом, - ее голос был спокоен, как поверхность озера перед бурей. - Он купится. Потому что мужчины всегда верят, что беременные женщины беззащитны.

Майкл присвистнул, откидываясь на спинку стула:
- А мы, мне интересно, что будет делать в это время?

- Вы придете через час. Когда я дам сигнал.

- Какой сигнал? - я чувствовал, как бешено стучит кровь в висках.

Алекса достала из кармана маленький радиопередатчик, положив его на стол между нами.

- Когда я скажу «мой ангел». Два раза.

- Почему именно...

- Потому что так ты называешь Аврору перед сном, - она встала, ее живот слегка коснулся моего локтя. - А Карло этого не знает.

Дождь превратился в настоящую бурю, стучащую по крыше как пулеметная очередь. Гром прогремел ближе, осветив на мгновение всю кухню.

Я посмотрел на ультразвуковой снимок, затем на Аврору.

Моя семья. Моя ответственность.

- Нет, - я сказал твердо, вставая во весь рост. - Это слишком рискованно. Я пойду один.

Алекса замерла, ее глаза расширились:

- Ты даже не...

- Решение окончательное, - я перебил ее.

Знал, что если дам слабину - она переубедит меня.

- Я не позволю тебе рисковать. Ни тобой, ни ими, - моя рука коснулась ее живота, где спали наши близнецы.

Ее лицо исказилось от гнева, но я уже повернулся к Майклу:
- Готовь людей. Мы идем по моему плану. Ночью.

Алекса молча развернулась и вышла из кухни. Я знал - этот разговор еще не окончен.

***

Я стоял перед зеркалом в спальне, затягивая бронежилет поверх черной водолазки. В отражении видел, как Алекса сидит на кровати, скрестив руки на округлившемся животе. Ее молчание было громче любых слов.

- Не смотри так, - пробормотал я, проверяя кобуру у подмышки. - Ты знаешь, это должно быть сделано.

- Я знаю, - ее голос звучал хрипло. - Но это не значит, что мне это нравится.

Я повернулся к ней, замечая, как лунный свет из окна скользит по ее бледным щекам. Подошёл, опустился на колени перед ней, прижав лицо к её животу. Двое наших малышей ответили лёгкими толчками.

- Обещаю вернуться, - прошептал я. - Целым и невредимым.

Её пальцы впились в мои волосы:
- Ты лучше вернись, Данте. Иначе я сама найду тебя в аду и вытащу за уши.

Я засмеялся, поднимаясь, и поймал её губы в поцелуй. На вкус она была сладкая - похоже на булочки с корицей, которые она не удержалась и съела, спустившись вниз после своей обиды на меня.

Майкл уже ждал у чёрного внедорожника, проверяя магазины, когда я попрощался и спустился вниз.

- Всё готово? - спросил я, сбрасывая куртку на сиденье.

- Три группы, как и договаривались. Томмазо с ребятами уже на позициях. - Он щёлкнул затвором. - Ты уверен в этом плане? Бывшие канализации - не самое романтичное место для встречи с Карло. Тем более мы точно не уверены в том, не перекрыты ли ходы́.

Я сел за руль.

- Он ожидает нас с крыши или со стороны воды. Никто не полезет в дерьмо по собственному желанию.

Двигатель заурчал, как живой зверь. В последний раз взглянул на дом, где в окне второго этажа угадывался силуэт Алексы.

Когда мы прибыли на место, мои люди под руководством Томмазо откопали люк и открыли его.

Вонь была невыносимой. Сточные воды чавкали под сапогами, а крысы шарахались от света наших фонарей, как толоко мы спустились. Я шёл первым, ощущая холодный пот между лопатками.

- Ещё сто метров, - прошептал Майкл позади, но его голос разлетелся негромким эхом. - По схеме должен быть люк прямо под их складом.

Мои пальцы скользнули по влажной стене, натыкаясь на ржавые скобы. Лестница наверх. Один за другим мы поднялись в узкую шахту.

- Готовы? - Я посмотрел на часы - почти полночь.

Удар ногой - и люк распахнулся. Мы вынырнули прямо посреди склада, за стеллажами с ящиками. В воздухе висел запах кофе и табака - Карло действительно здесь.

Первые выстрелы прогремели, когда мы уже заняли позиции. Они действительно ждали нас, но не снизу. Пуля просвистела в сантиметре от моей головы, оставляя после себя запах жжёной пыли.

- Слева! - крикнул Майкл, и следующий выстрел разнёс череп наёмника.

Я перекатился за ящики, чувствуя, как сердце колотится в такт автоматным очередям. Карло прятался в офисе на втором уровне - я видел его тень за матовым стеклом.

Взрыв гранаты оглушил меня. На секунду мир превратился в белый шум и звон в ушах. Очнулся, когда Майкл тащил меня за воротник в укрытие:

- Очнись, чёрт возьми! Они вызывают подкрепление!

Я встряхнул головой, вытирая кровь с губ:
- Где Карло?

- Сбегает через задний выход!

Я нырнул следом в тёмный коридор. Заметив тень я выстрелил. Его телохранитель рухнул на пол. Ещё один поворот - и Карло передо мной.

- Данте, - он ухмыльнулся, поднимая руки. - Я знал, что ты...

Я не стал его слушать, произведя выстрел в колено. Он закричал, падая на колени. Я подошёл ближе, приставив ствол ко лбу

- Для Алексы, - прошептал я и нажал на курок.

- Данте! - Майкл догнал меня, но Карло уже валялся мертвый в моих глазах.

- Все готово. Уезжаем. Прикажи всем.

- Уже. Поехали.

- Я не хочу никого потерять, пусть уходят все по возможности.

- Понял.

***

Было уже далеко за полночь, когда я вернулся. Операция прошла... не совсем по плану. Карло действительно ждал нас, но он не ожидал, что мы ударим со стороны туннелей. Тело сейчас находилось в руках наших уборщиков, а я...

Я вошел в гостиную, где Алекса сидела, свернувшись калачиком на диване. Она не спала - я видел это по тому, как напряглись ее плечи, когда скрипнула дверь.

- Он мертв, - сказал я просто, сбрасывая окровавленную куртку на пол.

Алекса медленно подняла голову. В свете ночника я увидел следы слез на ее щеках, но сейчас ее глаза были сухими.

- С днем рождения, - прошептала она, глядя на часы, которые показывали уже три часа ночи.

Я замер. Совсем забыл, что уже наступил мой...

- Подожди тут, - попросил я, поднимаясь наверх в наш кабинет.

В сейфе, за фальшивой стенкой, лежала маленькая бархатная коробочка, которую я прятал уже три месяца. Синяя капелька сапфира в белом золоте - точь-в-точь как ее глаза в тот день, когда мы впервые встретились.

Я вдохнул и выдохнул. Или сейчас или я струшу.

- Я хотел подождать, пока ты родишь, - сказал я, опускаясь перед ней на одно колено. - Но сегодня... сегодня я понял. Надо жить этим днем. Я очень сильно дорожу тобой, Алекса. Ты стала для меня всем и если с тобой что-то произойдет - я следом. Я не смогу дышать без тебя, маленькая моя. И если ты позволишь, я бы хотел быть рядом с тобой на официальной основе. Ты выйдешь за меня, любовь моя? Возмешь мою фамилию?

Алекса смотрела на кольцо, ее губы дрожали.

- Да, Данте. Я выйду за тебя, - прошептала она, протягивая руку, но резко отдернула, когда я потянулся, чтобы надеть кольцо: - Но свадьбу мы устроим, когда я вернусь в форму после родов!

- Все, что пожелаешь, девочка моя, - я поцеловал ее животик, нежно проведя рукой.

В этот момент под моей ладонью, все еще лежавшей на ее животе, сильно толкнулось. Потом еще раз. Близнецы словно выражали свое согласие.

Алекса рассмеялась, и в этом смехе было столько света, что казалось - он разгоняет всю тьму, через которую мы прошли.