Ночь первая (2 часть)
Первой реакцией было облегчение, но затем страх вместе с адреналином разлился по крови. Перед ней стоял мужчина. Уже одно это было ничем не лучше перспективы быть съеденной волком. В мыслях Надя снова стала ругать себя, что осталась здесь так надолго. Чем больше подробностей выхватывал взгляд во внешности незнакомца, тем больше нарастал страх.
Этот мужчина был весь в грязи, одетый в лохмотья, со свалявшимися волосами и выглядел нездорово: его кожа как будто была натянута на череп. Он был словно из страшных историй, которые иногда попадались в ленте. Встреть его Надя днем, она бы предложила ему свою помощь, но ночью в темном лесу все внутри замерло.
Странный мужчина смотрел на нее, а она — на него, не в силах закричать или пошевелиться от сковавшей тело и горло паники. Это продолжалось не слишком долго, может пару десятков секунд, но время исказилось, и казалось, что прошла вечность. Мысли метались в голове, никак не собираясь в законченную мысль. Мысль о том, что нужно бежать со всех ног, но также проскакивало, что нельзя оставлять человека в темном лесу одного, тут же ходит какой-то зверь. Внезапно нечто теплое прикоснулось к сознанию, похожее на то ощущение, когда Надя пела. Через несколько секунд тепло полностью вытеснило все мысли. Руки сами собой разжались, упуская фонарик и оставляя все лишь в слабом свете луны, а мужчина стоял уже вплотную к девушке. Она не заметила, когда он успел оказаться настолько близко, хоть и не отводила взгляда. Пах он ужасно. Землей, сыростью, как подвал, который очень давно не открывали. А еще чем-то сладким и неприятным. Чем-то знакомым, но чем — Надя не могла вспомнить.
Незнакомец коснулся девушки, и та практически сразу отпрянула от ледяной руки, тело тут же напряглось, готовясь отразить нападение. И именно в этот момент сознание как будто вынырнуло из теплой приятной дремоты, тревога все еще не вернулась, но Надины мысли — да.
— Мужик, ты чего?.. Не подходи! — повинуясь первому своему порыву, выпалила девушка, все еще стоя наготове, как на тренировке.
Но ее слова прервала острая боль в шее. Надя не уловила движения, но почувствовала, что незнакомец впился в ее кожу зубами. Она безуспешно пыталась оттолкнуть его, сопротивляться, но удивительно сильные руки стиснули ее плечи, не оставляя ни единого шанса вырваться. «У него, наверное, бешенство... И у меня теперь... Нужно срочно в больницу...». А затем Надя увидела...
От нее, виляя между деревьев и постоянно оборачиваясь, убегает светловолосая девчонка лет одиннадцати. Это же Людочка! Но совместно с этими мыслями Надя чувствует жажду, невыносимую, выжигающую все внутри, нестерпимый голод, который туманит голову. Она знает, что может двигаться быстрее, но тело плохо слушается. Слишком медленно. Раздражающе медленно. Но наконец Людочка спотыкается и падает на землю. Теперь ей точно не скрыться, у нее нет абсолютно никаких шансов на спасение. Вот она уже в объятиях, из которых не вырваться. Дальше лишь наслаждение. Голод притупился, но хотелось еще...
Ведение закончилось, а девушка обнаружила себя на холодной, сырой от росы земле. Надя разлепила веки и хотела было хотя бы приподняться, но не смогла, так как в глазах потемнело и накатила невыносимая слабость. Она чувствовала, что ужасно замерзла, ступни и кисти онемели, а пальцами было практически невозможно пошевелить. Кажется, все тело медленно отключилось, но при этом странно ныло. Движение хотя бы одним мускулом вызывало истому во всем теле. «Неужели я так и умру? — пронеслось в голове. — А как же родители?... А кот?.. Как же так?..» — мысли были тягучими, сил еле хватало, чтобы оставаться в сознании. Шея справа страшно ныла и медленно пульсировала.
Через некоторое время силы стали возвращаться, девушка смогла оглядеться вокруг, не меняя положения тела, так как на это ушли бы все силы. Все еще было темно, но глаза привыкли к тусклому лунному свету, давая понимание об очертаниях предметов. Взгляд сфокусировался. Надя наконец заметила сидящую напротив человеческую фигуру. В этот раз мужчина выглядел по-другому, кожа разгладилась и наполнилась жизнью, но все еще были видны темные круги вокруг глаз и запавшие щеки. Глаза странно сверкали зеленым в свете луны, как будто отражая свет, как у кошек.
— Все-таки выжила, — глубокий низкий голос звучал так, будто мужчина очень давно не говорил, словно только пробудился ото сна, с легкой хрипотцой и сипотой.
Надя попыталась в ответ произнести хоть слово, но губы и язык не слушались.
— Ты вряд ли сможешь говорить в таком состоянии, — усмехнулся мужчина.
«Помоги мне», — пронеслось в мыслях Нади. Ей еле хватало сил, чтобы думать фразами.
Незнакомец рассмеялся. Надя не понимала, что его так развеселило, внутри всколыхнулось что-то похожее на раздражение.
«Я не могу умереть. Не так. Еще не время», — вопреки невыносимой слабости, в Наде начал нарастать гнев, ярость из-за несправедливости.
Мужчина приблизился и сел на корточки, вглядываясь в лицо жертвы с легкой заинтересованной улыбкой на губах.
«Помоги мне...» — это все, на что был способен ее мозг, мольбы. Никакого страха. Лишь поиск выхода из ситуации. «Тебе ведь тоже нужна помощь...» — сама собой сформировалась мысль. Почему-то возникла полная уверенность в ней.
Лицо мужчины переменилось. Он больше не усмехался, а внимательно и долго вглядывался в глаза девушки, в ее голове стало тепло. Мужчина резко поднес свое предплечье ко рту и, кажется, надкусил. Приподняв голову безвольной, как кукла, Нади, он приложил свое запястье к ее шее. Боль прошла, и от этого места стало расползаться приятное тепло, согревая замерзшее тело.
И опять это ощущение в мыслях, как будто их заполняет что-то извне. Ужасно захотелось спать, а сил бороться с этим не было никаких, глаза девушки сами собой закрылись. Ее последней мыслью перед погружением в небытие было: «Я не умру...».
Если бы за ними наблюдал кто-нибудь со стороны, то увидел, как высокая крепкая мужская фигура поднимает на руки девичье тело, а затем просто растворяется в воздухе: только они были здесь, а затем просто исчезли.
Когда она пришла в себя, то находилась в своей комнате, на кровати. Произошедшее ранее казалось плохим сном. Но одежда на ней была той же самой, в которой она уходила в лес. Надя резко села на кровати и оглянулась. Немного закружилась голова и перед глазами заплясали точки. Все было, как прежде, как она оставляла, кроме кошмарно испачканного землей, сосновыми иголками и опавшими сухими листьями постельного белья.
Шея справа зачесалась. От почесывания темное забилось под ногти и хлопьями осталось на пальцах. Чтобы получше разглядеть себя, девушка подошла к большому узкому прямоугольному зеркалу в полный рост, стоящему прямо возле окна. Как и постельное белье, одежда была безнадежно испачкана, а шею покрывал слой запекшейся крови. Обычно смуглая кожа девушки была странного нездорового оливкового оттенка, а под глазами залегли темные круги, как бывало после донорских акций. Ощущалась слабость, но на усилии воли девушка сбросила с себя одежду и оказалась лишь в нижнем белье. Никаких следов ран или других повреждений. Короткие кудрявые каштановые волосы с небольшой рыжиной и осветленными тонкими прядками, поблескивающими, как золотые нити, слева слиплись и потемнели от крови на концах. Все тело в целом выглядело болезненно, сила покинула тренированные мышцы, выступили ключицы и грудина промеж небольших грудей, а лицо осунулось, скулы стали более явно выделяться, заострился подбородок, как будто Надя сильно похудела.
Воспоминания предыдущей ночи всплыли в голове. Девушка села на кровать, тело стало неконтролируемо крупно подрагивать, а дыхание сбилось. Руки потянулись к рубашке, валяющейся на полу, доставая из нагрудного кармана пачку сигарет и зажигалку. Дрожащими руками не сразу удалось прикурить, но наконец дым наполнил легкие, а с каждым выдохом как будто становилось легче думать. Девушка подтянула коленки к телу и уткнулась в них лицом, горбясь в спине. Она не понимала, могло ли все это произойти в реальности, или ее воображение, под впечатлением от прочитанного, создало ложные воспоминания. Возможно, на Надю действительно кто-то напал в лесу, но все произошло не так, как она помнила. А как именно только предстояло разобраться. Кажется, следов насилия на ней не было, что уже немного успокаивало.
На мансарде появился встревоженный кот. Он громко и недовольно мяукал, ходил вокруг хозяйки, терся об нее, пытаясь привлечь к себе внимание.
— Что такое, котик? Я пропала на целый день? Оставила тебя одного? Прости меня, пожалуйста, — Надя затушила сигарету в пепельнице и наконец начала гладить и почесывать кота, который довольно заурчал, обнюхивая хозяйку. Внутри нее все сжималось от ужаса, но кот отвлек от этого ощущения.
Уделив внимание коту, девушка приняла решение сходить в душ. Под теплыми струями воды стало как-то спокойнее. Появилась возможность подумать о случившемся.
Кровь доказывает, что что-то точно произошло. Но что конкретно? Кем был тот мужчина? Просто сумасшедшим, болтающимся по лесам? А ведь он был не так уж и далеко от селений, вполне мог и случайно зайти к развалинам. Он напал на нее, Надя попыталась отбиться и случайно нанесла незнакомцу рану, поэтому на ней есть кровь, а повреждений нет. Странно, что после нападения не осталось совсем никаких следов — ни синяков, ни царапин, ни сбитых костяшек, ни-че-го.
А что, если вдруг?.. Если вдруг Надя случайно убила нападавшего или нанесла серьезный вред, то это даже как самооборону не оправдать... Боже, и о чем она думает? Если мозг заменил реальные воспоминания на ложные, значит произошло что-то страшное, это может быть защитный механизм психики. Но как жить с мыслью, что она, человек, поклявшийся не вредить людям, убила? Если это все-таки произошло, то... Надя не могла себе даже представить, как жить дальше.
Девушка резко выключила воду, стало тяжело дышать, и закружилась голова, она почувствовала, как спазм перехватывает горло, а сердце заходится в груди, как будто совсем потеряв ритм. В голове заметались мысли о том, что она умирает, один из внутренних голосов твердил, что так ей и надо, мгновенная карма, а другой, сначала еле слышный, но затем все более громкий, успокаивал.
«Пока не я видела тело, нельзя быть уверенной, что я убила кого-то. Это всего лишь паническая атака. Все в порядке, нужно дышать, глубоко, не допускать гипервентиляции. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох...» — постепенно удалось выровнять дыхание, но ком в груди никуда не исчез. В голове возник теплый туман. Захватившая тело паника отступила, до этого сильно сжатые кулаки разжались, на ладонях остались красные следы от ногтей. В зеркало Надя старалась не смотреть, почему-то не хотелось.
Из мыслей уже вышедшую из душа и завязывающую халат девушку, вырвал неожиданный стук в дверь, от которого она, кажется, даже подпрыгнула на месте.
— Ой, Надюша, я уже переживать начала, — на пороге стояла баба Света. — А то глядь, а ты уже у лес ушедши. Я все жду и жду, а тебя и нету. Я уснула, от усталости-то, а проснувши, смотрю, не выходишь с утра, решила до тебя дойти, проверить, авось что случилось-то. А ты дома. Да и слава Богу! — женщина действительно распереживалась, голос был встревоженным.
— Да, баб Свет, все со мной в порядке. Вернулась поздно, просто, засиделась, — Надя натянула дежурную улыбку и старалась сделать так, чтобы голос не дрожал.
— Ты смотри мне! — соседка пригрозила пальцем. — Не стоит в лесу допоздна-то сидеть. Авось зверь какой выскочит. Наши мужики всех, конечно, перестреляли, но может собака какая заплутавшая, одичавшая или еще что. Аккуратнее будь. И не волнуй меня. А то даже сердце немного прихватило, — баба Света картинно схватилась за левую часть грудной клетки.
— Тогда проходите, давайте давление измерим, может таблеточку какую найду, — Надя тут же забеспокоилась.
–—Ой, да ладно тебе, я таблетки от давления и так пью. А то залечишь еще, дохтур, — женщина хохотнула. — Выглядишь ты как-то не очень. Сама-то не разболелась?
— Нет, просто после сессии совсем устала. Нужно больше спать, наверное, — слабо улыбнулась девушка, стараясь выглядеть как можно более расслаблено.
— Смотри мне! — повторилась соседка. — И кушай получше, а то мышцы натренировала, но как была худенькая, такая и осталась, тростиночка. Ну ладно, пошла я грядки поливать.
— Увидимся, баб Свет, — девушка закрыла дверь, когда соседка уже скрылась за углом дома.
Надя прислонилась спиной к стене и тихонечко сползла. Пришел наблюдавший за разговором издалека кот и потерся об ноги. Затем он развернулся и направился на кухню. Девушка пошла за ним. Только она хотела отругать и согнать наглое животное со стола, как заметила, что он сел возле небольшого листочка бумаги. Слова, написанные на нем, были аккуратно выведены витиеватым каллиграфическим почерком. Надя так не писала. Кровь отлила от рук и ног, а сердце забилось чаще. Девушка протянула дрожащую руку и взяла листок.
«Я в погребе. Вспомни, что писали в твоих книжках. Увидимся после захода солнца.
В.».
Дрожь прошла по телу, ноги подкосились, и Надя села на стул. Все-таки не какой-то псих. Или псих, считающий себя вампиром и откуда-то узнавший, что она читает. А воспоминания реальны, возможно. Или Надя продолжает бредить. Если ее воспоминания реальны, то тот мужчина, подписавшийся в записке В. — вампир. Как Лестат. Или Дракула. Или Эдвард. Или...
Безумие просто. Не может же такого быть. Не может быть, потому что быть не может. Это противоречило всему, что знала Надя. Сверхъестественное создание сейчас прячется от света в ее погребе. Или обычный маньяк, считающий себя вампиром. И чего он тогда хочет от девушки?
«Надо вызвать полицию. Пусть они со всем разбираются. Забирают меня в отделение или психушку или того сумасшедшего, который возможно скрывается в моем погребе. Это невероятно», — Надя сопротивлялась любым мыслям о том, что все события прошлой ночи реальны. Она просто не могла в это поверить. Но какая-то часть сознания признавала такую возможность. Вероятно, та, которая с тринадцати лет мечтала встретить настоящее проявление чего-то мистического, в душе надеясь погрузиться в темные тайны, ведомые только избранным.
«Необходимо спуститься, проверить. И если он действительно там, вызвать полицию», — решила Надя.
«Дождись вечера...» — появилась в голове странная мысль, как приказ. Как будто извне пришедшая и даже не голосом Нади сказанная.
— Что за?.. — вслух возмутилась Надя, кот удивленно на нее посмотрел и вопросительно мурлыкнул.
«Дождись вечера. Не спускайся в погреб», — возникло снова.
— Да что это за?.. Прочь из моей головы! — девушка даже вскочила со своего места и хлопнула ладонями по столу, из-за чего кот поспешно ретировался со своего устроенного места на одном из кухонных стульев, недовольно и удивленно мяукнув. Из головы исчезло теплое ощущение, к которому Надя успела даже привыкнуть и перестала замечать.
— Я точно схожу с ума... Сама с собой говорю, — продолжала придерживаться основной версии девушка, но часть, которая была готова принять реальность происходящего, стала больше.
В погреб Надя решила не спускаться от греха подальше и действительно дождаться вечера. При этом появлялось все больше вопросов. Если все происходящее — не плод воображения, то это переворачивает с ног на голову все ее представления о мире, о жизни.
Вампир, если это существо является вампиром, очевидно может читать ее мысли, таким образом они общались после нападения. Более того он умеет передавать свои мысли в другое сознание. То есть В. — тот, кого называют телепатом. Что еще его отличает от обычного человека? Насколько он стар? Что делал в развалинах, ведь в истории про поместье не было ни слова ни о каких вампирах или чудовищах? А еще, кажется, его кровь обладает регенерирующими свойствами, именно таким образом он залечил рану на шее Нади. Что заставило укус затянуться? Какие это возможности могло открыть для медицины?
А что он имел в виду под «вспомни, что писали в твоих книжках»? Возможно то, что, как и вампиры Энн Райс, будет защищаться, если кто-либо проникнет в его дневное убежище. Проверять это предположение она, конечно, не собиралась.
И получается то видение про Людочку, которое пришло Наде, было из его мыслей. Специально или случайно он им поделился -- не важно. Выходит, что смерть Люды — его рук дело. А также по его вине мать Людочки убила мужа, а затем свела счеты с собственной жизнью.
Так много вопросов. Столько мыслей. Надя наконец села обратно за стол под пристальным взглядом кота, снова устроившегося на втором стуле. Девушка заставила себя остановиться обдумывать все, что произошло.
— Не имеет смысла все это прокручивать у себя в голове, — вслух произнесла она и глянула на часы, прикидывая примерное время заката. — У меня еще есть около восьми-девяти часов. Надо прийти в себя. И поесть. А то сутки ничего не ела, — Надя как будто говорила это все коту, который внимательно ее слушал и, кажется, все запоминал. Затем соскочил со стула и подошел к мискам, которые были пусты. — Маленький мой, ты тоже голодный? Давай кушать.
Позавтракав или, более верно сказать по времени, пообедав, девушка вернулась в кровать, так как слабость не отпускала. Раздалась приятная классическая мелодия телефонного звонка. Это были родители.
— Привет, мам, — как можно более обычным голосом произнесла Надя.
— Надюшенька, привет, ну как ты там? — кажется у девушки получилось ответить непринужденно.
— Да все отлично. Лежу вот, отдыхаю, только покушала.
— Ой, это хорошее дело. Отдыхай, после сессии нужно мозги разгрузить, — судя по всему, мама была довольна ответом. Надя угукнула в трубку. — Что-то у тебя голос какой-то грустный. Что-то случилось? — видимо, нужно было все-таки придумать что-нибудь получше.
— Нет-нет, просто весь день читаю, — поспешила заверить девушка. Признаваться, что она сошла с ума, не хотелось. Пугать тем, что в ее погребе кто-то прячется, тоже.
— Снова свои книжки про вампиров? — начала было родительница. — А с другой стороны остального ты за год начиталась по учебе, — тут же успокоила она сама себя. — У тебя еда там осталась еще? У кота корм, наполнитель есть?
— Все хорошо, мам, всего хватает, — в прошлые свои приезды родители привезли столько еды, что хватило бы накормить человек пять.
— Ну хорошо. Просто нас с папой Наташа в гости на выходные к себе пригласила, у нее дочка замуж выходит, поедем поздравлять, — так вот к чему был этот звонок. Значит в эти выходные они не приедут. Это очень даже удачное стечение обстоятельств. — Ничего же страшного, да? У тебя точно все есть?
— Не переживай. Езжайте, конечно, и от меня поздравьте, — голос сам собой стал поживее.
— Ну хорошо. Катенька, дочь Наташи, такого себе парня урвала. Полицейский, при погонах... — начала было мама, как будто предлагая дочери увести чужого жениха из-под венца.
— Мам... — умоляюще протянула Надя.
— Ну что мам? Мне тоже вообще-то хочется всем хвастаться какой у тебя парень. А-то Ярик был такой, что не похвастаешься. Хорошо, что бог уберег от такого зятя, — ворчала женщина по телефону. От упоминания бывшего Надя скривилась. — А я, между прочим, внуков хочу. И папа тоже ждет не дождется.
— Веришь, хоть прям щас бы вам родила и отдала, чтобы вы наконец отстали от меня, — огрызнулась дочь, не сумев удержать внезапно вскипевшую злость.
— Было бы от кого, — парировала родительница.
— Когда будет, тогда об этом и поговорим, — решила завершить уже начинавший раздражать разговор Надя.
— Ладно, вижу ты не в настроении. Отдыхай, дыши свежим воздухом, в неприятности не влипай, — пожелала мама. — Пока.
— Пока, мам. Папе привет. Целую, — смягчилась девушка.
— Целую, всё, пока, — мама положила трубку, но до этого было слышно, как она что-то начала говорить папе.
Ох, знала бы мама, что о неприятностях уже поздно предостерегать. Одна огромная неприятность находилась сейчас в погребе. А после заката наверняка напомнит о себе