Возмездие полнолуния. Автор: Ярослава Лазарева

Часть третья

Роза

Любовь меня заставит повторять
Одно и то же, каждый раз все то же!
«Люблю, люблю», — услышишь ты опять,
Ведь чувство замолчать мое не может...
Григорий Грег
Прочитав письмо Жени, я еще какое-то время побродила по Интернету, но меня ничего не заинтересовало. К тому же я заметила, что после обращения начала терять интерес к информационным технологиям. Мне намного больше нравилось наблюдать за жизнью в тайге, чем сидеть в сети или смотреть телевизор. И я уже начала скучать по селению.
«Ох, как правы хранители, когда выказывают недовольство славам, старающимся уйти в города! — размышляла я. — Рыси должны жить на природе. Это естественно!»

Я вспомнила милых односельчан, таких уравновешенных, приветливых и дружелюбных, и захотела сесть в самолет и улететь в Благовещенск. А уж оттуда несколько часов хорошего бега, и я дома! Но я знала, что братья все равно собираются в Москву на выступления, и было бы глупо метаться туда-обратно. Правильнее сидеть в Москве до их приезда. И использовать образовавшуюся паузу для полного восстановления. Но я уже чувствовала себя отдохнувшей. Мне хватило пары дней такого ленивого времяпрепровождения, меня наполнила энергия, хотелось куда-то идти, что-то делать. И даже сейчас, несмотря на глубокую ночь, мне не терпелось чем-нибудь заняться. Я закрыла ноутбук. Выпила чай. Вымыла посуду. Затем после небольшого раздумья достала пылесос и тщательно убрала квартиру. Когда закончила, уже начало светать, что меня порадовало, так как хотелось прогуляться. Все эти дни из-за Златы и Норы я избегала выходить в темное время суток. Я знала, что вампирши все еще в Москве. Гал не терял со мной связь, а они — с ним. И хоть он сейчас постоянно находился с Ренатой, те двое не оставляли его своим вниманием и периодически возникали рядом. Правда, Рената, как я поняла из его рассказов, прониклась к нему симпатией и старалась никого не подпускать к своему новому дружку. Гал звонил мне каждый день. Как выяснилось, он обожал поболтать и все подробно мне докладывал. И я была в курсе его личной жизни. Правда, до конца так и не поняла истинной подоплеки его нежной дружбы с Ренатой. Возможно, его целью было все-таки бронзовое зеркало. А вот Рената явно очарована мраморным вампиром. Грег тоже звонил мне пару раз, но мы больше не виделись. Его волновало только одно — черная жемчужина. Он пытался убедить меня как можно быстрее от нее избавиться. Я обещала подумать.
Выглянув в окно, я поняла, что на улице резко потеплело. Было туманно, и хоть над городом нависла серая пелена сырости, мне захотелось выйти на улицу. Уже окончательно рассвело, и я могла не опасаться появления вампирш. Ни Злата, ни Нора не выносили дневного света, так как по-прежнему питались исключительно человеческой кровью. К тому же у меня почти закончились продукты, и пора было пополнить запасы. Я засекла «газель», с которой частники продавали парное мясо. Они приехали пару дней назад и стояли у нас во дворе. Торговлю начинали часов с восьми утра. Я уже купила у них хороший шматок вырезки, но почти сразу расправилась с ним. Голод по-прежнему мучил, хотелось свежей дичи. Но и такое мясо меня вполне устраивало. Оно было действительно свежим. Я оделась, взяла большой пакет и покинула квартиру. «Газель» была пока закрыта. Торговлю еще не начали. Тогда я отправилась в ближайший круглосуточный магазин за другими продуктами. Набрала два пакета и унесла все домой. Затем спустилась во двор, решив дождаться, когда частники начнут торговать мясом. Было около восьми утра. Погода стояла совсем не февральская. Мне даже показалось, что сейчас пойдет дождь, настолько было сыро. Серо-голубой туман опустился низко, в нем даже терялись крыши высоток. Редкие тени людей казались плавно передвигающимися призраками, которые то появлялись, то исчезали. Я уселась на влажную скамью под низкими кустами сирени. Я была в черных кожаных брючках и куртке-косухе, застегнутой доверху, и особого дискомфорта от повышенной влажности не ощущала. Минут через пятнадцать я увидела, что к «газели» подошли двое мужчин.

— Отлично! — пробормотала я. — Сейчас куплю мясо и отправлюсь домой!
Я сглотнула слюну.
В этот момент взвыла собака, я чертыхнулась, но не сдвинулась с места. Какая-то женщина с трудом удерживала упирающегося и рычащего бульдога. Она явно не могла понять в чем дело, а он категорически отказывался идти в мою сторону. Наконец бульдог одержал верх и поволок хозяйку в противоположную сторону от моей скамьи. Я усмехнулась.
— В этом-то и трудность проживания в городах! — услышала я голос, ощутила запах мрамора и легкое дуновение, пробежавшее по моему лицу.
Гал уже сидел рядом со мной. Я резко развернулась к нему и недовольно спросила:
— Какого черта ты сюда приперся? Или с Ренатой надоело?
— Нора погибла, — невозмутимо сообщил он. — Решил, что тебе полезно знать. Тем более Злата не в себе. Она отчего-то уверена, что именно ты ее убила.
— Что ты такое говоришь?! — заволновалась я. — Как это произошло?
— Кто ж его знает! — пожал он плечами. — Мы с Ренатой вчера ночью вышли прогуляться. Она оказалась такая проказница! Любит по ночам наводить ужас на мирных прохожих. А уж влюбленные парочки для нее вообще заветная цель. Такое ощущение, что она их не выносит и специально старается найти в ночном городе и как следует напугать. Но без жертв, не думай! Рената никогда не нарушает одно из золотых правил вампиров — не охотиться возле дома.
— Может, хватит про Ренату? — грубо оборвала я. — Что с Норой?
— Так вот, — невозмутимо продолжил он, — мы вчера идем себе по одной из дорожек Ботанического сада. Зимой, да еще и ночью, прохожих там не встретишь... но мы с Ренатой захотели уединения... понимаешь ли, Лиля, у нас ведь чувство! Да-да! Не удивляйся. И я так благодарен тебе! Ведь именно от тебя я узнал об этой удивительной девушке.
— А я думала, что тебя интересует только зеркало, — усмехнулась я. — Ты ведь по натуре законченный нарцисс!
— Не скрою, — улыбнулся Гал, — вначале да. Меня привлекало только оно. Но когда я узнал Ренату ближе, то влюбился!
— Да ну? — не поверила я.
— Именно! — закивал он. — Со мной это впервые за много сотен лет! И что хочу сказать, глуп же я был, если раньше так старательно отгонял это чувство, так берег себя от страстей, связанных с противоположным полом. Это похлеще игры в казино! Или охоты со Снежаном. Я сейчас постоянно испытываю самую разнообразную гамму чувств, и азарт в том числе. Рената же кокетка и знает себе цену. Она ввела меня в местное общество. И хочу тебе сказать, претендентов на ее сердце немало. Но вкус соперничества настолько острый, что не сравнится ни с какими картами или рулеткой! Я сейчас даже в зеркало не каждый день смотрюсь. Куда милее глядеть на лицо любимой.
— И Рената отвечает тебе взаимностью? — уточнила я, хотя мысли о смерти Норы не давали покоя.

Но Гал был возбужден, явно влюблен, и ему нужно было дать выговориться.
— Мы как раз вчера вечером и объяснились! — с гордостью сообщил он. — Рената выслушала меня благосклонно, тем более я подарил ей умопомрачительное ожерелье их черных бриллиантов в белом золоте. Она сразу его надела. Как же ей идет!
Гал глубоко вздохнул и закатил глаза.
— Могу себе представить! — заметила я. — И что дальше?
— Рената сказала, что я ей понравился с первого взгляда своей необычностью, что таких вампиров она никогда не видела и даже представить не могла, что возможно оживить мрамор.
— Она что, миф о Пигмалионе и Галатее не читала? — пожала я плечами.
— Я ей все рассказал! Рената одобрила вкус моей создательницы и поведала, что если бы обладала талантом скульптора, то, несомненно, выточила бы точно такого же молодого человека, как я!
Гал гордо выпрямился и поднял подбородок.
— Я очень за вас рада! — вежливо произнесла я. — И вот вы объяснились, а потом зачем-то отправились среди ночи в Ботанический сад.
— Рената просто хотела показать мне это место. Она сообщила, что любит там гулять, особенно по весне, когда все деревья начинают цвести. Она, оказывается, раньше там даже рисовала с натуры. Ты знаешь, что она была великолепной художницей? Правда, ни одна ее картина не уцелела, выгорели все, но Грег снимал видео, и в кадр попали ее картины. Он потом сделал компьютерные копии.
— Да-да, я видела в их гостиной картину, где изображены Грег и Лада. Они на цветущем лугу будто бы кружатся, взявшись за руки, — припомнила я.
— Правда? — восхитился Гал. — Ты видела? Жаль, что Грег не приглашает меня к себе. Но это и понятно!
Он погрустнел.
— Картина очень хороша! — сказала я. — Рената и правда была наделена талантом. И я уважаю ее за то, что она пожертвовала таким бесценным даром ради жизни Грега.
— Вот! — воодушевился Гал. — Не каждая на такое способна! И я восхищаюсь ею! Рената достойна любви. И я буду носить ее на руках всю жизнь. Знаю, что есть какой-то Дино, но ни разу его не видел. Будто бы Рената в него влюблена.
— Можешь не волноваться на этот счет! — улыбнулась я. — Дино одержим идеей пройти путь Грега. А для этого ему нужна невинная девушка. К тому же он, как и ты, придерживается ограничений, людей не убивает, их кровь не употребляет. Грег говорил, что именно это развело их с Ренатой. Она-то ведь после того, как забросила монастырь, стала вести традиционный образ жизни. Как бы это и вас не развело!
— Я так ее люблю, что не обращаю ни на что внимания! — пылко произнес Гал. — А там видно будет.
Я увидела, что дверцы газели раскрылись. Мужчины уже вынесли разделанное мясо. В сыром воздухе остро запахло кровью. Гал потянул носом, его зрачки расширились, верхняя губа задрожала.
— Я вообще-то ждала именно этих торговцев, — сообщила я. — Без свежего мяса меня мучает голод.
— Пахнет кровью, — прошептал Гал. — Но я не могу питаться этим. Бычка забили пару дней назад, а мне нужна теплая.
— А мне и такое мясо сойдет! — сказала я, глотая слюну. — Я сейчас!
Оставив Гала на скамье, я отправилась к газели. Мужчины уже разложили мясо. Его запах сводил с ума.
— Продаете? — спросила я.
Они молча кивнули. Выбрав мякоть посочнее, я купила несколько килограмм. Сложив мясо в пакет, вернулась к скамье. Гал сидел неподвижно, но его губы улыбались. Он явно грезил наяву. А я изнемогала от голода. Запах мяса бил, казалось, прямо в нос. И я уже забыла обо всем: и о погибшей Норе, и о Злате, и о личной жизни Ренаты. Усевшись на скамью, я оглянулась по сторонам. Туман был по-прежнему необычайно густым, в двух шагах ничего не видно. Прохожих поблизости также не наблюдалось. Я открыла пакет, засунула в него лицо и отхватила зубами кусок мяса. Едва прожевав, проглотила. Гал молчал. Съев еще пару кусков, я опустила пакет и глубоко вздохнула.
— Ну как? — поинтересовался Гал.
— Ничего, — нехотя ответила я. — Но, конечно, это тебе не косуля из того парка!
— Снежан умеет угодить гостям! — с довольной улыбкой ответил Гал. — Хочу в свадебное путешествие отправиться именно туда!
— Серьезный подход! — сказала я. — Ты хочешь вот так сразу расставить все точки над «i»?
— А чего тянуть? — пожал он плечами. — По моим ощущениям, женщин нужно брать приступом!
И он весело засмеялся. Я глянула на его довольное лицо и невольно заулыбалась. Кто знает, может, Ренате нужен именно такой спутник!
— Так что Нора? — после паузы спросила я.
— Ах да! Совсем забыл! — ответил Гал. — Мы гуляли по Ботаническому саду. Было около трех ночи. Темно, тихо, безлюдно... я шептал Ренате на ушко всякие нежности... она такая милая...
— Гал! — недовольно сказала я. — Ты снова отвлекаешься!
— И тут перед нами возникла Злата, — не меняя тона, продолжил он. — Она появилась внезапно, встала у нас на пути. Ну ты знаешь эту ее наглую позу — руки в боки, нос задран, ноги расставлены. «Какого черта ты тут шатаешься?!» — сразу заорала Рената. Ни разу я не видел мою любимую в таком гневном исступлении. Даже мне стало страшно. Она оттолкнула меня и встала напротив Златы, в точности скопировав ее позу. Они обе зарычали. «Девочки! Не надо!» — попытался я вмешаться, но меня, естественно, никто и не слышал. Они уже приняли вампирский вид, я понимал, что еще миг и они бросятся друг на друга. Но тут Злата вдруг перестала рычать и наступать. Ее лицо стало человеческим, глаза расширились, клыки убрались. «Где эта мерзавка Лиля?» — спросила она. На что Рената ответила, что понятия не имеет и что мы не обязаны следить за какой-то там кошкой. Однако Злата была уверена, что мы все знаем и лишь делаем вид, что не в курсе последних событий.
— Значит, она искала меня, — пробормотала я.
Мне стало тревожно. Все последние дни я безвылазно сидела в квартире, видимо, поэтому Злата не смогла меня обнаружить. Вход в наш дом был ей заказан.
— Да, именно тебя! — подтвердил Гал. — Как она нам рассказала, Нора исчезла неожиданно. Злата не могла понять, где она может находиться.

— Рената говорила, что Нора пыталась втереться в доверие к их родственнику Порфирию. Она мечтала войти в этот клан вместе с дочерью. Может, она снова отправилась в Англию? — предположила я. — С чего вообще Злата взяла, что ее мать погибла? Да еще и меня обвинила в ее смерти!
— Рената тоже подумала именно это и высказала свои соображения, — ответил Гал. — Однако Злата только покачала головой. Потом сообщила нам, что у тебя якобы находится какая-то необычайно ценная именно для Норы вещица и будто бы та очень хотела ее вернуть.
«Жемчужина! — дошло до меня. — Именно ее хотела вернуть Нора! Она ведь выросла из частички ее души. А как известно всем рысям, жемчужины-души обладают способностью притягивать хозяина к себе. Наверняка, это распространяется и на черных рысей. И пусть там только крохотная ее часть, а все остальное моя кровь, но это часть души именно Норы. Так вот почему она так упорно меня преследовала!»

На миг мне стало неприятно, что я имею частичку души Норы. Я так заигралась с этой жемчужинкой, что воспринимала ее исключительно как родную, ведь она выросла на моей крови.
«Как же Грег был прав! — размышляла я. — Нужно собраться с духом и уничтожить ее!
— О чем ты так глубоко задумалась? — спросил Гал. — Не волнуйся! Ни я, ни Рената не собираемся проникать в твои тайны! Если у тебя что-то есть, за чем так охотились вампирши, то просто будь осторожнее! Но Нора погибла!
— Это точно? — нервно спросила я.
— Насколько я понял из сбивчивого рассказа ее дочери, Нора все время говорила, что необходимо тебя найти и завершить дело, — продолжил Гал. — И когда она исчезла, Злата решила, что вы встретились и ты каким-то образом избавилась от врага. Для вампира такой ход мысли вполне закономерен.
— Непонятно! — сказала я. — Может, Нора просто где-то загуляла! Земля-то большая!

— Дело в том, — пояснил он, — что Злата увидела своего рода видение, как она нам пояснила. Будто бы перед ней появился силуэт черной рыси, которая упала на землю и превратилась в ее мать, уже вампиршу. Злата ясно видела, что она лежит в каком-то лесу на спине, в ее сердце торчит серебряный прут. Вокруг него поднимается дымок, словно тело истаивает и превращается в туман. И скоро вместо Норы остаются лишь очертания фигуры, но и они тают и окончательно исчезают. Она видела, что прут упал на землю. Он был длинный, с заостренными концами.
Я вздрогнула, вспомнив о подарке Снежана — патронташ с похожими на это описание прутьями. Правда, они были складные. Но если Злата увидит эти прутья, то у нее не останется никаких сомнений, что именно я убила Нору.
«Но как она может их увидеть? — успокоила я саму себя. — Я не разгуливаю, опоясанная патронташем, по улицам, он лежит в сумке в квартире, куда Злата никогда не войдет. Но кто же убил Нору?»
— Если это не ты, — сказал Гал, — а я точно знаю, что не ты, то кто убил Нору?
Он развернулся и посмотрел мне в глаза.
— Не я! — твердо проговорила я. — Я все эти дни из квартиры не выходила! Только как-то днем, чтобы продукты купить, да вот еще сейчас... Ну ты видел!
— Да-да, я знаю! — ответил он. — Однако Злата уверена, что Нора нашла тебя, чтобы забрать какую-то важную вещь, и ты ее убила. Вот и весь расклад. Лиля... — начал он, но замолчал.

Я подождала, но Гал сидел, опустив голову. Его лицо выражало уныние.
— Говори! — строго произнесла я. — Не за тем ты сюда явился, чтобы играть в недомолвки!
— Просто я видел тот патронташ с серебряными прутьями, — тихо проговорил он. — Ну тот, который перед вашим отъездом подарил тебе Снежан... И описание Златы... Но ведь это не ты?
И он посмотрел на меня немного виновато.
— Я уже сказала! — хмуро ответила я.
— Ренаточка считает, что это твоих рук дело. Но она не осуждает тебя, а даже удивлена, что рысь уничтожила вампира.
— Ты рассказал ей о подарке Снежана? — сухо поинтересовалась я.
— Ну да! А что тут такого? Ведь мы пара! А у влюбленных не может быть никаких секретов друг от друга! Разве у вас с Владом не так?
«Не так!» — рвалось с моего языка. Но я сдержалась.
— В общем, так, Галатей, — четко произнесла я. — Нору я не убивала! Если Злата явится к вам раньше, чем ко мне, ты так ей и передай! А по поводу патронташа тебе лучше не распространяться.
— Думаю, она найдет тебя сама, — хмуро ответил он. — И не поверит ни единому твоему слову. Берегись, Лиля!
Я не успела ответить, как Гал исчез. Туман уже начал рассеиваться, мягкий серый свет заполнил двор.
«Слава создателю, что Злата не может выходить на улицу при дневном свете, — подумала я. — А с наступлением темноты я укроюсь в квартире. Но долго так продолжаться не может. Если она уверена, что я убила Нору, то найдет способ встретиться со мной. Мне нельзя выходить на улицу без талисмана! Только он может спасти в случае чего! Да и пару складных серебряных прутьев не мешает носить с собой. Они легко поместятся в кармане джинсов».

Я встала. Пакет с мясом лежал на скамье. Я подняла его и отправилась домой. Рассказ Гала не выходил из головы. Я была благодарна ему, что он не поленился и встретился со мной, чтобы все подробно рассказать. Конечно, его распирало желание похвастаться такой подружкой, как Рената, это я тоже понимала, но главное, он предупредил меня о Злате.
«Хоть бы Влад приехал раньше! — размышляла я, открывая дверь в квартиру. — Мне было бы спокойнее. Но ему необходим хороший отдых. Да и все равно уже скоро выступления в Москве, так что он, конечно, прилетит вместе с братьями. Но еще неделю ждать!»
Я вздохнула. Закрыла за собой дверь на замок и отправилась на кухню. Открыв пакет, втянула носом запах мяса. Снова проснулся голод. Я нарезала полную миску говядины, остальное убрала в морозилку. Поев, ощутила, что приходит умиротворение. Я послонялась по квартире, не зная, чем себя занять. Затем решила проверить почту. Вдруг Женя еще что-то мне написал? И не ошиблась. От него было новое письмецо.
...
«Лиля, это снова я!)))
И снова из инет-кафе! Только что познакомился с Верой! Просто подошел к ней и сел рядом за стол. Она была настолько угнетена разговором со своим бывшим, что даже внимания на меня не обратила. Раньше я вот так нахально не подсаживался к незнакомым девушкам. А сейчас мне все равно терять нечего, этот холод внутри лишает каких-либо сомнений, смущения и тем более угрызений совести. Конечно, я осознаю, что выбрал Веру на роль жертвы. Ведь если все получится, то она полюбит меня. А вдруг я, как Дино, не смогу с собой совладать? И тогда эту милую невинную девочку ждет участь вампира! Но знаешь, Лиля, после разговора с Грегом я начал ежедневно давать себе установку, что у меня все получится и по-другому просто не может быть. Я нацелен на успех. Не хочу вечно жить в вампирском обличье, я страдаю от внутренней пустоты и холодности. И ненавижу себя! Поэтому сделаю все, понимаешь, все, лишь бы выполнить условия поверья. Вера очень миленькая, к тому же кажется мне простодушной и восприимчивой. Она сейчас чувствует жуткое опустошение, растеряна, подавлена, не знает, как ей жить дальше после предательства любимого. Но она умна! Уже сейчас сомневается, достойного ли выбрала. Если парень бросил ее лишь из-за того, что она отказалась с ним переспать, то это, прежде всего, говорит о нем, как о полном... Ладно, не буду ругаться!
Вера легко пошла на контакт. Но это из-за того, что она пока в шоке. Думаю, если бы я вот так подошел к ней в обычном для нее состоянии, то эта девушка не стала бы со мной откровенничать. А сейчас я посочувствовал ей, она тут же откликнулась. Правда, пойти и выпить чашечку кофе отказалась, как и от того, чтобы я ее проводил. Зато мы обменялись телефонами и имейлами. И Вера не против, чтобы я ей позвонил. Она ушла, а я сразу сел писать тебе. Лиля, я на подъеме! Мне кажется, я нашел именно ту девушку! Главное, как предупредил Грег, постараться самому не влюбляться. Тогда все пройдет намного легче. Но мне кажется странным сама мысль, что вампир может испытывать хоть какие-то живые чувства к представительницам противоположного пола. Так что сейчас моя задача — влюбить в себя Веру. И я сделаю для этого все! При одной мысли, что возможно вернуть себе человеческий облик, меня начинает лихорадить от волнения. Но с этого пути я не сверну!»
На этом письмо заканчивалось.
— Дай-то бог! — пробормотала я, закрывая почту. — Хоть бы у него все получилось! Справедливость должна восторжествовать. Я в это верю! Вот уже и Нора убита. Осталось разобраться со Златой! И я буду только рада, если и она исчезнет с лица земли!
Я мстительно улыбнулась. Злоба поднялась в душе, мне казалось, что я готова сама расправиться с вампиршой. Снова и снова я вспоминала, как они тогда набросились на Женю и впились в его шею.

— Гадины! — нервно воскликнула я. — Смерть мерзавкам!
Я чувствовала прилив ярости, мне даже трудно было дышать. Был день, поэтому я решила прогуляться. Талисман у меня на шее, в один карман джинсов я на всякий случай засунула несколько складных прутьев, во второй — спрятала поглубже коробочку с черной жемчужиной, и вышла из квартиры.
Туман практически рассеялся, но город выглядел серым, так как низкие тучи полностью закрывали небо. Сырой воздух, слякоть под ногами, грязная дымка над дорогами, прохожие, в основной своей массе одетые в темные куртки с надвинутыми на лицо капюшонами, — картинка показалась мне удручающей. Мне вдруг остро захотелось оказаться у нас в селении среди бревенчатых изб, высоких сосен, гуляющих по улочкам деревни дружелюбных славов с открытыми лицами и ясными глазами.
«И чего я забыла в городе? — размышляла я. — Как прав хранитель Венцеслав! Мы должны жить исключительно на природе и в своем племени. Надо попытаться уговорить братьев закончить с концертной деятельностью! Росу нравится Огнеслава, а Стасу легко подобрать невесту. Он видный парень, вон на него сколько девушек заглядываются! Женить братьев, и тогда они сами не захотят кататься по миру. И заживем мы в нашем славном селении все вместе! Деток родим!»
Последняя мысль вызвала улыбку. Мое настроение немного улучшилось. Я бездумно шла по улице и глазела по сторонам. Давно я не гуляла в одиночестве. Москву я знала плохо, но этот район уже не вызывал тревожного чувства потерянности в чужом городе. Здесь я бывала не раз, гуляла по кривым старинный улочкам между уютными небольшими особнячками и уже неплохо ориентировалась. Я двигалась в сторону центра, но, увидев большой универмаг, решила зайти и купить какой-нибудь приятный пустячок любимому. К примеру, теплый красивый шарф или модный свитер. Мне хотелось чем-нибудь его порадовать, когда он приедет. Народу в универмаге в буднее утро было немного. Я могла без суеты примерять наряды, изучать витрины. Сейчас мне нравились вызывающие, сексуальные вещи, но я знала, что Влад бы не одобрил мой новый стиль. Ему милее простые, но дорогие и элегантные вещи модных брэндов. Он хотел, чтобы я носила именно такие наряды. Пересмотрев кучу блузочек, юбочек, брючек и свитеров, я купила себе темно-серый костюм, который сидел на мне идеально. Кажущаяся простота узкой обтягивающей бедра юбки и приталенного жакета, как ни странно, выглядели сексуально. Костюм словно был пошит на заказ, и, несмотря на очень, высокую по моим понятиям, цену, я его приобрела. Затем выбрала красивый и очень теплый альпаковый джемпер с этническим рисунком для Влада и, довольная покупками, отправилась домой. Я решила оставить пакеты в квартире, чтобы не таскать их во время прогулки. К тому же не мешало бы перекусить. В магазинах время летит быстро, было уже давно за полдень, и я чувствовала голод. Прихватив в ближайшем продуктовом пару замороженных пицц и кусок карбоната, я устремилась домой.

Открыв дверь в квартиру, замерла, четко уловила запах Влада. По правде говоря, мне еще в подъезде показалось, что я слышу аромат его волос, кожи, парфюма, но решила, что настолько соскучилась по мужу, что его запах мне уже просто мерещиться. Я бросила пакеты на пол. Возле трюмо лежала его дорожная сумка, в ванной шумел душ. Я засмеялась от счастья. Мой любимый уже дома! Он не стал дожидаться начала выступлений и приехал раньше. Помимо запаха Влада я чуяла тонкий аромат роз. Видимо, он купил мне букет. Я уже хотела отправиться в ванную, но в этот момент раздался нежный девичий голосок.
— Влад! Можно мне взять твой белый махровый халат?
Я оцепенела. Из спальни выглянула девушка. Заметив меня, она вышла в коридор и растерянно улыбнулась. В одно мгновение я оценила ее необычайную прелесть — поистине эфемерное создание: белые падающие до плеч пушистые волосы, тонкое лицо с белой кожей, едва тронутой легким розовым румянцем, большие прозрачные, словно вода, серые глаза, опушенные светлыми ресницами, маленький нос, бледно-розовые нежные губы, тонкая хрупкая фигурка, облаченная в длинное зеленое платье, — мне показалось, что я вижу призрак. Как только девушка вышла из спальни, аромат роз усилился. Казалось, она его буквально источает.
— А вы кто? — растерянно спросила она певучим нежным голоском.
Вся кровь бросилась мне в голову, ярость затопила, ревность помутила рассудок. Я не могла понять, что происходит, и, вместо того чтобы выяснить у Влада или хотя бы у незваной гостьи, кто она, я прокричала ругательство в ее адрес и вылетела из квартиры. Особенно меня бесило, что девушка просила у Влада его халат. Мне казалось, что это верное доказательство его измены. Я не могла поверить в то, что увидели мои глаза, услышали мои уши, мне казалось, что я мгновенно перенеслась из рая любви в ад предательства. Вылетела из подъезда и помчалась по улице, не разбирая дороги. Я шла так быстро, выбирая направление наугад, что иногда сбивала прохожих. Они что-то кричали мне вслед, но я даже не оборачивалась. Мне хотелось убежать от боли, которую я только что испытала. Рассуждать трезво я не могла, ревность совершенно лишила меня здравого смысла. И я просто мчалась по улицам. Это было настоящее безумие. И когда я окончательно задохнулась и замедлила движение, то тут только поняла, что забежала бог знает куда. Местность выглядела незнакомой, я шла по какой-то промзоне между заброшенными на вид ангарами и какими-то заводскими строениями из старинного красного кирпича. Я была уверена, что помчалась в сторону центра, но, как сейчас понимала, на самом деле отправилась в противоположную сторону. Я остановилась и отдышалась. Привалившись спиной к бетонному ограждению, постояла какое-то время, чтобы восстановить силы.
— Какая же я идиотка! — бормотала я, изумляясь своей бешеной реакции на появление в квартире девушки. — Ну почему я не поговорила с Владом? И правда, мой характер все сильнее меняется! Я всегда была рассудительной, старалась всему найти причину, но сейчас эмоции перекрыли все! Так нельзя! И где вообще я оказалась? Что сейчас думает Влад о моем внезапном бегстве? Однако странно, что он мне все еще не позвонил!
И тут до меня дошло, что моя сумка, как и пакеты с покупками, в данный момент валяется на полу коридора в квартире. В состоянии аффекта у меня и мысли не возникло взять ее с собой. А в сумке было все — и мобильный, и кошелек, и карточка на метро. Я оказалась одна без всякой связи, да еще и в каком-то странном месте. Я нагнулась, изучая свои следы, развернулась и пошла по ним. Ведь как-то же я сюда забежала, а значит, выйти нужно было именно по следам. Пошел дождь, и моя задача усложнилась. Но скоро месиво из сырой земли и расстаявшего снега закончилось, и я оказалась на дорожке, выложенной бетонными плитами. Вправо и влево от нее тянулись такие же бетонные проходы. Это был какой-то мертвый город из старых гаражей, высоких глухих заборов, заброшенных краснокирпичных строений. Хуже всего, что я больше не ощущала запаха своих следов, так как дождь хорошо промыл бетон. Я остановилась в растерянности, не зная, в каком направлении двигаться. Уже начали спускаться серо-сиреневые сумерки, я понимала, что совсем скоро стемнеет, и хотела выбраться отсюда как можно скорее. Я вытянула шею и прислушалась. Явно был слышен шум дороги. Сориентировавшись, я направилась в ту сторону. Пройдя метров сто вдоль какого-то казавшегося нескончаемым забора, я поняла, что шум дороги усиливается. А это значило, что направление выбрано верно. Но примерно еще через сто метров я уперлась в самый настоящий тупик. Две старые «ракушки» стояли прямо в проходе и перегородили мне путь. Если бы на мне не было талисмана, я легко преодолела бы эту груду ржавого железа. Рысь перемахнула бы ее в несколько прыжков. Но я не могла принять звериный облик, так как талисман висел на шее и расставаться с ним я не собиралась, тем более уже окончательно стемнело.
«Я попала в ловушку! — метались мысли. — Нужно повернуть назад и попытаться выйти из этой промзоны другим путем. Никогда бы не подумала, что в Москве встречаются такие странные заброшенные места! И никаких признаков людей! Хоть бы попалась какая-нибудь компания подростков! Они же любят забиваться в такие вот безлюдные места!»
Я развернулась и бросилась обратно вдоль забора. Заметив далеко впереди силуэт какого-то парня в толстовке с накинутым на лицо капюшоном, я замахала ему рукой и ускорила шаг. Но он замер, затем нырнул куда-то вбок и скрылся между гаражами.
— Черт бы побрал! — выругалась я. — Испугался, что ли?
В этот момент по моему лицу пробежал ветерок, запахло вампиром, и прямо передо мной опустилась Злата.
— Привет! — злобно проговорила она и расхохоталась. — Вот ты мне и попалась!
В первую секунду я растерялась, но тут же вспомнила о талисмане и пришла в себя.
— Я не убивала твою мать! — быстро произнесла я и остановилась перед ней.
Злата выглядела одновременно разъяренной до предела и жутко несчастной. И эта противоречивая смесь эмоций вызвала во мне жалость. Но я тут же подавила в себе это чувство, мне нужно выиграть, поэтому необходимо было сохранять ясный ум и хладнокровие.
— Я не убивала твою мать! — повторила я.
— Гал донес? — усмехнулась она. — И конечно, ты уже успела продумать линию поведения. Но я тебе не верю! Не верю! Нора хотела вернуть себе частицу своей души! Понимаешь? Души! А ведь жемчужина у тебя, что бы ты нам тогда не говорила!
— Но зачем? — пожала я плечами. — Ведь вы обе вампиры! Вернее, ты осталась одна... — тихо добавила я. — А вампиры — существа без души. Это все знают. Ваша душа находится в распоряжении дьявола, и только в крайне редких случаях удается забрать ее обратно. Пример Грега известен!

— Ты только что сама ответила на свой вопрос, — сказала Злата. — Нора хотела вернуть себе хотя бы частичку души. Правда, мы понятия не имели, к чему бы это привело. Но Нора была уверена, что стала бы сверхсуществом.
— Но теперь мы это уже не узнаем, — тихо произнесла я. — Как это ни странно для тебя сейчас прозвучит, но я хочу выразить свои соболезнования.
— Притворщица! — грозно проговорила она. — Я выследила тебя лишь для того, чтобы забрать жемчужину! Не бойся, убивать я тебя не стану!
— Но с чего ты взяла, что она у меня? — как можно более хладнокровно спросила я.
— Я ее чувствую, — после паузы вдруг заявила Злата. — Разве ты забыла, душа и рысь притягиваются друг к другу. А эта жемчужина предназначалась мне! Она здесь!

И Злата протянула руку к кармашку моих джинсов. Там действительно лежала заветная коробочка. Рефлекторно я ударила по ее руке, хотя тут же пожалела об этом. Злата отпрыгнула и обратилась в рысь. В первую секунду меня это сбило с толку, но я вспомнила, что вампиры легко принимают любой облик. Рысь прижалась к земле, словно готовилась к прыжку, ее пасть была разинута. Угрожающее шипение послужило мне предупреждением. Инстинктивно мне захотелось тоже принять звериный облик и сразиться со Златой. Но я не могла этого сделать из-за талисмана. Рысь шипела, затем начала рычать. Но я стояла перед ней не шевелясь. Наконец Злате надоело «вызывать меня на бой», она приняла человеческий облик и злобно рассмеялась.

— Что, слабо сразиться с рысью-вампиром? — спросила она с издевкой. — А я хотела по-честному!
— Я не убивала Нору! — угрюмо проговорила я. — Оставь меня в покое раз и навсегда!
Я видела, что Злата в бешенстве, и внимательно следила за каждым ее движением. Я знала, что вампир намного сильнее рыси, и если она вздумает напасть, то мне несдобровать. Но я все тянула и не открывала талисман, хотя это был единственный выход, и с каждой секундой нашего общения я понимала это все отчетливее. Необязательно было ее убивать. Я уже видела, как действует сила талисмана на вампиров. Они становились обездвиженными на какое-то время. А потом снова приходили в себя.
— Я тебя ненавижу! — выкрикнула Злата. — Ты причина всех моих несчастий! И я хочу, чтобы и ты, и все твои родные сдохли в жутких муках!
Последняя угроза мгновенно привела меня в чувство. Я видела, что Злата не шутит. Поняв, что она представляет собой самую настоящую угрозу не только мне, но и, возможно, моим родителям, брату, да мало ли еще кому из моих знакомых, я быстро вытащила талисман из-под кофточки и раскрыла футляр. И сделала это вовремя, так как Злата уже распахнула рот, я видела отрастающие клыки и понимала, что через мгновение последует нападение.
Злата замерла, ее брови приподнялись, глаза расширились. Ее грудь начала вздыматься, воздух со свистом влетал в распахнутый рот, словно она начала задыхаться.

— Я не хочу тебя убивать! — быстро сказала я. — Просто отдохни тут немного! И учти, что у меня есть против тебя оружие. Надеюсь, это избавит нас от ненужных встреч впредь!
Но она уже явно не слышала. Ее глаза закатились, и Злата как подкошенная рухнула на бетон. Ее тело дернулось, затем расслабилось. Она выглядела впавшей в глубокий крепкий сон. Я нагнулась над ней, проверяя, — она была жива.
— Вот и хорошо! — пробормотала я. — Надеюсь, действие талисмана продлится достаточное количество времени, чтобы я успела отсюда уйти! И когда Злата очнется, то хорошо задумается, стоит ли меня догонять!
Я уже хотела уйти, но кто-то с силой оттолкнул меня. От неожиданности я откатилась в сторону. Однако сразу вскочила. Повернувшись к Злате, закричала от ужаса. Парень в куртке с капюшоном, накинутым на голову, склонился над неподвижной Златой. Резким движением он вогнал ей в область сердца длинный серебряный на вид прут.
— Нет! — закричала я и бросилась к нему.
Но было уже поздно. Я увидела, что тело вокруг воткнутого прута начинает подергиваться дымкой и словно таять. И вот уже Злата превращается в туман и буквально на глазах исчезает. Прут упал на землю, но парень сразу схватил его и засунул в рукав куртки. Он развернулся ко мне. Его поза не предвещала ничего хорошего. Но я была так потрясена гибелью Златы, что оцепенела. Конечно, я не раз думала, что ее смерть мне только на руку, и даже сама прикидывала, как смогу убить ее. Однако в глубине души я надеялась, что все-таки смогу с ней договориться и она оставит нас в покое раз и навсегда и заживет обычной вампирской жизнью где-нибудь подальше от селения славов. И вот конец! Я понимала, что в этот раз она уже не сможет вернуться на землю ни в каком виде. И с осознанием этого пришло облегчение. Я глубоко вздохнула и подняла глаза на парня. Я уже поняла, кто передо мной.
— Камаэль? — спросила я. — Думаю, смерть Норы тоже твоих рук дело.

— Да! Это я ее убил! — с вызовом ответил он. — И Нора, и Злата отличная добыча для любого охотника. В жизни не видел таких беспечных вампиров!
— Они недавно прошли превращение, — сообщила я.
— Знаю! — сказал Камаэль. — Злата на моих глазах обратила Нору. А ведь и ты там была, на той вечеринке, где все это и произошло! Помнишь? Ты — девушка-рысь!
— Меня зовут Лиля, — тихо сообщила я, глядя на то место, где еще недавно лежала Злата.
Странно, но то, что тело исчезло, однозначно разгрузило мою психику. Тяжесть ушла с души. Смерти, только что произошедшей на моих глазах, словно и не было. И мне вдруг стало так легко! Возможно, дошел тот факт, что эта вечная угроза в лице Златы наконец устранена.
— Да, я знаю, — ответил Камаэль.
Он откинул капюшон с головы. Я увидела обычного на вид молодого парня с наголо бритой головой, крупными чертами лица, черными блестящими глазами.
— Меня еще тогда заинтересовало, что случилось с вампирами в том доме, — продолжил он, внимательно на меня глядя. — Я знаю, что они не спят, не падают в обмороки, у них не бывает головокружения, наркоз на них не действует. И вдруг такое массовое обездвижение. Ох и порезвился я тогда! Много мерзких вампирских сердец пронзили мои серебряные прутья!
Камаэль приблизился. Я спохватилась, что талисман по-прежнему открыт и болтается на виду. Захлопнув футляр, я быстро убрала его под кофточку.
— Что это за вещь? — с интересом спросил Камаэль и сделал еще шаг ко мне.
Я ощутила исходящую от него угрозу и внутренне собралась. Место безлюдное, уединенное, Камаэль явно хотел на меня напасть. Правда, я знала, что его цель — вампиры, а вовсе не оборотни, но кто ж мог понять, что творится у него внутри.
— Это украшение, мне подарил один друг, — ответила я и мягко улыбнулась.
Но его глаза остались холодными. Я понимала, что он ненавидит всех «иных», вампир то или оборотень, для него явно было все едино.
— И ты хочешь меня уверить, что это просто безделушка? — сухо спросил он и сделал еще один шаг ко мне. — Но ведь сейчас со Златой произошло то же самое, что и с теми вампирами в загородном доме. И ты тоже там присутствовала! Думаю, сила именно в этом украшении. Можно мне взглянуть?

Он сделал еще шаг и теперь стоял почти вплотную ко мне. Не успела я слова сказать, как Камаэль дернул за цепочку и вытянул талисман. Я не шелохнулась, хотя мне хотелось врезать ему что есть силы. К тому же я отлично знала, что талисман действует исключительно на иные сущности, а для людей он совершенно безопасен. Камаэль уже открыл футляр. Он достал узкий крохотный фонарик откуда-то из карманов своей куртки и направил его свет на камни. Они были натуральными и заискрили всеми цветами радуги.
— Щедрый у тебя друг! — хмыкнул Камаэль. — Ты носишь на шее целое состояние! Ведь все это натуральные драгоценные камни? Не так ли?
Он убрал руку, и я вздохнула с облегчением. Закрыв футляр, убрала талисман под кофточку.
— Сам видишь, это просто украшение, — сказала я. — Разве ты что-нибудь почувствовал? Какую-то мощную энергию?
— Нет, — задумчиво ответил он. — Выглядит как обычный золотой кулон с камушками. Но вот ты необычная рысь! — добавил он и остро на меня глянул. — Удивляюсь твоей выдержке.
— Раньше я была обыкновенной девушкой, — сообщила я. — Но волею случая постепенно превратилась в оборотня. Слышал о летунах?
— Орден летучих псов? — уточнил он. — Что-то типа полувампиров?
— Да, они! — подтвердила я. — Один из них, Вой, напал на меня в тайге и укусил. И если бы Влад не спас меня, то... сам понимаешь. А потом так получилось, что я превратилась в рысь. Долго рассказывать!
— А ты куда-то торопишься? — усмехнулся Камаэль.
Я понимала, что просто так он меня не отпустит, ведь он видел, что именно я каким-то непонятным ему способом уложила Злату. И пока не докопается до правды, не отстанет.
— Вообще-то мне не мешало бы вернуться домой, — спокойно ответила я и улыбнулась.
Но Камаэль не повелся. Он по-прежнему был напряжен и агрессивен.
— Вернешься, — хмуро пообещал он. — Как только я получу ответы на свои вопросы, мы сразу расстанемся.
— Знаешь, Арсений, все думаю, зачем тебе это нужно? — попыталась я перевести разговор на другую тему. — Ты вроде симпатичный парень, совсем еще молодой. Живи себе обычной жизнью, создай семью... И оставь этих вампиров в покое! До добра твоя маленькая война не доведет.

Камаэль, как только я назвала его настоящее имя, вздрогнул, словно я ударила его. Неожиданно его глаза наполнились слезами. Я прекрасно видела в темноте и ошибиться не могла — черные глаза охотника подернулись влагой.
— Что ты в этом понимаешь? — глухо проговорил он. — У тебя есть родители!
— И еще старший брат, — сказала я, видя, что он замолчал и закрыл лицо ладонями. — Но каково мне? Ты что думаешь, мои родные будут в восторге, если узнают, что их любимая дочка стала рысью и это необратимо?
Я начала волноваться, даже голос задрожал. Камаэль опустил руки. Я видела, что он изо всех сил пытается успокоиться.
— Твои не в курсе, кто ты? — спросил он.
— Нет, и надеюсь, никогда об этом не узнают! — быстро ответила я. — Они думают, я вышла замуж за москвича Влада и уехала вместе с мужем. И конечно, они даже не подозревают, что и мой муж тоже рысь.
— И все равно, — сухо проговорил Камаэль, явно начиная успокаиваться, — твоя история не сравнится с моей! Каково это жить в детдоме? Там совсем особая атмосфера сиротства, которую не заглушает даже любовь воспитателей. Но у меня был родной человек! Моя сестричка! Она была словно лучик солнца для меня. Я жил ради нее, ради того, чтобы она ни в чем не нуждалась, мечтал, как она выйдет замуж за простого хорошего парня, у нее появятся дети и у нас будет семья! И вот какая-то бездушная мразь убила мою девочку. Убила просто так... потому что она подвернулась ему в ту проклятую ночь... Гады! — закричал он и поднял сжатые кулаки к небу. — Мерзкие упыри! Не будет вам пощады. Я жизнь отдам, но буду уничтожать вас!
Я с испугом смотрела на Камаэля. Он находился в исступлении, и я не знала, как мне уйти от него беспрепятственно. И тут я уловила быстрое приближающееся дыхание и запах рыси. Камаэль, являясь обычным человеком, конечно, не мог услышать звериный запах. Он продолжал орать и изрыгать проклятия. Я застыла, хотя мне хотелось броситься навстречу мчавшейся сюда рыси. И вот в проходе между гаражами показался бегущий к нам самец. Я уже знала, что это Влад. Камаэль перестал орать и замер, вперив взгляд в приближающегося зверя. Я увидела, как он достает из рукава длинный нож.
— Нет! — закричала я и бросилась к нему.
Нож полетел и врезался мне в плечо, мгновенно пропоров куртку и воткнувшись до кости. Я вскрикнула от резкой боли. Камаэль уже вынул второй нож и метнул его в прыгнувшую на него рысь. Но Влад в воздухе принял человеческий облик, перевернулся и мягко приземлился на полусогнутые ноги. Нож пролетел мимо. И тут же Влад бросился на охотника. Он вцепился в его горло и начал душить.
— Нет! — закричала я, пытаясь выдернуть нож из раны. — Не надо! Отпусти его!
Парни уже упали на землю и, сцепившись, катались. Мне все-таки удалось выдернуть нож, сразу хлынула кровь. Я зажала рану рукой и побежала к дерущимся.
— Влад! — громко позвала я. — Прошу тебя! Мне плохо!
И они меня услышали. Разомкнув цепкую хватку, отпустили друг друга и вскочили на ноги.
— Так это твой муж? — задыхаясь, спросил Камаэль.
— Убирайся отсюда! — крикнул Влад. — За что ты ранил Лилю? И пытался напасть на меня? Мы не вампиры!
— Я не хотел причинять ей вред! — ответил Камаэль и подобрал ножи с земли, тут же спрятав их в рукав. — Ты тоже меня пойми! Я вижу, как на меня летит оборотень, — что я должен был делать? Ждать, когда он бросится на меня и разорвет? Я не виноват, что Лиля пыталась защитить тебя и попала под нож!
И он глянул на меня. Рану жгло, и мне было уже все равно. Я пошатнулась, пытаясь удержаться на ногах. Камаэль кинулся ко мне. Но Влад угрожающе зарычал, и тот остановился.
— Я сам! — грозно произнес Влад. — А тебе не советую еще раз попадаться мне на пути! Понял?
Камаэль сжал губы и вздернул подбородок. Я видела, что он разозлился.
— Влад, — прошептала я, — мне становится хуже.
— Стой на месте! — приказал Влад охотнику. — Мы уходим.
Он принял звериный облик. Я обхватила его шею руками и прижалась к спине. Влад понесся, как стрела. Но возле выхода из промзоны остановился. Я сползла на землю. Меня начало сильно лихорадить. К тому же кровь из раны все вытекала. Влад принял человеческий облик, обхватил меня за талию и вывел на шоссе. Ему удалось довольно быстро поймать машину. Водитель высунулся из окошка, но глянув на меня, сразу начал отказываться подвозить нас.
— Не-не, — твердил он, — криминал мне не нужен! Да и до Серпуховки черти сколько ехать!
— На мою жену напала бродячая собака, — спокойно сообщил Влад. — Могу вас заверить, никакого криминала нет. Я заплачу вам двойную цену! Только довезите нас до дома!
Водитель задумался. Потом кивнул. Когда мы забрались на заднее сидение, он достал из бардачка вафельное полотенце и протянул его Владу.
— Перетяните рану, — предложил он, — а то весь салон мне кровью зальете. И вообще-то вам лучше выйти у ближайшего травмопункта!
— Нет-нет! — торопливо ответил Влад. — Нам лучше домой. А там уж мы разберемся! Если что, то «Скорую» вызову.
— Ну как хотите! — пожал он плечами и тронул машину с места.
Думаю, нож охотника был пропитан каким-то составом, так как мне казалось, что огонь разливается от раны по всему телу. И когда Влад втащил меня в квартиру, я уже была почи без сознания. Я не помню, как он раздел меня, уложил в кровать, как обработал рану.
Очнулась я на рассвете и вначале не могла понять, где я. Когда окончательно пришла в себя, то вздохнула с облегчением. Рядом спал Влад, я была в нашей квартире. Как ни странно, но боль я уже не ощущала, к тому же мое лихорадочное состояние полностью прошло. Я осторожно встала. Влад переодел меня в трикотажную пижаму из коротких шортиков и топика на лямочках. Раненое плечо было туго перебинтовано, лямка спущена. Я отправилась в ванную. Размотав бинт, увидела, что рана почти затянулась. Заметив малиновую бусину, словно прилипшую к порезу, я поняла, почему произошло такое быстрое заживление. Влад отдал мне свою душу-жемчужину, чтобы ускорить процесс. Я коснулась затягивающейся раны пальцем, боль появилась, но была терпима. Я глубоко вздохнула и улыбнулась. Любовь затопила сердце. Влад в который раз пришел мне на помощь в самый критический момент. Я заменила бинт на чистый и сделала перевязку. Хотя мне казалось, что она уже не нужна. Рана отлично заживала.
«Девушка! — внезапно вспомнила я и напряглась. — Где та девушка? Не галлюцинации же у меня были! Я видела здесь юную блондинку!»
Я вышла из ванной и заглянула на кухню. Там никого не было. Квартира была трехкомнатной. Ее снимали братья, и когда приезжали в Москву на гастроли, то жили именно здесь. Но как только мы с Владом соединились, они перебрались в гостиницу, предоставив это жилье в полное наше распоряжение. Я заглянула в нашу спальню. Влад мирно посапывал. Тогда я отправилась в гостиную. Но и там девушки не оказалось. И в третьей комнате ее не было. Там стояла в узкой хрустальной вазе крупная, свежая на вид белая роза. Я улыбнулась и подошла. Склонившись, втянула тонкий сладкий аромат. Роза выглядела прекрасно. Белоснежные сомкнутые лепестки совершенной формы, зеленые расправленные листья без единого изъяна, толстый стебель с острыми шипами — все говорило о том, что роза свежа, будто только что срезана. Я решила, что этот прелестный цветок Влад купил для меня, но, заметив узкую картонную коробку, лежащую на полу, нахмурилась. Смутная догадка забрезжила в мозгу. Я уже видела эту упаковочную коробку.
— Снежан! — воскликнула я. — Неужели именно эту розу подарил он Владу перед нашим отъездом из Гонконга? Но этого просто не может быть! Какой смысл Владу таскать ее за собой из селения в Москву? Да она бы и завяла за это время! А между тем роза свежа!
Я вынула цветок из вазы. Внезапно шипы больно меня укололи, хотя я держала стебель за промежуток между ними. Я вскрикнула и машинально бросила розу на стол. И вдруг увидела, как шипы на глазах уменьшились в размере. Я пососала пальцы, на которых в местах уколов выступили капельки крови. И с непониманием посмотрела на лежащую на столе розу. Она была неподвижна и выглядела совершенно обычно. Но ее запах невероятно усилился и стал даже неприятно-приторным.
— Что происходит, черт побери?! — раздраженно воскликнула я и села в кресло.
Я решила понаблюдать за загадочным цветком.
И вот за окном окончательно посветлело. Я поняла, что солнце встало, хотя из-за тумана его лучей видно не было. Роза внезапно покачнулась. И буквально на моих глазах она начала расти, обретать человеческую плоть, и через пару минут на столе лежала давешняя блондинка.
«Надеюсь, у меня не бред, — метались мысли. — И не галлюцинации. Я ясно вижу девушку!»
Блондинка глубоко вздохнула, словно приходила в себя после глубокого обморока, ее ресницы задрожали. Она раскрыла глаза и плавно соскользнула со стола. Снова резко запахло розовым маслом.
— Это ты! — певуче проговорила девушка, глядя на меня нежно и застенчиво.
— Я, — в недоумении повторила я. — А вот ты кто?
— Роза, — мягко ответила она и потянулась.
Зеленое длинное платье цвета листьев обволакивало ее фигуру и не скрывало ее хрупкости и изящества.
— В смысле? — не поняла я.
— Меня зовут Роза, — улыбнулась она. — Я девушка-растение.
— Как?! — пробормотала я. — Разве такое бывает? Я знаю, что есть оборотни, люди-животные, но чтобы и растения? Так это тебя подарил Снежан? Ах, постой! — сказала я и замерла.
Я вдруг вспомнила проходящую по двору поместья Снежана хрупкую эфемерную блондинку. Мы все ее тогда увидели и даже спросили у хозяина, кто это. Но ответа так и не получили.
— Мы тебя видели! — сказала я.
— Наверное, — ответила Роза. — Я жила у Снежана. Мне сейчас не очень хорошо. Нас ведь легко убить. Как только солнце заходит, мы принимаем вид растения. И если останемся на всю ночь без воды, то к утру умрем. Ты вынула меня из вазы... Но ведь ты не знала. Хорошо, что я совсем недолго лежала на столе... Принеси мне попить, пожалуйста! — жалобно попросила она и без сил опустилась на пол.
— Да-да! Я мигом! — испугалась я и бросилась на кухню.

Налив полный стакан воды, помчалась обратно. Роза сидела, прислонившись к ножке стола. Она была необычайно бледна, почти до прозрачности. Дрожащими руками взяла стакан и жадно выпила всю воду. Я помогла ей встать и усадила в кресло. Кусочки мозаики сложились. Видимо, Снежан все же затаил на братьев злобу за то, что они разбили одну из его любимых игрушек, и преподнес им весьма странные подарки. Интересно, на что он рассчитывал, даря моему мужу такую изысканную девушку-оборотня? Несомненно, хотел вызвать во мне ревность. И ему это удалось. Если бы я отправилась в селение вместе с братьями, то уже была бы в курсе, что у Влада появилась такая странная подружка. И неизвестно, как бы я прореагировала тогда на нее. Возможно, просто переломила бы стебель и выбросила в снег. Вспышка ревности снова затуманила мне разум. Роза была необычайно хороша собой. Она напоминала воздушное, неземное и прекрасное создание. Мало кто из парней смог бы устоять перед такой необычной красотой. А я отлично знала, что мужчины любят разнообразие. Хотя во Владе мне сомневаться не приходилось. Так что моя ревность была только моей проблемой. Я отлично это понимала, поэтому быстро взяла себя в руки.

— Неоднозначный подарок сделал Снежан моему мужу, — сказала я.
— Я не знаю его мотивов, — ответила Роза. — Когда я в виде цветка, то обычно ничего не слышу и не вижу, я будто впадаю в заторможенное сонное состояние, скорее похожее на анабиоз. Я пришла в себя в какой-то избе. И поняла, что снова поменяла хозяина.
— Представляю изумление Влада! — заметила я.
— Даже не представляешь! — раздался его голос, и он заглянул в открытую дверь. — Я буквально ошалел, когда увидел утром возле нашей кровати какую-то неизвестную мне девушку.
— Влад! — одновременно воскликнули мы.
Увидев, с каким обожанием Роза смотрит на моего любимого, я снова ощутила приступ ревности. Но тут же успокоила себя, подумав, что она всего лишь беззащитный цветок. И девушкой ее во всех смыслах этого слова назвать нельзя.
— Тебе лучше? — довольно слабым голосом спросил он и подошел ко мне. — Как плечо?

— Почти зажило, — ответила я. — Но вот ты выглядишь неважно, чересчур бледный!
— Да, да, — взволнованно произнесла Роза, — я тоже заметила, что Владислав слишком бледен, кожа такая... такая... серая... Это так некрасиво... И круги под глазами...
И Роза неожиданно заплакала. Из ее широко раскрытых глаз безостановочно покатились прозрачные слезинки.
— Воды? — спросила я.
— Да-да, — прошептала она и поникла без сил.
И я снова отправилась на кухню за новой порцией воды. Выпив полную кружку, Роза пришла в себя. Ее белые щеки слегка порозовели. Но вот Влад все еще выглядел утомленным.
— Необходимо вернуть тебе жемчужину! — строго проговорила я. — И не спорь! Я же вижу, как тебе плохо. Ты за ночь ослаб!
И я потянула его за руку из комнаты.
— Куда вы? — угасающим голосом спросила Роза.
Ее глаза снова наполнились слезами. И я поняла, что это ее обычная манера поведения. Видимо, девушка-цветок отличалась чрезмерной чувствительностью и совершенно не умела обуздывать свои эмоции.
— Я только верну Владу жемчужину, — ласково проговорила я и погладила ее по волосам.
Они были словно шелк на ощупь. И как только я коснулась ее головы, снова усилился аромат розового масла, исходящий от девушки.
— Хорошо, я буду ждать, — тихо ответила Роза.
— Отдыхай! — мягко произнес Влад.
Оказавшись у нас в спальне, мы сразу начали целоваться. Нас бросило друг к другу, слова были не нужны. Я обхватила Влада за шею и припала к его губам. Он не выпускал меня минут пять. Но вдруг я услышала, как он начинает задыхаться, его руки резко похолодели, глаза закатились. Я сорвала повязку с плеча, отлепила жемчужину от почти затянувшейся раны и протянула ему. Он высунул язык, и я вставила пирсинг в кончик. Влад упал на спину и закрыл глаза. И вот уже румянец вернулся на его щеки, дыхание выровнялось. Он глянул на меня сквозь ресницы и улыбнулся.
— Любимый! — прошептала я.
— Лилечка! — ласково ответил он и притянул меня к себе.
Силы возвращались к нему, я это чувствовала. Но не хотела, чтобы наша безумная и неконтролируемая страсть не дала ему восстановиться окончательно, поэтому отстранилась и села на край постели. Влад приподнялся и с недоумением на меня посмотрел.

— Позже, — нежно проговорила я и послала ему воздушный поцелуй, — чуть позже!
— Ты все еще плохо себя чувствуешь? — забеспокоился он.
— Немного, — слукавила я.
— Да, наша встреча оказалась просто сумасшедшей, — сказал Влад и сел, привалившись спиной к стене. — Ты так внезапно пришла, а мы только что приехали, я был в ванной, Роза совершено обессилела от перелета. Я, конечно, обмотал конец стебля мокрой тряпкой, но ей нужна влага, и много. Мне даже кажется, что у нее не нормальная кровь в венах, а какой-то сок.
— Зачем ты ее вообще сюда привез? — настороженно спросила я. — Не лучше ли было оставить ее в селении.
— Лучше! — легко согласился Влад. — Но это бы ее убило! Роза думает, что она сейчас принадлежит мне. Такая уж психология у людей-цветов. Им нужен свой хозяин, который будет ухаживать за ними, оберегать, поить водой, на ночь ставить в вазу. Иначе они хиреют на глазах. К тому же ты, наверное, уже смогла понять, насколько они чувствительны. И это просто беда! Роза обижается на малейшее невнимание и сразу начинает рыдать. А это ее обезвоживает. Крайне нерациональная форма существования!
— Но братья? — спросила я. — Они же пока в селении! Пусть бы они за ней ухаживали!
— Что ты! — засмеялся Влад. — Братья и так пострадали от подарков Снежана. Какой же он все-таки оказался злопамятный!

— В смысле? — удивилась я. — Он же вроде подарил им полезные и безопасные вещи — ремни!
— Ага! Только они были из змеиной кожи, если ты заметила! И ночью превратились в настоящих змей! Чудом не укусили моих братьев. Те вовремя учуяли что-то неладное и поймали змей.
— Убили? — спросила я.
— Еще бы! — кивнул Влад. — А потом на всякий случай сожгли в печи. Вот такие чудесные подарочки сделал нам Снежан. Ох уж этот ирбис!
— Не смог простить, что мы разбили его зеркало! — хмуро произнесла я.
— А твой подарок еще при тебе? — уточнил он. — Советую тоже от него избавиться! Мало ли!
— Но это просто патронташ с серебряными прутьями, — ответила я. — И пока ничего такого я не замечала! И в ход их не пускала!
— Лиля! Лучше избавиться от него! — серьезно проговорил Влад.
— Надо было Камаэлю его отдать! — усмехнулась я. — Ему бы точно такая вещь пригодилась! Кстати, как ты меня нашел? Я была в таком исступлении, что бежала, куда глаза глядят! И когда пришла в себя, поняла, что оказалась в незнакомом и крайне неприятном месте.
— Роза все рассказала, — после паузы ответил он и глянул на меня виновато. — Надо было позвонить тебе заранее и все объяснить. Но я решил сделать сюрприз и явиться без предупреждения. Не думал, что Роза так тебя разозлит и ты нафантазируешь бог знает что!
— А что я, по-твоему, должна была думать? — раздраженно спросила я. — Чую твой запах, захожу в квартиру, окрыленная скорой встречей, и вижу хорошенькую блондинку, которая к тому же просит у тебя халат! У меня буквально помутился разум!
— Откуда такая ревность? — мягко поинтересовался он.
— Откуда? — усмехнулась я. — После превращения! Окончательно став рысью, я начала более остро реагировать на многие вещи. К тому же пока я плохо контролирую приступы ярости. Уже и ревность приобрела какие-то космические масштабы. Да я готова убить любую девушку или женщину, которая строит тебе глазки!
— Я заметил это еще в Гонконге! — сказал Влад и притянул меня к себе. — Но могу заверить тебя, Лиля, я люблю только тебя! Понимаешь? Мне никто не нужен во всем мире! Никто!

И он начал меня целовать. Я ответила пылко. Я так сильно соскучилась по Владу! А недавние события вызвали ожог в душе, и мое чувство от этого только обострилось. Мы уже плохо контролировали себя, страсть захлестывала. Скрипнула дверь. Мы оторвались друг от друга и увидели Розу. Она стояла на пороге нашей спальни и смотрела на нас округлившимися глазами.
— Иди к себе! — глухо проговорил Влад.
— Мне душно! — прошептала она. — Хочется на свежий воздух!
Я отстранилась от Влада и недовольно смотрела на Розу. Но она выглядела такой несчастной, что я смягчилась.
— Одна она, конечно, гулять не пойдет? — спросила я.
— Что ты! — помрачнел Влад. — Она умрет прямо на улице от страха. Необычайно нежное и чувствительное создание! Ты как?
— Не знаю, — вяло ответила я.
Плечо все еще ныло, а, после того как я сняла с раны жемчужину Влада, боль усилилась.
— Роза, иди в комнату, — ласково проговорил Влад. — А мы сейчас что-нибудь придумаем!
Девушка потупилась, румянец сбежал с ее щек. Она помедлила, затем ушла, закрыв за собой дверь.
— Вообще-то плечо еще немного болит, — сообщила я. — Но ты можешь не волноваться. Думаю, тебе стоит погулять с этой неженкой. Странно, что она девушка-роза. Ей бы скорее подошел облик мимозы!
И я улыбнулась.
— Но как я оставлю тебя одну? — сопротивлялся Влад.
— А что мне здесь может угрожать?
Я вдруг вспомнила, как таяло тело Златы с торчащим из него серебряным прутом. Влад замер. Его глаза расширились, он не мигая смотрел мне в лицо. И я поняла, что снова транслирую мысли. А ведь он все еще не знал о гибели Норы и Златы. Когда он примчался мне на помощь, тело Златы уже исчезло.
— Я сейчас видел... — прошептал он. — Это что? Это Злата?
Я кивнула и рассказала ему о визите Гала и о том, что он мне поведал о гибели Норы, затем объяснила, как умерла Злата. Влад оцепенел.
— Когда Роза сообщила, что в квартиру вошла какая-то девушка, но, увидев ее, сразу умчалась, я понял, что это ты, — медленно проговорил Влад. — Схватился за телефон, но услышал звонок твоего мобильного из сумки, валявшейся на полу. Тогда я понял, что связи с тобой нет. Оделся и вышел на улицу. И начал искать твои следы по запаху. Это было трудно, ведь в городе полно других запахов. Но мне удалось тебя обнаружить. Когда я оказался в промзоне, то уже слышал только твой запах. Но, уловив помимо него запах вампира, а потом и человека, не стал больше медлить, обратился в рысь и полетел к тебе.

— Камаэль выследил Нору, затем и Злату, — сказала я. — Перед встречей со Златой я даже видела его силуэт, мелькнувший между гаражами. Правда, не могла понять, кто это. Тем более он тут же скрылся.
— Он охотился именно за ними? — уточнил Влад.
— Нет! — уверенно ответила я. — У меня создалось впечатление, что ему все равно, что за вампир оказался его жертвой. Главное — вампир! Он мстит за погибшую сестру. И убивает кровососов всех подряд. А Нора и Злата, как он пояснил мне, отличались беспечностью и неосмотрительностью, так что стали легкой добычей. Его цель — убить как можно больше вампиров.
— И он наверняка заинтересовался твоим талисманом! — хмуро произнес Влад.
— Да, он им интересовался, но ведь талисман на людей не оказывает вообще никакого воздействия. А тут ты появился, так что наш занимательный разговор не был закончен. И он так и не понял, что украшение и является моим оружием против вампиров.
— Охотник найдет тебя, — мрачно проговорил Влад. — Он так это не оставит! Для него подобное средство поражения иных сущностей незаменимо.
— Если я укроюсь в селении, туда он точно не доберется! — ответила я. — Не забывай, он обычный человек и не может телепортировать по своему желанию, как вампиры.
— Я уже и сам думал, что лучше всего тебе жить в селении!
— И тебе тоже! — твердо произнесла я. — Может, хватит уже раскатывать по свету? Зачем подвергать себя опасностям? Ведь мы — оборотни! И нам не место среди людей!
— Я подумаю об этом, — после паузы пообещал Влад. — А сейчас надо что-то решать с этой несчастной.
— А что решать? — улыбнулась я. — Ты сейчас ее выгуляешь, заодно купишь продукты, а я пока отдохну.
— Не хочу оставлять тебя одну! — твердо проговорил Влад.
— Мне плохо, — раздался слабый голосок.
И в комнату вошла Роза. Она устрашающе побледнела, ее и без того светлые глаза выглядели почти прозрачными, словно вода, и это было неприятно.
— Да-да, — торопливо ответил Влад. — Но тебе нужно переодеться. В платье нельзя выходить на улицу. Лиля, дай ей какие-нибудь джинсы, свитерок и куртку.
— Я не чувствую холода и не люблю тесную одежду, — печально проговорила Роза. — Она меня душит!
— Но, кроме этого зеленого платья, у тебя ничего нет! — хмуро заметил Влад. — А в таком виде по городу разгуливать нельзя. Сейчас февраль, а не июль!
— Минутку! — сказала я и открыла шкаф.
Я вспомнила, что в прошлый свой приезд покупала спортивный велюровый костюм из брючек и куртки с капюшоном. Когда я примерила его дома, он показался мне мешковатым и я убрала его в шкаф. Костюм был светло-зеленого цвета. Я быстро достала пакет и протянула Розе. Она слегка порозовела и заулыбалась, не сводя глаз с костюма.
— Он мягкий, на тебе будет сидеть свободно, — сказала я. — Бери!
— Мне нравится его цвет! — прошептала она.
— И вот еще футболка под него! — добавила я, вытаскивая из шкафа плотную футболку с длинным рукавом.
— Белая! — восхитилась Роза. — Ты такая милая, Лиля!
— Переодевайся! — сказал Влад. — А я пока чаю выпью.
Роза прижала одежду к груди и скрылась. А мы с Владом отправились на кухню. Я поставила чайник и начала делать бутерброды.
— Долго не гуляйте! — озабоченно проговорила я. — Роза кажется такой хрупкой, даже не представляю, как она вообще ходит!
— Да, создание она слабое, — согласился Влад. — Но что ты хочешь? Жить на одной воде!
— А ты раньше встречал такую форму существования? — поинтересовалась я.
— Ты уже спрашивала! — с улыбкой ответил Влад. — Нет, только слышал, что есть на земле оборотни-растения. Но сам впервые столкнулся с подобной девушкой-розой.
— А она что-то о себе рассказывала?
— Нет. Хотя я и не спрашивал! Днем она ведет полусонное существование, бродит по дому, словно тень. Как только садится солнце, превращается в белую розу. И ее нужно сразу ставить в воду, иначе погибнет.
— Странно, что такое существо вообще смогло выжить! — удивилась я.
— Мой век короткий, — раздался нежный голосок, и Роза вошла в кухню. — Как я вам?
Костюм висел на ней, но я не стала делать замечание. К тому же Роза не была обычной девушкой, и, думаю, ей было все равно, главное — удобство.
— Прекрасно! — мягко проговорил Влад. — Тебе идет зеленый цвет!
— Спасибо, — тихо ответила она и опустила глаза.
— Но как ты попала к Снежану? — не вытерпела я.
Роза плавно подошла к столу и будто бы в изнеможении опустилась на диванчик.
— Воды? — предложила я.
Она кивнула. Я налила большую кружку воды из фильтра и поставила перед ней.
— Спасибо, — прошептала Роза и начала пить.
— Сейчас закончу завтракать, и мы пойдем гулять, — ласково проговорил Влад.
— А Лиля? — уточнила она.
— Я себя неважно чувствую из-за раны, — сказала я, — поэтому мне лучше остаться дома.
— Да, я вижу, что над твоим плечом темный ореол, — неожиданно сообщила Роза.
— Что ты видишь?! — спросили мы одновременно с Владом и переглянулись.
— Я вижу ореолы вокруг всех живых и даже неживых существ, — спокойно ответила она. — И они разных цветов. К примеру, вокруг Лили теплый светло-оранжевый, а вокруг Влада солнечно-желтый. А вот Снежан был окружен сиреневым свечением.
— А Гал? — с любопытством поинтересовалась я.
— Гал? — явно удивилась она. — Его тело не испускает никакого свечения. Но все вампиры таковы! Они будто окутаны каким-то серовато-мутным туманом, но это совсем не то, что у живых существ.
— Как интересно! — задумчиво проговорил Влад. — Значит, ты на глаз можешь определить, кто перед тобой — вампир или человек!
— Ну да, — пожала она плечами. — Это легко! Но утомительно. Особенно в городах! Так много разных ореолов! К тому же я вижу больные места. Они всегда темнее, чем основной фон свечения. Вот сейчас я вижу, что у Лили над раненым плечом ореол намного темнее, чем над всей фигурой. Но самое ужасное, когда я вижу, что кто-то при смерти. Весь ореол темный и угасающий! Поэтому я не могу жить в городах! Мне тут плохо! Здесь так много больной энергии!
— Но как ты оказалась у ирбиса? — повторила я свой вопрос.
— Он выиграл меня в карты у одного важного господина из Макао, — сообщила она.
— Кто бы сомневался! — рассмеялась я.
— Я жила у него несколько лет, — грустно продолжила Роза. — Господина звали Янлин. И он был очень добр ко мне. Для меня был сооружен во внутреннем дворике специальный сад, полный цветов и птиц, даже с небольшим фонтаном. Воды у меня было всегда предостаточно.
— А к этому Янлину ты как попала? — не унималась я.
— Он выкупил меня у одного японского путешественника за баснословную сумму, — ответила Роза. — Господина звали Наоки. Он потерял все деньги, так как его обокрали, и оказался в бедственном положении. И продал меня, чтобы продолжить свое путешествие. Но не как наложницу, вы не подумайте, — с горечью добавила Роза, — а как врача! Янлин купил меня для нужд всей своей огромной семьи, и в мои обязанности входило каждое утро просматривать ореолы его родственников.
— А то, что ты растение, его не смутило? — удивилась я.
— И в Японии, и в Китае совсем другие понятия, чем на Западе, — сказала она. — Там к необычному относятся спокойно. Таковы особенности основных религий. Синто говорит о том, что в любом существе имеется душа. И почему бы ей не быть в цветах?
— Да-да! Это так! — согласилась я. — В свое время я очень увлекалась восточными религиями. И даже занималась одной из разновидностей ушу, а именно тайцзыцюань!
— Тогда ты не должна удивляться такому взгляду на мир, — улыбнулась Роза.
— А как ты оказалась у господина Наоки? — спросил Влад.
— Он спас меня от неминуемой смерти, — грустно проговорила Роза. — Так как он постоянно путешествует по миру, то бывает во многих местах. Господин Наоки рассказал мне, что однажды, это было почти шестнадцать лет назад, он оказался на севере Монголии. Он путешествует исключительно пешком, считает, что только так можно увидеть все красоты земли. Он мечтал увидеть живописное озеро Хубсугул. Там настоящая тайга, реликтовые кедры, прекрасные виды. Он хотел заночевать в одном поселке на берегу Хубсугул, но не успел до темноты дойти до него. И вдруг господин Наоки услышал стоны. Он замер, так как место было безлюдным и он опасался, что может попасть в какую-нибудь неприятную историю. Однако стоны снова повторились, голос был женским. Звуки шли откуда-то слева от дороги, по которой он шел. Там расстилался сосновый бор. Справа видно было озеро. Господин Наоки бросился к соснам. И у подножия одной из них заметил что-то белое. Это была девушка. Она только что родила. Младенец пищал, завернутый в подол ее длинного платья. Господин Наоки приблизился и предложил помощь. Девушка была необычайно бледна, он понял, что она полностью обессилена. Девушка сняла со своих плеч белый платок, завернула в него младенца и молча протянула господину Наоки. Он начал взволнованно выяснять, кто она, чей это ребенок, но она уже испустила последний вздох. Он хотел ее похоронить, но тело превратилось в розу. Это испугало господина, он хотел поднять цветок, но едва его коснулся, как лепестки опали, роза почернела и рассыпалась прахом. Господин Наоки совсем перепугался, но не оставил младенца умирать и взял с собой. Как вы уже можете догадаться, это и была я. И господин Наоки меня вырастил.
— И он же тебя продал! — возмутился Влад. — Можно сказать, родную дочь!
— Не совсем так, — тихо ответила Роза. — Просто он попал в безвыходное положение и уступил меня на время за деньги. Но обещал вернуться и забрать меня.

— Сомневаюсь! — пробормотала я. — Странная история! А ты так и не узнала, кто была твоя мать... твой отец?
— Нет, — печально проговорила она. — Откуда это можно узнать? Господин Наоки из-за меня прервал свое путешествие, вернулся домой. Жена приняла младенца, тем более они были бездетны. Но, конечно, в первую же ночь он понял, что я человек-роза, так как младенец на его глазах с заходом солнца превратился в розовый нераспустившийся бутончик. Так я и росла у них. Соседи думали, что я обычная девочка, их дочка. А потом я стала везде путешествовать с господином Наоки.
— Почему? — удивилась я.
— Его жена меня невзлюбила, — тихо проговорила Роза. — Она хотела от меня избавиться: то мало нальет воды на ночь в вазу, в которой я обычно стояла после захода солнца, то будто случайно оторвет у меня листик, что причиняло мне боль. Но ее можно было понять. Зачем ей оборотень в доме? Вот господин Наоки и стал брать меня с собой в путешествия. Она ведь постоянно его ругала из-за меня, житья не давала. Но убить меня опасалась, хотя легко могла.
— Наверное, из-за жены господин Наоки и расстался с тобой, — предположил Влад. — Увидел подходящий дом, понял, что там тебе будет хорошо, и оставил тебя там. А тебе сказал, что будто бы его обокрали и ему необходимо выручить побольше денег. Это чтобы тебе не было больно. Так что навряд ли он когда-нибудь вернется за тобой, Роза!
На ее глазах снова выступили слезы.
— А я уже и не ждала, — после паузы призналась она. — В новом доме мне, правда, было хорошо. Никто, кроме господина Янлин, не знал о моей природе. Все думали, что у него живет бедная родственница. А домочадцы считали, что я экстрасенс и отличный врач, но не распространялись об этом. Им было удобно, что я постоянно при них и могу помочь им лечением. Я ведь не только вижу ауру, но и могу лечить.
Роза встала и приблизилась.
— Ты позволишь? — спросила она. — Я вижу, что поле над твоей раной темнеет, и думаю, что боль усиливается.
— Лиля?! — испугался Влад. — Что же ты молчишь?
Но я не ответила. В рану и правда стреляло, очень болезненно.
— Серебро опасно не только для вампиров, но и для нас, — заметил Влад, с тревогой глядя в мое лицо. — Конечно, в меньшей степени. Главное, чтобы оно не попадало внутрь организма. А нож врезался до кости!

— Сейчас все исправим, — прошептала Роза и подняла руки, развернув их ладонями к моему плечу.
Она замерла, закрыв глаза. Я думала, что она будет проделывать какие-то манипуляции, но она просто стояла и держала руки над раной. И боль начала утихать. Это было блаженство! Совсем скоро я ощутила себя здоровой, и даже появился прилив сил. Но вот Роза бледнела на глазах. Когда лечение закончилось, она без сил упала на руки Влада. Он осторожно усадил ее на диванчик и побрызгал на лицо водой. Роза вздохнула и пришла в себя.
— Пить, — только и сказала она.
Я налила в кружку воды. Роза выпила ее до дна и попросила еще.
— И куда вы собрались гулять? — заметила я. — Она и шагу не сможет сделать!

— Смогу, — прошептала она и выпрямилась. — Но так плохо мне еще нигде не было. Видимо, этот город не для меня.
— Тебе бы куда-нибудь на юг, где много солнца, свежий теплый воздух, какой-нибудь ручей! — пробормотал Влад.
— Или хотя бы квартира с системой климат-контроля, — заметила я.
— Пойдем все-таки погуляем, — после паузы предложила она.
— Хорошо, — улыбнулся он.
— Спасибо за лечение! — ласково поблагодарила я, в душе удивляясь, как я могла ревновать к такому беззащитному хрупкому созданию.
В этой девушке не было ничего от женщины. Она словно бесплотный призрак, воздушный и неземной. Казалось, дунешь на нее, и она исчезнет. Сейчас я понимала, почему Влад не смог оставить ее одну в селении. Я бы тоже не смогла! Создавалось ощущение, что без людской заботы Роза и дня не проживет. И ей на самом деле нужен хозяин.
Когда за ними закрылась дверь, я отправилась в спальню. Мне хотелось полежать в тишине и обо всем подумать. Главный итог последних событий — смерть Норы и Златы. Странные чувства я испытывала. Жалость присутствовала, но и осознание, что я навсегда избавилась от таких врагов, вызывало облегчение. Я понимала, что лучше всего забыть о них и смотреть только вперед. Но пока прошло слишком мало времени после их смерти. Я лежала на спине, смотрела в потолок и не могла избавиться от воспоминаний о первой смерти Златы как рыси, а затем — второй, уже вампиром. Вначале ее укусил Вой, это случилось в тайге неподалеку от нашего селения. Они сцепились еще на земле, затем он потащил ее в воздух. Как они извивались, как пытались поранить друг друга! И Вою удалось впиться в ее шею. Но и Злата смогла нанести ему смертельный удар. Они рухнули за землю. И оба умерли. И вот мать Златы смогла восстановить тело дочери.

— Жемчужина! — громко проговорила я и села на кровати.
Мне стало нехорошо от сознания, что какая-то часть души черной рыси все еще жива. Мало ли чем все это могло закончиться! Ведь и в первый раз я была уверена, что Злата мертва. Но она словно бы воскресла! Разве я могла даже предположить такое?
— Я должна ее уничтожить! — решительно произнесла я. — Зачем мне эта жемчужина? Я не черная рысь и никогда ей не стану!
Я взяла коробочку и открыла ее. Жемчужина выплеснула багровый веер света. С ужасом я увидела контур лица. Это была Нора. Ее глазницы выглядели пустыми, рот был распахнут, из него торчали вампирские клыки, но очертания головы были явно рысьими. Я даже видела уши с кисточками на концах.
— Ты не посмеешь! — грозно произнес призрак. — Иначе ты умрешь сама! Ведь здесь твоя кровь!
Я вздрогнула. В ее словах было зерно истины, так мне показалось. К тому же я сама до конца не понимала, что это за субстанции — души-жемчужины рысей. Но точно знала, что они живые, к тому же обладающие всевозможными свойствами, которые они могут передавать своим хозяевам.
— Я должна ее уничтожить! — в смятении повторила я и, не обращая внимания на призрак, вынула жемчужину из коробочки.
Веер лучей исчез, но мои пальцы мгновенно получили сильный ожог. Я вскрикнула от неожиданности и разжала их. Бусина упала и покатилась. Она исчезла под кроватью. Я начала ее искать, но она словно спряталась. Взяв фонарик, я тщательно обследовала каждый уголок спальни. Но не видела ничего, похожего на черную бусину. Тогда интуитивно вынула из языка малиновую жемчужину и положила ее на пол под кровать. Она сразу начала испускать розовый свет. И вот он сфокусировался в угол. Оттуда вылетел тонкий красный лучик, и я заметила, что под плинтусом есть небольшая выемка. Поняв, где находится черная, вынула ее при помощи щипчиков.

— Лиля! — раздался голос Влада. — Ты где? Мы вернулись!
Я засунула черную бусину в карман халатика и выпрямилась. Влад уже заглядывал в спальню.
— Что с тобой? — испуганно спросил он.
Я показала пирсинг с малиновой жемчужиной и пояснила, что нечаянно уронила его.
— Но зачем ты вообще ее вынула из языка? — недовольно поинтересовался Влад.
— Да так... что-то захотелось, — довольно глупо ответила я. — Сейчас вставлю обратно. А где Роза?
— Я здесь, — раздался ее голосок.
Она заглянула в двери и мило мне улыбнулась. Ее лицо после прогулки разрумянилось, глаза блестели. Но, глянув на меня, она вдруг задрожала и попятилась.
— Ты чего? — удивилась я. — Все в порядке?
— Да-да, — пробормотала она и ушла.
— Чего это с ней? — спросила я у Влада.
— Не знаю! — пожал он плечами. — На улице ей вроде стало легче, мы хорошо прогулялись, но далеко не уходили.
— И правильно! Она такая слабая!
— А ты тут как? — ласково спросил Влад.
— Подремала немного, — сказала я и поцеловала его.
Он легко прижал меня к себе.
— Я продукты принес, — после нескольких поцелуев сообщил он.
— О! Очень кстати! Хочется чего-нибудь вкусненького! — засмеялась я. — Жаль, что в Москве нет такого ресторана, как в Гонконге! Для сыроедов! Помнишь?
— Еще бы! — ответил Влад. — Вкус того козленка трудно забыть.
— Ладно, пойду чего-нибудь приготовлю из твоей добычи! — сказала я.
Я вошла на кухню и увидела, что Роза стоит возле стола и пьет воду. Но как только я появилась, она замерла с приоткрытым ртом. Капельки воды стекали по подбородку, но она даже не шевельнулась. В ее расширенных глазах застыл ужас.
— Роза! — строго проговорила я. — В чем дело?
— Возле тебя черная смерть! — прошептала она и указала пальцем на карман моего халата, в котором лежала жемчужина. — Я вижу черную энергию!
— Глупости! — как можно более беззаботно произнесла я. — Тебе всего лишь кажется! Возможно, так плохо на тебя влияет городской загрязненный воздух. Могут же у тебя быть галлюцинации!
— Не могут! — тихо ответила она.
— Хорошо! — только и сказала я и покинула кухню.
В коридоре Влада не было, я вздохнула с облегчением и засунула жемчужину в кармашек своих джинсов, висевших в шкафу. Затем вернулась на кухню. Роза по-прежнему стояла возле стола.
— И что теперь ты видишь? — уточнила я и развела руки в разные стороны. — Есть ли черная энергия, как ты выражаешься, исходящая от меня?

Роза моргнула. Ее лицо посветлело, румянец вернулся на щеки.
— Все исчезло! — изумленно проговорила она.
— Говорю же, это просто галлюцинации! — улыбнулась я. — И не стоит говорить об этом Владу! Хорошо?
Она кивнула.
— Этот город дурно на тебя влияет, — продолжила я. — Но как тебя переправить обратно в селение?
— Я никуда не поеду без моего хозяина, — сказала Роза. — Где он, там и я!
«Задача! — подумала я. — Но меня начинает утомлять эта девушка! Она что, так и будет повсюду с нами? А как же личная жизнь? Ну, Снежан! Хорошенькую же месть он придумал! Змеи-ремни и то гуманнее!»
Выпив еще стакан воды, Роза удалилась в свою комнату. И я вздохнула с облегчением. Постоянное присутствие посторонней девушки, пусть и такой необычной, начало меня угнетать. К тому же ее сопровождал сильный запах розового масла, что тоже уже не радовало. Казалось, вся квартира, одежда и вещи насквозь им пропитались. Вначале я пожалела Розу, но сейчас поняла, что нам лучше как можно скорее от нее избавиться. Но вот как? Навряд ли Влад согласился бы отдать ее в чужие руки и этим причинить ей хоть какой-то вред. Роза считала, что сейчас он ее хозяин.
«Но ведь она уже переходила из рук в руки, — размышляла я, ставя курицу в духовку. — И легко привыкала к новому хозяину. Хотя кто его знает! Может, для нее это такой стресс, что мало не покажется. Просто она не рассказывает об этом, а старается приспособиться к новым обстоятельствам».
— О, курочка! — радостно проговорил Влад, входя в кухню. — Ты моя умница! Я уже умираю с голоду!
— Где эта несчастная? — спросила я.
— В своей комнате, — удивленно ответил он. — А что?
— Жаль ее! — ответила я. — И что это за жизнь?! Ужас какой-то! А когда она превращается в цветок? В какое время это происходит?
— Насколько я понял, как только садится солнце, — сказал Влад.
— Уже скоро сядет! — заметила я. — Все-таки зимой дни очень короткие!
— Что-то я не понял! — недовольно проговорил он. — Роза тебе мешает? Она такая милая и беззащитная. К тому же помогла тебе с раной!

— Не отрицаю, — ответила я. — Просто хочу остаться с тобой наедине.
Влад сразу перестал хмуриться.
— Я так соскучилась, любимый, — ласково проговорила я и обняла его. — И присутствие пусть и очень милой девушки не может не раздражать. Ты уж пойми! Только ты и я. И никаких цветов! — с улыбкой добавила я.
Влад прижал меня к себе и поцеловал. Я уткнулась лбом ему в грудь. Было так уютно, я ощущала такое умиротворение, что не хотелось разжимать объятия. Я бы вот так стояла часами, лишь бы чувствовать, что любимый рядом.
— Извините! — раздался нежный прерывающийся голосок.
Мы отпрянули друг от друга. Ярость поднялась в душе, я с трудом сдерживалась. Роза стояла в дверях кухни и смотрела жалобно.
— Что ты хочешь? — заботливо спросил Влад.
— Вы забыли налить в вазу свежую воду... — прерывающимся голоском сказала она. — А солнце уже садится... Я испугалась, что вы будете заняты только собой... но мне это понятно... и забудете обо мне... я могу уме...
Роза не договорила. Ее фигура начала подергиваться меняющей свой цвет дымкой. По ней будто пробегали волны света от светло-зеленого до розовато-белого. И вот на полу лежит белая роза.
— И правда! Я забыл налить в вазу воду, — обеспокоено проговорил Влад. — Лиля, подними ее! А я сейчас!
И он выбежал из кухни. Я осторожно взялась за стебель. Заметив, что шипы тут же выросли, я постаралась не уколоться, хотя они начали двигаться и будто бы целились в мои пальцы.
— Какого черта ты хочешь меня уколоть? — грозно произнесла я. — Я не собираюсь причинять тебе вред! Хотя, если честно, так и тянет переломить твой стебель и избавиться от тебя раз и навсегда. Я не такая добрая, как Влад, и ты меня уже достала!
И вдруг на белых лепестках появились красные капельки, словно Роза заплакала кровавыми слезами. Я испугалась, пришла в себя, жалость затопила сердце. Я знала, что несправедлива к этому несчастному созданию. Она была так беззащитна, казалась такой жалкой и недолговечной, что злиться на Розу у меня не было никаких оснований.
— Ну прости! — прошептала я. — Я не права! Постараюсь держать себя в руках!
Капельки крови скатились с лепестков на пол и больше не появлялись. Я вздохнула с облегчением. В кухню зашел Влад с вазой в руках. Он доверху набрал свежей воды, я опустила туда розу.
— Давай отнесу ее в комнату, — мягко сказал он.
Когда Влад вернулся, я уже достала курицу из духовки. Мы сели ужинать. Без постоянного присутствия Розы я чувствовала себя спокойнее. За нами никто не наблюдал.
— Какие планы? — поинтересовалась я, наблюдая, как Влад обгладывает куриную ножку.
Он закончил есть, тщательно вытер пальцы салфеткой и налил в стакан молока.
— Как только приедут братья, начнутся репетиции и выступления, — ответил он.
— Ну это понятно! — улыбнулась я. — Но я вообще-то хотела выяснить относительно Розы. Не можем же мы ее повсюду таскать за собой! Насколько я поняла, ночью в виде цветка она ни у кого не вызывает подозрений. А если рейс дневной? У нее ни документов, да и вообще...
— Я тоже об этом думал! — после паузы сообщил Влад. — Правильнее всего ее поселить в нашей деревне. Если бы можно было ей внушить, что ее хозяева отныне все славы! Уж воды налить в наше отсутствие ей любой может! Но она вбила себе в голову, что раз Снежан подарил ее мне, то лишь я могу ухаживать за ней. И она должна жить вместе со мной.
— Ужас какой-то! — пробормотала я и помрачнела. — А что это за форма существования? И сколько они живут?
— Понятия не имею!
— Подожди! — сказала я и взяла телефон.
— Кому ты звонишь? — удивился Влад, но я подняла палец.
Он замолчал.
Грег взял трубку сразу.
— Привет! — быстро проговорила я. — Можешь говорить?
— Конечно! — ответил он. — У тебя все в порядке?
— Да-да, потом тебе расскажу последние новости. А сейчас ты не мог бы ответить мне на один вопрос.
— Слушаю!
— Ты знаешь что-то о людях-розах? — спросила я. — У тебя ведь собрано огромное количество книг о вампирах, оборотнях и прочих формах жизни.
— Да, у меня много подобного материала, — задумчиво ответил он. — Но ты меня повергла в шок, Лиля!
— Почему? — удивилась я. — Такой простой вопрос.
— У меня есть один сборник сказочных историй, — пояснил он.
— И что, там есть о людях-розах? — уточнила я.
— Там собраны сказки о всяких леших, кикиморах, водяных, лесовиках. Но есть сказка о человеке-чертополохе и точно о людях-розах.
— Да что ты? — обрадовалась я. — А можешь мне переслать по имейлу о розе?
— Без проблем, — ответил Грег. — Но почему у тебя возник интерес именно к такой форме жизни? Ее же не существует. Это всего лишь сказочная история!
— Потом расскажу, хорошо? — мягко произнесла я. — Тебе от Влада привет!
— Так он приехал! — явно обрадовался Грег. — И ему от меня! Ждем вас в гости!
— Обязательно придем!
Я положила трубку. Влад улыбнулся.
— Нас ждут в гости! — сообщила я. — И Грег обещал немедленно выслать мне сказку о людях-розах! Представляешь, есть такая легенда! Может, в ней мы найдем ответы на наши вопросы. Мне не терпится!
Зайдя в гостиную, сразу открыла ноутбук. Для меня было письмо. От Жени. Я уселась удобнее и открыла его.
...
«Доброе время суток, Лиля!
Спешу рассказать тебе о последних событиях. Мой роман с Верой развивается стремительно. Вот уж правда, легче всего «перехватить» любовь другого. Вера еще не остыла от чувств к этому подонку, ее бывшему. Но о чем я?! Разве я сам не хуже его в сто раз! Она думает, что я обычный парень, правда, со странностями. Я снял квартиру в Выхино, там и живу постоянно. Вере сказал, что не поступил в универ, но домой не вернулся и остался в Москве, хожу на подготовительные курсы. Она и верит! Такая наивная! Ты бы слышала ее мысли! У нее в голове полный сумбур! И она настолько впечатлительна, что уже влюблена в меня. Правда, мысли о бывшем все еще причиняют ей боль. Думаю, что она обратила на меня внимание лишь для того, чтобы забыть его. Клин клином, что называется. Но мне все равно, если честно. Я вижу в ней только средство обрести человеческий облик, избавиться раз и навсегда от вампирской сущности. И я совсем в нее не влюблен, Лиля! Мне даже не жаль ее. Я все думаю о Греге и его истории. Конечно, он совсем другого склада. Когда он встретил Ладу, ему было почти сто лет, то есть мировосприятие кардинально отличалось от моего. Ведь я вампир без году неделя! И все равно! Как он смог вот так сильно полюбить?! Мне непонятно! Внутри только холод, только пустота. Я, словно сторонний наблюдатель, тщательно отслеживаю реакции Веры, периодически заглядываю в ее мысли, проверяю ее СМС. Но она чиста! Не думал, что в наше время еще существуют такие невинные во всех смыслах этого слова девушки. Она из обычной семьи, папа всю жизнь работает на ЗИЛе, мама — учительница пения в ДК. И Верочку с детства усадили за пианино, прививали ей любовь к классической музыке и песням советских композиторов. И, естественно, хорошая русская литература. Ты не думай, я не прикалываюсь! Я и правда не вижу в таком воспитании ничего плохого. Но девушка мне кажется совершенно не современной, она будто из прошлого века. И все-таки она очень милая! Иногда во мне сквозь вечный холод даже пробиваются ростки раскаяния. Ведь я обалтываю ее, очаровываю, обволакиваю обаянием. И она поддается. И влюблена, в этом я не сомневаюсь. К тому же Вера чрезвычайно романтичная натура. До превращения я и сам был таким, так что она мне понятна. И я точно знаю, на какие кнопочки нужно надавить и в какое время. Я кажусь тебе чудовищем, Лиля? Но у меня нет другого выхода! К тому же постоянно растет внутренняя уверенность, что все получится, Верочка не пострадает, останется человеком и поможет мне стать им! И пусть дьявол провалится в тартарары!»
На этом письмо заканчивалось. Меня порадовало, что Женя так целеустремленно движется к своей цели. И он был прав! Ведь время здесь имело основное значение. Чем раньше он все сделает, тем легче ему будет адаптироваться, ведь он перенесется в тот миг, когда его укусили. При этом память сохранится. Я снова вспомнила о смерти Норы и Златы и решила написать ему об этом. Именно они были виноваты в его нынешнем состоянии, так что, думаю, Женю только бы порадовало то, что они погибли. Я, конечно, могла позвонить ему, но решила этого не делать. Мало ли чем он сейчас занят! А вдруг я помешаю? Собью его с нужной волны! И я просто написала ему письмо, в котором выразила свою радость, что он идет по верному пути, и рассказала о последних событиях. Пока я этим занималась, появилось новое письмо. Оно было от Грега. Я открыла файл.
Люди-розы. doc.
Давно это было. Жили в одном казахском селении две семьи. Их дома стояли на противоположных краях деревни. Семья Сасикбая была богатой, их большой каменный дом возвышался на берегу реки и был виден издалека. Высокий забор, злые псы, бегающие по двору день и ночь, надежно охраняли богатства, нажитые хозяином и его предками. Семья Котибара была нищей. Их лачуга стояла в низине возле вонючего болота. И вот случилось так, что младший сын Сасикбая полюбил единственную дочку Котибара. Арман [Арман — имя означает «мечта».], так его звали, случайно встретил Айгуль [Айгуль — имя означает «лунный цветок».] на берегу реки, когда она полоскала белье. Это было на рассвете. Стояла поздняя весна, было уже тепло, и мать отправила Айгуль стирать на реку. Она упустила единственную свою ночную сорочку, и та уже плыла по быстрому течению. Айгуль закричала и хотела броситься в реку. Но она не умела плавать, к тому же жутко боялась водяного. Однако она знала, что отец выпорет ее за утрату одежды. Сорочка была у нее единственной, хотя уже и изношена до дыр, которые Айгуль тщательно заштопывала каждый раз, как они появлялись. А спать голой Айгуль постыдилась бы. Она очень боялась гнева отца, поэтому оглянулась, и, увидев, что на берегу реки никого нет, начала снимать шапан [Шапан — верхний халат.]. Аккуратно уложив его на сухую корягу, она потянула завязки шаровар. Но ей стало стыдно, что она сейчас обнажится на улице. И хотя на берегу никого не было, Айгуль все-таки не сняла койлек [Койлек — нераспашная женская рубаха.] и шаровары, а прямо в них и вошла в реку. У нее сразу застучали зубы от ледяной воды, но она видела, что ее сорочка уплывает все дальше, поэтому бросилась за ней. Через несколько шагов она попала в яму и ушла под воду. Айгуль барахталась, пытаясь вынырнуть на поверхность, но уже начала захлебываться. И когда ее подхватили сильные руки и вынесли на берег, она уже потеряла сознание. Привело ее в чувство прикосновение жарких губ к ее губам. Айгуль вскрикнула и села на песке, прикрывая руками грудь, которую облепила мокрая ткань. Возле нее сидел на корточках молодой парень. Это и был Арман. Его лошадь всхрапывала, привязанная к ближайшему дереву. Айгуль замерла, так как никогда раньше не видела таких красивых молодых людей. Его карие глаза казались ей полумесяцами, густые черные волосы блестели, пухлые красные губы улыбались, показывая белые, как жемчуг, зубы. С его одежды текла вода. Ее сердечко замерло, охваченное странным волнением, и тут же начало биться с удвоенной силой. Арман тоже не сводил глаз с Айгуль. Она выглядела такой хрупкой и беззащитной в этой прилипшей к ее юному телу рубахе, ее косички казались черными змейками, лежащими на плечах, большие черные глаза с длинными влажными ресницами смотрели испуганно, изящно вырезанные ноздри раздувались от прерывистого дыхания, побледневшие губы приоткрылись и живо напомнили Арману розовые цветы сливы. Любовь охватила его. Ему казалось, что мир исчез, остались только они.
— Кто ты, милая девушка? — задрожавшим голосом спросил Арман. — И зачем ты вошла в реку? Неужели хотела утопиться? Рассвет сегодня так прекрасен! Ты видишь, солнце уже встало? И все залило золотым светом! И твои волосы мне кажутся сейчас позолоченными.

И он коснулся ее головы рукой. Айгуль не отстранилась. Она как завороженная смотрела на юношу.
— Меня зовут Арман, — продолжил он. — Я из семьи Сасикбая.
— Айгуль, — тихо ответила она. — Я живу тут неподалеку, наш дом стоит возле самого болота. А твой я знаю! Он на другом конце деревни... богатый, каменный... Уходи! — быстро сказала она. — Отец убьет меня, если увидит, что я разговариваю с парнем. А в реку я полезла, чтобы поймать свою сорочку... Но отец все равно убьет меня, ведь моя сорочка уплыла!
И Айгуль разрыдалась. Арман бросился ее утешать, говоря, что купит ей тысячу сорочек. Но девушка вскочила, схватила свой шапан, корзину с выстиранным бельем и бросилась к дому. Арман не стал ее догонять. Он отвязал лошадь, забрался в седло и помчался не домой, а по лугам и лесам. Ему хотелось, чтобы свежий ветер остудил жар его щек и сердца.

До полудня Арман гонял коня, затем вернулся домой. И с тех пор не стало ему покоя. Так и видел он перед глазами юное прекрасное лицо Айгуль. И девушка не могла забыть встречу на берегу реки. Отец сильно побил ее за утерю сорочки, но она почти не чувствовала боли, так как думала только об Армане. И с тех пор стала она частенько приходить на берег реки и мечтать о милом. Ей было шестнадцать, и она уже вошла в пору невест. Но кто бы посватался к нищенке? Все в деревне знали, как бедно живет семья Котибара, никто не хотел породниться с ними. В те времена родители старались заранее найти подходящие партии для своих отпрысков. Богатые стремились породниться с ровней по положению, а бедные искали выгоду в браке и тоже пытались создать семьи с людьми побогаче, чем они сами. Редко кто заглядывался на нищих. И хотя Айгуль была необычайно хороша собой, родители понимали, что скорее всего ей суждено прожить век в девках.

Арман навел справки о семье, жившей в лачуге у болота, и понял, что никогда отец не согласится на то, чтобы он связал свою судьбу с такой девушкой. Но он, несмотря на свой юный возраст, а он был ровесником Айгуль, имел характер решительный, властный и вспыльчивый и никогда не отказывал себе ни в чем. Любовь впервые поразила его, она жгла его сердце, мутила разум. Промучавшись с неделю после той встречи у реки, Арман решил хотя бы издали увидеть милую. Перед этим он ездил в город и накупил там несколько красивых сорочек, платков и нитки бус. И когда солнце начало закатываться, Арман спрятал подарки за пазуху тона [Тон — тулуп.], вскочил на коня и помчался к болоту. Заметив лачугу, он спешился, привязал коня к кривому плетню, огораживающему двор, и хотел зайти в калитку. Но Айгуль уже увидела его и выбежала навстречу. Она молча схватила его за руку и побежала в сторону реки. Арман последовал за ней.
На берегу они остановились.
— Если отец узнает, он убьет меня! — прошептала она. — Но его сейчас нет дома, а мать копает землю за домом, хочет посадить хоть какие-то овощи. И я копала весь день, да вот по счастливой случайности пошла в дом выпить воды. И тебя увидела. Думаю, и мать уже заметила твоего коня. Поэтому ты сейчас уедешь!
— Не уеду! — упрямо проговорил Арман и прижал ее к себе. — Все мои мысли о тебе, жизнь моя закончилась после той нашей встречи! А ты, ты любишь меня?
И он жарко заглянул ей в глаза. Айгуль лишь кивнула. Крепко обнял он милую. И когда их губы соприкоснулись, их души соединились раз и навсегда. Слов уже не было нужно, они все понимали, глядя в глаза друг другу и безмолвно давая клятву верности.

— Мне нужно уходить! — шептала Айгуль. — Я должна оказаться дома до прихода отца.
— Я принес тебе подарки! — вспомнил Арман и достал из-за пазухи свертки.
— Что ты! — испуганно прошептала девушка. — Нет! Отец убьет меня, если это увидит! Уходи!
Она отстранилась, глядя на Армана с мукой. Не успел он удержать ее, девушка умчалась, словно весенний ветер.
Еще несколько раз встречались они тайно. И вот через месяц, когда земля была в цвету и голову кружил аромат сливовых и вишневых деревьев, Арман не выдержал. Рано утром вскочил он на коня и помчался к лачуге. Он решил забрать девушку, броситься в ноги к отцу и умолять его разрешить жениться на любимой. Подъехав к дому Айгуль, он спешился и привязал коня к плетню. Затем вошел в калитку. Но Айгуль словно караулила его. Она уже выбежала из дома и неслась ему навстречу. За ней выскочил разъяренный отец, однако проворные ноги девушки несли ее намного быстрее. Она вылетела за калитку, Арман, ни слова не говоря, схватил ее за руку и подсадил в седло. Отец уже выбежал из калитки и грозил им кулаком, выкрикивая проклятия всему роду Сасикбая. Но Айгуль ничего не слышала. Она крепко прижималась к любимому, конь уносил их от ее дома.
— Не бойся ничего, моя ласточка! — шептал ей на ухо Арман. — Никто нас не разлучит. Сейчас бросимся в ноги моему отцу, и он разрешит нам сыграть свадьбу!

Наивный Арман! Когда его конь влетел за высокий забор, отец уже встречал их на крыльце. Увидев, кого привез его сын, Саксибай расхохотался. Арман спешился и помог слезть невесте. Он крепко ухватил ее за руку и подвел к крыльцу. Саксибай окинул ее взглядом с ног до головы. Айгуль выглядела жалко в своей заношенный до дыр одежде, в синяках от побоев, со сползшим с головы платком и растрепанными косичками.
— Мы любим друг друга! — с вызовом проговорил Арман. — И я привел эту девушку в наш дом как свою будущую жену.
— Эту нищенку?! — расхохотался Саксибай. — Эту девку, живущую возле болота! Мы наслышаны о твоем недостойном увлечении. И не надейся! Мы уже подыскали тебе невесту из соседней деревни. Осталось сговориться с ее родителями, уважаемыми торговцами пушниной.
— Но я люблю Айгуль! — выкрикнул Арман.
— А кто она? — с издевкой спросил Саксибай. — Просто трава под нашими ногами! И я намерен с корнем ее вырвать, чтобы не мешала ходить по земле таким людям, как мы!
Айгуль уже сама хотела уйти, ее трясло от страха и унижения. Однако Саксибай распорядился по-другому. Махнул он своим слугам, те вырвали дрожащую девушку из рук Армана и выволокли за ворота. Они кинули ее прямо на грязную дорогу, крича вслед ругательства. И захлопнули высокие ворота. Арман пытался драться с ними, но его крепко держали другие слуги.
— Ты унизил меня! — закричал в исступлении Арман. — И не отец ты мне после этого!
— Из-за нищей девчонки?! — заорал в ответ разгневанный Саксибай. — Ты смеешь так говорить со мной?
Но Арман не ответил. Его сердце жгло от боли. Он вырвался и бросился к калитке сбоку от ворот. Она была приоткрыта, и он вылетел в нее. Увидев, что Айгуль по-прежнему лежит лицом в грязи, он подбежал к ней. И когда перевернул, то на него глянули мертвые глаза девушки. Не выдержало ее хрупкое сердечко и разорвалось от горя. Взвыл Арман от невыносимой муки не хуже раненного зверя, подхватил он на руки мертвую возлюбленную и понес ее на берег реки, на то место, где впервые ее встретил. Испуганные односельчане вышли из своих домов и молча смотрели на него. А он брел по дороге, прижимая Айгуль к груди и подняв залитое слезами лицо к небу.

Арман похоронил любимую на возвышении, неподалеку от той сухой коряги, где они часто сидели во время своих тайных встреч. Родители Айгуль помогали ему, но он словно никого не видел и ни с кем не разговаривал. После похорон Арман остался сидеть возле холмика. Он сидел всю ночь, его никто не тревожил. С утра к могиле начали приходить односельчане, но они не приближались, видя застывшего в скорбной позе Армана. Через день пришел и Саксибай, он что-то кричал сыну издалека, боясь подходить к нему, но тот даже не шевелился. Тогда Саксибай принес деньги родителям Айгуль и уверял их, что он не виноват, что девушку никто не трогал и она умерла по непонятным причинам. Деньги от него приняли и проводили с поклонами.
Арман умер на третий день после похорон. Утром его нашли лежащим на могиле Айгуль. Саксибай чуть не сошел с ума от горя и проклинал себя за содеянное. Односельчане приняли решение похоронить Армана рядом с любимой. Обряд был проведен. Два холмика возвышались на берегу реки. Люди с уважением относились к покою усопших и старались не тревожить понапрасну их могилы.
Прошел месяц. И вот на холмиках, посыпанных речным серым песком, появились зеленые ростки. И так как никто и ничего не высаживал на могилы, то эти ростки были словно чудо. Односельчане, как и родители умерших влюбленных, стали издалека наблюдать за ними. И скоро два стебля вытянулись вверх. Это были розы. В этой местности такие цветы были редкостью, поэтому они наделали немало шума. А когда на могиле Айгуль распустилась крупная белая роза и в этот же день на соседней могиле — алая, люди начали шептаться, что это возродились влюбленные. Розы тянулись друг к другу головками, словно целовались. Односельчане приходили к могилам и смотрели на цветы. Слух об удивительных растениях быстро распространился по округе. В селение потянулись любопытные из соседних деревень, затем и странники и прочий шатающийся по свету народ. Саксибай посоветовался с Котибаром и построил над могилами красивую усыпальницу. Но как только она была закончена и вся деревня собралась полюбоваться ей, розы вдруг превратились в парня и девушку. Люди в ужасе закричали, так как они выглядели словно живые. Арман был одет в алое одеяние, Айгуль — в белое. Они взялись за руки и сошли со своих могил.

— Высшие силы за нашу верную любовь разрешили нам существовать в виде людей-цветов, — тихим голосом произнес Арман. — С рассветом мы будем принимать человеческий облик, но как только солнце зайдет за горизонт, мы снова станем розами. И так будет повторяться до второй нашей смерти.
— Но вам нельзя здесь оставаться! — первым пришел в себя Саксибай. — Я создам для вас настоящий розарий, удобный и красивый! Там будет все для вас! Только для вас!
— Ты убил меня, — слабым голоском произнесла Айгуль. — Как я могу жить в твоем доме?
И впервые за всю свою долгую жизнь жестокосердный Саксибай разрыдался. Он упал в ноги Айгуль и попросил у нее прощения. Затем начал умолять сына простить его. Односельчане отворачивались, так как и они не могли сдержать слез. Влюбленные простили Саксибая. Он забрал их домой, устроив им райскую жизнь. Позаботился и о родителях Айгуль, отведя им удобные комнаты в своем огромном доме.
Молва о людях-цветах долго не утихала. И первое время любопытные все шли и шли в селение. Однако высокий забор и злые псы надежно охраняли дом Саксибая от непрошеных гостей. Память людская недолговечна, и через какое-то время эта история позабылась. Но у Армана и Айгуль было потомство, и с тех пор люди-розы живут на земле.

Я свернула файл. История меня ошеломила. Получалось, что Роза и есть один из потомков Армана и Айгуль.
— Ну что тут у тебя? — спросил вошедший в этот момент Влад.
— Вот, читай! — ответила я и уступила ему место за столом.
Закончив, он закрыл файл и повернулся ко мне. Его лицо было грустным.
— Бедная девочка! — прошептал Влад.
— Удивительно, что люди-розы выжили и даже встречаются в наши дни, — задумчиво проговорила я. — Судя по рассказу Розы они размножаются обычным для людей путем.
— Да, — согласился он. — Но найти пару практически невозможно. Роза говорила, что их почти не осталось на земле.
— А если... скрестить... неправильное слово, конечно, но другое мне на ум не приходит... если скрестить розу с обычным человеком? — спросила я.
— Такое возможно, — ответил Влад. — Роза мне рассказывала, что бывали и такие пары. И в этом случае может родиться обычный младенец. Правда, у него через поколение может появиться потомок-цветок. И сама понимаешь, какой нормальный парень или девушка согласятся таким образом продолжать свой род? А найти пару-цветок почти невозможно, поэтому этих оборотней можно уже заносить в «красную книгу», — добавил Влад и грустно улыбнулся.
Я нахмурилась. То, что Роза может составить пару обычному парню, наводило на размышления. А вдруг ей и оборотень подходит? Ревность снова подняла свою змеиную голову внутри меня и начала испускать яд. Но я отогнала плохие мысли. Влад, видимо, тоже решил сменить тему, так как заботливо спросил:
— Как ты себя чувствуешь, котенок?
— Отлично! — улыбнулась я.
— Так, может, пока наша девочка-цветочек спит, прогуляемся? — предложил он.
По правде говоря, мне тоже надоело сидеть в замкнутом пространстве, к тому же пропахшем розовым маслом, поэтому я с радостью согласилась. То, что Норы и Златы больше не существовало, давало ощущение безопасности. И я уже не боялась выходить из дома после захода солнца.
— Надо бы зайти к Грегу и Ладе, — сказала я, натягивая джинсы.
Ощутив в кармане коробочку с черной жемчужиной, я вздрогнула. Я совсем забыла о ней, но при Владе доставать не решилась.
— Зайдем! — улыбнулся он. — Мне тоже хотелось бы с ними встретиться. Но у меня были другие планы.
— Какие? — уточнила я, натягивая кофточку и пряча под нее талисман.
— У нас два выступления в Крокус-сити-холле в следующем месяце, — ответил он. — Мы там ни разу не выступали. Площадка совсем не знакома. Стас просил меня съездить и посмотреть, чтобы подтвердить согласие.
— А где это? — поинтересовалась я.
— Отсюда далековато, на севере, причем за МКАДом. Но мы, конечно, поедем на машине. Если ты сегодня не хочешь, можем отложить и на другой день. Боюсь за твою рану.
— Да она практически зажила! — улыбнулась я. — И уже не причиняет мне никаких неудобств! К тому же я с удовольствием прокачусь! Хочется развеяться!
— А на обратном пути можем заехать к Грегу и Ладе, если хочешь!
— Если не будет слишком поздно! — заметил он.
Через два часа мы уже были в концертном зале. Он оказался суперсовременным и огромным. Особенно Влада порадовали высоченные потолки. Эффект шоу братьев заключался именно в высоте их прыжков, поэтому пространство над сценой играло для них первостепенное значение.
— Отлично! — бормотал Влад, прогуливаясь по сцене. — И можно подобрать интересное освещение!
— Конечно! — отвечал идущий за ним по пятам администратор. — У нас все поставлено на самом высшем уровне. Площадка полностью соответствует европейским стандартам.
— Отлично! — повторил довольный Влад.
— Вы можете остаться на концерт, — любезно предложил администратор. — Он начнется через час, как видите, публика уже начинает собираться. Сегодня у нас фольклорный ансамбль.
— Спасибо, — неуверенно ответил Влад и глянул на меня.
Но мне хотелось уехать, смотреть на выступление народного коллектива что-то не тянуло.
— Благодарим вас за приглашение, — мягко проговорила я, — но боюсь, мы не сможем сегодня.
— Тогда прошу к выходу, — не стал уговаривать администратор. — Я вас провожу. Лучше вот сюда... за сцену...
И он бодро двинулся за левую кулису. Мы переглянулись, улыбнулись и отправились за ним. А вот дальше все произошло настолько быстро, что я плохо помню очередность событий. Мое острое обоняние уловило запах каких-то химикатов. Рабочие сцены что-то делали с механизмами, я увидела, как они копаются возле лебедок. Заметив, что Влад быстро достал платок и закрыл им нос, я попыталась сделать то же самое. Полезла по карманам, но голова уже кружилась, глаза слезились, я начала чихать. Нечаянно я выдернула из кармана джинсов коробочку. Затуманенным взглядом увидела, как она катится под ноги рабочих, и из последних сил закричала. Испуганный Влад бросился ко мне, администратор развернулся, не понимая, что происходит, рабочие кинулись в нашу сторону. Коробочка от удара о ведро раскрылась, моя бесценная жемчужина выкатилась, я от ужаса почти потеряла сознание. В этот момент один из рабочих задел ногой какую-то бутыль, она опрокинулась, он чертыхнулся и закричал, что ему срочно нужен нейтрализатор кислоты. Но и без его слов я поняла, что за жидкость вылилась на мою жемчужину. Запах кислоты я не могла ни с чем перепутать. Над сгорающей жемчужиной появился дым, в нем возник силуэт черной рыси. Его увидели все. Раздался громкий крик ужаса из глоток. Рысь извивалась и рычала. И вот она исчезла. Я ощутила, что умираю. И последнее, что я услышала, был голос администратора:
— Спокойно, товарищи! Из-за паров кислоты у нас была массовая галлюцинация... спокойно, товарищи...
...Я бродила по черному лабиринту. Я не чувствовала свое тело и думала, что умерла и превратилась в призрак. Было легко, и я постоянно ловила себя на мысли, что душа мне оставлена. Это вызывало тихую светлую радость. Я не знала, куда мне двигаться, так как передо мной было несколько проходов и они выглядели одинаковыми. Я остановилась и вгляделась. И вот мне показалось, что в конце одного прохода брезжит какой-то неясный свет. Я направилась туда. Все мои мысли были о Владе, и это причиняло боль. Если я уже умерла, то как он переживет мою смерть? Как он будет жить один?

— У него есть Роза, — сказал мне внутренний голос. — Недаром Снежан подарил ему именно девушку! Влад жалеет ее, относится по-отечески, но ведь ты понимаешь, что она прелестна, к тому же способна вступить в отношения с парнем.
— Замолчи! — сказала я. — Влад любит меня! И даже после моей смерти останется мне верным.
— Ох уж эти наивные девушки! — ответил внутренний голос. — Почему вы всегда верите в подобную романтическую чушь? Живое — живым!
— Нет! Я вовсе не умерла! — чуть не плача проговорила я. — Не умерла!
— Иди вперед, Лилеслава! — услышала я и ускорила движение.
И когда достигла выхода из этого туннеля, то вскрикнула от испуга. Я стояла на краю Долины Мертвых Жемчужин. Я отлично помнила это место. Передо мной расстилалось огромное озеро. Оно было укрыто сиреневым туманом, и сквозь его пелену проступали очертания разноцветных закрытых лилий. Я увидела, что от противоположного берега поплыл ко мне узкий челн, на котором стоял хранитель Венцеслав. Он был в белых траурных одеждах, в которых всегда проводил обряд упокоения мертвых жемчужин. Инстинктивно я отпрянула вглубь прохода, мне почему-то не хотелось, чтобы Венцеслав меня увидел.

— Я еще жива! — пробормотала я. — Влад! Где ты? Спаси меня!
И я развернулась, и бросилась прочь от Долины. Чем дальше углублялась в проход, тем все холоднее и темнее становилось. Но я не останавливалась, так как инстинктивно понимала, что светлая и казавшаяся такой уютной и покойной долина и есть моя смерть. Но я хотела жить. Я снова оказалась на развилке. Остановившись, начала вглядываться в проходы, решив больше не ошибаться и выбрать верное направление. Мне показалось, что в одном я улавливаю сиреневое свечение, и я отправилась туда. Но скоро появился какой-то тошнотворный запах, и я замедлила движение. Однако меня тянуло словно против воли, будто меня поймали в прочную сеть и тащили в глубь прохода. Я упиралась, но все равно сдвигалась к свету, который уже приобрел густо-фиолетовый мрачный оттенок. И вот за поворотом я увидела горы костей и встала как вкопанная. Над костями при моем появлении начали появляться призраки. Я увидела Андрона и изумилась, что он здесь.

— Уходи! — прошептали его бескровные губы. — Тебе тут не место! Просто повернись и уходи!
— Я жива? — быстро спросила я, видя, что контуры призрака начинают размываться.
Но он не успел ответить, так как на его месте возникли Нора и Злата. Они были ужасны и выглядели как настоящие монстры. Это был как бы симбиоз вампира и рыси. Они рычали, их мерзкие морды выражали лютую ненависть.
— Ты уже сдохла! — прошипела Нора. — А ведь я тебя предупреждала, что нельзя уничтожать эту жемчужину! Она почти полностью состояла из твоей крови! А ведь именно в крови находится душа всех живущих на земле!
— Моя душа в малиновой жемчужине, — ответила я и потрогала языком небо.
К моей радости, я ощутила твердость бусины, значит, она была на месте.
— И что? — злобно прорычала Злата. — И она, и ты сдохли! Венцеслав скоро вынет малиновую из твоего языка и отнесет ее в Долину Мертвых!
— Влад! — закричала я.
— Он тебя не слышит! — расхохотались монстры. — Он сейчас с Розочкой! Она с успехом тебя заменит!
— Гадины! — с ненавистью сказала я. — Я вам не верю! И все равно найду выход отсюда!
Я собралась с силами и развернулась, чтобы покинуть туннель. Но монстры снова оказались передо мной, загораживая мне проход.
— Нет, ты останешься с нами! — одновременно прошипели они и распахнули рысьи пасти с отросшими длинными вампирскими клыками. — Мы тебя не пропустим!
— Еще как пропустите! — раздался грозный голос.
И сзади их колышущихся фигур появился контур рыжего пса.
— Вой! — закричала я. — Это ты?! Выведи меня отсюда!

Пес начал бросаться на монстров и рычать. Он неожиданно вырос в размерах и заполнил собой проход. Нора и Злата завизжали и исчезли, только вонючий дымок остался, но и он рассеялся. Я прислонилась в изнеможении к стене. Пес уменьшился в размерах, затем превратился в молодого черноволосого мужичину с тонким бледным лицом.
— Вой! — воскликнула я.
— Я принял привычный для тебя облик, — глухо ответил он. — И сейчас выведу тебя отсюда.
И его силуэт двинулся по проходу. Без колебаний я пошла следом. Вой привел меня на все ту же развилку и остановился.
— Дальше пути нет, — сказал он. — Я могу довести тебя лишь до этого места.
Он повернулся ко мне.
— И все равно спасибо! — горячо поблагодарила я.
— Не думал, что Злата снова вернется в мир и причинит тебе столько вреда, — тихо произнес он.
— Прости меня! — с чувством проговорила я. — Ведь я была причиной твоей гибели в ту ночь!
— Лиля! — нервно воскликнул он и попытался улыбнуться. — Ты слишком добра! Разве ты забыла, что причиной всего с тобой произошедшего являюсь именно я?! Ведь я напал на тебя в тайге и укусил, а потом началась цепочка событий, приведшая тебя к тому, что ты стала рысью. Это ты прости меня! Нет мне покоя даже в этом мире!
— Простила уже давно, — тихо ответила я. — И какое теперь это имеет значение, рысь я или обычная девушка, ведь я мертва!

— Пока нет, — глухо произнес Вой. — И тебе нужно отсюда выбраться. Жаль, я не знаю выхода. Он закрыт для меня навсегда. Прости!
— Вой... — начала я, но он уже начал растворяться.
Его силуэт уменьшился, затем превратился в песика, который скрылся в одном из проходов.
Я осталась на развилке, боясь тронуться с места, чтобы не попасть еще в какое-нибудь страшное место. И вдруг сладко запахло розой. Я встрепенулась и втянула воздух. Я не могла ошибиться и пошла на запах в один из проходов. И когда через несколько метров увидела дорожку из белых розовых лепестков, то обрадовалась и ускорила шаг, хотя силы почти оставили меня. Свет в конце туннеля подбодрил меня, я почти бежала. И вылетела в солнечное сияние, которое становилось все мягче... рассеялось... и я встретилась со взглядом Влада.
— Лиля! — вскрикнул он и схватил меня за руки.
— Любимый! — прошептала я.
Он начал целовать меня, что-то бормоча. Я ощутила на своих щеках капельки влаги и поняла, что это слезы Влада.
— Все хорошо! — шепнула я и окончательно пришла в себя.
— Благодари Розу, — с чувством проговорил он. — Это она тебя спасла. Ты была словно в глубокой коме. Сам не знаю, почему пары кислоты так странно на тебя подействовали. Ты буквально отключилась, когда мы были за сценой. Я унес тебя на руках к машине, затем привез домой, но ты все была без сознания. Я и сам чуть не умер от отчаяния. А на рассвете пришла Роза. Я вспомнил, что она видит ауру и может лечить. И вот каким-то образом ее чудесные руки вывели тебя из этого состояния!
— Спасибо, — тихо ответила я, глядя на сидящую в моих ногах Розу.
Она была необычайно бледна и улыбалась, словно ангел.
— Мы у тебя навеки в долгу! — пылко воскликнул Влад и начал целовать ее руки.
— Что ты! — смутилась она, встала и отошла в угол комнаты. — Лиля оказалась по ту сторону, и я помогла ей выйти обратно, только и всего!
— Только и всего?! — спросил Влад. — Ты спасла ей жизнь! А значит, и мне!

— Не нужно так преувеличивать мои заслуги, — мягко произнесла она. — Лиля и сама смогла бы найти выход... рано или поздно...
И Роза ушла из спальни.
— Такая скромная! — заметил Влад и повернулся ко мне. — Как ты себя чувствуешь? И что вообще произошло?
Силы стремительно ко мне возвращались. Но я не знала, стоит ли рассказывать Владу о черной жемчужине. Однако он смотрел так пристально, в его лице читалась такая тревога за меня, что я решила не утаивать правду, тем более жемчужины больше не существовало. Я села, привалившись спиной к изголовью кровати, собралась с духом и все ему рассказала. Он слушал молча, его глаза были расширены, словно он видел что-то ужасное. Когда я закончила, Влад судорожно вздохнул, словно ему не хватало воздуха.
— Слава создателю, что все закончилось! — после паузы сказал он. — Но зачем было так рисковать?! Лиля! Как же это неразумно!
— Меня тянуло к этой жемчужине, — тихо ответила я. — Не забывай, что она была создана из моей крови.
— Какой ужасный состав! — прошептал он. — Частица души черной рыси и твоя живая кровь! К чему бы привело существование подобной субстанции и твой непосредственный контакт с ней? Думаю, тебя ждали бы ужасные беды! И навряд ли ты самостоятельно смогла бы ее уничтожить.
— Но, как видишь, помог случай, — тихо ответила я.
— И все закончилось хорошо, — прошептал Влад. — И сейчас мне понятно твое состояние после гибели жемчужины. Ты сама почти погибла.
— Нора предупреждала меня об этом, — после паузы ответила я. — Но я решила, что она меня просто запугивает.
— Думаю, если бы в этот момент у тебя в языке не было бы малиновой жемчужины, ты не смогла бы выжить, — мрачно произнес Влад.
— Не будем думать о плохом! — быстро сказала я. — Мы вместе, мы оба живы и любим друг друга!
— Да-да, ты права! — взволнованно проговорил он. — И важно только это!
Влад обнял меня. Я обхватила его шею руками. Мы начали целоваться, забыв обо всем, любовь кружила голову, и я знала, все наши беды позади, нас ждет долгая счастливая жизнь.