Кровавая симфония

   Вечерело. На улице стало прохладнее, и улочки понемногу утопали в свете фонарей. На часах пробило начало восьмого вечера. Квартира была полностью убранной и пахла чистотой. Алексис устало рухнул на диван в гостиной, устремляя ореховые глаза в потолок. Он уже не думал о странном звонке, а просто спокойно отдыхал, наслаждаясь своей работой. Боун зевнул, веки его становились тяжелыми. Нужно немного поспать, подумал про себя он. Превозмогая усталость, юноша поднялся с мягкого места и неспешным шагом направился к лестнице.

На втором этаже располагались две комнаты. Одна была ближе к лестнице и принадлежала Алексису, другая находилась ближе к окну, выходящему на соседнюю улицу, в ней жила Верона. Раньше она, конечно, принадлежала Драгомиру, но, чтобы сестре было комфортно, уступил и спустился в гостиную. Прошло уже пять лет, как в ней никто не живет. Даже после смерти сестры дядя никогда не убирался, не трогал ни одну вещь, которой она касалась. Там навсегда остановилось время. Юноша прошел мимо своей комнаты, уверенно идя к потертой двери в конце коридорчика. Драгомир не закрывал ее на ключ, поэтому оставалось только повернуть ручку и войти. Рука Алекса потянулась к ней, но... Открыть ее юноша так и не смог. Нет, он еще не готов. Облокотившись лбом о дверь, юноша набрал воздуха полные легкие, а затем сделал глубокий выдох. Что-то тяжелое повисло внутри, понемногу тянув его вниз.

— Я обязательно зайду к тебе, — прошептал Боун.

Он всегда давал обещание. И всегда его не сдерживал.

Комната юноши ничем не отличалась от остальных подростковых убежищ. Беспорядок, что убирается, когда надо что-то найти, множество плакатов с любимыми фильмами и рисунками. Последний раз он тут был примерно две недели назад, когда решил жить с Хелен. Всё лежало на своих местах. Алексис обвел глазами комнату. И тут нужно убраться, подумал юноша. На всё ушло минут десять. Парень сбегал вниз за рюкзаком и начал разбирать вещи. Чистые футболки пришлось снова складывать в шкаф, фотоаппарат положить на полку «до лучших времен». Алекс немного расстроился. Эти выходные они с Хелен долго планировали. Выбирали, куда сходить, исторические места, красивые пейзажи и всё такое.

— Эх, - выдохнул он, глядя на билеты в музей замка Пелеш. – Значит, в следующий раз.

"Если, конечно, наступит этот "следующий раз"

В заднем кармане джинсов завибрировал телефон. На экране высветилось имя «Хелен». Алекс протер лицо рукой, бросив на телефон сожалеющий взгляд. Нужно было позвонить, думал он. Боун нажал на кнопку, и прозвучал обеспокоенный голос возлюбленной:

— Ну что сказали?

— Сказали, что отравление. Вовремя его собутыльник оклемался и вызвал скорую. Состояние среднее. Думаю, прокапают его, так и всё нормально будет. – Алексис лег на кровать, подперев руку под голову. Его взгляд устремился к потолку, на котором виднелся постер с мало мотивирующей фразой: «Вставай! Всю жизнь проспишь!».

— Может, попробовать его еще раз... ну... закодировать, - девушка сдержала паузу.

— Он уже знает, что его это не возьмет. А в диспансер добровольно он не ляжет. – расслабленно ответил юноша.

— А доктор Лафт не побеседует с ним? Он ведь его друг. - продолжала настаивать Хелен.

— А толку? Дяде абсолютно все равно на мольбы и просьбы. Ему уже бутылка дороже племянника. Какие, к черту, разговоры?! - Алекс говорил резко и даже позволил себе повысить голос. Девушка затихла, а парня закусало чувство вины. - Прости. Я просто устал.

— Я понимаю. - протянула она, явно подбирая слова. - Слушай, может мне придти к тебе? Не хочу оставлять тебя одного.

Недолгая пауза была надеждой для Хелен, которая очень хотела, чтобы Алекс согласился. Она чувствовала, что ему там плохо, тяжело. Но то, что ей удалось услышать, заставило забеспокоиться сильнее.

— Нет. Отдыхай. Мне тут много еще учить. Задолжал профессору зачет. - он ответил сухо, и это кольнуло возлюбленную. Она бы с ним поспорила, заставила согласиться, но что-то остановило ее.

— Тогда долго не сиди. Я приеду завтра утром, ладно? – неуверенно спросила Хелен.

В ответ он согласно промычал. Девушка еще пару минут ворковала ему в трубку, пока не услышала звонок в дверь.

— Надеюсь, это не старик с первого этажа. В последнее время он меня достает.

Распрощавшись с возлюбленной, его взгляд снова был прикован к надписи на потолке. Когда дядя вернется из больницы, нужно будет устроить небольшой столик и поговорить еще раз. Может, Хелен права и стоит попробовать. Юноша прикрыл глаза свободной рукой. Как же это выматывает. В какой-то момент ему хотелось исчезнуть из этого мира и оказаться в том, где ему будет спокойно. Определенно же он существует, но доступ к нему закрыт на множество замков, ключи которых затерялись во вселенной. Иногда ему казалось, что те сны, что были так ненавистны, были его крепостью, защищавшей от проблем. Так всегда думалось Алексису в детстве. А сейчас, когда на душе его чувствовался паршивый осадок, он решил обратиться к ним, чтобы укрыться за крепкой стеной.

​

***

​

Хелен забежала в комнату, схватила первое, что попалось в руки, и накинула на себя, прикрывая пижаму. Громкие барабанящие стуки по железной двери отдавались в голове. Она даже не взглянула в глазок и сразу же повернула замок. Через распахнутую дверь влетела вихрем фигура девушки, обхватила двумя руками тело Хелен.

— Я уже думала, не откроешь! - звонко проговорила гостья, целуя девушку в обе щеки. - Ну чего заставляешь подругу на пороге. Давай, пошли. Я тут с гостинцами.

Ясноглазая шатенка широко улыбнулась, показывая на два пакета, в которых виднелось пара бутылок вина. Удивленная Хелен уступила место, и гостья энергично пошагала в сторону кухни, не обращая внимания на ошарашенную хозяйку. Девушка поставила на стол бутылки и достала еду из пакетов, затем уверенно исследовала содержимое шкафов, пока не нашла изысканные бокалы и штопор. С помощью нескольких простых действий гостья открыла тёмную бутылку, и в бокалы полилась густая красная жидкость, источающая пьянящий аромат.

— Ты как гром среди ясного неба, Анка. - выразилась Хелен, наблюдая за девушкой.

— От тебя и вовек приглашения не дождешься. - с наигранным недовольством проговорила подруга. - То на учебе, то с этим... Алексом. Если честно, думала, что ты с ним.

— Если ты думала, то зачем пришла?

— Чтобы украсить твое одиночество. — Анка взяла бокал с вином, обводя им пространство, указывая, что девушки тут одни.

Хелен снисходительно улыбнулась и подошла к барной стойке. Все же ей было приятно, что подруга здесь. На душе она ощутила легкость, пусть и ненадолго.

Подруги весело проводили время. Пили, кушали закуски, которые успели приготовить. Анка предложила посмотреть фильм, и девушки потихоньку перебирались в гостиную.

— Ты будешь кофе или чай? — спросила Хелен, открывая верхний шкафчик, где стоял небольшой заварник и жестяной бочонок с ароматным чаем.

— Что ты будешь, то и я. — ответила Анка из гостиной.

Девушка достала все необходимое. Поставила чайник на газовую плиту, она начала колдовать над узорчатым заварником. Из банки раздался пряный запах корицы, апельсина и гвоздики. Комбинация, что так похожа на глинтвейн, нравилась ей, однако идея его приготовить пришла уже в момент, когда вина оказалось совсем мало. Легкими движениями руки Хелен насыпала нужные граммы, наслаждаясь процессом. Чайник настойчиво завизжал, и девушка аккуратно сняла его с плиты. Горячий пар разнес аромат по всему дому, объявляя, что через пять минут девушек будет ожидать вкусный чай. Чувство налаживания и спокойствия нарушила тревога. Она заставляла шевелиться волосы на теле и отдавать его пульсирующими ударами. Холодок пронесся на спине, и девушка вздрогнула. Кто-то смотрел на нее. Хелен повернулась к входу на кухню, но там никого не было. В гостиной все также работал телевизор, и смех Анки давал понять, что это не подруга. Колючие ощущения Хелен испытала со стороны окна. Она отложила чайник и подошла к занавешенному тюлью окну. Внизу виднелась полумрачная улица, освященная парой фонарей. Ни одной живой души и непробиваемая тишина. В тот момент девушка ощутила облегчение. Это из-за Алекса, подумала она, наверное, просто распереживалась. Хелен хотела уже отойти от окна кухни, как увидела, как под фонарным столбом, в лучах слабого света, стоит высокая фигура. Она была черной, извилистой, скрывающей личность. Было трудно сказать, мужчина или женщина, но Хелен знала одно: оно смотрит.

​

***

​

Шаги отдавались эхом по коридору. Он был узким, но не настолько, чтобы было нельзя пройти, но и не настолько широким, чтобы прошли двое. Это был всё тот же коридор, но на этот раз он снова ощущался по-другому. Более знакомо. В нём было мало света, всего горело несколько свечей, и то они почти прогорели. Алексису казалось, что его стены вот-вот сомкнутся, превратив его в кучу мяса. От таких мыслей по спине пробежался рой мурашек. На одном из столиков стоял небольшой канделябр с горящими на нём двумя свечками. Юноша, не раздумываясь, схватил его и выставил перед собой, продолжая путь. Это мало чем помогло. Время шло медленно. В окнах мерцала молния, что давала обрисовать очертания предметов интерьера. На стенах висели картины с изображением людей, чьи лица были замазаны белой краской. Но даже так он ощущал, что глаза безликих смотрят на него. Проходя всё глубже и глубже, перед ним открылась большая резная деревянная дверь. Их было две, как в старых фильмах про дворян и королей. Такие двери обычно открывали слуги, но сейчас Алекс один в окружении мрачных картин. И вот Боун стоит перед ней. Осталось только открыть. Но почему он медлит? Липкое чувство страха расползалось по коридору, будто живое существо. Оно сковывало юношу своими крепкими цепями, держа руку почти в метре от округлой ручки. Алекс понимал. Нет. Он знал, что ему нужно открыть эту чёртову дверь. Там что-то есть. Это не оставит его в покое. Он обязан увидеть. Его ладонь аккуратно легла на ручку. Разворот. Дверь вспыхнула, как спичка. Её пламя распространялось по стенам, шторам и картинам. Алексис оказался в огненном кольце, из которого нельзя было выйти. Ладонь не болела, и на ней не было раны, но ужасная боль проникала отовсюду. Казалось, что его лёгкие разрывают на тысячи кусочков, а вены лопаются. Огонь съедал его. Ему снилась самая ужасная смерть в мире. На последнем вздохе он услышал, как женский голос и яркий силуэт, что ослепил его.

Его горло разрывалось в кашле. Сделав долгожданный глоток воздуха, он почувствовал, что-то жидкое перекрывает глотку. Лицо приобрело багровый цвет, в ушах начало отдавать глухим эхом. Алексис повернулся на бок, прям на край кровати. Юноша выплюнул изо рта темный сгусток, и на губах появился металлический привкус.

«Кровь?»

Горло продолжал резать кашель, но уже не такой сильный. Алексис встал с кровати. Резкая боль под левым ребром заставила его упасть обратно на постель. Прожигающая и колющая одновременно. Парень поднял футболку. Под ней не было ничего, кроме больного округлого ожога пятилетней давности. Это выбивало Алекса из колеи. Как такое может быть?! Взгляд не фокусировался, всё плыло, а голова разрывалась от боли. Алексис ощущал всем своим нутром напряжение. Ему казалось, что за ним, как за зверьком в зоопарке, наблюдают сотни, нет, тысячи презренных взглядов. Он слышал мысли так же громко, как свой собственный голос. Они кричали, обвиняли, оскорбляли его, тыкали в виски иглы толщиной с палец. Делали всё, чтобы юноша сам начал истошно выть, как бешеная собака. Алекс крутился калачиком, хватаясь за голову обеими руками, впиваясь в нее когтями. Хотелось погрузиться пальцами в собственную голову, выскоблить из себя всё тошнотворное и инородное. Сделать всё, чтобы только не слышать замогильные, клокочущие голоса, не чувствовать их внутри себя.

Все стихло быстро, что парень не сразу понял, что приятная тишина обволакивает его уши. Уже обессиленный, истощенный морально, он смотрел в одну точку на полу, не двигая ни одной частью тела. Ему не хотелось нарушать столь драгоценный покой. Из носа текла кровь, пачкая всё, к чему успевала прикоснуться. Глаза смотрели на алые пятна, отрекая всякие попытки мыслить. Даже звон телефона никак не мог обратить на себя внимание юноши, что постепенно начинал снова тонуть в своих мыслях.

— Ответь!

Шепот пронесся вместе с резким открытием окна. Холодный ветер вернул парня обратно. Алекс встал с кровати, собираясь закрыть окно, но настойчивый звонок всё же привлек внимание Боуна. На экране высветилось имя «Груя». Брови парня изогнулись в удивлении от позднего звонка подруги Хелен. Что ей нужно в такое время? Он бросил взгляд на настенные часы, но их стрелки стояли на половине девятого вечера, что никак не могло быть. Юноша посмотрел на свои ручные часы, на них было четверть первого, а на телефоне уже высвечивалось около двух часов ночи. Решив не заострять внимание, Алексис ответил.

На той стороне провода слышались тяжелые вздохи и женские всхлипы.

— А-ал-лекс, — дрожащее произнесла Анка. — П-прошу... Хелен... она...

— Кто? Где Хелен? — Алексис не понимал, о чём речь. Его тревожность нарастала с каждым звуком, который издавала девушка. Она билась в истерике и не могла нормально изложить ситуацию, но Алекс разобрал лишь то, что на них напали.

— Анка, где вы? Я вызову полицию.

— Полиция не поможет... — кричала Груя в трубку. — ...Это чудовище... Помоги...

Звонок оборвался.

Алексис сорвался с места. Он схватил с гардеробной первую попавшуюся куртку и вылетел прочь из дома. Мобильный снова завибрировал, и на главном экране засияло СМС-оповещение:

"Внимание! В районе проводится операция по пресечению несанкционированной охоты. Просим всех граждан оставаться дома и соблюдать осторожность."

Холодный ударял ему в лицо, а дождь делал вещи тяжелее. Изнеможённый кошмаром, ему еще хватало сил бежать так быстро, как он мог. Первое место, где могли быть девочки, — квартира Хелен. Дорога была извилистой, юноша старался сокращать через переулки и дворы. Она казалась ему бесконечной. В голове начинали проскальзывать тревожные мысли, которые уже вызывали злость. Его окоченевшие от руки крепко держали телефон. В приступе паники юноша позвонил Максу Харкеру. Мужчина не сразу взял трубку, но когда по ту сторону провода раздался хриплый бас, то Алекс выпалил всё как на духу, указав адрес возлюбленной и странное оповещение.

— Алекс, не смей туда идти. — проговорил он грозным тоном. — В сообщении был указан номер?

— Да, но что он мне даст? Медлить нельзя. — в панике тараторил он, задыхаясь от бега.

— Позвони сейчас по этому номеру и возвращайся домой. Немедленно! Мы выйдем на адрес сами. Ты слышал?

Парень остановился и в ответ только промычал невнятное.

Алексис сбросил звонок и залез в почту. Он нашёл то сообщение и тот самый номер, который слышал по телефонному звонку. Набрав его, он услышал голос:

— Доброй ночи! Меня зовут Виктория, чем могу помочь?

— Мне сказали позвонить вам. На улице Негру Водэ, 4 произошло нападение на мою девушку. Нужен срочный наряд или что-то в этом роде.

Тяжелый вздох на той стороне провода озадачил Алекса.

— Прошу прощения, но мы не занимаемся смертными делами. Сообщите в полицию. Всего доброго.

— Стойте! Стойте! — поспешил юноша. Он резко вспоминал содержимое оповещения. В памяти всплыло одно имя. — Л-лайза, кажется, Лайза Бринази, Брикаджи...

— Бринаджи? — уточнила девушка.

— Да-да, она!

Голос оператора Виктории стал еще милее и доброжелательнее.

— Хорошо, мы вышлем вам оперативника для устранения нарушителя. Будьте на месте и вам помогут.

Послышались короткие гудки. Теперь нужно спешить к дому.

Яркий свет фар выглядывал из-за угла проулка. Парень понял, что это шанс попросить помощи. Алексис рванул с места и встал посреди дороги, раскинув в стороны руки. Расстояние постепенно сокращалось, но автомобиль даже не собирался сбрасывать, останавливаться. Казалось, что он двигался с еще большей скоростью, чем двадцать километров в час. Ближний свет ослеплял его глаза, а за ним последовал сильный удар в область живота, затем тело как пружиной ударило об капот, и парень рухнул на мокрый асфальт в трех метрах от самого автомобиля. Алексис ощутил дикую боль сломанных костей. Кровь текла из разбитого лба и носа. Тело билось в ужасной агонии, мышцы сокращались, доставляя мучения.

«Я так и умру?»

Перед глазами все плыло. Боль забирала слишком много сил. Сознание путалось, и ему уже мерещились знакомые голоса. Алекс никогда не задумывался о смерти. Даже не представлял, какие чувства будет испытывать, когда поймет, что умирает. Когда-то он думал, что его тело почувствует холод, а позже перед глазами образуется кромешная тьма. Но то, что происходило с ним в тот момент, кардинально разнилось с представлениями.

Машина продолжала стоять как ни в чем небывало, продолжая направлять поток света на лежавшее тело. Темный силуэт плавно сползал по изгибам авто, увеличиваясь в размерах. Тень добралась до Боуна, накрывая темным саваном. Алекс не мог понять, мужчина это или женщина, пока не услышал отчетливый мужской голос:

— Эй, пацан! Ты живой?

Алексис не сразу понял, что обращаются именно к нему. Его глаза пытались уловить отчетливую картинку, но свет фар мешал ему. Хозяин машины опустился к нему на корточки, и тогда Боун смог рассмотреть лишь его малиновые глаза.

— Парень, ты не отключайся. Хорошо? — испуганно проговорил тот.

Такой расклад его устраивал, хоть он и не хотел именно болезненного исхода. Пока мужчина побежал в сторону машины, Алексис пытался подняться. В теле хрустели кости, он ощущал, как они впивались своим острием в органы и мышцы. Сквозь зубы раздался стон, но парень продолжал. Ему было плевать. Он уже потерял нужное время и не собирался терять еще. Ноги не слушались, сгибались, колени ныли. Тело готово было вот-вот сломаться пополам. Жидкость наполнила его рот. Выплюнув сгусток на дорогу, шаги стали увереннее. Тело вдруг стало легче, а жгучая боль стихала с каждым проходящим метром. Хозяин повернулся в сторону юноши и обомлел. Нижняя челюсть аккуратно свисла, а глаза не знали, за что уцепиться. Он оставался в оцепенении, покуда Алекс не схватил его за руку, что держала мобильный.

— Извините. Сердечно прошу простить, но мне очень нужна ваша помощь.

Незнакомцу не осталось ничего, как кивнуть головой и проводить все тем же взглядом неожиданного попутчика.

​

Автомобиль несся на всех скоростях. Водитель мастерски встраивался в колонны других авто, стараясь как можно быстрее добраться до квартиры Хелен. Его неожиданным героем стал молодой студент Стефан Ремес. Его Алексис не сразу узнал, лишь когда окончательно пришел в себя, то смог рассмотреть парня внимательней. О нем много говорили. Выдающийся студент, гордость университета. Его фотографии с конкурсов и исследовательских мероприятий висели по всем этажам. Трудно не узнать такую личность.

— Ты уверен, что тебе нужно туда идти? - спросил его Ремес. - А если этот маньяк в доме? Что, если это ловушка? Полицейским-то звонил?

— Да, - протянул Алекс. - Сказали сидеть тихо. Но я не могу. Ты бы слышал голос Анки.

Стефан скривил рот в тонкую дугу, но больше вопросов не задавал. Алексис был благодарен ему и очень переживал, что втягивает его в непонятную ситуацию.

Фонари на улице Негру Водэ слабо моргали, а ветер лишь усилился, обрывая листву с деревьев. Колодки «Форда» жалобно заскрипели. Они остановились прямо у нужного подъезда. Алексис глазами искал нужные окна. Свет не горел. Парень вылетел из салона прямо к подъезду. Стефан побежал за ним. Алекс чувствовал, что тревога нарастала в его груди. Он чувствовал страх, что источал сам, и от этого становилось жутко. Ноги переступали через ступеньки, сокращая дистанцию до квартиры возлюбленной, и с каждым метром, приближавшим их к двери, голова юноши начинала гореть. Он испытывал неконтролируемую дрожь. Пот подступал на его лице, а дыхание было сбитым. Квартира Хелен располагалась на втором этаже и была самой дальней, отделенной небольшой колонной. Но, оказавшись перед ней, тело юноши стало тверже гранита. Гнетущая атмосфера давила на него. Хотелось сбежать, спрятаться. Ладони превращались в кулаки. Юноша сжимал их с такой силой, что костяшки пальцев начали белеть. Алексис резко отстранился в сторону, когда Стефан положил на его плечо свою руку. Парень осмотрел его сверху вниз и спросил:

— Может, дождемся полицейских? — спросил он с пугающим спокойствием.

Алексис не ответил.

Дверь открылась, стоило только ее слегка толкнуть. Рой мурашек тут же пробежался по телу молодого человека, заставив напрячься. Войдя в прихожую, в нос ударил странный, но довольно знакомый запах. Квартира была погружена в непроглядную темноту, из которой доносился звук тихих ударов настенных часов. Стефан включил на телефоне фонарик, чтобы найти выключатель. Алекс опередил его. Свет не включался, а под их ногами хрустело стекло. Они медленно продвигались в сторону кухни и гостиной. Слабые огни улицы падали на помещение через окна, давая юношам рассмотреть очертание предметов интерьера. Алексис снова отыскал кнопку выключателя, и комната озарилась ярким, режущим глаза светом. Масса подступила к горлу, и на линолеум вывалилось всё, что было в его желудке. Перед ним открылось место мясника. Кровь была залита почти вся мебель, куски плоти валялись на журнальном столике. Стефан обошел юношу и пошел осматривать другие комнаты. Алексис вытер остатки рвотных масс с губ и, обойдя территорию гостиной, направился в сторону спальни. Сердце билось так, что закладывало уши. Внутри всё разом сжалось, когда он открыл дверь комнаты. Она была почти снята с петель и имела разлом в области замка. В ней горел лишь один светильник на тумбочке, а на полу, оперившись спиной, сидела окровавленная Хелен.

— О, боже, Хели...

Алекс упал перед ней на колени, потянув тело к себе. Ее длинные светлые волосы покрывали красными пятнами, на тонких руках виднелись синяки и глубокие порезы. Рядом с ней лежал кухонный нож. Она до последнего боролась за свою жизнь. Боун убрал с ее маленького лица влажные волосы. Глаза девушки были приоткрыты, а под ними линии кровавых слез. В этот момент для него уже не имело ничего значения. Ему самому хотелось умереть вместе с ней. Полная пустота. Прижимая возлюбленную к себе, Алекс шептал извинения, которые она уже не услышит. Если бы он знал... если бы почувствовал, что может случиться столько ужасное, он никогда не стал вести себя как идиот. Был бы честен с ней, а ведь Хелен не самый чужой ему человек. Сейчас это хладное тело. Впервые за долгое время к его глазам подступили слезы. Опустив глаза, Алексис увидел отметины. На тонкой женской шее виднелись две глубокие раны, похожие на дыры.

"Что за хрень?"

— Л-лекс-с... — тихо прохрипела Хелен.

Алексис застыл, продолжая держать ее. Веки тяжело поднялись, и на него смотрели тусклые безжизненные глаза.

— Хели, не говори. Помощь уже на подходе. Ты только держись.

— Она... с-стоит...

Боуна окатило холодным потом. Он не чувствовал ни чьего-то дыхания, ни шагов, но то, что за ним кто-то находится, ощущал всеми внутренностями. Алексис быстро схватил нож и повернулся, но неожиданный выпад не дал ему и секунды. Тело Алекса улетело в коридор и ударилось о зеркало шкафа. Несколько осколков спились правую ладонь, от чего юноша взвыл. То, что откинуло его, подошло к умирающей Хелен и одним движением чего-то острого перерезало ей горло.

Алекс смотрел это с ужасом и без возможности подняться. Холодная рука проникла ему за шиворот и начала возить по вымощенному осколками полу.

— Ты же сказала, что убила эту суку! - раздраженно проговорил Ремес, сжимая в руках воротник Алекса.

— Откуда я знала, что она такая живучая! - ответила Анка.

Боун ничего не понимал. Его мысли занимала боль впивающихся в спину осколков, что туманила разум. Стефан кинул юношу как мешок картошки в гостиную. Тот ударился о столик и рухнул на пол. Невыносимая боль объяла всё тело, осколки впились так глубоко, что каждое движение было наполнено болью. Сознание мутнело, все органы внутри сжались в один сплошной спазм, заставляя испытывать муки.

Анка стояла над корчащимся Алексом, ухмыляясь. Ее длинные когти были смазаны кровью, которую та облизала длинным, как у змеи, языком.

— Жалко, что так произошло. Ты неплохой друг, Алекс. - игриво запел монстр.

Стефан вальяжно сел на диван, пододвигая рукой к себе Анку. Она упала в его объятья, смеясь и резвясь, словно не замечая всего ужаса. Алексу было противно на это смотреть. Злоба кипела, но сделать что-то руками или хотя бы перевернуть на спину он не мог.

Боун ощущал, как кровь течет по его жилам, как вены набухают от количества и скорости. Жар охватил его, и на лбу выступили капли пота. Он жадно хватал воздух, который испарялся в легких, не успевая попасть, распространиться по телу. Пока пара чудовищ развлекалась на фоне полуживого Алекса, его тело постепенно крепло. Боль отходила, и наконец-то парень смог лечь на спину. Стефан это заметил. Он навис над лежащим Алексисом, как стервятник. Схватив руками за его медные волосы, Ремес поднял его на ноги и со всей силы ударил по лицу. Боун упал на диван, что смягчил падение. Но монстру было этого мало. Схватил юношу за грудки, отхлестывая по щекам, и снова бросил в проход коридора. Алексис схватился за затылок.

-Анка, принеси мне голову той. Хочу поиграть с парнишкой в футбол. - проговорил Ремес, улыбаясь.

-Не смей! - прошипел сквозь зубы Алекс. - Я убью тебя....Только тронь.

- Ну- ну, - поддразнивал его убийца. - что ты мне сделаешь? Потыкаешь пальчиком? Или ножичком? А?

В лицо бедному юноши прилетел удар с ноги.

— Любишь же ты болтать. Аж раздражает!

В гостиной раздался звук видеоигры. Алексис, все еще было плохо, медленно поднял голову. На кресле сидел белобрысый парень. Боун не смог разглядеть, во что конкретно был одет человек, но предположил, что это может быть похоже на офицерский мундир. Незваный гость, словно не заинтересованный в происходящем, продолжал сидеть и тыкать в экран смартфона, однако по реакции Стефана стало ясно, это кто-то важный. Его сжало, как губку. Глаза забегали, а лицо и так бледное стало почти пепельным.

— О, лорд Рэйвен, — дрожаще произнес Ремес. — Какие ветра вас принесли в столь грязное место?

— Это ты мне скажи...Teufel [1]! Проиграл. — Парень раздражённо бросил телефон в сторону. Он поднялся, и шаги отдавались во внезапной тишине эхом, хотя Алексу так только казалось. Когда тот опустился к нему на корточки, то ощутил на себе хищный взгляд, такой же, что был в больнице. — А ты не жилец.

Из комнаты Хелен донеслась тонкая мелодия, которую напевала Анка. Она шла по коридору, подкидывая что-то в руках. Только выйдя на свет, Алекс увидел в ее руке голову возлюбленной и издал крик. Рэйвен поднялся с корточек. Он засунул руку за пазуху и вытащил пистолет. Анка скривила рот в оскале, обнажая неровные клыки. Она была готова напасть, но один выстрел стер, и от монстра не осталось ничего, кроме праха А голова с глухим стуком упала на пол и покатилась в сторону. Рвота снова заполнила рот Боуна, и, встав на четвереньки, он опорожнил рот.

- Scheiße [2], - с отвращением произнес Рэйвен.

Стефан припал на колени перед возвышавшейся фигурой своего лорда. Его лицо говорило только об одном чувстве — страхе. Он не мог вымолвить и слова, а глаза судорожно метались, ища в искаженном от гнева лице господина хотя бы капельку милосердия. Ремес сложил дрожащие ладони вместе и в молебном тоне просил:

— Ваша милость, прошу Вас. Эта с-ситуация не имеет значительного характера. Ведь мы, вампиры... Нам нужна эта охота...

Убийца говорил осторожно и тихо, так что только если напрячь слух, можно услышать отчетливые предложения. Однако это лишь разгневало лорда еще сильнее. Рэйвен еще немного посмотрел на страдающего Алексиса. Опустившись к нему, он похлопал его по щеке, а затем, поднявшись, со всей силой ударил Ремеса в живот. Тот отлетел в конец коридора, истошно заскулив.

— Твоя «ситуация» стоит мне звания, Hurensohn. И не только его.

— Это моя ошибка, господин, — начал лепетать Стефан, поклонившись на коленях в поклоне. — Прошу вас. Она больше не повторится, жизнью клянусь.

— Одну такую ошибку в Попешти-Леордени я прикрыл, но это... Лорд-протектор потребует ответа. И на этот раз отвечать будешь ты.

Рэйвен медленно надвигался на Ремеса, которого бешено колотило судорогами. Капли пота выступали на его лице и пропитали всю одежду. Глазами искал, куда скрыться, хотя подсознательно понимал, что от своего господина ему не скрыться даже в аду. Ему оставалось только молить Бога, в которого он сам не верил. Лорд щелкнул пальцами, и по обе стороны появились двое в черных плащах. Их лица скрывали маски, изображавшие веселое и мрачное лицо.

— Уберите это с моих глаз. Я вернусь, как закончу здесь.

Двое подхватили Стефана Ремеса и исчезли так же быстро, как и появились.

– Ненавижу иметь дело с идиотами. - процедил сквозь зубы Рэйвен.

Он повернул голову в сторону Алекса. Он был удивлён, когда увидел, что Боун смог сесть. И это не все, что оставило его глаза расшириться. Юноша дышал ровно и спокойно. Боль, что доставляла дикий дискомфорт, отступала и становилась все тише. А раны и синяки понемногу исчезали. Алексис в панике вскочил на ноги, но резкая головная боль припустила его обратно на пол.

Что со мной? Как такое может быть?

Лорд скривился. Его такая реакция не привела в восторг. Пройдясь быстрым шагом с другого конца коридора, он начал копаться во внутреннем кармане мундира.

— Так, — протянул Рэйвен.

Теперь он смог рассмотреть его лучше. Он выглядел иначе. В клинике этот парень выглядел обычно, даже ничем не привлекающий. А сейчас... Рэйвен сидел перед ним, одетый в строгий мундир. Бардовый бархат с золотой вышивкой по воротнику, пояс с тонкой гравировкой и высокие сапоги. Каждая линия его силуэта говорила о принадлежности к чему-то древнему и могущественному. Даже осанка изменилась: плечи развёрнуты, спина прямая, голова чуть приподнята — настоящий офицер с картин. Когда Рэйвен увидел, с каким интересом на него смотрит пацан, он звонко рассмеялся.

— Я знаю, что красив. Но, а пока ты окончательно не стер на мне дырку, выпей-ка одну волшебную микстуру. — Он достал из-за пазухи небольшой флакон с небольшой пробкой. В нём плескалась тёмная, полугустая жидкость. Алексис скривился.

— П-постой! Для чего мне это пить? — спросил юноша.

— Чтобы забыть. Ты забудешь всё, что здесь было. Твои воспоминания станут такими, какими пожелает Его милость Рэйвен, усёк? Не хватало ещё иметь проблемы с одарёнными.

— Как забуду?! Разве это можно забыть? — Алексис поднялся, опираясь об стену. Забыть всё, что произошло. Это звучит приятно, но неужели он не вспомнит лицо убийцы его девушки? Юноша смотрел на лорда исподлобья, кидая тому вызов, но эти попытки лишь рассмешили его.

— Пойми, Junge [3]. Ты тут лишний. Говорил же этой идиотке не оставлять сообщение. Теперь тут вожусь с тобой. Пей, мать твою! — рявкнув на Боуна, Рэйвен подошёл вплотную к шатавшемуся парню, суя чуть ли не под нос флакон.

— А если не стану?

— Я тебя убью, как до этого Стефан убил твою подружку.

Алексис посмотрел на жидкость. Напор этого самодура не нравился ему, но чувство небезопасности брало всё выше. Он взял флакон. Под испепеляющий взгляд Рэйвена юноша открыл его и залпом выпил. Горькое, склизкое обволакивало его горло, а привкус жира вызывал рвотный позыв. Удовлетворившись, Рэйвен улыбнулся. Он похлопал Боуна по плечу и сказал:

— Gut [4]. Хоть на что-то сгодился.

— Стой, — резкий удар был неожиданный. Алекс упал на колени, схватясь двумя руками за живот. Было ощущение, что кишки скручивались в морской узел, а позвоночник надламывался с каждой попыткой двинуться. Парень застонал от боли и рухнул на пол. Лорд посмотрел на сцену страданий без единого сочувствия. Лишь слегка ухмыльнулся. Алексис до самой потери сознания слышал небольшой отрывок мелодии, который насвистывал лорд. Перед глазами все потускнело, и Боун упал во мрак.

[1] - Дьявол;

[2] - Дерьмо;

[3]- Мальчик;

[4] - Хорошо.