По ту сторону

В последнее время я слишком часто замечаю, насколько обворожительна и притягательна ночь. Странно осознавать, что напрямую являешься частью темноты, когда она только-только тебя пометила. 

Мрак таинственным зверем смотрел на меня из густоты тумана, молоком разливающегося по лесной поляне. К нему хотелось прикоснуться, протянуть руку, но в последний момент обязательно захочется одёрнуть пальцы, пока их не откусили по локоть.

Мы отошли от дома на достаточное для ощущения уединённости расстояние, после чего Картер, идущий вперёд меня, остановился в нескольких метрах от берега реки Спокан, что на этой окраине города вытягивалась в тонкую каменистую полосу, по которой торопливо бежала пенящаяся журчащая вода. Пахло свежестью, мхом и полыхающими словно алый огонь целозиями на заброшенной клумбе с заднего двора. 

Я лихорадочно искала слова, которые так давно хотела сказать и вопросы, которые хотела задать, но Картер сделал это за меня. Он подошёл ещё ближе на шаг и взял мои ладони в свои. Я прикрыла глаза, утопая в тепле его кожи.

— Что происходит, Иззи? Я ничего не понимаю.

— Хотела бы я тебе ответить, но я не знаю сама.

Его глаза вынимали все чувства из души наружу и их даже не приходилось озвучивать. Казалось, Грейвс знал лучше меня самой, что творится внутри груди каждый раз, когда я на него смотрю.

Ветер озорно заиграл с его волосами, взвинчивая тугие завитки кудрей, играя будто пальцами. Я загляделась, потерявшись во мгновении, пока парень мягко не напомнил мне о том, зачем мы оба здесь, а затем продолжил говорить.

— С тех пор, как ты вернулась, я не могу найти, куда мне приткнуться. Словно всё теперь идёт не так. Я не могу не смотреть на тебя каждый раз, когда ты чем-то занята или задумалась, искать твой взгляд. А ты будто специально избегаешь меня. Ты даже сейчас оглядываешься по сторонам. Нас никто не услышит и не увидит, Лайза. Здесь только ты и я. Будь, наконец, со мной честной.

Не в силах сдерживать весь тот поток слов и мыслей, что роились в голове, я выдернула руки из его ладоней и запустила их в волосы, до боли схватившись за корни. Я должна быть готовой к этому разговору. Я чертовски сильно его ждала! А теперь, когда нужно было поставить точку, когда всё должно раз и навсегда решиться, не могу найтись с единственно верным. Что я должна ему сказать, чтобы мне и ему стало легче?

Ответ вертелся на языке, словно кислая конфета, от которой морщило лицо. Но сказать его я не могла. Не могла позволить себе порушить его и без того хрупкое счастье. У меня не было права ломать жизнь Картеру ещё больше из-за своей прихоти, лишь бы он только знал, что любовь к нему не только не прошла, но и вспыхивала с новой силой, стоило ему только на меня посмотреть.

Грейвс наблюдал за мной, пока я металась из стороны в сторону и терпеливо ждал хоть слова, зная, что если тронуть меня в начале бури, то точно ждать девятибалльного шторма. Я смотрела на него, предпринимая попытку за попыткой унять отчаяние, клокочущее прямо в горле, и от волнения меня трясло.

— Ничего ведь не прошло, да? — спросил Картер, поняв, что сама я не справлюсь.

Я мотнула головой, не выдавив из себя ни звука, и понеслась было обратно в дом, обещая себе, что когда случится с следующий разговор, я буду точно знать, что ответить, но спустя десяток метров остановилась и бросилась обратно в объятия Картера.

Когда-нибудь. Когда-нибудь потом мы точно всё решим. У нас ещё обязательно будет время. Я не позволю, чтобы вышло иначе.

Утро началось быстрее, чем того хотелось. Все мы встали, едва за окном забрезжил холодный осенний рассвет, наскоро позавтракали и вышли на улицу, вдыхая влажный аромат раннего утра. Я зябко потянулась, пожалев, что не взяла с собой вчера толстовку, но Миста, несвойственно для неё ухмыльнувшись, заверила меня, что я согреюсь быстрее, чем успею посчитать до двадцати. Непонимающе на неё уставившись, я двинулась в сторону, пока не столкнулась с Руби.

— Ах, вот ты где, звезда вечеринки. А я только тебя и искала.

И, схватив меня за рукав кофты, она зашагала к дальнему углу заднего двора, обойдя стороной остальных. 

Пока мы шли до места назначения, я успела заметить, что ребята просто разминались, потягивались, шутливо махались друг с другом на кулаках. Подобное не укладывалось в голове, когда ожидаешь от тренировки почти с десяток волков на маленьком клочке земли. Но, для меня, как оказалось позднее, была уготована индивидуальная программа.

Послышался голос Майкла — строже и громче обычного. Настоящий командир.

— Оуэн, возьми Мисту и сделайте так, чтобы зубы и клыки появлялись как по команде, а не по её капризам. Руби, ты сегодня с Лайзой.

— Вот же ж удача, — фыркнула она и толкнула в плечо с такой силой, что я пошатнулась.

Приняв устойчивое положение, я с вопросом на неё посмотрела, словно и правда ждала, что она возьмёт и ответит.

— Я буду бить и пинать тебя, пока не начнёшь обращаться хотя бы на толику!

— У вас у всех фишка меня бесить? — собственный тон приобрёл непохожие стальные оттенки. Не повторяя предыдущих ошибок, я бросилась на брюнетку, сыпя кулаками невпопад.

Ей удалось знатно меня разозлить, но этого всё равно оказалось недостаточно даже для такого частичного превращения, как тем вечером с Оуэном. Я старалась подогревать в себе гнев именно этим воспоминанием и встречей с Кэтрин и Картером за завтраком, и со временем это принесло свои плоды — зрения стало острее, но зубы и клыки никак не хотели подчиняться. Спустя час пустых попыток к нам подошёл мой брат, жестом указав Руби перестать меня донимать.

Сперва я подумала, что Майкл просто решил понаблюдать за моими жалкими стараниями с первого ряда, но он встал прямо передо мной и не позволял отвести от себя взгляда. Воздух вокруг будто бы замер, всё застыло как на одном месте. От него хлынули волнообразные скачки силы, ощутимые колкими мурашками на коже. На холке пух встал дыбом, но, похоже, на этом действие заканчивалось, явно не принеся нужного успеха. Майк попробовал еще раз раз, а затем попятился на шаг, заложив руки за спину. Только после этого я поняла, что он пытался заставить меня подчиниться себе.

Я не знала, радоваться или нет, но, судя по ошеломлённым и смущённым лицам остальных членов стаи, что-то и правда пошло не так. По ним было видно, как неуютно стало вокруг после выходки брата — всех словно контузило или окунуло в ледяную воду.

— Что это было?

— Барахлишь, альфа? — поинтересовалась Руби, вскинув бровь.

— Лайза не подчиняется убеждению вожака. Я не смог заставить её превратиться.

— А должен был? — спросила я, понимая, что хуже и глупее выглядеть уже не буду.

— Это работает. Всегда.

— Видимо, есть исключения, — хмыкнул Оуэн.